Ярость демона. Узник

В один из дней во дворце, где мы находились, началась какая-то суета, появились воины, которые взяли девочку под охрану и увели куда-то. Но даже в такой момент девочка не забыла взять меня с собой. Постепенно все улеглось и вернулось на круги своя. Правда, жить мы теперь стали в другом месте, но старый дворец тоже посещали. И вот с этого момента девочка начала меняться. Пока не очень сильно, но я заметил, что она стала смотреть на всех свысока, появилась надменность.

А вчера произошел вообще неприятный случай. Какой-то мальчик ее возраста все хотел с ней поиграть, на что она только бросала презрительные взгляды. Потом вообще что-то сотворила с ним, за что была наказана.

Сейчас она шла по дорожке, иногда шепотом ругаясь на якобы несправедливость по отношению к ней. Направлялась девочка в самый конец личного владения. Сейчас я это видел достаточно отчетливо, поскольку она несла меня в руке. Вдруг она остановилась, что-то мигнуло внизу, и я почувствовал какое-то напряжение, а спустя мгновение понял, что оно означало.

Невероятно, но создалась ситуация, при которой возможно разрушение Капсулы Вечности. Об этом я знал, потому что в свое время приставал с расспросами к своим родителям. Чтобы ее разрушить, капсулу необходимо поместить в область, где отсутствует магия, точнее – магические потоки. И создать локальную концентрацию энергии огромной мощности, где потоки просто бурлили бы. Причем если ее будет недостаточно, то ничего не произойдет. В природе невозможна такая ситуация – ее можно создать только искусственно. В этом случае твердая темная энергия начинает впитывать в себя магическую энергию с огромной скоростью. Как объясняла мама, это следствие попадания в место, где отсутствуют потоки, которыми эта энергия питается. А вот почему это происходит только в том случае, если мощность источника очень велика, она не знала.

Но это еще не все. Темница разрушится, но человек, калвари или хилл’са продолжит пребывать в виде энергетической сущности. Если хотят освободить душу, то специально подготавливают тело, куда она вселяется. Забрасывая в другой мир, меня хотели лишить малейшего шанса на возрождение, даже при условии, что я попаду в нормальную среду обитания, а не куда-то еще. Но никто не знал, что в нашем роду существует одна особенность несовершеннолетних неинициированных детей. Мы можем отказаться от своей второй ипостаси, создавая себе физическое тело.

Сейчас я, чувствуя нарастающее напряжение, ожидал только одного: разрушения своей темницы. Даже возросшая боль казалась мне чем-то несерьезным. И вот наступил момент, когда камень осыпался пылью.

– Керган атон фииллтонак горрадоур, – выкрикнул я.

Что значили эти слова, я не знал, не знал и отец. Он говорил, что они передавались из уст в уста, от отца к сыну. Я почувствовал, что какая-то часть меня исчезла, а на земле появилось тело десятилетнего мальчика, мое тело. И меня потянуло в него.

Открыл глаза. Вокруг меня еще бушевала энергия, которую я просто чувствовал. Вскочил на ноги и увидел, что у моих ног лежит девочка, лицо которой скривилось в гримасе боли. Сразу догадался, что на нее это буйство действует, и действует очень плохо. Несмотря на то, что она мне не нравилась, я был ей очень благодарен за возможность продолжить жизнь – точнее, начать заново в новом мире. Подхватив на руки, я оттащил ее в сторону, выйдя за пределы зоны локальной аномалии.

Я помнил слова мамы, что людям доверять нельзя, а я не знал, как буду объясняться. Добежав до ограды, подпрыгнул и, зацепившись за верх, подтянулся и перевалился через нее. Увидев озеро, я побежал к нему, а затем по берегу. Сейчас я хотел убежать как можно дальше, скрыться и затаиться. Остановился, осматриваясь вокруг. Мне повезло: по другую сторону от поместья, откуда я сбежал, находились другие личные владения, а здесь вроде бы нет. И я снова бросился бежать дальше, но спустя триста шагов вынужден был остановиться у небольшой пристани, возле которой стоял кораблик. Из него переносили какие-то тюки, складывая на большую повозку. Улучив момент, когда никто не смотрит в эту сторону, я добежал и сходу закатился под нее. Здесь было одно место, куда я мог пролезть, причем такое, что меня там никто не увидит.

Российская Империя, город Екатеринбург, императорское поместье.

