Абсолютный порядок
- -
- 100%
- +
Ванесса покачала головой.
– Я узнала обо всем за две недели до его смерти. Признавшись, что жить ему осталось недолго, отец рассказал мне обо всем, велел продолжать дело и угрожал преследовать меня даже из могилы, если я не выполню его волю.
– Боже мой! – воскликнул Ред.
– Сам он не верил в Него, сенатор. Но я совсем не уверена, что он не найдет какой-нибудь способ добраться до меня… в этой или в другой жизни. Хочу надеяться, что, если рай и ад существуют, мы с ним окажемся в разных местах. – Ванесса поднялась. – Ладно, я постараюсь раздобыть то, что тебе нужно, но это будет нелегко. Головорезы наверняка станут следить за каждым моим шагом, если даже я вернусь в Лос-Анджелес живой. Кстати, хорошо бы узнать о ближайшем рейсе отсюда, хотя мне жаль покидать такую приятную компанию.
– Я чем-нибудь могу помочь тебе, Энн? – спросила Триш.
– Я не Энн, милая. Да будет тебе известно, что я пресловутая Ванесса Феллон, дочь Майка Феллона. Никто не поможет мне в том, что я должна сделать, но все равно спасибо.
Полчаса спустя Ванесса вышла из квартиры и поспешила к ожидавшему ее такси. Она заказала билет на самолет до Лос-Анджелеса и теперь торопилась.
Триш мучило любопытство.
– Что эта женщина должна достать для тебя? – спросила она.
– Имена, множество имен. Даты. Места. Связи. Мне нужно нечто большее, чем слова озлобленной, жаждущей мести дочери. Теперь, после того как я поговорил с Ванессой Феллон, моя мечта стать президентом несколько померкла. – Голос Реда звучал задумчиво и грустно.
– Но почему… каким образом это влияет на твои планы?
– Потому что я верю ей. Она рассказала мне многое о себе, об отношениях с отцом, о мотивах своего поступка. У нее нет причин лгать. Возможно, впрочем, что Феллон просто сумасшедшая, но я в это не верю. А ты?
Триш покачала головой.
– Ни на минуту. Она немного странная и иногда не слишком приятная, но у нее твердый характер, и мне это нравится.
– Мне тоже… Проклятие! – Ред замолчал, потом смущенно признался: – Триш, прости, я солгал тебе. Я хотел выслушать эту женщину, но не мог позволить себе встретиться с ней наедине. Джо все слышал. Я боялся, как бы Феллон не узнала о его присутствии. Это отпугнуло бы ее.
– Джо! Где он? – Триш пришла в ярость оттого, что Ред обманул ее.
– Он сидел на кухне и записал все на магнитофон. Вероятно, сейчас Джо спустился проверить, села ли она без помех в такси.
– Ну что ж. – Триш чувствовала усталость. – Напрасно ты не сказал мне об этом. Я заслуживаю доверия и поняла бы, что тебе необходима гарантия безопасности. Теперь же оказалось, что я невольно предала Ванессу, и мне это совсем не нравится. – Она отвела взгляд в сторону, пряча слезы злости. – Ладно, у меня был трудный день, и я хочу домой. Милли наверняка едва жива от волнения.
– Прости, Триш. Я хотел бы сделать все иначе, но мне приходится защищать себя. Ты ведь понимаешь, да?
– Не совсем. Мне чужды все эти интриги, по-моему, только усложняющие жизнь. Скажи, Ред, почему Ванесса обратилась именно к тебе?
– Когда-нибудь, после того как все это закончится, я расскажу тебе, почему она не могла довериться никому другому. – Ред обнял Триш. – Ты пока останешься со мной?
– На некоторое время, – не слишком охотно ответила Триш.
Ред открыл дверь, и Триш вышла из квартиры, но вдруг вспомнила:
– Моя сумочка. Я оставила ее в спальне. – Она быстро прошла мимо него. – Сейчас вернусь.
