Ледяная сталь

Глава 4

Алисия Фрейн

В период отбора для невесты существуют определенные правила. Первое – наличие двух подруг. Второе – завтраки. Каждое утро на протяжении недели все участники отбора должны завтракать вместе. Мы с девушками за маленьким столом на невысоком возвышении. Мужчины отдельно внизу. Зачем? Когда-то давно жену выбирали по тому, как и что она есть. Любит рыбу? Будет хорошей матерью. Предпочитает непрожаренное мясо? Всю семью станет держать в страхе. Фрукты? Нежная любовница.

Оден на завтрак не явился, что давало мне пространство для стратегического маневра.

В общем, стоит ли говорить, что с самого утра я налегала на непрожаренный стейк и активно мусорила, изображая из себя самого настоящего свинтуса. Вновь разряженная как кукла, в шелках и рюшах, я вгрызалась в мясо, как дикий зверь и, будто старый солдат, сплевывала кости в деревянную миску. Запивала все красным вином, заливая им платье. Хорошо, последнее было необходимостью. Ненавижу полусырой стейк и обычно заставляю повара готовить для меня «подошву» – прожаривать все до конца. Мясо получается жестким, но с фруктовым соусом и овощами – идеально.

И еще о завтраках. После первой трапезы женихи, понаблюдав за невестой, могут отказаться от участия в отборе. Признаюсь честно, именно на это я и рассчитывала. Ну а те, кто не испугается, по традиции смогут через подруг пригласить меня на индивидуальные встречи. Да не придет им в голову эта шальная мысль.

У меня зубы скрипели от этих ритуалов. Зато Аби и Найтингейл не теряли времени даром. Рядом со мной они казались дамами из высшего общества, идеальными и утонченными. Стреляли глазами в женихов, но единственный, кто их интересовал, не мог этого разглядеть. Такая вот ирония.

Декстер Шайн Блинд появился на завтраке позже остальных, как раз в тот момент, когда я с особым смаком сплевывала кость в миску и лучилась самодовольством. Даже жаль, что он ничего не видит. Глядишь, тоже бы сбежал!

– И что это было? – поджала губы Найтингейл, когда мы вновь оказались в дамской гостиной. Аби осталась с женихами собирать записки и отказы от брака.

– Ты о чем? – я картинно вытерла губы рукавом платья.

– Об этом! – рявкнула она, дергая меня за рюшу на перепачканном платье. – Вы ведете себя недостойно, Алисия. Еще раз подобное повторится, я вынуждена буду доложить вашему отцу!

– Докладывай. Так и думала, что тебя подослал отец. Аби – подруга и никогда не предала бы меня. А вот ты…на что ты вообще рассчитываешь, выслуживаясь перед лордом Фрейном? Хочешь занять место моей мачехи? Ни черта у тебя не выйдет. Многие пытались, но все кончилось парой ночей и разбитой честью глупышек.

Найтингейл слушала меня с маской ледяного презрения на лице. Я только сейчас заметила, что у нее своеобразные черты. Пугающе голубые миндалевидные глаза, как будто среди её родственников отметились эйты – коренные народы севера. Кожа смуглее, чем у меня и тяжеловатая челюсть. Волосы темные и явно жесткие, уложить их в модные нынче кудри она даже не пытается, просто зачесывает назад. Еще одна особенность коренных народов.

Выслушав мою тираду, девушка лишь холодно бросила:

– Тебе нужно сменить платье.

Короткой фразой превратив меня в мелкую шавку, лающую на мамонта. Еще и на «ты». Да, мне всего восемнадцать, а она явно старше. Но я выше по положению, зануда должна об этом помнить.

– Эй, а повежливее нельзя? – рыкнула вслед.

– Я разговариваю с людьми на том языке, на каком они говорят со мной, – ответ, как пощечина.

Найтингейл быстрым шагом направилась в сторону моих покоев. Не иначе выбирать очередное уродливое платье.

***

– Лиса, танцуй!

Абигейл весенним ветерком ворвалась в комнату как раз тогда, когда институтка заканчивала шнуровать мой корсет. В этот раз платье было в по-северному сдержанных серо-серебристых тонах и шло мне до крайности. Никаких рюш, цветочков и другой бутафории. Строгий силуэт и оголенные плечи, прикрытые лишь меховой опушкой из чернобурой лисицы.

– Они все отказались от брака?

– Увы, отказались только четверо. Один из них «синяя борода».

