Сбросивший оковы. Книга первая: дважды рожденный

Глава 6

Я снова ощутил, как сознание проваливалось во тьму. Шепот множеств голосов звенел в моих ушах. Тысячи прикосновений были сделаны и десятки тысяч картинок перед глазами сменилось. Постепенно мое детское сознание развивалось и совершенствовалось, начало складываться мировоззрение. Вместе с этим, мои собственные мысли заглушались и мне становилось сложнее мыслить отдельно от своего прошлого “я”. Скорее всего, это происходило из-за развития разума ребенка и более свежих воспоминаний. И вот, каждый день проносился за доли секунд мимо меня, пока я не приблизился к новому яркому воспоминанию.

Я оказался в английской школе для мальчиков. Вокруг носятся мальчишки, болтают друг с другом, важно расхаживают учителя. Это был не первый мой учебный год, но новая школа.

Вспоминаю, что мне 10 лет и меня перевели в более простую школу. Мой прошлый "я" боится новых людей. От слишком многих людей здесь веет смрадом. Нет, здесь все люди одеты прилично, чистые, ухоженные. От их душ несет гнилью. Хотя в этом болоте есть и неплохие парни. Я тогда ощущал все на уровне инстинктов, что век назад, что в своей жизни. Зато сейчас видел все опасности.

– Авенир, – окликнула меня мама. – что встал как столб? Идем.

Я пошел за ней и тогда в мыслях меня волновали только окружающие ребята, не замечая, что мама перестала быть той заботливой и любящей женщиной, как прежде. На место тех прекрасных качеств, приходила злоба, эгоизм и лицемерие.

Мы прошли дальше, пока не оказались у открытых дверей в класс.

– Здравствуйте, мистер Браун. – поздоровалась она с учителем.

– Здравствуйте, миссис Гатри. – ответил ей мужчина, проведя оценочным взглядом мою мать. – Вы сегодня прекрасно выглядите. – из его уст звучала неприкрытая лесть. А взглядом, он её так и пожирал.

– Ох, спасибо, мистер Браун. – кокетливым тоном ответила она.

– Можно просто Роберт. – на его устах расплылась хитрая улыбка. – Привели мне нового ученика?

– Да. – затем мать повернулась ко мне. – Ну всё, слушайся своего нового учителя, я пошла.

Я прошел в класс и начался урок. От этого воспоминания меня разрывало от злости. Я пытался понять, как так получилось? Обе мои матери стали такими, как и оба отца. Но как же так, что сначала все было хорошо, а потом, мои родители превращаются в напрочь прогнивших людей? Наверно это в них было всегда, только что же высвобождает из людей их демонов? Скорее всего, они просто слишком слабые, чтобы сопротивляться своим порокам всю жизнь и рано или поздно, они сдаются.

Под невеселые раздумья, я заметил, что одноклассники перешептываются. И в какой-то момент, почувствовал, как кто-то ткнул в спину.

– Эй, тебя как зовут? – обратился одноклассник.

– Авенир. Сейчас урок идет, тихо. – ответил прошлый я ему.

– Ты чо мне указываешь?! – ткнул он снова меня и злобно прошипел.

Но вдруг вмешался учитель:

– Барри, давно не получал указкой по пальцам? – учитель подошел ближе.

– Нет, учитель, все нор… – от слова учителя, его голос, стал похож на блеяние маленькой овечки, но не успел он договорить, как получил подзатыльник.

– Еще раз, и учиться ты будешь стоя. – очень грозно сказал ему мистер Браун. Почему-то на меня он не обратил внимания.

– Капец тебе, новенький. – услышал я сзади.

Тогда я не знал как реагировать, страх сковал ребенка, а сейчас меня тошнило от этого воспоминания. Прошлое – должно оставаться прошлым. Это я хорошо понимал, поэтому на плохие воспоминания не обращал внимания, но здесь я должен был все это лицезреть снова. Снова прочувствовать унижение и страх, что сковывали меня.