– Я вызову лифт. – Ред переступил порог. Вдруг раздался глухой звук. Триш обернулась.
Ред с удивлением и ужасом смотрел на нее, схватившись за шею. Сквозь его пальцы текла кровь. Он едва держался на ногах.
Триш подбежала к нему, втащила его в квартиру и захлопнула дверь. Опустив Реда на пол, она повернула ключ в замке и закрыла задвижку. Триш услышала еще один глухой звук и поняла, что кто-то выстрелил через дверь. Она бросилась на пол рядом с Редом и в ужасе замерла. Он был без сознания, но только через несколько секунд Триш пришла в себя и начала действовать.
Она не решилась встать, опасаясь нового выстрела через дверь, поползла в ванную, схватила полотенца, затем, почувствовав себя в безопасности, пробежала через комнату. Прижав полотенце к ране на шее Реда, Триш попыталась остановить кровотечение. Боже, ему необходима помощь! Она бросилась к телефону и набрала номер 911.
– Скорее, пожалуйста. Ранен сенатор О’Ши. Боюсь, что он умирает! – Триш автоматически продиктовала адрес Джо и, убедившись, что помощь уже в пути, вернулась к Реду, жизнь которого отчаянно хотела спасти.
Бормоча слова утешения, Триш обняла его и прижала полотенце к ране. О Боже, когда же они приедут?
Через шесть томительно долгих минут в дверь постучали. Триш вскочила.
– Кто?
– «Скорая помощь», открывайте.
Она открыла, и двое мужчин в униформе сразу бросились к Реду. Джо вбежал следом за ними.
– Слава Богу, ты здесь, Джо! Кто-то выстрелил в Реда, как только он вышел за дверь!
– Иисусе, он мертв? – спросил Джо, стараясь заглянуть поверх спин мужчин, суетившихся возле сенатора.
– Не знаю.
– Ты видела, кто стрелял? – В голосе Джо звучало напряжение. Он схватил Триш за руку.
– Нет! Я втащила Реда в квартиру и заперла дверь, но через нее стреляли еще раз.
– Подумай, Триш, подумай… Как это случилось? Ред что-нибудь говорил тебе? – настойчиво спрашивал Джо.
– Нет! Я просто увидела кровь. Я вернулась за своей сумочкой, а Ред открыл дверь… и тут раздался выстрел. – Триш была на грани истерики.
Полисмен, стоящий возле Реда, прислушивался к их разговору. Джо повернулся к нему.
– Быстрее, офицер, приведите сюда помощь. Кто-то покушался на сенатора О’Ши. Преступник может быть еще в доме!
Офицер крикнул полисмену, стоящему около двери:
– Вызови людей, быстро!
Триш испытала облегчение, когда Джо оставил ее. Она подошла ближе, чтобы посмотреть, что с Редом. Один из врачей сделал инъекцию, а другой перевязывал рану. Закончив, он позвонил по мобильному телефону в больницу и попросил подготовить операционную.
– С ним все будет в порядке? – спросила Триш.
– Думаю, да, мадам, хотя он теряет кровь. Мы должны как можно скорее доставить его в больницу. Вы жена этого господина?
– Нет, – вмешался Джо, – она сотрудница, а я его менеджер. Я немедленно позвоню его жене. Позаботьтесь о нем. Это сенатор Ред О’Ши.
– Да, я узнал его. Мы выезжаем.
– Когда они остались одни, Джо обнял Триш за плечи и сказал:
– Все хорошо. Ты спасла ему жизнь.
– Джо, ты должен позвонить Глории и сказать, что будешь ждать ее в больнице. Как по-твоему, мне стоит поехать туда?
– Будет странно, если ты не поедешь. Он позвонил Глории.
Та восприняла известие мужественно и сказала, что приедет в город немедленно.
По дороге в больницу Триш впала в оцепенение.
– Джо, зачем кому-то понадобилось убивать Реда? Может, это связано с Энн… с Ванессой?
Джо покачал головой.
