Жестокая игра. Книга 3. Смерть

– Ай-й, – неожиданно пискнул он, порезавшись пальцем об довольно острый край предмета.

Но дело было сделано, найденный короткий кинжал, а это был именно он, предстал перед юным таруком во всем своем великолепии. Поэтому засунув палец в рот, чтобы отсосать кровь, он перехватил оружие другой рукой.

Удобная, из потемневшей от времени кости, рукоять, волнистое лезвие из черного стекла.

– М-м? – задумчиво протянул тарук, заметив на рукояти засохшие пятна крови пролитой, в общем-то, не так и давно. – Ну-ка, ну-ка! – он снова уделил внимание той ямке, и ногами разгреб листья до самой земли. – Странно! – Наг-а-Ту удивленно смотрел на совершенно чистую, без единого намека на красный цвет, выемку в окаменевшей почве. – Но тогда откуда кровь? И как этот кинжал здесь оказался?

Впрочем, особо долго раздумывать над этими вопросами он не стал. Задание старого одноглазого тарука, командира отряда разведчиков, еще не выполнено и Наг-а-Ту очень боялся не оправдать возложенных на него надежд. Все-таки он самый умный, самый смелый и вообще самый-самый…

Поэтому, торопливо засунув найденное оружие за ремень перевязи державшей ножны с мечом, Наг-а-Ту побежал дальше. И даже не заметил, как вскоре кинжал всего лишь на долю мгновения засветился слабым алым светом и тут же потух.

Тарукам требовалось как можно скорее обнаружить проход через лес! Достаточно широкий, чтобы по нему могли пройти три или четыре больших отряда воинов. И тем самым подойти с тыла к поселению злобных ушастых тварей, что много веков назад пришли из-за гор, прогнали таруков с их исконных земель и с тех пор планомерно уничтожают без жалости и сострадания, считая тех чуть ли не порождениями зла.

Но вот спустя еще пару лиг Наг-а-Ту наконец-то наткнулся на довольно грубую просеку, словно выломанную в лесу каким-то гигантским монстром. А может так оно и было. Свернув в нее, он крадучись двинулся по краю просеки, порою перебегая от одного ствола дерева к другому, если на пути попадались небольшие проплешины.

"Главное чтобы зверя, как по заказу нашего вождя создавшего такую удобную дорогу сквозь лес, рядом не было!" – излишне поздно появилась в голове молодого тарука вполне здравая для данного места мысль.

Все же несмотря на то, что монстры обитающие в глубинах горного хребта предпочитали не выбираться наружу, порой случались эксцессы, когда сильные молодые твари прогоняли со своих угодий более слабых постаревших сородичей. И тем не оставалось ничего иного как перебираться в расположенные рядом леса, в коих и без них хватало дикого и опасного зверья.

"Зато он распугал всех хищников", – отметил Наг-а-Ту, так и не заметив поблизости не единого намека на опасность.

Решив больше не скрываться, тарук выбрался на середину просеки и, будто заправской спринтер, рванул вперед, перепрыгивая через стволы рухнувших наземь деревьев и огибая их густые ветви.

Неизвестный монстр пробил себе путь сквозь весь дикий лес уходя от гор строго по прямой. И только затем, практически перед самой рощей Рор-Кха, повернул влево.

Оценив оставшееся до плодовых деревьев расстояние, Наг-а-Ту радостно, в предвкушении почестей и похвалы, улыбнулся. Ведь он нашел возможность провести воинов к поселению длинноухих совершенно незаметно! Командир будет гордиться таким умным и смелым подчиненным. А там глядишь, и за молодого разведчика слово перед младшим сыном вождя замолвит. Довольный собой тарук развернулся и побежал обратно к месту стоянки небольшого войска.

