Лера: первое прикосновение

– А ты как узнала об этом? В деле этого нет. Герасименко лично всё проверял. Он самый дотошный в моей команде.

– Вы ютюбовский ролик до конца смотрели? Фраза плачущей матери «… и Димочка в тюрьме…» вас ни на что не натолкнула? Нет? А меня натолкнула. Из контекста я поняла, кто такой Димочка. Но не стала пробивать где и за что он сидит. У меня ведь допуска нет к таким гостайнам. Ну что, я пойду в свой подвал?

Но Харитонов уже не слушал молодого криминалиста. Он давил на все кнопки селектора подряд и орал:

– Герасименко ко мне, быстро!!! Дон гондон педантичный!!!

… Когда дым сражений в кабинете старшего следователя развеялся, и старший лейтенант Герасименко превратился из дона гондона в конченого гея, вся команда Харитонова внимательно перечитывала копию справки об освобождении из колонии Дмитрия Рогова и озабоченно качала полупустыми головами, которые оторвали от важных дел по самообогащению.

– Где Рогов? – из последних сил прохрипел Харитонов. Голос он сорвал около часа назад на подчинённом-гее.

В кабинет вбежал радостный капитан с двадцатью килограммами лишнего веса и факсимильной копией в руках.

– Я связался с Нижним Тагилом. Рогов встал там на учёт сразу после освобождения, но паспорт не получал. Через три дня после освобождения на промзоне в заброшенном ангаре обнаружили три сгоревших бомжа. В одном из них зоновский кочегар опознал Рогова. Двух других не опознали. Похоронили в общей могиле. Вот номер.

– А почему в общей? – Возмутился Харитонов. – Его же опознали.

– Я не в курсе. – Покраснел полненький капитан. – Так в факсе написано.

– Везде бардак. – Прошипел майор. – Так у нас скоро наркош для благих дел не останется…

… На этот раз Харитонов сам спустился в подвал и зашел в криминалистическую лабораторию.

– Чем занимаемся? – Поинтересовался он.

Светлана выключила термошейкер ПЦР планшетов и развернулась к начальнику лицом, не вставая с удобного лабораторного стула, который сама приобрела взамен доисторическим табуреткам с инвентарными номерами.

– Нашли дядю? – спросила она, не скрывая ехидцу.

– Он погиб через три дня после освобождения. Даже не успел из города выехать. Сгорел в ангаре.

– Какая жалость. А я так надеялась…

– На что надеялась?

– Увидеть тёмного рыцаря, который наказал зло в нашем городе.

– В нашем городе тёмный рыцарь – это я. Я наказываю зло. – Харитонов втянул живот и напряг дряблый бицепс. – Мы законные борцы с преступностью.

– Так всё же вы или мы? – Светлана ехидно улыбалась.

– Не передёргивай и не придирайся к словам. Самосуд – не наш метод.

– Да, я в курсе наших методов. Кстати, на досуге поинтересовалась и выяснила, что до вас дело сестёр вёл некто капитан Розумовский. Он не справился, раз дело передали вам?

– А что Розумовский? – Заюлил майор. – Он улики незаконно добывал, факты подтасовывал…

– Какой негодяй! – Укоризненно покачала головой Светлана. – Ведь он же не докопался до настоящих убийц? Это ведь вы лично сделали?

– Ну да, я… – Харитонов сунул руки в карманы и отвернулся от пронзительного взгляда подчинённой. Он всеми фибрами надеялся, что Светлана не сможет выяснить, подробности, как Розумовский раскрутил дело, которое впоследствии приказали замять, передав его более сговорчивому и небрезгливому следователю. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто Розумовский – остаётся единственным человеком, у которого был атомный мотив, приправленный жаждой мести расправиться с нашими хулиганами-насильниками. Я бы рыла в этом направлении.

– А ты сможешь?

– Что смогу?

– Сможешь порыть? – Харитонов подошёл к Светлане на не пионерское расстояние и почти обнял её, опёршись на спинку стула.

– Я, вообще, много чего могу. Но меня не допускают. Однако, регулярно консультируются, когда хотят узнать что-то новенькое. – Светлана отъехала от начальника и встала со стула. – Да и работы по специальности навалом. Вот, новый секвенатор осваиваю.

– Мальцева, я тебя освобожу от всего. Тебе недели хватит, чтоб докопаться?

Светлана катринно скривила губы и закатила глаза.