Сильнейший выброс энергии почувствовали все без исключения. Почему-то и у самого императора, и у его супруги возникла одна и та же мысль: «Что-то произошло с дочкой», несмотря на то, что в стране все было спокойно. Они оба бросились к выходу, но охрана перекрыла его. Более того, взяла их в коробочку, воздвигнув личные щиты.

– Там же Мила! – в сердцах выкрикнула императрица.

– Ваше величество, ею уже занимается ее охрана, – ответил Михаил, командир гвардейцев.

А спустя пять минут принесли цесаревну. И отец, и мать тут же рванули к ней, но первым у девочки оказался целитель. Он нетерпеливо махнул рукой на императорскую чету, и те остановились; казалось, они даже вздохнуть боялись, чтобы не мешать работе лекаря. Тот с огромной скоростью начал создавать диагностические и целительские заклинания. Но глядя на его чуть расслабившееся лицо, все присутствующие сделали вывод, что с девочкой всё в порядке. И, словно в подтверждение этого, девочка открыла глаза.

– С ней все в порядке, – сказал лекарь, – магические каналы не нарушены, а те небольшие изменения, что девочка получила в магической буре, я поправил. Ей даже постельный режим не нужен.

– Святослав Иванович, что можете рассказать об этих изменениях?

– Ваше величество, если рассматривать, исходя из моей области, то магический взрыв был не очень мощный, но если судить по отголоскам, которые мы почувствовали, то наоборот, – и целитель покачал головой. – А что нам скажет цесаревна?

– Ну-у-у, – протянула девочка, вспоминая, что там с ней произошло, – сначала я почувствовала, что куда-то исчезла магия. Потом в меня ударила сильная магическая волна, и я почти потеряла сознание.

– Почти? – уточнил лекарь. – Интересно, – пробормотал он, думая о чем – то. – А дальше что было?

– Не знаю, – девочка пожала плечами. – Что-то крутилось вокруг меня, давило на меня, потом стало легче, и я потеряла сознание.

В это время в комнату вошел командир гвардейцев личной охраны императора, на ходу разговаривая с начальником внутренней службы безопасности. Уже по их лицам император понял, что полностью все выяснить им не удалось. И сейчас они как раз спорили об этом непонятном моменте или моментах. Когда они подошли, император требовательно посмотрел на них.

– Ваше величество, – начал доклад граф Вяземский, являющийся начальником службы безопасности. – В дальнем конце поместья был применен мощный негатор магии, затем сработала магическая мина огромной мощности. Это если судить по воронке. А вот дальше получается что-то непонятное: при таком выбросе структурированных магических потоков такого насыщения в поле рассеянной маны цесаревну должно было убить. Куда делась почти вся энергия, объяснить не могу. Есть еще один нюанс. Людмилу Георгиевну нашли в стороне от бушующей стихии, куда ее кто-то вынес. Судя по следам, это мальчик лет двенадцати.

– Маленький мужчина? – спросил император, когда докладчик сделал паузу. – Или вообще эльф?

– Нет, – твердо ответил граф, – поступь характерна только для мальчиков. Он не пытался скрыть себя. Важно другое: он пересек периметр, но охранный контур на него не отреагировал. Это тоже я объяснить не могу. А еще – он был без обуви, но вряд ли это нищий или беспризорник.

– Найти его, – приказал император, – только без членовредительства. Я хочу знать, кто он, откуда, кто его послал. Я так понимаю, что это не обслуга?

– Верно, мы проверили – все маленькие слуги на месте. Погоню выслали.

Через некоторое время прибыли люди, посланные в погоню. Старший группы вошел в комнату, где по-прежнему оставались и семья императора, и начальник службы безопасности, и охрана.

– Ваше величество, – обратился к императору безопасник, – мы проследили след до пристани, а дальше он потерян. В то время там закончил разгрузку купец Миронов, которого мы догнали, но они никого чужого не видели. Обыск их телеги тоже ничего не дал.

– Есть предложения? – обратился император к графу Вяземскому, когда подчиненный покинул помещение, а охрана увела дочь.

– Да, – кивнул тот, – у нас имеется одно секретное плетение, и для его применения необходима очень тонкая работа с энергиями. Но оно предназначено как раз для подобных случаев. Работает по принципу отражения от объекта, к которому его применили. В нашем случае отражения вообще не будет. Шанс небольшой, потому что, если применен какой-то амулет, о котором мы пока ничего не знаем, то искать бесполезно, если его сняли. Вероятность, что это врожденная защита, слишком мала – таких детей выявить очень легко, и их быстро заберут на службу. Распоряжение, чтобы закрыли город на выезд, я уже дал.