Лагерь Дах-ин-Эйру, младшего сына вождя, был разбит у самой границы древнего леса, подальше от поселения эйфморо и их же наблюдателей. Сидя на спине своего могучего зверя, созданного внутренним кланом хаоситов специально в подарок подающему большие надежды отроку Раг-из-Эйры, он от нетерпения теребил загривок измененной под воздействием магии твари.

Существо, бывшее некогда пещерным шакалом, а сейчас носящее гордое имя Уйру, что значит "злобная тварь" недовольно зарычало. Оно чувствовало недовольство хозяина и злобным яростным взглядом внимательно наблюдало за снующими рядом туда-сюда таруками.

Разведчики были отправлены более пяти часов назад и те из них, кто вернулся, принесли, увы, не самые добрые вести. А время между тем шло. Эльфы уже были готовы к отражению атаки!

Впрочем, Дах-ин-Эйру недаром был одним из лучших сыновей своего отца, даром что младшим. Он всегда отличался от своих братьев изощренной хитростью и более острым умом.

– Да даже если и нет, атакую в лоб, – тихо пробубнил лучший тактик рогатых гоблинов, презирающий заслуги великих воинов своего народа. – Первыми пущу всадников на викандах с ростовыми щитами, за ними копьеметателей, – размышлял он. – А затем…

Но что будет "затем", додумать младший сын вождя не успел. Сквозь личную охрану настырно протолкнулся старый одноглазый воин, командир отряда разведчиков. Единственный тарук которого он безмерно уважал и почитал!

– Дах-ин-Эйру, – слегка склонил голову воин, – мой разведчик нашел путь через лес.

– Я внимательно слушаю тебя Рук-аз-Нэхр, – принял гордую позу тарук.

Он очень старался скрыть обуревающую его радость тем, что вскоре преподнесет эйфморо большой сюрприз, которого те даже не ожидают, опрометчиво считая народ таруков диким и глупым.

– Если двинуть основные отряды между горным хребтом и лесом… – начал рассказывать Рук-аз-Нэхр, сразу же внося коррективы в и так довольно неплохой и наглый план младшего сына вождя таруков.

– А еще, Наг-а-Ту – мой подчиненный, что обнаружил данный проход, нашел вот это, – с уже более глубоким и учтивым поклоном старый тарук протянул Дах-ин-Эйру короткий кинжал. – Это наш дар вам!

– М-м-м! – восхищенно прищелкивая языком протянул сын вождя. – Какая качественная работа!

Решив проверить клинок на остроту, тарук лишь слегка надавил на лезвие подушечкой большого пальца и с искренним удивлением пронаблюдал за тем, как появившаяся капелька крови тут же втянулась в клинок.

– Пожалуй, я лично передам этот дар владыке, – произнес сын вождя, имея в виду совсем не своего отца, а того, кто направляет и помогает великому народу таруков. – Позови своего разведчика, я награжу его! – подманив старого воина, приказал Дах-ин-Эйру.

Старый одноглазый воин снова поклонился, и спустя минуту вернулся с юным таруком.

Наг-а-Ту с огромным трудом сдерживал дрожь, охватившую все его тело. Вот он миг,  о котором он так мечтал – награда из рук сына великого вождя!

"Теперь никто не посмеет посмеяться надо мной! Я лучший разведчик, я принес победу своему предводителю!" – мысленно бахвалился молодой тарук, предвкушая немалую долю внимания от девушек, когда их воинство вернется с победой и добычей, из которой ему обязательно перепадет что-то ценное.

– Подойди ближе, – спустившись со спины животного, жестом указал прямо перед собой сын вождя. – Ты достоин самой великой награды, мой преданный воин! – тарук вынул из поясной сумки три черных как ночь пера птицы сурах, что вила гнезда исключительно у вершины вулкана Виарон, и специальной скобкой закрепил их на правом плече брони молодого тарука.

– Я отдам за вас жизнь, великий вождь! – встав на колеи Наг-а-Ту словно клятву произнес эти слова.