– Даже не знаю. Ведь наша служба и опасна и трудна. И начальству она как будто не видна…

– Мальцева, прекрати. Обещаю тебе. Будешь в шоколаде. Только найди хоть какие нибудь концы!

– Ну хорошо. – Светлана срестила изящные ладошки. – Мне нужна машина и предвиденная сумма на непредвиденные расходы.

– Всё будет! – Харитонов схватил смартфон и набрал номер гаража. – Когда начнёшь?

– Да прямо сейчас и начну. – Криминалистка окинула взглядом потолок лаборатории. – Прощай немытая хибара. Хозяйка уходит в недельный загул.

… Харитонов проводил взглядом служебный Форд, за рулём которого гордо восседала Светлана и плюхнулся в кресло, потирая руки.

«Если б не такая строптивая была, можно было и на вышестоящую рекомендовать. – Подумал он. – Посмотрим, как с задачей справится».

Размышления сыщика прервал звонок от заказчика. Харитонов натянул на лицо подобострастное выражение.

– Приветствую, Пётр Григорьевич! – Затрещал он, отрывая задницу от кресла. – Только собирался вам звонить!

– Ну а чего не звонил тогда? – Голос Крысюка напоминал рычание старого затравленного медведя. – Должен был ещё вчера доложить о ходе расследования.

Харитонов недовольно поморщился.

– Вчера я утвердил окончательный план операции. А сегодня группа моих сотрудников уже напала на след преступника. Пока я не могу разглашать его имени, но обещаю, в течении недели мы его возьмём.

– Кто входит в твою группу? – Поинтересовался спикер

– Мои лучшие спецы. Они не допустят сбоя.

– Ладно, смотри мне. Тут выбор невелик. Либо погоны с деньгами, либо мешок с трендюлями. Я за сына не поскуплюсь ни за то, ни за другое.

Харитонов положил смартфон на стол и оглянулся по сторонам, будто бы засланные казачки от спикера городского законодательного собрания уже прятались в его кабинете.

«Надо бы выпить. – Подумал он. – И расслабиться».

Харитонов вышел из управления, даже не подозревая, насколько этим самым он ускорил своё расследование. Майор направился в небольшое кафе на соседней улице, которым руководила его протеже Анжела. Помимо директорский функций, в обязанности отмазанной от уголовного дела Анжелы входили функции массажистки, гейши и личного психолога благодетеля- майора. Вдохнув свежего воздуха и немного успокоившись, он начал перебирать в уме виды массажа, которыми Анжела должна была осчастливить его на этот раз. Перейдя улицу в неположенном месте, Харитонов вдруг увидел незаметно припаркованный Форд, на котором пару часов назад уехала «копать» Мальцева.

«И ты, Мальцева…» – подумал про себя Харитонов, а вслух так громко и затейливо выругался, что два бомжа, исследующие мусорные баки застыли в недоумении и одобрительно кивнули друг другу.

Майор набрал номер Светланы, но её смартфон был выключен.

Следователь бросился назад в управление и с порога с задранным вверх указательным пальцем начал требовать у дежурного срочно разыскать криминалиста Мальцеву.

– А чего её искать? – Невозмутимо произнёс дежурный, не переставая отхлёбывать кофе из термо-кружки. – Она уже второй час у айтишников сидит.

Харитонов ещё раз выругался, поразив на этот раз дежурного по управлению и кинулся к лифту.

***

Припарковав машину в тупике за мусорными баками, Светлана незаметно вернулась в управление и поднялась в айти отдел. Там, среди третьесортных спецов, способных лишь настроить вайфай и подключить принтер у начальства, затерялся стажёр из северной столицы Давид, невесть за какие грехи попавший на стажировку в уральский город.

Молодой специалист с первого взгляда разобрался, кто в управление является самой красивой и умной девушкой и уже на третий день стажировки стоял на выходе из управления, с небольшим букетиком, поджидая Светлану. Та не в полной мере оценила прыть столичного стажёра.

– Вы у себя там все вопросы так быстро решаете? – Спросила она, снисходительно окинув Давида взглядом, полным скорее презрения, чем любопытства.

– Да нет, – смутился Давид и спрятал букетик за спину, – просто я подумал…– Давид взглянул в глаза девушки и забыл, о чём подумал.

– Ну а ты всё же подумай на досуге. – Бросила Светлана, и хотела было уйти, бросив героя-любовника с цветами у входа в ГУВД.