Девушка махнула листочком с отказами и плюхнулась на кушетку, забывая о приличиях. Аби вообще дама свободных нравов, пока её никто не видит. Зато на людях превращается в святошу.

– Хоть что-то.

Попыталась выдохнуть в узком корсете. Получилось. Это даже хорошо, что мне не удалось плотно позавтракать. Есть шанс не задохнуться, демонстрируя осиную талию.

– Но главное, – выудила записочку из складок платья. – Приглашение на свидание от Одена Араксского! Он не был на завтраке, но прислал своего слугу прямо к столу.

– Когда? – рванула к Аби и выхватила листок из её рук.

Развернула дрожащими пальцами. Неужели все получилось? Он приглашает меня на свидание сам! Признаюсь честно, я была готова написать ему лично. Но опуститься до приглашения со стороны невесты не пришлось.

«Госпожа Фрейн! Имею честь пригласить Вас на встречу сегодня в полдень. Оранжерея, прекрасный обед и ненавязчивое общение. Разумеется, Вы можете взять с собой любую из подруг. Искренне Ваш, Оден Араксский».

Официальный язык и каллиграфический почерк, как будто писал специально обученный человек, а не лично военачальник. Что ж, а чего я хотела? Это только язвительные калеки позволяют себе фривольные обращения в письмах. Оден – джентльмен, который никогда не позволит себе так обращаться с дамой.

– Мне нужна прическа. Косметика. Все, что положено! – я сама уселась на низкий табурет у зеркала. – Делайте со мной все что угодно, лишь бы свидание прошло на ура!

– Подожди, – Аби все хихикала. – Тут еще шесть приглашений. Что с ними делать?

– Сожги к черту! Мне они неинтересны! – распорядилась я, откидывая волосы за спину.

– Ну уж нет! – возмутилась зануда Найтингейл. – Согласно этикету, вы должны дать ответ всем и назначить не менее двух свиданий на сегодня.

– Но я не хочу больше ни с кем встречаться!

– Хочешь – не хочешь, Лис, а она права. Таковы правила отборов и мы, – кивнула на свой браслет Абигейл, – должны им следовать.

– Ну, выберите на свой вкус. Только не этого калеку! Так и быть, буду соблюдать правила.

– Прости, но Декстер Шайн Блинд не прислал приглашение, – простодушно ответила Аби, перебирая записки. – Зато фон Поллок прислал, хочешь сходить?

Я застыла с открытым ртом. Что значит не прислал приглашение? Вчера сам провоцировал меня назначить встречу, а сегодня все – интерес потерян? Совершенно невыносимый тип. Сама не знаю, почему меня так это задело. Но я тут же отвернулась к зеркалу, делая вид, что меня интересует чуть примявшийся на правом плече мех. Еще не хватало, чтобы мое разочарование заметили компаньонки.

– Хорошо, недо-вампир, так недо-вампир. Раз уж для калек я рожей не вышла!

– Алисия! – одернули меня обе «подружки».

***

Осенний ветер приятно холодил плечи и щекотал кожу меховой опушкой. Я нарочно шла медленно, чтобы Оден не понял мой интерес. Если прибегу на полчаса раньше, он поувствует себя победителем. Нет уж, отбор только начинается. Раз уж меня назначили призом, я хочу, чтобы за меня повоевали как следует.

Аби, которую я взяла с собой на свидание в качестве компаньонки, ежилась и куталась в теплый плащ. Север ей никогда не нравился, она предпочла бы провести эти осенне-зимние дни в теплой столице в окружении кавалеров.

– Алисия, умоляю тебя, пойдем скорее. Иначе я точно слягу с воспалением легких! – взмолилась, наконец, подруга. – И мы опаздываем на пятнадцать минут.

– Если я ему нужна, подождет, – хитро улыбнулась, но шаг ускорила.

Перед нами уже виднелся прозрачный купол оранжереи. Цветы были увлечением моей покойной матушки, удивительным хобби среди снегов. Отец хоть и редкостный гад, но очень дорожит памятью о супруге и выделяет огромные средства на поддержания жизни под мутноватым, большую часть года покрытым инеем стеклом.

Из отккрытой двери пахнуло влагой и дурманящим ароматом арании. Последний цветок осени. Ради него температуру в оранжерее снижают до минимально возможной. Сейчас здесь теплее, чем на улице, но Абигейл вряд ли рискнет снять плащ.

У меня на секунду закружилась голова то ли от аромата, то ли от предвкушения. Первое свидание и сразу с мужчиной мечты. Это реальность?