– Едва ли. По-моему, она пустышка, напускающая на себя важность.
– Неужели? А мне казалось, что Ред поверил ей.
– Это не так. Просто у него слабость к женщинам. Думаю, в него стрелял тип вроде Хинкли. Таким всегда везет, поскольку они работают одни и у них нет очевидных мотивов для преступления. Ведь камикадзе нельзя остановить.
– Но он убежал! – возразила Триш, начиная злиться.
– Они найдут его, не волнуйся, – отозвался Джо и взял ее руку. – Ты должна гордиться собой, дорогая, поскольку спасла Реду жизнь. Если он выкарабкается, ты станешь настоящей героиней.
– О Боже, Джо! А вдруг кто-нибудь заинтересуется, что я делала в квартире наедине с ним?
– Я уже подумал об этом. Версия такая. Ты была со мной, но я спустился вниз за машиной, и тут все это произошло. Придерживайся этой версии. Глория приедет в больницу, и мы постараемся привлечь к ней внимание средств массовой информации. Доверься мне. Я обо всем позабочусь.
Дрожащая Триш улыбнулась ему:
– Спасибо, Джо. Господи, он не умрет?
– Надеюсь. Но только подумай, каким он станет популярным, если выкарабкается! Помнишь, что было с Рейганом после того, как в него стреляли? Его рейтинг мгновенно поднялся.
Триш взглянула на Джо, но его лицо не выражало ни малейшего сострадания. Неужели Ред интересует его только как кандидат? Она возненавидела Джо.
Глава 41
ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ОДИН
После посещения матери Дэн не вернулся. Селена приготовила для него вкусный обед, прождала два часа и наконец позвонила ему домой. Стараясь не выказать злобу, она сказала:
– Дэн, дорогой, ты забыл, что я пригласила тебя на обед?
– Нет, но я очень расстроен. Я ездил к матери, и она… ушла.
– Умерла?
Возникла длинная пауза, и Селена поняла, что Дэн старается собраться с силами. Такие мужчины, как он, никогда не позволят себе заплакать.
– Нет, но она никого не узнает и не говорит.
– Как ужасно! Ты не должен сейчас оставаться один. Я скоро приеду.
Опасаясь возражений, Селена бросила трубку, схватила сумочку и накинула пальто. Захлопнув дверь, она услышала звонок. «Я не стану отвечать тебе, Дэн. Я приеду, хочешь ты этого или нет».
Сев в свою машину, Селена быстро направилась к Дэну. Она должна попасть к нему до того, как он совершит какой-нибудь безрассудный поступок, например, уйдет из дома. Не соблюдая ограничений скорости, Селена искусно маневрировала, пробираясь между машинами по дороге из Вентуры к Вудленд-Хиллз, где жил Дэн. Через двадцать минут она уже звонила в дверь его дома. Дэн открыл сразу, и Селена увидела, что он сильно взволнован.
– Селена, не думаю, что это время и место… – начал Дэн, но она, словно ничего не слыша, попыталась обнять его. Опасаясь, как бы соседи не увидели эту сцену, он отступил и закрыл дверь.
– Дэн, уверена, что ты еще ничего не ел, верно?
Он покачал головой, желая отказаться, но Селена решительно направилась на кухню.
– Сейчас все приготовлю и, перед тем как уйти, накормлю тебя.
Намекнув, что не собирается остаться на ночь, Селена успокоила Дэна и подавила возражения. Не все сразу, подумала она.
Селена сварила яйца и испекла из готового теста, найденного в шкафу, бисквиты. В холодильнике оказалась бутылка «Чардонно». Она открыла ее и налила два бокала. Передав Дэну вино, Селена отвела его в кабинет, где он устроился в кресле перед телевизором.
– А сейчас успокойся. Я принесу тебе кое-что. Поговорим позже.
Селена принесла ему обед и, пока он ел, развела в камине огонь, снова наполнила бокал прохладным вином, а затем села на пол у ног Дэна, глядя на него. При свете огня казалось, что вокруг ее темных распущенных волос образовался ореол. Селена приняла такую позу, чтобы тени и мерцающий свет сделали ее еще более соблазнительной.