Российская Империя, город Екатеринбург.

На очередном повороте я вылез со своего места и, дождавшись, когда повозка проедет надо мной, быстро юркнул в кусты, надеясь, что меня никто не заметит. Для меня сейчас главное – найти одежду, хоть какую. Я медленно двинулся вдоль дороги, скрываясь в кустах и за деревьями. По дороге проехали воины, я уже без надежды мельком глянул на их лица и вздохнул с облегчением: у двоих цвет лица был близок к моему. До этого я встречал только светлокожих, а цвет моей кожи был слишком заметен. Правда, и от этих двоих воинов я отличался красноватым отливом.

Первые увиденные дома были богаты, стоящие рядом с ними – тоже. Я решил отойти вглубь леса и там дождаться ночи. По своему миру я знал, что люди не видят или плохо видят в темноте, и здесь за время заключения в Капсуле тоже смог понять этот нюанс. Когда стало очень темно, я двинулся в сторону домов.

Пришлось уйти немного в сторону, так как эта часть была освещена достаточно хорошо. Магические светильники давали много света, и пройти незамеченным я бы не смог. Так, перебегая от дерева к дереву и от куста к кусту, я вышел к полутемной части города. Во дворе третьего дома я увидел висящие вещи и уже собрался было перелезть через забор, чтобы взять их себе, но вовремя сообразил, что меня по ним быстро отыщут. Даже не сообразил, а просто представил, как я в них хожу, а меня кто-то спрашивает, где я эти вещи взял. Разочарованный, я направился дальше.

У этого большого дома еще работали люди, что-то разгружая с телеги и занося это вовнутрь. И тут из дома вышел, наверное, хозяин, так как одет он был намного лучше, и бросил на землю какие-то тряпки, а может быть, и одежду. «То, что нужно!», – мысленно воскликнул я. Дождавшись завершения работ, я перелез через забор и побежал к куче тряпья. Хотя это оказались не тряпки, а мешки. Но мне в данный момент было без разницы, что носить. Захватив все, что там было, я побежал обратно к озеру. Кое-как выстирав, я развесил все на кустах, а сам лег отдыхать и не заметил, как уснул.

Проснулся я от холода. Несмотря на то, что днем стояла жара, ночью температура значительно опустилась. Вскочив на ноги, я похлопал себя, затем попрыгал, и, в конце концов, стал нарезать круги. После двадцатого я, наконец-то, согрелся. Проклиная себя, что не оставил пару вещей сухими, я сел у дерева, обхватив колени руками, и задумался о дальнейших действиях.

Это действительно другой мир. Другой, но очень похожий на мой родной, особенно если рассматривать планету целиком – суша и моря с океанами совпадают идеально. Населяют его только люди – по крайней мере, я других существ не видел. И это очень плохо: я ведь помню слова мамы, что доверять им нельзя. Надо как-то приспосабливаться к этой жизни, а завтра, перво-наперво, надо найти еду. Я уже сейчас очень хочу есть, а что будет утром, даже представлять не хочется. Завтра с утра и займусь добычей еды.

Но самое главное в этом мире – тот факт, что я до сих пор не почувствовал магию. Колдовать я и в своем мире до пятнадцати лет не мог, но магию, ее потоки чувствовал очень отчетливо. Здесь же – ничего. Вообще. Это было обиднее всего! Папа с мамой с самого детства учили меня магическим наукам, основам магии: ее видам и чем они отличаются друг от друга. Я наизусть знал уже двадцать два заклинания, два из которых – родовые и тайные. Ментальный Шторм отца и Водоворот Стихий матери. Я очень гордился тем, что в десять лет сумел изучить оба.

Первое – это атакующее заклятье, создающее ментальные возмущения такой силы, что только артефакты могли от них защитить. А отец обладал такой силой, что пробивал даже знаменитый Картас’Ди’Йармей, сделанный много тысячелетий назад. Этот Ментальный Шторм, по словам отца, завязан на нашу кровь, поэтому только прямые потомки нашего рода, рода Хилл’Са’Арэш, могут его применить.

