Квашка – житель Подземного города

Глава 5.

Опернов. Отец и сын Доброкоровы

Комарикус был очень обеспокоен. Его снова вызвал шеф, чтобы устроить очередную головомойку:

– Ты знаешь, пустая голова! А если и набитая, то бефстрогановом! – орал шеф. – Таблеточки твои не имеют силу! Они не действуют! Я плачу кругленькую сумму вам, бездельникам, за негодный товар!

– Не может быть! – заикнулся Комарикус.

– Еще одно слово, и ты следующий пойдешь на бефстроганов! – рявкнул шеф, тяжелым взглядом уставившись в мафиози. – Может быть или не может быть, судить мне, а тебе – выполнять мои распоряжения, если не желаешь оказаться под забором с простреленным черепом.

Комарикус привык к угрозам шефа, к его грубому тону, но сейчас были не простые слова, здесь чувствовался разговор из неприятных, который мог закончиться любой неожиданностью.

«Что же случилось? – напряженно думал он. – Снабдикус не может подвести, очень идейный, до последнего времени его продукция не давала осечки. Значит, корень зла нужно искать в другом месте. Не исключено, что кто-то изобрел нейтрализатор, разрушающий действие таблеток».

Возникшая внезапно догадка ошеломила Комарикуса. Он заметался по балкону, словно загнанный зверь. Немного остыв, побежал к телефону, набрал нужный номер, вызвал Опернова – своего помощника, мастера по особым поручениям, умеющего незаметно убрать неугодных людей мафии.

Через некоторое время в дверь дома постучали условно – три раза, после разрешения войти появился силуэт высокого закачанного мужчины с бульдожьим лицом – личный помощник и телохранитель Комарикуса. Маленькие глубоко посаженные глазки не выражали даже малейшей мысли. Это была машина. Ей приказывали, и она точно, без эмоций выполняла любое задание, считая своим долгом ни во что не вмешиваться и в то же время не думать о последствиях.

Даже Комарикус где-то в глубине души побаивался своего помощника. Он знал, что если Опернову прикажут убрать шефа, то есть его, тот исполнит приказ, не моргнув глазом.

Комарикус повелительно поздоровался и предложил:

– Присаживайся, друг, разговор будет серьезным. Я имею точные сведения, что в нашей работе происходит утечка информации, поэтому тебе нужно срочно выяснить кое-какие данные по нашему сотруднику Снабдикусу, а именно: с кем он учился в институте, чем сейчас занимаются его сокурсники. Может быть, из них найдутся такие, кто и сейчас занимается научной деятельностью в той же области, что и Снабдикус. Если такие есть, то установи за ними наружку, пусть твои головорезы не упускают их из вида, я сам посмотрю, что делать дальше.

Профессор Доброкоров, сухонький старичок, сидел у камина, грел свои больные ноги, седая голова была тщательно причесана, большие роговые очки находились на кончике носа, а зоркие проницательные глаза смотрели в потолок. «Какой кошмар, какой кошмар! – время от времени восклицал он про себя. – Надо же до такого додуматься! Ну и Снабдикус, ну и выскочка! Создал-таки зло для человечества! Когда мы учились в университете, когда были молодыми, он показывал свои тетради. У него еще тогда была мания собственного признания и желание поднять чувство личной важности в мире, он и тогда уединялся, брюзжа на весь свет. Но кто бы мог подумать, что он займется таким промыслом, создаст психологическое оружие! Это погубит мир!»

Думая о своем, профессор не заметил, как тихо по устланному мягким ковром полу прошел сын, подойдя к отцу, заботливо спросил:

– Здравствуй, па! Кто же снова тебе мешает греться у камина? Ты не прочитал ни одной строчки книги, раньше такого не было.

– Привет, сынок! – перебил его Доброкоров-старший. – Да и я уже не тот, что раньше. – Он похлопал по плечу наклонившегося к нему сына, чтобы поправить плед, и продолжил: – Как дела с нашей лабораторией и с нейтрализующими таблетками? Они здорово подорвут авторитет моему злейшему «другу» Снабдикусу.

– Успокойся, отец, – заботливо произнес Антон, – дела идут хорошо, я принес опытные образцы наших противодействующих таблеток, – Доброкоров-младший достал из кармана коробочку и протянул отцу.