Когда Дэн съел крутые яйца и бисквиты, Селена снова наполнила его бокал.
– Теперь расскажи мне, что случилось в больнице.
Сам того не желая, Дэн поведал ей не только о своих тревогах и страхах за мать, но и обо всем, что выяснил о местонахождении жены. Закончив, он испытал облегчение, ибо давно ни с кем не делился своими чувствами. В последние годы Дэн не раскрывался даже перед Кейк, хотя прежде рассказывал ей обо всем. Сейчас он не помнил, когда и почему это изменилось.
Селена слушала молча, боясь прерывать его. Сейчас Дэн казался совсем не тем мужчиной, с которым она спала. Он говорил, как слабый, покорный судьбе человек, и Селена поняла, что ее шеф гораздо более уязвим, чем она предполагала. Но разве не предупреждала ее об этом дорогая мамочка? Чем больше мужчины действуют, тем меньше чувствуют. Однако ей нельзя жалеть Дэна, иначе, видит Бог, она полюбит его. А над человеком, которого любишь, уже не установишь контроль.
Когда Дэн замолчал, Селена прикоснулась к его руке.
– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Матери занимают особое место в нашей жизни. Надеюсь, она не страдает.
Он опустил голову на руки.
– Господи, помоги мне! Что я должен сделать?
– Ты ничего не можешь сделать, поэтому только терпи. Это относится и к Кейк. Не думаю, что она вернется. А если это и произойдет, то не скоро.
– А если ее уход был только хитростью, придуманной ради того, чтобы я поехал за ней и привез обратно?
– А пошел бы ты на это при таких отношениях? Она не просто ушла, она унизила тебя, сбежав и оставив одного с гостями. Кейк – эгоистка. Ты всю жизнь работал для нее, купил этот прекрасный дом… дарил ей дорогую одежду… А теперь посмотри, как она отплатила тебе. Впервые получила в руки наличные деньги и сбежала. Она взяла деньги твоей матери и воспользовалась ими.
– Но я обманывал ее, Селена. День за днем я предпочитал ее телу твое. Ведь я почти перестал заниматься с ней любовью! Может, раз или два в месяц – чтобы она ничего не заподозрила.
При этой новости сердце Селены дрогнуло. Господи, если бы она знала тогда, какой обладала силой! Ну, теперь она выиграла?
– Знаешь, ты не первый мужчина, с которым это случилось, Дэн. Такое происходит постоянно. Но ты уже не тот человек, каким был, когда женился. Ты повзрослел, а Кейк нет… Она или не смогла… или не захотела. Не твоя вина, что ты полюбил другую женщину.
Дэн не смотрел на нее.
– Идем, Дэн, – продолжала Селена, – думаю, пора уложить тебя в постель. Ты прожил трудный день, и завтра наступит слишком скоро. Ты же знаешь, люди Стивенсона готовы разнести твои планы в клочья. Чтобы обороняться, ты должен быть в хорошей форме. К ним плывет много денег, так не позволяй же им подобраться слишком близко к лакомому кусочку.
Селена поднялась и протянула Дэну руки, чтобы помочь ему встать с кресла. Он поднялся, обнял ее и крепко прижал к себе. Прильнув к нему, она почувствовала, что Дэн возбужден. Селена замерла. Наступил решающий момент. Наконец Дэн взглянул на нее:
– Пойдем со мной, мне нужно, чтобы со мной кто-нибудь побыл ночью.
Она молчала, пока они шли к лестнице, держась за руки, но в ее голове эхом раздавалось слово: «Бинго».
После того как Дэн погрузился в глубокий сон, Селена долго лежала на спине, глядя в темноту.