– Я знаю, я знаю, – довольный лестью, улыбнулся тарук. А сейчас ты поведешь часть моих воинов по своему следу. Тах-ар-Мар, – выкрикнул сын вождя имя своей правой руки. – Этой юный воин поедет с тобой, он покажет дорогу. А Рук-аз-Нэхр поведает тебе об изменениях в плане атаки деревни эйфморо, и он же проследит за его исполнением.

– Но… – хотел было возмутиться таким недоверием взрослый и сильный тарук, отличающийся немалой жестокостью и излишней, в сравнении со своими сородичами, жаждой крови.

– Исполнять рявкнул! – не терпящий возражений Дах-ин-Эйру, и Уйру, почуявший настроение своего всадника, дернулся и клацнул зубами перед лицом мгновенно побледневшего воина.

– Как скажете, младший сын великого вождя, – процедил Тах-ар-Мар, напомнив тому свое место подле трона отца.

Дах-ин-Эйру скривился, отметив, что стоит все же решить вопрос с неподчинением наглого сородича. И либо сплавить его куда подальше, либо… убить. Впрочем, данную проблему он решит после захвата эльфийского поселения.

Протрубил боевой рог, и большая часть войска, состоявшего из пяти с лишним сотен таруков, покинула лагерь.

План сына вождя был прост. Он сам с оставшимися воинами лишь отвлекает внимание. В то время  как Тах-ар-Мар тихо пройдя сквозь рощу Рор-Кха и приблизившись к стенам, при помощи новой породы измененных магией Хаоса существ, создает проход в преграде и проникает внутрь деревни. Затем следует атака ворот и все – эйфморо повержены!

Но вот воины некогда великого, а ныне прозябающего в пещерах под вулканом Виарон народа вошли в лес и вскоре оказались  у границы, от которой начиналась роща невысоких плодовых деревьев. Там таруки осторожно заработали топорами, стараясь особо не шуметь. Несмотря на то, что отсюда до стены деревни было рукой подать, и все эльфы были сосредоточены с обратной стороны поселения, дозорные остроухих могли заметить странное движение в расположенном рядом лесу.

– Выступаем! – приказал Тах-ар-Мар одному из подчиненных и кивнул магам, кои должны были пойти следом вместе со своими зверями, удерживаемыми в данный момент на цепях, и спустить монстров с привязи у самой стены.

Увы, но повторить и воплотить в заклинания странный эффект создаваемый тварями колдуны так и не смогли. Поэтому был лишь один шанс! И не дай владыка, погибнут все три зверя.

Слаженная толпа рогатых гоблинов выбралась из чащи Рор-Кха и целеустремленно направилась к стене напрягшегося в ожидании атаки поселения. Вот только эльфы ошиблись, посчитав, что главную опасность несут маячившие перед воротами, за пределами выстрела из боевого лука, воины на своих быстрых и шустрых зверях – викандах.

Увы, синримы спохватились только после того, как староста не услышал доклада от убитых магией таруков дозорных, что должны были внимательно следить за подходом с тыла. Да и кто мог предвидеть такую возможность. Ведь древний и темный лес за рощей был непроходим! И когда основная сила защитников добралась до задней части поселения, было уже слишком поздно.

Стрелы лучников выкашивали гоблинов одного за другим, заклинания магов собирали кровавую жатву, но этого было мало.  Всадники и сидящие за их спиной воины с ходу прошли ров и встали у самой стены. А затем… не замеченные ранее три закованных в цепи монстра преобразились  и, при непосредственной поддержке рогатых колдунов, когтями и зубами вгрызлись в защищенное сильнейшими заклинаниями и амулетами дерево. Впрочем, таруков ждал сюрприз!  Ведь между двумя рядами высоких и плотно подогнанных к друг другу обструганных древесных стволов были засыпаны, а затем залиты специальными составом, крупные куски камня, что усиливало и без того крепкую стену.

