Аркейн. Наследие Чернотопья
- -
- 100%
- +
Дия видела, как изумрудные нити, окружившие комнату, сплетаются вместе, образуя маленький светящийся куб. Саломея взяла его левой рукой и передала сидящему в кресле Алана графу. Зальц не спешил, разглядывая созданное чужой магией заклятие.
– Расскажете?
– Я лучше покажу, – тряхнув кистями, ответила Салэм. – Итак, у нас есть старое поместье, в котором не раз и не два умирали люди. Как видите, соответствующей энергии здесь полно, но только в эту ночь были убийства. Остальные погибали своей смертью.
– А как же тот идиот, которого убил Шварцмаркт? – вскинул седую бровь граф.
– Он был убит за пределами дома, Йохан, – пояснила Салэм. – Сейчас речь идет только о смертях в пределах стен поместья.
– И как я должен по этому, – он кивком указал на заклятье в руке, – понять, что вы говорите.
Дия уже видела ответ, но вмешиваться не спешила. Ее не выставили за дверь лишь по той причине, что она могла оказаться полезной. Но это не значит, что она может прерывать разговор двух графов.
– Присмотритесь, Йохан, – с улыбкой посоветовала Саломея. – Внутри, если немного напрячь взгляд, вы разглядите план поместья Блэкландов. Более яркие участки – комнаты, в которых нашли смерть люди.
Зальц уставился на продолжающие источать изумрудное сияние чары и хмыкнул.
– Действительно.
– Со временем свечение ослабнет – когда эффект от насильственной смерти развеется. Это естественный процесс, эфир и астрал всегда приходят к своему настоящему положению. Но, как вам должно быть известно, возмущение…
– Я тоже учился магии, ваше сиятельство, – кивнул с легкой улыбкой Зальц, бросая на графиню одобрительный взгляд. – Итак, госпожа Гриммен, вы можете что-то добавить к уже сказанному ее сиятельством?
Дие, в отличие от обычной чернокнижницы, не приходилось использовать подобные заклинания для обнаружения старых чар. Но если бы она не стала всматриваться в созданную некроманткой схему, это вызвало бы вопросы, так что девушка потратила несколько секунд.
– Кроме моих чар, которые мы накладывали на гостей дома, – сказала она, отрываясь от созерцания модели поместья, – ничего нет. Полагаю, либо здесь никого не проклинали, либо это случилось очень давно.
– Как быстро исчезают следы? – уточнил граф.
– Зависит от силы, вложенной в заклинания, – пожала плечами полукровка. – Мое пропадет уже завтра – мы ведь накладывали только видимость настоящих чар. Но я могу с уверенностью сказать – в этом году никто из посетителей дома не имел дела с темной магией. Мы, – девушка кивнула в сторону графини, – можем такое чувствовать, но дом совершенно чист.
Зальц некоторое время еще смотрел на проекцию, больше любуясь тонкостью работы, чем всерьез пытаясь найти в ней что-то новое. Наконец, он вернул прямоугольник Саломее, и та просто смахнула заклятье, разрушая его.
– Подведем итоги, уважаемые дамы, – чуть кашлянув, сказал Йохан. – Блэкланды совершенно точно не имеют никакого отношения к нападениям. Кроме того, в поместье не происходило ничего противозаконного, что можно было бы отследить за счет магии.
И графиня, и баронесса кивнули в ответ, а Зальц продолжил.
– Подводя итог, мы с вами установили, что барон Райдер, действуя по указке отступника, нанял барона Гироштайна для нападения на барона Чернотопья. Однако исполнитель потерпел поражение, погиб при исполнении взятых на себя обязательств. А сам барон Райдер честно сознался в нарушении королевских законов, и с этого момента больше не является титулованной особой. Все верно?
– Именно так, ваше сиятельство, – согласилась Дия, Салэм просто кивнула.
– В таком случае считаю необходимым донести до королевского совета, что у нас, во-первых, есть виновный в покушении на аристократов Крэланда, а кроме того подозреваемый в применении запрещенной магии. Во-вторых, нам требуется помощь в поимке некоего брата Юлия, мага-отступника.
Салэм едва заметно напряглась, но говорить ничего не стала. А вот Дия решилась задать появившиеся у нее вопросы.
– Ваше сиятельство, но разве мы не можем пригласить Аркейн? – уточнила она. – Ведь ловить отступников – это одна из причин существования ордена. Насколько я знаю, разумеется.