Но тут сработало то, что все называют чудовищной, веками совершенствующейся женской интуицией, а в случае Светланы возведённая в куб и, не дававшая мужчинам ни малейшего шанса соврать даже за тайную покупку маленького перочинного ножичка на Алиэкспресс. Девушка смягчила взгляд и сказала:

– А знаете, Давид, мне даже интересно, куда вы пригласите меня попить кофе. Или у вас другие планы?

– Какие планы? – Заикаясь начал было Давид

– Ну даже не знаю, как вы там хакеры развлекаетесь. Поведёте меня в гейм-клуб и напоите и обесчестите мою героиню в виртуальном баре на Пандоре?

– Да нет, я не это имел ввиду. Я хотел просто поговорить…

– Ладно, Ромео. Часик могу на «поговорить» выкроить. Пойдём, я знаю уютную кафешку.

В течении последующих четырёх часов Светлана строго выполняла предписания книги Карнеги «Как завоёвывать друзей и оказывать влияние на людей», пила бесконечные американо без сахара и поддакивала собеседнику. За это время Давид успел рассказать не только свою автобиографию в мельчайших подробностях, но и этапы жизненного пути по превращению его, из обычного геймера в элитного хакера, взломавшего ноутбук зама по воспитательной работе высшей школы МВД и выложившего на рабочий стол супер-защищённого компьютера начальника полицейской школы пикантные видео с участием полковника и молодых курсанток по просьбе самих же курсанток, которым не давал прохода любвеобильный зам.

Последовавшее грандиозное расследование произошедшего с размахиванием руками и угрозами в адрес хакера-злоумышленника не дали мало-мальски приемлемых результатов. Однако подозрения в адрес Давида у руководства школы остались. От греха подальше его отправили на стажировку в Читинскую область. Но тамошний начальник УВД прознав про способности молодого стажёра, мигом всё переиграл, и Давид не доехал до Читы, десантировавшись на Урале.

… Светлана поспешила мягко закончить чудный вечер с Давидом, после того, как он незаметно погладил её мизинец и начал, заикаясь, признаваться ей в любви.

– Давид, – обратилась к нему девушка зовущим драматическим меццо сопрано, – мы прекрасно провели вечер и многое узнали друг о друге. Давай всё осмыслим наедине каждый с собой и решим, куда будем двигаться дальше.

Для Давида распитие кофе в компании самой красивой девушки ГУВД стало судьбоносным. Начиная с выпускного класса, он регулярно терпел ярчайшие неудачи на любовном фронте. Любая девушка, согласившаяся пойти с ним на свидание, начинала скучать уже на том месте, где Давид принимался разъяснять принципы построения нейронных цепей в современных цифровых устройствах, моделирующих создание искусственного интеллекта. А так как Светлана продержалась в цифровом кошмаре более четырёх часов и даже не пикнула, на следующий день Давид сделал криминалистке предложение прямо во время пробития ею отпечатков пальцев с места очередного преступления.

Светлана имела туманное представление об этой процедуре, основываясь лишь на американских сериалах и любовных романах. Поэтому она остановила сканирование на компьютере, подошла к Давиду и подняла его с колен.

– Ты всё хорошо продумал? Считаешь пяти дней вполне достаточно, чтобы обречь себя на бесконечные мучения семейной жизни?

– Вполне. Для себя я всё решил давно… Ну как давно – пять дней назад. Теперь слово за тобой. Обещаю, ты будешь самой счастливой женщиной на земле. – Давид снова попытался опуститься на одно колено, но Светлана удержала его.

– Давай сделаем так. У тебя впереди полтора месяца стажировки. Я постараюсь за это время проявить максимум стервозности и капризности в сочетании с семейными сценами. Кроме того, у меня будет масса просьб и поручений, которые не всегда возможно выполнить. А потом я буду закатывать истерики, обвинять тебя во всех неудачах и заявлять, что ты меня не любишь по-настоящему. И если после этого ты не изменишь своего решения, я всерьёз рассмотрю твоё предложение.

Давид схватил обе ладони девушки и горячо их расцеловал.

– Я готов. Какое первое задание? Цветик-семицветик?

***

Майор Харитонов влетел к айтишникам как раз в тот момент, когда Светлана вынимала из принтера распечатки по биллингу телефона следователя Игоря Розумовского. Штатные админы при виде начальника побросали бутерброды и рассыпались по рабочим местам.