Но стоило только обнажиться сердцевине, как все три монстра исторгли из своих глоток поток странной зеленоватой дымки, что на глазах стала разъедать камень, словно горячая вода масло. И что любопытно, дерево при этом совершенно не страдало, как и живая плоть – несколько таруков смело нырнули в дымку с топорами наперевес.

В мгновение ока последняя преграда была разрушена и за стену рванули яростно кричавшие гоблины.

– Они прорвались! – раздался испуганный крик одного из мечников, что в числе своего десятка первым встретил таруков ступивших на внутреннюю землю поселения.

– Не паниковать! Держать строй! – приказал староста поселения, бывший некогда офицером замковой стражи. – Рудберг, прижми их лучниками. – Лакрос, ставьте щиты! Майрон, уберите их колдунов и тех тварей, что разрушили стену.

Забравшиеся на помосты лучники снова открыли огонь и прорвавшиеся за стену рогатые гоблины умирали один за другим. И слава Эденису, что у тех не было дальнобойного оружия, но впрочем, и метатели копий были способны доставить немало неудобств. Меткие твари! Хорошо, что первыми в поселение ворвались воины и всадники.

Эльфы, ценой десятка жизней, все же уплотнили стену в литую конструкцию из сдвинутых вместе щитов. И маги, спрятавшиеся за спиной воинов, сконцентрировали все свои самые убойные заклинания на врагах. Хотя порою то один, то другой маг ошибался, используя основу в виде Хаоса, что совершенно не причиняло какого-либо вреда тарукам, но тут же исправлялся. Сила Бездны вполне успешно уничтожали рогатых и их созданий.

Затем где-то за стеной раздался звук боевого рога, и крики дозорных оповестили старосту о том, что и гоблины атаковали поселение и со стороны ворот.

– Зариэль, – положил он руку на плечо главы поселковой стражи, отвлекая того от битвы, – возьми два десятка мечников, столько же лучников и пятерку магов. Помоги защитить ворота!

– Но Варнал, – ошарашено произнес воин, – вас же сомнут!

– Даст бог, выстоим! – уверенно заявил староста. – Эденис на нашей стороне!

– Вот если бы с тех пор он хоть раз бы откликнулся на зов жрецов, – начал было  Зариэль, а затем расстроено махнул рукой. – Исполню!

Варнал ошибся. Выстоять у оставшихся воинов получалось с огромным трудом. То тут, то там таруки доставали закованных в латы бойцов, нанося раны в сочленения доспехов. Двое магов уже погибли, пронзенные копьями, а лучники покидали помост, не рискуя ввязываться в ближний бой с взобравшимися на стену рогатыми гоблинами.

– Отходим за первую линию! – разнесся среди эльфов приказ старосты.

Вот только и таруки насели на воинов еще сильнее, не боясь разменивать жизни ненавистных эйфморо один к пяти, при этом не в пользу своих сородичей.

– Лучники, за… – собрался отдать Варнал новый приказ, как позади, со стороны ворот, раздался древний родовой клич императорского рода.

– Уйлира халь!

– Пропустить конницу! – тут же последовала команда бойцам и державшие щиты бойцы разошлись в стороны.

– Уйлира халь! – Вооруженные длинными и легкими мечами всадники прошли между воинами,  и с разгону врезалась в туренов, расшвыривая тех в сторону.

– А вот и нежданная помощь. Риэль вернулся, а с ним и принце… принц Лаэндэл, – вовремя исправился Варнал. – Воины вперед!

Быстро сменив мечи на копья, шеренга сделала шаг, затем другой – стена щитов пришла в движение, придавливая противника к стене.

Первые не успевшие опомниться гоблины были нанизаны на длинные наконечники, а бросающиеся на копья звери, лишившиеся своих всадников, лишь бестолково ранили себя.

– Берегись! – внезапно крикнул один из магов, сразу же активировав щит, но закрыть всех все же не успел.