– Боюсь, это невозможно, – покачал головой граф. – С некоторых пор королевский совет крайне не любит членов ордена. И хотя мы не выгоняем уже образованные анклавы, обращаться за помощью к Аркейну без разрешения из столицы…
Он не договорил, но Гриммен и сама поняла.
– Благодарю за пояснение, ваше сиятельство.
Салэм же бросила на графа, смотрящего на Дию, красноречивый взгляд, однако вновь не стала высказывать свое мнение. Во-первых, это не ее территория, и власть фон Ней здесь очень ограничена, во-вторых, отношение самого Зальца к ордену ей не особо нравилось. Но пока что поделать она с этим ничего не могла.
– Что ж, на этом все, – подытожил граф, шлепнув ладонью по столу. – Еще раз благодарю за ваше содействие, ваша милость. Надеюсь, мы еще не раз будем полезны друг другу.
– Полностью согласна, – поднявшись с кресла, с поклоном ответила Дия.
– А теперь нам с ее сиятельством пора собираться, – договорил Йохан, бросая взгляд на Салэм, – не стоит заставлять королевский совет ждать.
* * *
Беседка в саду поместья Блэкландов.
Марк сидел за мраморным столиком и крутил в пальцах бокал с разбавленным вином. Его невеста разместилась напротив и о чем-то вдохновенно щебетала. Вайссерманн даже не пытался ее слушать, полностью погруженный в мысли.
Ночка выдалась еще та.
И хотя на Марка никто не нападал, но вид перепуганной баронессы Гриммен и окровавленная рубаха Киррэла, которые навестили Вайссерманна еще до того, как солнце ознаменовало начало дня, никак не шли из головы.
Отец предупреждал, что борьба за наследие Чернотопья начнется нешуточная, но Марк и подумать не мог, что в дело пойдут наемные убийцы. Это было слишком, к такому барон Белолесья оказался совершенно не готов. Одно дело – дуэль с аристократом, когда ты открыто выступаешь против такого же благородного человека. И совсем другое – когда пытаешься убить его тайно, исподтишка.
Себе младший Вайссерманн не врал. Если бы барон Гироштайна заглянул в покои Марка, сегодня бы Киррэл лишился одного из своих родственников. Отразить атаку у барона Белолесья бы не вышло при всем желании.
И образ Дии, одетой в костюм для верховой езды, все больше искажался. Вайссерманн практически наяву видел, как она усмехается. Марк вспоминал все ее взгляды и слова… Он для нее пустое место, и хвала Райогу, что сегодня ему не пришлось позориться перед обаятельной компаньонкой брата. С каким неудовольствием она смотрела бы на его истыканный ножами труп?!
Однако эта фантазия не отпугивала Марка. Чем дольше он об этом размышлял, тем сильнее крепла в нем уверенность: ему не нужна ни одна женщина на свете, кроме Дии Гриммен. И для того, чтобы завоевать ее руку, придется учиться быть таким же, как Киррэл Шварцмаркт. Сильным.
– Ваша милость, – слуга появился в беседке внезапно, но его голос вывел Марка из задумчивости.
– Да?
– Баронесса Гриммен спрашивает, может ли она к вам присоединиться, – сообщил слуга Блэкландов, глядя исключительно на Вайссерманна.
Спрашивать мнения предполагаемой невесты Марк и не подумал.
– Разумеется, мы будем счастливы, – ответил он и только после этого обратил внимание на девушку напротив.
Женевьева приподняла бровь, вопросительно глядя на своего жениха.
– Ваша милость, я чего-то не знаю? Может быть, наша помолвка – расторгнута, а мне забыли сообщить об этом? – спросила она, но ответить Марк не успел.
Дия вошла в беседку стремительным шагом и легко села рядом с Женевьевой. Улыбнувшись ей доброй улыбкой, тут же повернулась к Марку.
– Тебе повезло с будущей супругой, барон, – заявила она, жестом приказывая слуге подать ей кубок. – А вы, Женевьева? Насколько я знаю, в вашей семье случилось какое-то несчастье?
Фламмаган чуть скривила губы, но все же ответила.
– Мой брат серьезно болен, ваша милость. Почему вы об этом спрашиваете?