Уроки пролетели легкой вспышкой и я оказался на улице, во дворике школы и собирался идти домой, как тут, кто-то схватил меня за шиворот.

– Идём, поговорим. – сказал задира.

Он приволок меня за угол школы, там меня ждало еще 3 парня. По центру стоял, тот самый пацан, что тыкал в меня на первом уроке.

– Ну что, Авенир, ты почему такой наглый? И что за имя дебильное? Ты чо, какой-то особенный у нас тут? – Он был у них главный. Самодовольный, избалованный мамой мальчишка, обделенный отцовским вниманием. Таких как он тысячи. Его дружки начали ему поддакивать, а тот, что сзади, толкнул и я чуть не упал.

– У меня редкое имя, оно еврейское просто. – сказал тогда я испуганным голосом.

– Ах, ты еще и еврей? – на самом деле, им было плевать, кто я по национальности, да и евреем то я не был, просто родителям захотелось дать особенное имя для своего ребёнка. А школьным бандитам нужно было показать свое превосходство над кем-то, а тут слабый новичок, не такой как они.

Сейчас я понял, что маленького меня сейчас будут бить. Что, в общем то и началось. Меня толкнули в одну сторону, потом в другую, затем еще раз и все это под сопровождение из дикого хохота. Я пытался их остановить. Ну, как пытался, просил их прекратить. Каким же ничтожеством я был…

После очередного толчка я упал и начал плакать. Я стеснялся позвать на помощь, мне было стыдно за собственную беспомощность. И тут я получил первый удар по почкам. Затем еще один, и еще. Я видел других учеников, которые делали вид, будто ничего не происходит. Видел, как вдали за воротами шел учитель и посмотрев на избиение ребенка, пошел дальше. Никто не отреагировал на то, как надо мной издеваются. И пока меня били, я в прошлом не понимал. Почему люди так поступают? Зачем кого-то обижать, если можно дружить? Зачем применять насилие, если можно все решить словами? Я понял, что люди бывают очень плохими. Не знал, как именно с ними поступить, но решил для себя одно, что стану однажды очень сильным, настолько, что меня никто не сможет обидеть. Ни одно живое существо не посмеет ко мне прикоснуться.

В ту же секунду, слезы исчезли, а вместо них, на лице появилась улыбка. Я начал смеяться, громко смеяться. В моей душе зажглась искорка жажды силы, которая привела меня в это воспоминание. А задиры тем временем, услышав хохот, прервались.

– Ты чо ржешь? – я не отвечал, а лишь продолжил смеяться. – Ладно, идёмте, хватит с него. – моя реакция их шокировала и не дала им насладиться моим избиением. Не было смысла меня унижать дальше, если я смеялся.

Время снова пролетело и я оказался дома. Меня встретила мама и первые её слова, меня поразили:

– Что с тобой случилось? Ты почему такой грязный? Откуда кровь? – в её голосе не было переживаний, только злость.

– Меня толкнули, я упал и испачкался, и случайно разбил нос. – соврал я, так как было стыдно.

– Пошли, умоешься.

Я умылся, поменял одежду, и по маминой просьбе пошел к отцу. Тот, в общем-то, поступил так, как я и ожидал.

– В следующий раз, сынок, дай сдачу и всё. А теперь не мешай, мне нужно работать.

Вот и весь разговор. Вот и все советы. Потом я видел, как жалуюсь маме, она ответила также, как и отец. Потом, обращался к учителю, но тому вообще было все равно. А маленький я, все равно упорствовал и не хотел драк, ведь его сначала учили, что нужно решать все миром, а теперь говорили драться. В мыслях эти два разных понятия не укладывались.

Так пролетали будни. Унижения, периодические драки, боль и слезы. Иногда мне удавалось дать отпор или сбежать, но ситуация почти не менялась. Минуло несколько лет, пока я не приблизился к новому важному воспоминанию. На улице уже осень, я в школе, перерыв, и ко мне снова подходит тот задира, Барри.