Отступающие таруки оставили за спиной пару десятков воинов и спрятанного доселе хорошо известного эльфам зверя – картун-хара, что значило – "разъедающий плоть". Гоблины решили пожертвовать редким монстром и жизнями соплеменников ради сохранения оставшейся части войска.

Слепой от рождения, но оттого не менее опасный зверь прыгнул вперед и раскрыл ядовитые поры на своей спине. Облако мелких как пыль спор столкнулось с разворачивающимся магическим щитом, лишь самым краем задев правую часть шеренги щитоносцев и стоящего за ними старосту поселения. Лучники мгновенно сработали по первоочередной цели, и утыканный стрелами монстр завершил свой прыжок уже мертвым.

Крик боли потонул в шуме завершающейся битвы – тело Варнала в агонии рухнуло на землю. Плоть превращалась в прах в течение десятка секунд, и ничто не могло его спасти!

Магический щит наконец-то развернулся полностью и больше воинам ничего не угрожало. Таруки яростно закричали и бросились в свою последнюю атаку, закончившуюся их быстрой и бесславной смертью…

– Как вы это допустили? – с трудом сдерживаясь, чтобы не зарычать как дикий зверь, сжал кулаки Риэль, сверля глазами заместителя погибшего в бою старосты.

– Й-йя… м-мы, – с трудом выдавил тот из себя, боясь разгневать кайсара и его двух здоровенных псов, – н-не думали ч-что…

– Где были проклятые дозоры! – прервал его бессвязное бурчание воин. – Какого.... – грубо выругался он, – никто не следил за лесом? Как… они подобрались так близко?

– Т-так там же хищники в-ведь обитают! О-они не могли сквозь него п-пройти…

– Но смогли! И ладно ты, – махнул рукой слегка остывший воин, – как Варнал-то это не учел.

– Й-йя не знаю, – грустно вздохнул помощник.

– Эх, разберемся. Остаешься здесь до особого распоряжения! – приказал капитан королевской стражи и, оставив напуганного эльфа одного, покинул дом.

Дел еще было много, и Риэль с трудом успевал повсюду. С момента нападения гоблинов прошло порядка трех часов. И вернувшиеся разведчики доложили, что таруки без оглядки бегут как можно дальше от поселения, а значит, опасности больше не представляют.

Кайсар только собрался зайти в дом, выделенный одним из жителей для раненых воинов, как услышал мелкие быстрые шаги за спиной и обернулся.

– Папа, папа! – раздался всхлипывающий детский голос.

Маленькая девочка попыталась с ходу проскользнуть между двумя стоявшими у калитки воинами, но ребенка внезапно перехватила хорошо знакомая Кайсару девушка в легком воздушном платье и развевающимися за спиной золотистыми волосами.

– Не надо туда ходить милая, там страшно, – заговорила она с девочкой.

За домом, на заднем дворе, лежали доспехи с останками ее погибшего отца, чье погребение, как одного из воинов императора, должно было состояться вечером.

– Но папа, он же там! – рыдая, указала она маленьким пальчиком за дом.

– Кто тебе такое сказал? – в глазах девушки на мгновение мелькнул беспощадный огонек, обещавший укоротить чей-то излишне длинный язык.

– Я спросила у одного из воинов, – честно ответила девочка.

– Ты мне его потом покажешь, хорошо? И он ошибся! Твой папа сейчас очень занят, так что давай пока поиграем!

– Но я же потом увижу его… сегодня? – с надеждой произнес ребенок.

– Сегодня, увы, нет дорогая. Он покинул Хайрун во главе большого отряда, чтобы догнать злобных таруков и добить их! – девушка жестом из-за спины ребенка показала стоявшим у дома воинам свой небольшой кулачок, намекая, что пусть только кто-нибудь попробует что-то лишнее брякнуть. – Кстати, мы сегодня вечером отправимся в Амрун-Эчад, – радостно заявила она девочке. – Поедешь с нами в город? А потом и папа твой туда приедет.

– Поеду! – вытирая слезы, произнесла малышка.