Будущее представлялось ей гораздо определеннее, чем несколько дней назад, когда она обнаружила, что Дэн начал скучать по жене. Мужчины! Они воображают себя сильными. Ха-ха! Как смешно, что слабым полом называют женщин, которые должны быть сильными, терпеливыми, уступчивыми. Селена вспомнила о своей беременности и содрогнулась. Слава Богу, ей удалось сделать аборт. Иисусе! Если бы мужчины понимали, что значит беспокоиться об этом!
Хотя Селену пугала эта перспектива, она считала необходимым забеременеть от Дэна, как только представится возможность. С ее помощью он станет еще более богатым и удачливым, чем сейчас, и Селена не позволит другим его детям претендовать на то, что будет по праву принадлежать ее ребенку.
Вообще-то Селена не слишком любила детей, но они помогут ей утвердиться в доме. Бог свидетель, она давно бы отвоевала Дэна у Кейк, если бы его не так беспокоило мнение проклятых деток.
Селена повернулась на бок. Конечно, Дэн Холлидей гораздо лучше тех, кого она знала. Он симпатичный, аккуратный, умный и умеет получать удовольствие от жизни… как и она сама. Мужчина с большими деньгами, не умеющий наслаждаться ими, мог бы оставаться и бедным. Селена давно решила найти только такого мужчину, который позволит ей ощутить полноту и радость жизни.
Зачем выходить замуж за старика и мучиться, ожидая его смерти?
Дэна она считала редким товаром. Конечно, лучше, если бы он не был женат, но такое горькое счастье досталось Кейк. Удачливые, умные и одинокие мужчины не существуют в природе. Женитьба для них слишком удобна, чтобы отказаться от нее.
Итак, если Кейк не вернется еще несколько недель, Селена займет ее место в этом доме. Сколько же еще стоит подождать, прежде чем предложить Дэну упаковать вещи Кейк? Жаль, что все эти тряпки на три размера больше, чем нужно Селене. Высокая Кейк носила десятый… или даже двенадцатый размер.
Селена любила свои круглые, полные груди. Они обошлись ей в приличную сумму. Ей пришлось выдержать три операции по имплантации. Но дело того стоило, и не только потому, что пышные груди сделали ее более желанной для мужчин. Теперь самой Селене нравилась ее фигура.
Селена прижала к грудям пальцы. Интересно, подозревал ли Дэн, что эти шары, которые он так любил целовать и ласкать, на самом деле просто мешки с химическим составом? Селена мысленно усмехнулась. Она никогда не скажет ему правду.
Уже поздно, и надо выспаться. Она не может выглядеть усталой и изможденной. Она должна быть привлекательной, аккуратной, милой, желанной, женственной, грациозной и преданной. Если нужно, она будет целовать Дэну ноги. Почему бы и нет? Ведь она уже целовала все остальное. Она обеспечит его уходом, любовью и заботой. Если Дэн ответит ей добром, она будет вести себя так же и после того, как наденет на палец золотое кольцо.
Глава 42
ПОДРУЖКА НА ВЕЧЕР
Глория О’Ши появилась в приемной больницы через сорок пять минут после приезда туда Джо и Триш. Едва она вошла в комнату, куда Джо приказал не пускать ни одного представителя прессы, Триш внутренне съежилась. Глория была прекрасна, еще более прекрасна, чем на фотографиях. Эта высокая, стройная леди с золотистыми волосами держалась грациозно и высокомерно. Глория бросила на Триш взгляд, от которого та похолодела, хотя в нем не было ненависти. Он выражал лишь сознание превосходства, в частности социального.
– Джо, черт побери, что случилось с Редом? Он жив? – спросила Глория, и Триш поразилась, с каким подобострастием и кротостью ответил Джо, которого она никогда не считала трусом.
– Он жив, Глория. Кто-то выстрелил в него, когда он выходил из квартиры, и попал в шею…
Глория перебила его:
– Надеюсь, это не был чей-то ревнивый муж? – В ее голосе прозвучали насмешливые нотки.