– Да, как раз то, что я желал видеть долгие годы! – улыбнулся профессор. – Одной такой таблетки хватит нейтрализовать в человеке действие любого порока, который насаждает Снабдикус. Но я боюсь, сынок, что мы можем не довести начатое дело. У Снабдикуса и его друзей очень развита агентурная сеть. Они пойдут на все, пытаясь ликвидировать лабораторию, а также могут посягнуть и на нашу жизнь. Я смерти не боюсь, так как уже старый человек, но тебе еще нужно жить.

– Я от своего не отступлюсь, пап! – твердо произнес Антон.

Глава 6.

Первый опыт тайной книги

– Здравствуйте, сосед! – услышал Квашка радостное восклицание своей соседки тетушки Сони, когда из города возвращался домой. – Где вы пропадаете? – с любопытством спросила она. – Вы прекрасно выглядите. Я знаю, что вас преследует Явал, но по вашему виду этого не скажешь. Вы совсем изменились, и – тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить, – в лучшую сторону. Я считала вас пленником Явала. Все уже знают, что он обитает в катакомбах, у него там вроде как собственное владение. Мои привидения летали туда на разведку, и вы знаете, что они сообщили?

– Что же вам они сообщили, тетушка Соня? – спросил Квашка, не показывая вида, что хочет все знать про своего врага.

– Да вы знаете! – выпалила она скороговоркой. – Там находится много жителей нашего города. Он выбирает молодых, такие как я ему не нужны. Так вот, Явал их кормит какими-то странными таблетками, после которых пленники становятся совершенно другими и просто не понимают, что есть добро и что должны быть дружеские отношения, как, допустим, между нами.

Тетушка Соня вздохнула, посмотрела очень внимательно прямо в глаза Квашке и, радуясь, воскликнула:

– На всех влияет этот несносный Явал, а на вас – нет! Молодец! Вы его не боитесь! Не то что многие. Если бы я была молодая, то задала бы ему!

Возвращаясь домой, то есть в подвал, который друзья уже выкопали, Квашка заметил, что Рябуко сидит на земле, нахохлившись, и канючит:

– Квашка, а Квашка, может, все пройдет, может, не стоит продолжать работу? Столько земли вытаскали, я очень устал.

– Это твое дело, – не возражал Квашка, хорошо помня разговор с тетушкой Соней, – если не хочешь быть свободным, если хочешь, чтобы тебя сцапали дружки Явала… иди, жди, когда они в твой рот натолкают таблеток и помутят твой рассудок, а я хочу остаться самим собой. Мне с такими, как они, не по пути.

Слова друга повлияли на Рябуко, и он рассудительно произнес:

– Прости, Квашка, это у меня от усталости. Давай продолжим работу, давай готовить спортивные снаряды и все то, что требуется для занятий.

– Вставай, хватит спать! – тормошил Квашка спящего Рябуко. – Режим наш изменился, теперь ночь стала нашим временем работы, причем усиленным. Теперь есть место для занятий. Приведи себя в порядок и начнем.

Рябуко уже не спорил, не жаловался, прекрасно понимая, что без специальной подготовки ему не стать сильным. Он знал, что происходит в Подземном городе, что жители города днем залечивают раны домов, заборов и приводят в порядок покалеченные улицы.

– Я готов, – вскакивая с постели, бодро заявил он.

Квашка достал заветную книгу, положив перед собой, стал читать:

– Во-первых, – прочел он вслух, – нужно научиться держать стойку! Это самое главное, тогда тебя не смогут неожиданно сбить с ног. Во-вторых, реакция! Нужно быть очень внимательным и не допускать врага близко к себе. В-третьих, нужно укреплять мышечную систему: бегать, прыгать, поднимать гантели, штангу. И, в-четвертых, выработать жесткий режим. Начнем со стойки! – предложил Квашка.

– Со стойки так со стойки, – вяло проговорил Рябуко, не до конца понимая значения этого слова.

– Тогда подойди ко мне ближе, – потребовал Квашка, – встань, расслабься, чувствуй, будто готовишься к прыжку. Основной упор делай на носки, то есть на пальцы ног. Понял? А теперь мгновенно собрался…

– Да! – ответил Рябуко и встал на пятки.

Квашка резко ударил его в плечо, тот полетел на пол, словно мешок с зерном.

– Вот это здорово! – засмеялся он, вставая. – Раз – и я на полу. А ну давай еще попробуем, теперь буду внимательней!

Глава 7.