Дия улыбнулась, но сразу отвечать не стала. Сперва девушка дождалась, когда слуга поставит перед ней разбавленное вино, пригубила, катая на языке напиток, и лишь после этого ответила.
– Я хочу предложить свою помощь в его исцелении, – отставив бокал в сторону, заявила она. – Естественно, если мы с вашим родом сойдемся в цене.
Марк растерялся от такого предложения, но виду не подал. А вот Женевьева, наоборот, вся подобралась.
– Вы знаете, чем он болен, ваша милость?
Дия кивнула.
– У вас та же болезнь, что и у вашего брата, Женевьева. И если не помочь, все ваши сыновья будут рождаться такими же. Так что я предлагаю вашему отцу сделку – полное исцеление вашей семьи.
– В обмен на что? – чуть прищурив глаза уточнила Фламмаган.
– Я родилась в Меридии, Женевьева, и в Крэланде у меня нет своего клочка земли. А я бы очень хотела завести себе небольшое хозяйство. Скажем, где-то в средней полосе. Если хотите обсудить этот вопрос подробнее – я временно остановилась у своего компаньона в Чернотопье. А теперь мне пора.
И, не говоря больше ни слова, Гриммен упорхнула из беседки, оставив Марка смотреть, как меняются эмоции на лице Женевьевы. Наконец, невеста справилась с собой и серьезно взглянула на Вайссерманна.
– Это правда? Ей можно доверять, барон?
Марк замедленно кивнул.
– Киррэл умеет подбирать правильные знакомства, Женевьева, так что если ее милость утверждает, что может исцелить ваш род, вам следует отнестись к этому предложению со всей серьезностью.
Он поймал мысль за хвост и тут же добавил, пока смелость его не покинула.
– Однако прошу заметить, что в связи с вашим недугом Вайссерманны не могут заключить с вашим родом помолвки. Вы должны прекрасно понимать – одно дело, когда болеет лишь ваш брат, и совсем другое – получить таких же наследников. Так что, Женевьева, я вынужден предупредить, что помолвки не будет до тех пор, пока вы носите болезнь в себе.
Чувствуя практически неземное воодушевление, Марк поднялся на ноги и, коротко поклонившись, покинул беседку, оставив девушку ловить воздух распахнутым ртом. Он слышал, как звякнула опрокинутая посуда, но даже не обернулся на шум.
Дия, сама того не зная, освободила его от обязательств. И теперь барон Белолесья намеревался воспользоваться всеми средствами, чтобы его супругой стала не эта снулая рыба из Фламмаганов, а именно она – баронесса Дия Гриммен.
Ди-я. Ди-я.
Как это прекрасно звучит!
Глава 3
Поместье барона Черноземья. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.
– Садитесь, барон, – гостеприимно предложил старый чародей Земли, аккуратно уплетая кусочки мелко нарубленной свинины в карамельном соусе.
– Спасибо, ваша…
– Просто Гольц, Киррэл, – отмахнулся тот вилкой с наколотой на ней едой. – Я уже слишком стар, чтобы терять время на все эти обряды.
Старым он, конечно, не выглядел, тянул максимум на полтинник. Но, как и большинство чародеев этой стихии, сохранял крепость тела. Разумеется, дар позволял замедлить старость, но патриарх рода Салаз даже по сравнению с Мизингом выглядел бы старше.
– Так о чем вы хотели со мной поговорить? – спросил он. – Кстати, рекомендую попробовать это блюдо. Алан, конечно, тот еще жмот, но повара у него отменные.
Говорил Гольц быстро, но при этом четко. И это тоже выбивалось из облика почтенного старца. Впрочем, на приеме он действительно был самым старшим.
– Мне нужны услуги ваших магов, – не стал ходить вокруг да около я. – С оплатой деньгами, а не долговыми расписками.
Гольц кивнул, пережевывая очередной кусочек мяса крепкими белыми зубами.
– Строить что-то собрались? – уточнил он минуту спустя.
Чародей схватил салфетку и тщательно вытер рот. Затем взял кубок с вином и отхлебнул, но почти тут же скривился, отставил напиток в сторону.
– А на вино, как всегда, поскупился, – презрительно заявил маг. – Так о чем это мы?
– Мне нужно построить комплекс помещений, – ответил я, убирая в сторону посуду, – сухих, темных и очень крепких. Также я бы хотел заказать постройку жилых домов, но уже после того, как мы завершим возведение промышленных объектов.