– Леди Алисия, сюда! – махнул огромной ладонью Оден и улыбнулся, привстав из-за стола.

Он тоже был не один. Рядом с ним стоял невысокий мужчина в расшитой золотом ливрее – явно из дворцовых слуг.

– Это Нокс, мой помощник. А вы, прекрасная мисс? – он одарил улыбкой Абигейл, та зарделась, как маков цвет. – Вчера я так и не узнал ваше имя.

– Абигейл Мидгар, главнокомандующий. Для меня большая честь познакомиться с вами, – девушка изящно присела в реверансе.

Я решила её подвиг не повторять, сравниться по грации с лучшей подругой мне еще ни разу в жизни не удавалось.

– Оставим формальности. Для вас, девушки, я просто Оден. Хорошо?

Он подмигнул весело и просто, как мальчишка, приглашающий нас вступить в игру. Это подкупило моментально. На целый час я забыла о том, что нужно играть роль приличной девушки и спохватилась лишь тогда, когда Аби слишком сильно пнула меня ногой под столом.

Мы говорили о том, что я люблю больше всего: завоевания, турниры бойцов и даже вспомнили академию разведки. Оказывается, Оден отучился там два года, но после того как его отец получил тяжелое ранение, бросил учебу и отправился в штаб – принимать командование.

Я не заметила, как пролетело время и куда-то исчез таинственный помощник. Абигейл ерзала на стуле, ощущая себя лишней. Она в военной истории разбиралась слабо. Я малодушно этому порадовалась.

– Алисия, окажете мне честь прогуляться по оранжерее? Потрясающе красивое место. Думаю, у него есть своя история.

Аби бросила на меня настороженный взгляд и попыталась мотнуть головой. Да-да, я все поняла, один на один в рамках отбора оставаться неприлично. Но кто меня остановит? Улыбнулась и протянула Одену руку:

– С удовольствием! Аби, подождешь меня здесь? Мы будем совсем рядом.

Слукавила. Оранжерея была огромна и, если захочу сейчас сбежать и спрятаться, никто меня не найдет, а я не услышу, как они кричат мне свое любимое: «Вернись, Алисия!». Но именно в оранжерее я всегда чувствовала себя в безопасности, именно здесь пряталась от отца в детстве и планировала проказы с мальчишками-слугами.

– Признаюсь честно, не думал, что вы согласитесь. Девушки обычно стесняются, – хмыкнул Оден, когда мы отошли от столика на несколько метров и Аби не могла нас слышать.

– Это мой дом. И в компании благородного Одена Араксского моей чести ничего не угрожает, не так ли?

Шорох веток, как будто смех. Или мне показалось? Скорее всего, кто-то открыл дверь в оранжерею и впустил поток холодного ветра.

– Разумеется. Если бы я хотел вашу честь, дорогая Алисия, она уже была бы моей, – льдинки голубых глаз блеснули самодовольством. – Но уверяю, что прибыл сюда с серьезными намерениями. Мне нужна жена, а не любовница.

От удивления едва не сбилась с шага. Вот так прямо? В лоб. С ледяным самомнением мне заявили, что я упаду к его ногам стоит только пальцем поманить? Или мне показалось? Внутри неприятно лязгнула сталь. Еще немного и мой язык раздвоится, а я забуду о приличиях и выскажусь зло.

– Рада это слышать. Но не думаю, что моя честь сдалась бы вам так легко, – чуть прикусила себе щеку. Не язви, Алисия, не язви. Сама хотела воина, а они не любят церемонии.

Огромный Оден вышагивал рядом со мной, как гордый лев, вальяжно и спокойно, то и дело задевая плечом листья высоких растений. Рядом с ним я сама себе начала казаться маленькой и какой-то незначительной. Мы вновь обсуждали его победы и совсем немного растения. Дорожка сужалась, запах араний становился все сильнее.

Не знаю зачем, но Оден смело и уверенно вел меня на багровую поляну – так мы называли пятачок, увитый последними цветами осени. Голова немного кружилась, но я послушно шла рядом, отвечая на какие-то незначительные вопросы.

– Вы любите арании, мисс Алисия? – внезапно мужчина обернулся и оказался слишком близко.

– Очень, это мои любимые цветы.

Я смотрела на него снизу вверх и мужественные черты перед моими глазами расплывались. Тело обмякло, поддаваясь какой-то неведомой ранее сладкой неге. Как будто кто-то родной окутал меня покрывалом и нежно обнял. Губы странно пощипывало от предвкушения…поцелуя?