Агенты на службе зла

Архив исследовательского университета, в котором учился Снабдикус, находился на десятом этаже серого здания, обнесенного забором, с током высокого напряжения, опасным для жизни. В самом здании датчики сигнализации следят за каждым желающим проникнуть в святая святых – тайну засекреченных открытий. Опернов уже не раз выполнял подобные поручения. Сигнализация и прочие системы безопасности не смущали его. Он суперагент, разве мог бы позволить себе бояться? Изъятие документов из большой кирпичной коробки для него мелочь. Выстрел миниатюрной катапульты – и веревка с багром на конце летит чуть выше уровня десятого этажа, накрепко цепляясь к оконной раме.

Солнце почти село. Серый спортивный костюм Опернова сливается с огромной стеной здания. Агент без усилий поднимается по веревке. Последний рывок, и он на балконе. Алмазный стеклорез почти бесшумно прорезает большой круг, с помощью присоски вынимается стекло из стеклопакета. Агент проникает внутрь здания, достает из кармана специальный пистолет с краской, выстреливает в пневматический глазок, чтобы обесточить датчики. Доля мига, и тот покрыт плотным слоем краски. Опернов бежит по коридору, подстреливая пневмоглазки, ищет дверь с названием «Архив». Наконец она, заветная. Железная, массивная.

В нее проникнуть невозможно, но не для Опернова. Отмычки сработаны на совесть, и через минуту электронный, самый современный универсальный замок позволяет войти в мозговой центр – досье. Здесь хранятся данные на каждого, кто когда-либо учился, работал или имел контакт с этим засекреченным учреждением. Агент, обезвредив сигнализацию, спокойно прошел к шкафам, не снимая кожаных перчаток: «Ага, вот он, нужный выпуск студентов. А вот Снабдикус и вся его компания!» – удовлетворительно промурлыкал он.

Изъяв необходимые документы, чутким ухом уловил звук приближающихся шагов. Опернов догадался, что неисправность пневмоглазков заставила дежурных произвести осмотр помещения. Спрятавшись за дверью, притаился. Дежурный, ударяя рукой по каждой двери, узнавал, открыты они или нет. В очередной удар дверь неожиданно открывается, охранник выхватывает из-за пояса пистолет, вытягивает его перед собой на цыпочках, молча переступает порог. Шаг… и выбитое из рук оружие падает на цементный пол с неприятным металлическим скрежетом. Не успевает охранник опомниться, как Опернов массивной дверью ударяет его прямо в грудь, и тот без чувств оседает на пороге. Агент, перескочив через неподвижное тело, моментально скрывается за пределами мрачного здания.

Снабдикуса словно ударило током:

– Не может быть! – взвизгнул старый человеконенавистник: – Не верю! Нельзя создать противодействующие таблетки! Это значит, труд всей моей жизни насмарку? Глупцы! – продолжал он противно визжать. – Глупцы! Почему вы стоите, почему бездействуете? Нужно срочно поймать этих изобретателей! Во что бы то ни стало уничтожьте все, все! Так чего же вы медлите?

– Успокойтесь, профессор! – повелительным жестом остановил мафиози красноречивый поток брани Снабдикуса. – Работа ведется, но не думайте, что можно в один миг расправиться с изобретателями и заговорщиками. Мои ребята достали кое-какие документы, и, кстати, о чем вам говорит такая фамилия, как Доброкоров?

– Доброкоров? – задумался ненадолго профессор. – Помнится, еще в студенческие годы я знавал одного Доброкорова и показывал ему свои конспекты о возможности создания препарата, отрицательно воздействующего на психику человека. Я даже предлагал Доброкорову сотрудничать со мной. Он был талантливым ученым, но со странностями. Его идеи о справедливости ничего нового обществу не принесли, а мои таблетки уже действуют и набирают силу…

– Я нашел вашего Доброкорова, – перебил Комарикус, – да, он оказался твердым орешком. Сейчас за ним следят.

– Так он еще жив? – удивился Снабдикус.

– Да, профессор, жив ваш сокурсник и коллега в некотором роде. Правда, послабее вас здоровьем – что-то с ногами. Мои ребята наблюдают на ним, но за лабораторными исследованиями не замечен. С виду беспокойный старикан. Сидит на диете, предпочитает греться у камина и читать журналы. Его редко посещает сын, о чем они разговаривают – непонятно. Да, кстати, меня на днях снова вызывал шеф, серьезно намекнул на какие-то таблетки. Значит, что-то просочилось, зря он не мог так взвиться.