– Что это у тебя? – Харитонов надвинулся на подчинённую всей своей массой

– Да так, одна из версий. – Светлана попыталась сунуть листы в папку, но майор перехватил их и стал разглядывать.

Когда до него дошло, что к чему, он ядовито улыбнулся и похлопал Мальцеву по плечу.

– Ай, молодца! Я и сам догадывался, но времени не хватило. Кстати, а как вы биллинг достали? Я ведь разрешение не подписывал. – Харитонов окинул взглядом притихших айтишников и остановился на стажёре, который без тени смущения рассматривал начальника любимой девушки, которая не очень лестно о нём отзывалась.

– Это ты? – Спросил Харитонов

– Так точно, я, товарищ майор! – Давид вскочил со стула и приложил ладонь к виску.

– К пустой голове рука не прикладывается! – Зло кинул Харитонов. – И почему все без формы?

Айтишники стали ещё более незаметными, а Давид шагнул навстречу майору и, не опуская ладонь под козырёк, прогремел:

– Нам в Питере сказали, что на стажировку можно без формы, так как у вещевиков что-то там не срослось. Видимо, слишком много украли. Поэтому прошу вас дать распоряжение в вашу вещевую службу, выдать мне форму из подменного фонда, чтоб я мог ходить на службу, как настоящий коп.

– Ладно, с тобой потом разберусь, – Харитонов потряс листами, – Мальцева, ко мне в кабинет!

… Наблюдая за тем, как её начальник за рабочим столом злорадно рассматривает и сортирует листы с телефонным биллингом, Светлана в отчаянии покусывала губу и размышляла, как исправить ситуацию. Своей просьбой к Давиду, невесть как вытащившему из даркнета телефонную подноготную следователя, нашедшего убийц, а затем несправедливо разжалованного и отправленного в районное УВД на нижестоящую должность, она напрямую привела к нему Харитонова.

– Ну что ж, повторюсь, ты молодец. – Прервал молчание майор. – Это не снимает вины за чёрный биллинг. Но, всё равно – молодец. Со стажёром я разберусь отдельно. Он надолго запомнит наш город.

– Так вы считаете это был Розумовский? – Спросила Светлана

– Организатором явно был он. А вот исполнителя он прятал вначале в ближайшем дачном посёлке, а затем в деревне Лесное. По крайней мере биллинг об этом свидетельствует. – Харитонов откинулся на спинку кресла – и злорадно улыбнулся. – Это, конечно, теория. Но скоро мы её проверим.

– Разрешите идти, продолжать расследование? – Съехидничала Светлана.

– Да нет, всё. Ты закончила. Благодарность получишь в приказе.

– Но вы же неделю обещали?

– И молодец, что управилась быстрее.

Светлана мысленно обозвала начальника лицом с нетрадиционной сексуальной ориентацией и направилась в подвал.

У дверей в лабораторию её поджидал Давид.

– Пойдём, по чашечке эспрессо? – Предложил он, а знаками показал, что в здании возможна прослушка и попросил оставить смартфон в помещении.

Они вышли на улицу, и направились в тупик, где Светлана парковала служебный Форд. Там стоял чёрный внедорожник, дверь которого была открыта.

– Давай в машину, там безопасно. – Давид взял девушку под руку

– Это твоя?

– Нет. Но в Питере у меня такая же. Только получше комплектация.

Светлана подошла к открытой дверце и заглянула вовнутрь автомобиля. За рулём сидел спортивного вида молодой человек и приветливо улыбался.

– Здравствуйте, лейтенант Мальцева! – сказал он. – Разрешите представиться. Капитан Розумовский. Можно просто Игорь. Мы можем поговорить?

– Могли бы и не представляться. Я вас по фото узнала. – Светлана запрыгнула на пассажирское сиденье, а Давид сел на заднее. – И служебную характеристику вашу знаю. Не ту, которая на бумаге, а ту, которая по рассказам сотрудников ГУВД. Как вам на новой должности?

– Не жалуюсь. Вот капитана недавно вернули на погоны.

– Поздравляю. Так что за дело у вас?

– Давид сказал мне, что дело скорее у вас ко мне. Но я бы назвал это нашим общим делом.

Светлана оглянулась на Давида, тот утвердительно кивнул и сказал:

– Я позвонил товарищу капитану. Сразу после того, как Харитонов забрал наши бумаги.

– В общем, правильно сделал. Но следующий раз ставь меня в известность. – Светлана притворно нахмурила брови.