– Вы сама, как цветок арании. Яркая, соблазнительная, прекрасная и ваш аромат не менее привлекателен, – он прикоснулся кончиком пальцев к моему подбородку и заставил поднять взгляд.

Хруст ветки. Второй рукой он дотянулся до цветка, отломил и воткнул в вырез платья, царапнув шипом. Нельзя. Арании нельзя убивать – закон севера. Здесь живой цветок дороже…

В лицо ударил ледяной ветер, словно кто-то разбил стекло и впустил его сюда. Отрезвило. Я смотрела на красивое лицо Одена Араксского, но видела лишь самовлюбленную усмешку на губах и холодные бесчувственные голубые глаза. Всю окутавшую меня нежность я только что придумала сама, поддавшись дурманящему аромату араний. Отпрянула в сторону.

– Думаю, наше свидание на этом окончено. Вы можете идти, Оден! – хотела сказать ровно и безэмоционально, но сорвалась на выкрик.

Не дожидаясь ответа, развернулась и со всех ног рванула вперед по дорожке. К счастью, воин за мной не последовал. На багровую поляну я выбежала одна и, пытаясь успокоить дыхание, несколько раз ударила себя ладонью по груди. Чувства смешались. Бочка меда восхищения, которую я лелеяла много лет, испорчена. В неё попала ложка дегтя под именем "разочарование". Оно медленно отравляло в моей голове образ Одена Араксского, но завершить начатое ему так и не удалось.

«Возможно, все мужчины такие самовлюбленные и уверенные в женской покорности? Я просто не знала…» – спасительная мысль позволила дышать.

Сил хватило, чтобы выпрямиться и достать из декольте цветок арании. Я виновато погладила лепестки и посмотрела на пылающие алым кусты вокруг. Столько живых и один мертвый в моих руках. Захотелось расплакаться, но меня остановил смешок за спиной:

– Отпустило?

Низкий, чуть бархатистый голос узнала без труда. Только калеки мне здесь не хватало!

– Что вы здесь делаете? – обернулась резко и поспешно спрятала руки за спину, будто в них был окровавленный нож, а не сломанный цветок.

– Отдыхаю от суеты. Я, знаете ли, обожаю тишину и запах араний. Не стал упускать возможность насладиться всем этим здесь. Особенно, когда в замке такая суета. Твои женихи готовятся к балу, как шлюхи в борделе к появлению Одена.

Он тронул рукой колеса и, натужно скрипнув, коляска медленно покатилась ко мне. Я так и стояла посреди поляны, окруженная благоухающим великолепием и не могла сдвинуться с места. Кусала губы. «Шлюхи в борделе» и «Оден» в одном предложении неприятно жгло в грудной клетке.

Еще и это обращение на «ты». Я так просто отказываться от этикета не собиралась. Не в общении с Декстером Шайн Блинд.

– А вы никогда не вступаете в честный бой? Предпочитаете прятаться по кустам и клеветать на соперников?

– Клеветать? – мужчина чуть приподнял брови. – Я очень редко вру, Алисия. Про Одена и шлюх знает вся столица, да и где вы видели воина, который ни разу не был в борделе?

– Можно же, хотя бы перед невестой об этом не упоминать? Или у вас язык за зубами не держится? – самоконтроль полетел к чертям. Язвлю, как дышу, но в ответ получаю лишь довольную улыбку на красиво очерченных полных губах.

– Всегда думал, что брак – это честный союз. Но если предпочитаешь недосказанности и лживые улыбки, на будущее я заготовлю для тебя парочку. – едва заметно выгнул широкую бровь и добавил. – Я всегда считал, что Ледяная сталь предпочитает колоть и резать, а не заплетаться в причудливые узоры. Ты не перестаешь удивлять.

Зацепил и потянул, сразу за самое больное. Он был прав, а я сама себя загнала в ловушку, ткнув его лицом в идиотские, давно опостылевшие мне правила и приличия. Еще и сама заявила, что согласна жить во лжи. А я не согласна. Совершенно точно нет.

– И еще одно. – Внезапно добавил мужчина. – Не хочу, чтобы вы случайно меня оклеветали. Я вступаю только в тот бой, который могут выиграть. Иду в обход, только если того требует победа. Маневры, Алисия, важная вещь в любой битве. Когда-нибудь вы этому научитесь.