– У профессора есть сын? – удивленно поднимая брови, заметил Снабдикус. – Это совершенно меняет дело. Вполне может быть, что старикан передал свои наработки наследнику, и если тот талантлив, то продолжил начатое дело предком и спокойно создает где-то в тайном месте ненавистные добродетельные таблетки нейтрализации. Комарикус, запомните! Если вы не уничтожите эту лабораторию, не бывать нам на плаву и не иметь власти! Разгоните осиное гнездо и снова будем подниматься по лестничным ступеням в райскую жизнь.

Глава 8.

Квашка и Рябуко бросают вызов Явалу

– Во-вторых! – сказал Квашка, когда Рябуко в изнеможении, с громадными синяками под глазами, на руках и на ногах лежал на топчане и не мог отдышаться. – Во-вторых! – повторил Квашка. – Реакция!

– Какая там реакция, – стонал Рябуко, – столько шишек надавал, что не сосчитать.

– Поднимайся, притворщик, – засмеялся Квашка, – тебя можно поднять, лишь напомнив о Явале.

Рябуко поднимается и сам хитро подставляет подножку другу. Квашка не удерживается, падает, ударяясь о гирю. У него мгновенно вскакивает громадная фиолетовая шишка на подбородке.

– Ну как? – спрашивает Рябуко. – Больно? – и в то же время отлетает к стене, не заметив, как провел один из приемов, заимствованный из заветной книги.

Вследствие регулярных тренировок Рябуко стал выглядеть приятным жителем Подземного города, с хорошим настроением и крепким здоровьем.

Квашка тоже почувствовал, что напитался внутренней силой и окреп физически, мышцы пришли в тонус, а бодрость стала настигать его каждое утро. Живот спал, улучшилась осанка, свежий румянец заиграл на щеках, глаза излучают уверенность, походка изменилась, она стала по-кошачьи упругой. Неслышимая легкость удивляла, а в минуту опасности он мог внезапно сконцентрироваться и нанести сокрушительный удар по противнику.

Явал неистовствовал:

– Где Квашка?! – кричал он своему помощнику Ворчуну. – Ты, наверное, не понимаешь, что без него я не могу захватить город? Уже несколько месяцев топчусь на одном месте! Уже привидения смеются, а город не в моих руках! Если не найдешь этого змееныша, то я тебя самого разорву на части, понял?

– Понял, – ответил, опустив голову, Ворчун, – но, хозяин, что же я могу поделать: днем нет возможности показаться в городе, а вечером мои дружки постоянно следят за домами Квашки и Рябуко. Уже перебили стекла, вся мебель имеет жалкий вид, а они словно сквозь землю провалились.

– Но где-то они должны быть, – настаивал Явал, – нужно не только следить за ними, но осмотреть каждый сантиметр их жилища, может, у них есть тайник, а может, они живут у друзей. Нужно же шевелить мозгами, дурак!

– Хорошо, хозяин, – покорно отозвался помощник.

– Можешь идти! – зло, сквозь зубы процедил Явал.

«Действительно, – подумал он про себя, – может, их уже нет в живых, а я все не решаюсь напасть на город и не захвачу его полностью? Таблеток еще много, но нужно спешить. В замке чародея ими уже не разживешься. Через неделю нужно действовать. Найду Квашку или нет, все равно пора кончать с жителями Подземного города».

Ворчун с громилами смело шел по городу. Никто не осмеливался в это время выйти на улицу. По ночам Подземный город был во власти Явала и его помощников. Молодые, крепкие, озлобленные, находящиеся под действием таблеток, они крушили все на своем пути.

Яростная компания, поддерживаемая дико смеющимися привидениями, ужасными превращениями янки, держала в страхе жителей Подземного города. Ворчун как хозяин давал соответствующие указания: где разбить стекла, где поломать забор или вытоптать сад.

Город молчал, никто не рисковал выйти один против бесноватой своры. На то были веские причины. Жители Подземного города не были приучены драться, воевать между собой, участвовать в какой-либо форме насилия. Они всегда жили порядочно, уважая в каждом жителе такие права, как право на жизнь, право на достоинство личности, право на свободу и личную неприкосновенность, право на неприкосновенность частной жизни и жилища, право на свободу передвижения, свободу совести, мысли и слова. А главное, они не представляли, каким образом собраться вместе и ответить на грубость, даже для того чтобы защитить себя от притязаний на свою свободу и независимость со стороны Явала и его дружков. Они надеялись, что у Явала где-то там, в душе, далеко-далеко, есть разум. Пройдет некоторое время, он одумается, вернется в город с повинной, попросит прощения за свои злодеяния и возвратит захваченных жителей живыми и невредимыми, такими же добрыми, как и раньше.