Второе – это защита, созданная из стихий. Невидимый глазу водоворот вокруг творящего магию создавал надежную защиту как от магии, так и от холодного оружия, а также стрел и арбалетных болтов. И это заклинание было завязано на кровь, только уже доставшуюся мне от мамы.

До утра я кое-как досидел. Голод утолял тем, что пил воду из озера, но сейчас это уже не помогало, и организм требовал свое. Но после восхода солнца я занялся сооружением одежды для себя. Мне очень повезло, что среди десятка мешков затесались рваные штаны. Один мешок мне кое-как удалось разорвать на полоски, из которых я сделал себе пояса. А вот обувь не сумел сделать, поэтому придется пока походить босиком. Спрятав остальной свой скарб, я направился в сторону домов. Увидев большую торговую лавку, я подошел к заднему входу. Ждал недолго, а когда появился какой-то мужчина, то прежде, чем он меня прогнал, я поспешил спросить:

– Вам работник не нужен?

И сам понял, что слова звучат как-то не так. Человек подтвердил мои опасения, вначале удивившись, затем спросил:

– Индеец? Метис? – и тут же добавил: – Нам никто не нужен.

А еще презрительно посмотрел на меня, но я уже развернулся и пошел дальше искать себе работу. «Да, люди – они везде такие», – усмехаясь, думал я. В своем мире тоже встречал тех, кто презрительно относится к более слабым или менее богатым, и в то же самое время пресмыкается перед более сильным. Отец специально отправлял меня, переодев в простые одежды и наложив личину. Конечно, ходил я не один, а с охраной, тоже переодетой. Вот один из тех, кто всегда находился рядом со мной, и указывал на таких людей. Вот только здесь их оказалось намного больше.

Отказали мне еще в двух местах – точнее, в одном отказали, а из постоялого двора прогнали. Когда подходил к очередному постоялому двору (кстати, трехэтажному), увидел двоих человек, бросающих внимательные взгляды на людей. Их вид очень мне напомнил отца или мать, которые создавали заклинания, требующие внимания. То ли я их испугался, то ли просто не хотел встречаться, то ли еще что, но я свернул на задний двор, хотя и не думал это делать. Я понял, что надо найти заведение похуже и попытаться там заработать на еду. Во дворе разгружались три телеги, а один мужчина ругался на грузчиков.

– Куда понес?! Я куда тебе сказал нести? В подвал, а не на кухню! – и негромко пробормотал: – И приехали все в одно время.

– Грузчик нужен?

Он резко развернулся, но, увидев меня, скривился.

– Я сильный, – поспешил добавить я, – проверьте.

Он с сомнением посмотрел на меня, затем кивнул на телегу:

– А ну-ка возьми мешок с картошкой.

Я подхватил его, взгромоздив себе на плечи. На самом деле этот вес для демона – ничто. Еще два года назад он представлял бы для меня тяжесть, но у нас после восьми лет происходит резкое укрепление мышц и костей, из-за чего гоняли меня так, что «мама не горюй». Для правильного развития, чтобы достичь максимальной эффективности, необходимо соблюдать баланс и нагружать по какой-то сложной схеме, которую я не знаю. Зато вот сейчас я легко справился с таким весом.

– Хм, – только и произнес он. – Неси в подвал.

Я начал носить. А когда заметил, что хозяйственник считает и записывает себе что-то в небольшую в книжечку, то принялся работать усерднее. Мне показалось, что он ведет подсчет и заплатит в соответствии с этим. Злобные взгляды других грузчиков подтверждают мои догадки. Но следил он только за нами, из чего я сделал вывод, что остальные – это работники заведения. Свои кровно заработанные деньги я получал последним и насчитал аж десять медяков.

– А можно у вас купить какую-то еду? – спросил я мужчину, и желудок подтвердил мою просьбу своим урчанием.

Он секунд десять рассматривал меня, словно увидел впервые, затем развернулся и скрылся внутри здания. Я подождал минуту и уже хотел было уходить, когда он вернулся.

– Держи, – протянул он мне небольшой сверток.

Развернув его, я увидел кусок хлеба и что-то белое. Но запах, который я почувствовал, сказал, что это тоже еда.

– Благодарю, – кивнул я ему.

Развернувшись, отправился к своему озеру. Прошел уже три дома и сейчас двигался по переулку, чтобы сократить путь, когда услышал за спиной хриплый мужской голос:

– Ты куда это собрался, краснокожий?