– Эй, плакса, карманные с собой есть?

– Нет, отстань от меня. – ответил жалостливым тоном я.

– Нуу, нехорошо так получается, с друзьями нужно делиться. – ухмыльнулся Барри и подошел вплотную к моей парте, наклонившись надо мной.

"Ты мне не друг" – подумал я, но злобно ответил:

– ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ, УРОД! – страх перемешался с дикостью и я оттолкнул его от себя посильнее и выскочил из-за парты, встав в проходе между их рядами.

– Ой, да ты у нас набрался храбрости? – лыбился он. – Ну, давай, заплачь снова. Плакса Авенир. – начал он кричать. – Плакса Авенир!

Почти все в классе начали за ним повторять. Слезы снова стали наворачиваться. Я лишь и смог промычать: – "Я не плакса. Я не плакса" – повторял я снова и снова.

Он подходил ко мне все ближе и ближе. Его надменное лицо выражало наслаждение происходящим, а у Авенира младшего в душе была война. На одной стороне слабость и доброта, что твердили:

– Мы не можем ударить. Нельзя причинять людям вред. Вдруг мы ему что-то сломаем. – а слабость нашептывала. – А вдруг мы не справимся?

По другую сторону злость и гордость:

– Нет, мы можем! Мы должны разбить его лицо, сломать нос, выбить зубы, заставить его истекать кровью. У нас крепкие кулаки и сильное тело, давай!

– Чо ты замер? Уже пошевелиться от страха не можешь? – сказал Барри и начал тыкать в меня пальцем. – Ну, давай, давай.

Его слова, звучали как вызов. И в какой-то момент, в мыслях у меня появилась ясность. На доли секунд, я ощутил покой, по окончании которого, я нанес свой первый удар. Он пришелся прямо в нос моего обидчика, отчего тот попятился назад и упал, пуская кровь по своему лицу. Одним ударом я не ограничился и налетел на него, начав бить кулаками, превращая его рожу в кровавое месиво. Боюсь, что я бы тогда убил бы его, если бы меня не подхватили за руки, оттягивая от него. В попытке вырваться, я ударил кого-то сзади локтем. Вырвался, ударил ногой Барри и снова был оттянут назад. И для того, чтобы снова вырваться, укусил держащего за кисть и в следующую секунду, ощутил во рту кровь. Именно она меня начала приводить в чувство и в мышцах появилась слабость.

Я начал успокаиваться, перестал рваться к задире и по щекам потекли слезы. Где-то позади я слышал, как кричали ученики, пытаясь меня успокоить.

– Авенир! Успокойся! – кричал учитель.

Мне стало плевать на всё. На их крики, на те боль и унижения, что мне не раз причиняли. Хватка рук держащих меня ослабла и сорвавшись, я подхватил свои вещи и убежал.

Это воспоминание напомнило мне о моём прошлом в 21 веке. Как со мной поступали и как я точно также защитился. Мне как-то стало легче от увиденного. Вновь пережив это, я почувствовал покой, Именно этот момент, когда я ответил обидчику, мне нравился. Маленький я, почувствовал этот сладкий вкус крови. Вкус мести А далеко, где-то на границе сознания, я начал желать повторить всё это.

Через какое-то время, я оказался дома. Прошло несколько часов, вернулся отец и захотел со мной поговорить.

– Ты избил одноклассника, Авенир?

– Да, папа. – виновато ответил я.

– Ты хоть понимаешь, какие проблемы мне создал? Ты, щенок! – зло процедил отец и схватил меня. – Будешь знать теперь.

Я боялся ответить ему, что он сам говорил дать сдачи, а теперь он хочет меня наказать. Снова в мыслях был беспорядок и неопределенность.

Он отвел к себе в кабинет, достал линейку и сказал:

– Руки на стол, Авенир

– Папа, не надо. – хныкал я.

Он схватил мои руки и выставил их на стол. Затем начал бить по ним линейкой и с каждым ударом, в груди ребенка начинало разгораться пламя ненависти ко всему живому.