Ворчун не ожидал, что Квашка и Рябуко решили в эту ночь поквитаться с молодчиками Явала, задать им хорошую трепку и проверить на практике действие приемов, позаимствованных из старинной книги.

Квашка и Рябуко тихо вышли из своего убежища и стали ждать прихода нарушителей спокойствия. Уличные фонари светили ярко, и было видно как днем. Вот послышались крик молодчиков, визг привидений, а Квашка и Рябуко, затаившись у стены дома, зашептали:

– Рябуко, не бойся! – подбадривал Квашка.

– С чего ты взял, что я боюсь? – удивленно вскинув брови, спросил он друга.

– Да так сказал, на всякий случай, – заулыбался Квашка, – просто хочу тебе напомнить, что удар моего кулака гораздо слабее дубинки, которую могут обрушить на тебя свирепые громилы-профессионалы.

– А ты что, ее пробовал? – полюбопытствовал Рябуко.

– Пока еще нет, – ответил Квашка.

– Вот и следи сам, чтобы не поймать залетную птичку с тяжелыми крылышками, – предупредил друга Рябуко.

– Хорошо, Рябуко, – посерьезничал Квашка, – твоя – правая сторона, моя – левая. Далеко расходиться не будем, чтобы при случае суметь помочь друг другу. А сейчас стоим молча и ждем.

– Хорошо, Квашка! – уже совершенно другим тоном произнес Рябуко, и друзья, застыв, как изваяние, стали ждать прихода Ворчуна с дружками.

Ворчуну почему-то не нравился сегодняшний вечер. Ему надоело ходить по улицам, громить витрины и пугать прохожих. Ему очень хотелось найти Квашку с его другом Рябуко и доставить их в катакомбы. Злость с раздражением сквозили в каждом его шаге. Подходя к дому Квашки, он решил пересмотреть все углы, стены, потолок и во что бы то ни стало найти неприятелей Явала. Он мечтал расправиться с ними в катакомбах и выместить на них накопившуюся злость.

У дома Квашки Ворчун зорким глазом заметил два силуэта, опершиеся о стену, и, задрожав от радости, произнес:

– Наконец-то я вас нашел, друзья-приятели! Долго я за вами охочусь! То-то будет потеха!

Размахивая толстыми ручищами и чувствуя явное превосходство в силе, он шел напролом. Бесноватая компания остановилась. Она увидела Квашку и Рябуко, ей тоже захотелось посмотреть, как Ворчун расправится с хлюпиками. Такие представления были редкостью, и они мечтали получить удовольствие.

– Так где вы пропадали, шутники? – подходя к дому, со злорадством выпалил Ворчун. – Мы вас, голубчики, очень заждались и уже не надеялись встретиться снова.

– Это не твое дело, – спокойно произнес Квашка.

– Как это не мое дело? – притворно улыбаясь и позевывая, ответил Ворчун. – Явал давно зовет к себе таких важных персон, приготовил достойный прием, а вы говорите – не мое дело. Нет, ошибаетесь, как раз мое дело.

– Вот пусть сам Явал и приходит за нами! – не стерпел Рябуко.

– Да вы за последнее время не на шутку осмелели! – прошептал, наливаясь кровью, Ворчун.

Громилы стояли, затаив дыхание, ожидая развязки, а Ворчун, подойдя к Квашке, размахнулся громадным кулачищем для удара. Никто не успел заметить, что произошло дальше. А дальше произошло непредвиденное. Удар. Ворчун взвыл от бешенства и боли. В то же время Квашка провел один из приемов, и словно какая-то неведомая сила подбросила в воздух волосатое чудовище, а затем ударила о тротуарную дорожку.

Ворчун лежал в неудобной позе, потеряв сознание. Компания оцепенела. Молодчики не могли поверить, что их вожак побежден, и кем? Этими слабаками! Привыкшие к победам без сопротивления, они некоторое время стояли в оцепенении, а затем, размахивая дубинками и выкрикивая угрозы, понеслись ураганной лавиной на приступ.