Гольц снова кивнул, задумчиво глядя поверх моей головы.
– О каких объемах работы речь? – уточнил он.
К разговору я подготовился еще перед приездом на прием, так что достал тубус с чертежами и по знаку одобрительно взглянувшего на меня чародея развернул свиток прямо на столе.
– Это склады, – ткнул в бумагу пальцем он. – Это ваши рабочие помещения. Мои глаза меня еще не подводят?
– Все верно, Гольц.
– Толково нарисовано, всем бы так подходить к делу, – высказался он. – Вот только хватит ли у вас денег, Киррэл? Мне известно, что Чернотопье поставляет торф, однако на нем не заработаешь пятьсот талеров. Признайтесь, барон, раскопали семейный клад?
Я усмехнулся.
– Нет, деньги честно мной заработаны. И смею заверить, озвученная цена мне по карману.
Он на миг задумался.
– Хорошее выражение, нужно будет запомнить, – произнес старик. – Когда вы готовы принять мою правнучку?
Я вскинул брови. Если я правильно помню альманах, той девчонке едва исполнилось восемнадцать. И не то чтобы я сомневался в ее навыках, но как-то это крайне подозрительно, она же не обручена ни с кем.
– Правнучку? – переспросил на всякий случай я. – Честно говоря, я ожидал, что вы пошлете сына или старшего внука.
Гольц посмотрел на меня с улыбкой доброго дедушки.
– Киррэл, будем откровенны, вы богаты, работаете на корону, орден и братьев Райога. Даже без учета вашей древней крови любой здесь присутствующий аристократ рассматривает вас либо как выгодную партию, либо как весьма серьезного конкурента.
А дед-то не промах! И заказ нашел, и мою платежеспособность проверил, еще и справки, оказывается, обо мне наводил. Вот это я понимаю, грамотное использование информации.
– Вы рассчитываете породниться? – спросил я. – Не стану врать, мысль о женитьбе приходила мне в голову, но я пока не готов заключать помолвку. Тем более как условие выполнения несложного заказа.
Гольц спокойно кивнул, принимая мой ответ.
– А все равно кроме нее сейчас свободных рук у нас нет, – сказал он. – Его величество задал всем родам Крэланда немалую трепку, так что грамотные специалисты нарасхват. Не только вам нужно строить, но и всем владетелям, чьи территории попали под удар во время мятежа. Поэтому пока что Августа приедет в качестве мага Земли, а если сложится у вас что-то, то я и не против буду. Вас устраивает?
Нет, с этим родом точно следует держать ухо востро. Я уже почти согласен на любые условия, только бы не давать обещания жениться на его правнучке.
– У меня с собой договор, – я вытащил очередную бумагу из тубуса.
После того, как мне пришлось черкать ручкой, чтобы нанять «Рысей» в Меридии, я разместил заказ в типографии Фолкбурга. Так что теперь готовых бланков у меня было полно, оставалось только заполнить пробелы.
– Вы и вправду подготовились, – оценил Гольц, поглаживая лист договора.
– Скажем так, у меня есть цели, и я намерен их добиться.
– И это еще один плюс вам как потенциальному жениху моей Августы, – хмыкнул тот. – Так, когда вы готовы будете ее принять?
Я прикинул в уме имеющиеся планы. Конечно, возможность внезапного появления двойника никуда не делась, но и сидеть на осадном положении я не намерен. Иначе время пройдет, а я ничего так и не добьюсь.
– После приема мне потребуется около недели на подготовку территории для работы вашего специалиста. И, полагаю, до начала сезона дождей. Я ведь верно понимаю, что чем суше почва, тем вашим магам проще работать?
– Все верно, – кивнул Гольц. – Что ж, мне понадобится как минимум две недели, чтобы вызвать Августу и дать ей поручение. Дорога до вашего имения от нас – еще две недели. Так что примерно через месяц мы сможем приступить. Обеспечение всем необходимым вы возьмете на себя? Я вижу у вас в договоре прописан этот пункт, но я бы хотел уточнить. Девушке требуется несколько иной уход, чем мужчинам.
– Любые пожелания в разумных пределах, – заверил я.
– Тогда так и запишем, – хмыкнул Салаз. – Вы же не против, что Алан Блэкланд выступит в качестве свидетеля заключения сделки и гарантом его исполнения?