– Просто я уже не надеялся, что ты выйдешь от Харитонова живой. Думал он тебя там пытать будет, а потом съест.

– Пыталка у него для меня не выросла. Ну давайте к делу. – Светлана повернулась к Розумовскому. – Я предполагаю, что Харитонов может отправить группу захвата в Лесное. Если вы кого-то там прячете, предупредите его. Думаю, время ещё есть.

Розумовский покачал головой и положил руки на руль.

– Вы плохо знаете своего начальника. Никакой группы захвата не будет. Боюсь, туда поедут совсем другие люди. Не из нашего ведомства

– Тогда звоните немедленно! – Почти закричала Светлана

– Не переживайте. Тот, за которым они едут намного опаснее, чем можно себе представить. Если бандиты рассчитывают просто въехать в деревню и захватить пленника, то уверяю вас, их ожидает очень неприятный сюрприз. Но я позвоню на всякий случай. А вы вот что. – Розумовский достал из бардачка два телефона-звонилки и протянул Давиду и Светлане. Общаемся только по ним. Мой номер вбит в контактах. Никому больше с этих телефонов не звоните.

***

Майор Харитонов не стал тянуть и сразу после ухода Светланы позвонил Крысюку.

– Пётр Григорьевич, мы нашли место, где может прятаться фигурант. Завтра я отправлю туда своих людей для проверки факта пребывания. Если он там, мы его арестуем и доставим в управление.

– Майор, у тебя совсем башка опустела? Какое управление? Я эту мразь лично в своём подвале резать буду! По маленькому кусочку! В течении целого месяца. Под капельницами буду держать чтоб не сдох! Говори, где он?!

– Но мы пока полностью не уверены. Это просто версия, которую ещё нужно проверить. – Харитонов почувствовал, что его загривок начал покрываться холодной испариной. – Его может там и не быть.

– Где он!? – Заревел Крысюк

– Деревня Лесное…– чуть слышно промямлил старший следователь ГУВД.

… Через полчаса от гостевой дачи спикера городской думы отъехали два Рендж Ровера с восемью головорезами на борту и полными багажниками нарезного и помпового огнестрельного оружия. С проблесковыми маячками и крякалками автомобили выехали на окружную дорогу и взяли курс на деревню Лесное.

***

Автолавка заглохла в пяти километрах от деревни. Пистон выругался и что есть силы врезал руками по рулю.

– На металлолом пора эту колымагу!

Валет и Глыба вылезли из кабины старенького ГАЗ-53 и начали разминаться.

– Чё делать будем? Пешкодралом на заимку? – Спросил Валет

– Ты в электричке и на автобусе сюда приехал. А мы натопались уже. – Глыба открыл фургон автолавки. – Жратвы здесь полно. Надо бы машину, чтоб перевезти. Не бросать же. Здесь и водяра есть!

Пистон, недавно отслуживший в армии на должности водителя БТР, сорвал травинку и сел на обочину дороги. Пока Глыба и Валет осматривали содержание автолавки, он обдумывал план захвата первой попавшейся машины, на просёлочной дороге. Когда план полностью сложился в его голове, он поднялся и подошёл к фургону.

– Выпрыгивайте оттуда. Надо машину развернуть поперёк дороги. Сейчас все пугливые, могут не остановиться.

– Так мы можем доски с гвоздями на дороге положить. – Глыба показал Пистону ящик с гвоздями у дверей фургона.

– Ну и что ты потом с дырявыми колёсами будешь делать? Нам машина нужна, чтобы на заимку добраться и отлежаться там, пока не всё утихнет. И жратва не помешает.

Сообщники развернули грузовик поперёк дороги, поставили на ручник и вопросительно посмотрели на Пистона.

Тот одобрительно кивнул, немного подумал и сказал:

– Значица так. То, что мы так легко взяли автобус и автолавку говорит лишь о том, что нам повезло. Третий раз может и не повезти. Думаю, менты уже мчаться за нами. И, скорее всего, на этой дороге появится их УАЗик. Мы его захватывать не будем. Посмотрим из засады, что они будут делать. И тогда я решу. Поэтому бери свой обрез – Пистон кивнул Глыбе, – и давайте вон в тот лесок. А ты, Валет, проверь, сколько у тебя маслин в стволе осталось. Они думают, что мы рвёмся в деревню. Нас там будут искать. Ну что ж, флаг им в задницу и паровоз навстречу.