– О, нет, нет, ничего подобного! – воскликнул Джо. – Он разговаривал с одним человеком о… Впрочем, тебе это не интересно. Уверен, на него покушался сумасшедший, но мы еще не делали заявлений, поскольку не располагаем информацией.
Не глядя на Триш, Глория холодно спросила:
– Он разговаривал с этой женщиной? Теперь Джо ответил почти уверенно:
– О, нет, извини. Это Триш Делани. Она работает в офисе, помогает заинтересовать женщин, привлечь их к кампании Реда. Триш Делани, это жена сенатора Глория О’Ши.
– Очень приятно, – любезно отозвалась Триш.
Глория бросила на нее короткий взгляд и снова повернулась к Джо:
– Где он?
– В операционной. Мы пока ничего не знаем о его состоянии. Ранение в шею, но преступник попал в Реда только один раз благодаря быстрым действиям Триш.
– Понятно. Расскажи подробнее. – Глория снова взглянула на Триш.
– Наша встреча, где мы обсуждали стратегию кампании, закончилась, и я спустился вниз, чтобы взять в гараже машину и отвезти Триш домой. Они с сенатором подошли к двери, и тут в него выстрелили. Триш удалось втащить Реда в квартиру и запереть дверь. Они оба могли погибнуть, ибо преступник выстрелил еще раз через дверь и скрылся.
– Дальше.
– Триш оказала Реду первую помощь и вызвала врачей. Я не знал о случившемся, пока не увидел машину «скорой помощи», затем сразу позвонил тебе.
Выражение лица Глории смягчилось, пока она задумчиво разглядывала женщину, спасшую жизнь ее мужу.
– Хорошо, благодарю вас… мисс Делани, верно? Как мне отблагодарить вас за то, что вы спасли Реду жизнь?
– Каждый на моем месте поступил бы так же, – ответила Триш, вспыхнув от смущения.
– О, Глория, у меня неплохая идея. Сделай вид, будто ты знакома с Триш. Это отвлечет внимание прессы, и мы избежим вопроса, почему Триш находилась в квартире вместе с нами. Все это было совершенно невинно, но ты ведь знаешь журналистов. – Джо улыбнулся.
Триш хотелось вцепиться ему в горло. Глория холодно выслушала его и снова задумчиво взглянула на Триш.
– Зачем мне делать это, мисс Делани? Особенно если тут нечего скрывать.
– Не знаю, миссис О’Ши. Спросите Джо. Это его идея, а не моя.
– Ладно, я подумаю. Давно ли вы работаете на кампанию?
– Недавно. Несколько недель. Уверена, он будет хорошим президентом, правда?
Глория села на диван и положила ногу на ногу.
– Вовсе нет. Я предпочла бы, чтобы он бросил все это, но мое мнение его не интересует.
Она продолжала разглядывать Триш, которая все больше терялась от этого взгляда. Даже Джо чувствовал себя не в своей тарелке, ощущая возникшее в комнате напряжение.
Вдруг Глория заметила на легком голубом жакете Триш большое темное пятно.
– Боже мой, у вас рукав в крови!
Триш, ужаснувшись, вспомнила, как пыталась зажать рану на шее Реда. Ее сердце дрогнуло, и на лбу выступил холодный пот. Триш испуганно посмотрела на Глорию.
– Да… это его кровь!
Пережитый страх вдруг снова обрушился на Триш. Она вскочила, но ноги не держали ее. Триш смотрела на Глорию, но видела лишь лицо Реда через несколько секунд после выстрела. Потом все исчезло. Потеряв сознание, она медленно осела на пол.
Глория бросилась к ней.
– Позови медсестру! – крикнула она Джо. Через несколько секунд он вернулся с врачами.
Глория стояла на коленях около Триш и держала ее руку.
Врачи быстро отстранили Глорию.
– Думаю, это просто обморок, – сказала медсестра. – Привезите быстро каталку.
Когда Триш уложили на каталку, она пришла в себя.
– Ред! – в истерике воскликнула она и заплакала.
Пока ее везли по коридору, Триш вновь и вновь повторяла его имя.