– Разумеется, – кивнул я.
И, не откладывая в долгий ящик, мы приступили к заполнению бумаг. Документ был типовым, так что справились мы быстро. Условившись, что с Блэкландом договорюсь о времени сам, я отправился дальше.
Итак, помещения у меня будут. Следующий шаг – производство бумаги. А для этого мне нужен будет сын Огонвежа – у них ближайшие крупные деревоперерабатывающие предприятия. Портить собственную экологию, изводя природные ресурсы вокруг Лесной, я не собирался.
* * *
Вопреки ожиданиям, никто из аристократов не стал бежать из поместья Блэкландов в панике после оглашения случившегося. Наоборот, мужчины распушили хвосты перед дамами, похваляясь своими возможностями.
К счастью, Алану хватило ума не давать никому больше задирать меня, иначе трупов бы прибавилось. Зато я неожиданно обрел сторонников среди света.
Куда бы я ни пошел, рядом оказывалась группа аристократов, готовая подсказать, направить или пошутить.
Общество пыталось меня прощупать, и я не стеснялся высказывать свои мысли по тому или иному поводу. Конечно, при этом я старательно держал себя в руках, не желая отпугнуть возможных союзников.
– Барон, что скажете о будущем Аронии? – спросил меня один из благородных сыновей.
– Если они не прекратят экспансию своего религиозного рвения, то вынудят север воевать, – говорил я, равнодушно пожимая плечами.
– Я слышала, вы уже успели повоевать в Меридии против армии Риксланда, барон, – вставила уже не молодая супруга одного из баронов. – Байрон Мизинг – двоюродный дед моего мужа, и мы ведем активную переписку.
А еще его сиятельство трепло, как оказалось. Но это мне ничуть не вредит и клятвы не нарушает. Наоборот, после сказанного компания аристократов, сопровождающих меня, явно оживилась.
– Вам удалось победить их хваленые кентурии? – спросил другой.
– Это было не так уж и сложно, – кивнул я. – Как вы знаете, моя магия – медленная. Однако у меня было время на подготовку и тщательное планирование.
Да, а еще куча невольников для проведения кровавых ритуалов, но зачем шокировать людей?
– Байрон очень тепло о вас отозвался, – сообщила родственница меридийского графа, – и я полагаю, что одно только это позволяет вам считать нашу семью настроенной благожелательно к вашему Чернотопью.
Ее супруг, вернувшийся от бродящих по залу слуг с бокалом в руке, уловил суть разговора.
– Дорогая, твое любимое, – он вручил бокал жене и тут же повернулся ко мне. – Барон, если у вас есть излишки торфа, я бы хотел обсудить покупку. У нас в этом году стало сложно с удобрениями, как сами знаете.
Я вежливо кивнул.
Миззены занимались разведением крупнорогатого скота. Сам по себе это очень выгодный бизнес. Однако мятеж оголил существенные недостатки текущей рыночной системы. Многие аристократы, державшие на руках долговые расписки вместо живых денег, теперь могли ими разве что подтереться – должники скончались.
Несложно догадаться, что платить друг другу недействительными бумагами стало невозможно. Поэтому некоторые благородные семьи, делающие упор именно на них, а не на твердую монету, теперь находились едва ли не у черты бедности.
Миззены удержались на плаву за счет накопленной жировой прослойки – скот всегда шел по хорошей цене и платили за него деньгами, а не обещаниями. Но спрос, резко возросший ввиду серьезной просадки предложения, превышал возможности родственников Мизинга.
При этом маги могли подпитать почву, чтобы пастбища прорастали активнее. Однако без правильной естественной подкормки удобрениями это приводит к очень быстрому оскудению почвы. И приходится выбирать – либо уменьшать поголовье, чтобы хватило земли на его прокорм, либо вкладываться в закупку удобрений. Очень крупную закупку.
– Я готов рассмотреть ваше предложение, – кивнул я. – Но, боюсь, часть торфа уже забронирована бароном Блэкландом. Он тоже оказался в схожей ситуации.
Миззен улыбнулся.
– Барон, я думаю, вы не до конца понимаете, о какой цене мы говорим. Давайте отойдем в сторонку, чтобы не мешать почтенной публике развлекаться…
К концу вечера у меня на руках было четырнадцать договоров. И лишь малая часть из них – мои услуги и товары. Я фактически распродал весь торф, который мы добудем до конца следующего года. Но это как раз не было проблемой – любой чародей Земли способен поднять часть затопленного перегноя на поверхность. И Августа легко согласится выполнить и эту работу – ведь я плачу монетой, а от места основного заказа ехать в Черную не так уж и далеко.