… Патрульный УАЗик появился у автолавки ровно через час. Полицейские с автоматами наперевес неуклюже окружили машину, проверили кабину, фургон, о чём-то посовещались, сдвинули грузовик к обочине, перегородили дорогу лентой, выставили охрану и умчались в деревню.

– Ну что, – Пистон обратился к Валету, – Сумеешь подкрасться незаметно и завалить его?

– Кого, мента?

– Нет, Глыбу! – Выругался Пистон. – Конечно мента.

– Даже не знаю, – трусливо заблеял Валет, – всё-таки мент. За такое пожизненное могут дать.

– Ты на пожизненное уже в городе настрелял. Второе пожизненное вряд ли дадут.

– Да нет! Там я на разборках стрелял. Можно сказать – защищался. Они ведь тоже в нас палили из всех стволов. И не моя вина, что я лучше стреляю.

– А Лом тоже в тебя стрелял, когда ты его в затылок пристрелил у стенки? Ведь именно из-за него случился весь сыр-бор. Сдали бы его Барину живым и сидели бы сейчас где-нибудь в малине с бабами, а не прятались по заимкам.

– Это был военнопленный. И ты слыхал сам его угрозы в наш адрес. Остался бы жив – неизвестно ещё сидели бы мы в малине или догнивали в яме. – Валет виновато опустил голову.

– Ладно, давай ствол. Сам управлюсь. Я ведь, вроде, не хуже тебя стреляю. – Пистон проверил ПМ, загнал патрон в патронник и пополз к автолавке.

… Алексей Матвеев после армии мчался в родной город с надеждой начать новую жизнь, используя приобретённую в армии профессию механика водителя БТР. Он живо представлял себя персонажем сериала «Дальнобойщики» и не раз прокручивал в голове остросюжетные сцены из фильма, в которых он бы запросто положил нескольких бандюганов, нападавших на фуры. И это были вполне обоснованные сюжеты.

Однажды в одной из горячих точек колонну техники, в которой находился и БТР Матвеева буквально разорвали в клочья боевые вертолёты. Десантники хотели покинуть БТР и рассредоточиться. Однако Алексей свалил БТР в кювет у дымящейся воронки, выключил двигатель и заорал:

– Замереть всем!

Десантники в бойницы наблюдали за тем, как вертолёты расстреливают ракетно-пулемётным огнём пытающихся скрыться технику и бойцов. Когда всё утихло, Матвеев, как ни в чём не бывало завёл двигатель, выехал на искорёженную дорогу и спросил командира десантников:

– Куда едем, командир?

БТР Матвеева оказался единственной неповреждённой машиной в которой выжил весь личный состав. С этого для все десантники, включая командиров обращались к нему не иначе, как Лёха-братан и выполняли все его прихоти вплоть до самого дембеля. Именно у десантуры Матвеев научился метко стрелять, метать штык-ножи и сапёрные лопатки, а также основам проведения локальных диверсионно-тактических операций.

Но вернувшись в родной город, Матвеев очень быстро понял, что его карьерно-должностной максиму – это охранник в супермаркете «сутки через двое» с регулярными вычетами из зарплаты за недостачу в торговом зале. Девчонки, которые обещали «обязательно дождаться его из армии», уже нянчили младенцев или находились в роддоме, а родители ежедневно интересовались, не нашёл ли он работу.

Алексей уже всерьёз подумывал о контрактной службе, когда однажды ему повстречался одноклассник Валентин Брызгин. Слово за слово, Валентин выяснил боевые качества товарища и предложил встретиться у «хорошего работодателя». Так Алексей попал в организованную преступную группировку отморозков, которую возглавлял Барин – один из четырёх наркобаронов города.

При первой встрече поджарый сухощавый Матвеев не произвёл должного впечатления на Барина и тот наградил его кличкой «Пистон». Однако, после первых же разборок с конкурентами, в которых Алексей на старенькой Хонде догнал вражеский БМВ, подрезал его и сбросил в кювет, Барин полностью изменил отношение к новичку и здоровался с ним лично. И погоняло Пистон звучала уже не снисходительно, а угрожающе.

Кроме того, все операции, в которых принимал участие Матвеев, на удивление стали проходить чётко и слаженно. Естественно, Барин принимал удачу на счёт личного гениального планирования. Однако ему было невдомёк, что именно Алексей вносил в планы едва заметные коррективы, приводившие к успеху. Матвеев понимал это и относился к удачам весьма настороженно.