Холодное лицо Глории стало непроницаемым. Когда они с Джо остались наедине, она бесстрастно спросила:
– Ты ведь солгал мне, Джо, не так ли?
– Что ты имеешь в виду?
– Она не просто ваша сотрудница, верно? Говори правду, сукин сын!
– Здесь ничего нет, понятно? Тебе незачем из-за нее беспокоиться.
– Не считай меня дурой. Эта женщина не подружка на один вечер, – отрезала Глория, направляясь к двери. – Пошли, Джо. Думаю, нам пора встретиться с прессой.
Она взглянула ему в глаза, и ее улыбка сверкнула, как лезвие бритвы.
Джо был в полном замешательстве.
– Что ты собираешься сказать, Глория?
– Что-нибудь придумаю.
Глава 43
ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ
Когда самолет на Лос-Анджелес взлетел, Ванесса расслабилась, закурила и заказала двойную порцию бренди. Волнения дня вымотали ее до предела, и сейчас пришло время успокоиться. Она надеялась, что сделала все чисто. Однако, возможно, ей так и не удалось никого одурачить и завершить дело, казавшееся теперь нелепым фарсом. Ванессе следовало предвидеть требования Реда О’Ши и предоставить ему какие-либо доказательства.
Впрочем, она не собиралась все это бросать. Дочь Майка Феллона унаследовала от него не только решительность: все ее предки отличались силой и упорством, а отец стал почти легендой, ибо сумел нажить огромное состояние. Добыв неслыханное количество нефти, Майк продал ее и превратил деньги в недвижимость. Он вкладывал средства с отчаянной смелостью, но самое главное – всегда знал, когда и что следует продать. Поговаривали, будто Майк Феллон отдал душу дьяволу в обмен на информацию. Ванесса верила в это.
Она размышляла, позвонить Джиму Дентону самой или дождаться его звонка. Старый скряга был наиболее активным сподвижником Майка в течение тех лет, когда созревал их мерзкий заговор, а теперь наверняка возглавил операцию.
Он принял гнусный план Майка с тем же фанатическим пылом, с каким относился к церкви. Отец признался Ванессе, что почти все, относящееся к насилию, разработал Дентон. Это не удивило ее. Она всегда ненавидела и избегала этого человека, нудно толковавшего ей о грехах блуда и пьянства.
Однажды, когда противоречия между нею и Майком особенно обострились, Ванесса пригрозила ему, что расскажет об их кровосмесительных отношениях благочестивому Дентону, но отец только рассмеялся:
– Давай, давай. Он не обвинит меня, а лишь укрепится в своих подозрениях насчет твоего дурного влияния в доме. Разве ты не знаешь, что старый козел убежден, будто все мы были бы в раю, если бы не мерзкая искусительница Ева?
Зачем возвращаться к этому? Говорят, время стирает дурные воспоминания, но после смерти отца Ванессе было все труднее вспомнить о нем что-либо хорошее. И ей никогда не забыть его деспотизма.
Закурив еще одну сигарету, Ванесса подумала: не жажда ли смерти вернула ее к этой вредной привычке? Она бросила курить год назад, узнав, что эмфизема, которая свела в могилу ее мать, появилась и у нее. Однако стоит ли беспокоиться о здоровье, если неизвестно, проживет ли она еще несколько часов?
Допив бренди, Ванесса испытала искушение заказать еще, но воздержалась. Нужно сохранить трезвую голову, чтобы спланировать свои действия. Она должна найти кого-то, кто извлечет необходимую ей информацию из компьютера Майка. Какая досада, что она не овладела компьютером при жизни отца! Майк убеждал ее, что на этой машине интересно играть, говорил, что это будущее человечества, но он многому отдавался со страстью, поэтому она отказалась. Жаль! Теперь у нее был бы шанс сделать что-то значительное и подороже продать свою несчастную жизнь. Потеряна уйма времени. Если они еще не узнали о ее намерениях, то скоро узнают.