Прием будет длиться еще и завтра, а я уже договорился о помещениях, бумажных станках, поставке материалов для них, печатных станках и прилагающихся к ним мастерах, готовых обучить себе замену из моих подданных. Так что, можно сказать, был предварительно готов план по созданию собственной типографии. Осталось это все реализовать.
Наконец, день подошел к концу, и я оказался в выделенных мне покоях. Сложив документы на столе, я уселся в кресло и, облокотившись на столешницу, положил голову на кулаки. Общение с высшим обществом крайне изматывало, несмотря на то, что, строго говоря, серьезного ничего не обсуждалось, но пустая болтовня обходилась моим моральным силам куда дороже, чем любые деловые переговоры.
Но зато, как мне кажется, удалось сместить градус своей репутации с «отморозок конченный» на «отморозок договороспособный». А в моей ситуации это практически полная победа. Правда, в комплекте, как оказалось, шли завуалированные предложения брака, но от них мне все же пока что удавалось вежливо отказываться.
Позволив себе расслабиться, я посидел так несколько минут, а затем вооружился ручкой и списком запланированных мероприятий. Помечая галочками заключенные договоренности, оценил фронт будущих работ и хмыкнул. С такими планами мне явно придется к месту долгая жизнь чародея, иначе и не успеешь закончить даже половины.
Убрав записи, я откинулся на спинку кресла, и в дверь постучали.
– Войдите, – разрешил я, быстро потирая лицо руками.
Слуга Блэкландов вошел первым и, убедившись, что я один, объявил:
– Ее милость баронесса Гриммен.
Договорив, он тут же выскользнул из гостиной, будто просочился сквозь стену. А Дия вошла ко мне с улыбкой на лице.
– Думала, уже не застану тебя в поместье, – сказала она, как только дверь за ее спиной закрылась. – Если бы Саломея не предупредила, что ты ушел, даже не узнала бы об этом.
За весь день нам действительно не удалось пересечься. Дию уволокли к себе в компанию девушки, а Марк занимался какими-то своими делами. Впрочем, его я как раз видел, но барон Белолесья крутился в своей компании, и кроме кивков мы так и не пообщались.
– Решал проблемы Чернотопья, – пояснил я, указывая на кипу документов, подписанных гостившими на приеме аристократами. – Как твой день?
Дия прошла через гостиную и с усталым вздохом опустилась на диван. Вид при этом у нее был крайне задумчивый.
– После того, как графы уехали, ни минуты покоя, – призналась она, подперев подбородок кулачком. – Ты, кстати, знал, что все в семье Фламмаган больны?
Я покачал головой.
Определить подобное я бы смог, если бы захотел, но, откровенно говоря, ждал момента, чтобы предложить Марку. А Дия способна определить это, лишь подышав одним воздухом с пациентом – вампирское происхождение позволяет многое.
– Я думал, только один сын, нет? – уточнил я, поддерживая разговор.
Дия склонила голову набок.
– Наследственное, – ответила она. – Причем очень старое. Не могу взять в толк, почему только сейчас проявилось. Девочка Марка уже не первое поколение, у нее вообще ни одного шанса на здоровое потомство.
Я хмыкнул и поднялся на ноги. Обойдя стол, остановился возле шкафа с книгами. Достав альманах, вручил его компаньонке с улыбкой.
– Можешь отследить линии их рода, – предложил ей, – уверен, ты легко найдешь, что пошло не так и почему болезнь пробудилась. Она не заразна сама по себе?
– Нет, – качнула головой Дия и тут же пояснила: – Если ты не планируешь заводить от Женевьевы детей, разумеется.
И сказав об этом, Гриммен раскрыла альманах, прекратив разговор. Я же вернулся на свое место.
Прекрасно изучив Дию за время совместной жизни в Меридии, я знал, что тему она подняла не без причины. И возможное исцеление Фламмаганов тут совершенно ни при чем.
Торопить я не стал, как соберется с мыслями, сама все скажет. Вместо этого еще раз проглядел подписанные договоры и, разложив их по обязательствам – я или мне – откинулся на спинку кресла.