Снова толкнул колеса ладонями и как-то сразу оказался очень близко ко мне. Так, что протянув руку, легко достал убитую Оденом аранию. Теперь цветок красовался в его длинных пальцах. Растерялась окончательно. Откуда он узнал? Этот человек точно слепой? Идиотка, зачем я вообще прятала цветок от слепого?

– Первая ошибка южанина, – поднес аранию к лицу и прикоснулся губами к кроваво-красным лепесткам. – Живой цветок на севере дороже золота. Она плачет, я не могу допустить её слез.

– Что?

Тут произошло чудо. Высокие кусты араний будто ожили, зашуршали ветками и вот одни из них – сломленная – показалась на поляне. Декстер прав, она роняла на дорожку серебристые капельки сока, поблескивающие, как маленькие слезинки. У меня перехватило дыхание. Ей больно. Оден причинил боль арании. Ранил её не дрогнув. Кажется, в мою грудную клетку воткнули сотню шипов красивейшего из цветков севера.

– Разрушение – удел воина. Созидание – долг каждого человека, – прошептал мужчина, касаясь губами алого венчика.

В следующую секунду цветок поднялся в воздух над его ладонью, крутанулся вокруг своей оси и по воздуху устремился к ветке. Серебристый свет, и вот цветок снова жив. Я, забыв обо всем, подбежала к кусту и осмотрела ветку со всех сторон. Никаких следов, будто Оден и арания никогда не встречались. Медленно провела пальцами по влажной тонкой ветке, извиняясь за то, что та пострадала из-за меня.

Улыбнулась цветку и сморгнула выступившие на глазах слезы. Впервые в жизни магия так тронула меня. В голове не укладывается. Я всегда считала, что магия – это подчинение. А маги – это люди, которые обладают силой и используют её, чтобы заставлять других делать то, что им нужно. Так магию использовал отец, подавляя волю других людей. Но то, что произошло сейчас.

Я не дышала, глядя на вновь оживший цветок…

– Удачи, Алисия. Думаю, на сегодня тебе достаточно впечатлений.

За моей спиной скрипнули колеса. Приличия слетели с меня, как тяжелый зимний плащ.

– Стой! – скомандовала и рванула к нему. – Что это было? – замерла напротив, уперев руки в бока. Жаль, что он не видит моей устрашающей позы, а просто едва заметно улыбается в пустоту.

– Магия. Неужели тебя совсем ничему не учили? Достанется же кому-то такая жена, – язвительный тон Декстера заставил меня вернуться в реальность. Передо мной не удивительный чародей, а язвительный калека. На несколько минут я об этом забыла и тут же поплатилась за слабость. Только что от его шепота цветку замирало сердце, сейчас же в моих руках вот-вот снова появится воображаемый меч. Когда мы рядом, я разрываюсь от противоречий, то ли убить его, то ли восхититься наглости.

– Я достаточно образована и, если тебе интересно, уже была принята в академию. Но отец настоял на браке!

– Неужели в королевской академии такой недобор, что берут кого попало?

– Что?! Да кто ты вообще такой, чтобы так говорить? Был бы ты здоров, уже вызвала бы тебя на дуэль! – подошла и уперлась руками в подлокотники его кресла, забыв о приличиях и о том, что теперь нас отделяли друг от друга лишь жалкие сантиметры.

– Думаешь победить меня? – расцвел Декстер. Арания по сравнению с этим самодовольным выражением лица, была жалким придорожным цветком в пыли. – Я готов принять твой вызов прямо сейчас. Мне не нужны глаза, чтобы победить неразумную девочку.

Он, он, да как он смеет вообще? Я кипела, сжимая пальцами подлокотники его кресла. Арания все еще щекотала мои ноздри терпким запахом, сметая границы дозволенного. Коварный цветок, а мы в его пыльце уже слишком долго.

– Мне восемнадцать, и я не девочка! Ты такой самоуверенный. Думаешь и отбор сможешь выиграть?

– Могу, но не хочу, – он небрежно откинулся на спинку.

– Не хочу? – внутри вскипела от обиды сталь, вот уж кто умеет раскалить её добела и закрутить в узоры. – Что значит, не хочу?

Не знаю, понимал Шайн Блинд, что я близко или нет, но вел себя так, как будто я все еще на другом конце поляны. Вот только я была намного ближе и могла в любой момент двинуть по его довольной физиономии. Плевать, что калека. Я тоже по мнению женихов не воин, а фиалка в оранжерее, которую если что можно растоптать.

Раскаленную, кипящую внутри сталь Декс поспешил облить ледяной водой:

– Зачем мне такая жена? Что в тебе особенного, девочка?