– Однажды, я отомщу всем вам. Убью вас. Сожгу. Вы будете страдать. – думал маленький я. – Но, ведь не все люди плохие. Есть ребята в школе, которые хорошо ко мне относятся. – с грустью менялись мысли младшего Авенира.

– А теперь иди в свою комнату. – сказал отец, когда закончил хлестать меня по рукам.

Остаток дня, я провел в апатии, воспоминание проскочило до момента перед самым сном. В голове словно связали невообразимой сложности узлы, которые мне нужно было распутать. Все было непонятно. Куда не глянь, сплошной парадокс. Что же хорошо и что плохо? Как следует себя вести с людьми на самом деле? Перед тем, как заснуть, Авенир прошлого страшно возжелал сил, как у отца. И вместо того, чтобы проснуться в реальности, я оказался во сне прошлого.

Вокруг ничего не было лишь тьма. Я был абсолютно лишен тела, я даже не понимал, откуда исходят мои мысли. Словно все вокруг и есть мой разум, но при этом, я как космонавт, оказавшийся в открытом космосе за пределами галактики, где нет абсолютно ничего, лишь отблеск далеких звезд, свет которых не способен осветить скафандр. Когда-то я здесь был, в этом темном пространстве, в этом же возрасте. И где-то рядом и далеко, звучали мысли меня прошлого, но они тонули в этом мраке, словно брошенный камешек ночью с корабля посреди океана, оставляющий лишь легкую рябь на воде. Пространство вокруг так ярко ощущалось шестым чувством, что казалось, можно спокойно отправиться куда нужно, стоит только пожелать, но с этим вместе, размеры этой пустоты бесконечны, отчего обуздать их не представлялось возможным. Я почувствовал, каа хотел что-то сделать, хоть что-нибудь. Напрягал свое слабое шестое чувство, но получал лишь гору неясной информации и огромное количество энергии, несовместимого с человеческим телом. У меня появилась мысль, а что, если я сейчас попробую использовать силы, находясь в воспоминании. И стоило мне сосредоточиться и использовать пространство воли, которое я еще не умел использовать, это было инстинктивно, как меня окутала энергия, еще большая, чем тогда в детстве…

POV Луиза

Через сон, Луиза почувствовала очень сильную и ужасающую энергию, что сочилась через защищенные стенки её комнаты. Эта штука, словно тяжелый газ, потихоньку лезла через стену.

– Какого хрена!? – вскрикнула она и в тот же миг объявила по телепатии. – ТРЕВОГА! У Авенира что-то происходит! Живо ко мне светлых магов и позовите настоятеля!

– Принял. – ответил дежурный храма.

Луиза попыталась заполнить комнату светом, но единственное, что произошло с туманом, он стал серым.

– Хмм, кажется, эта энергия не агрессивна. – озвучила Луиза свои мысли вслух и вышла из комнаты.

В коридоре у двери Авенира клубился черный дым. На этот раз, она создала у двери барьер, который, что поражало, работал. Энергия перестала идти, вместо этого, она начала высасывать силу из заклятия. Через пару минут прибежало несколько магов и настоятель, пока Луиза тем временем поддерживала барьер.

– Ох, – вздохнул Анбу. – какая неприятная энергетика. Я сам справлюсь.

Протянув руку, он создал сферу, которая начала поглощать весь туман.

– Разбудите Дархана, – сказал настоятель. – возьмите у него самый лучший не заполненный энергокристалл.

– Есть. – сказал один из магов и убежал.

Постепенно настоятель вбирал в сферу энергию и они смогли открыть дверь. Внутри все было покрыто эманациями разных энергий. Авенира в этом мороке даже не было видно и слышно. Анбу усилил напор и потихоньку все прибежавшие начали слышать Авенира. Он стонал и говорил что-то несвязное. Спустя еще 10 секунд, Авенира стало видно. Из его тела так и сочилась магия.

– Авенир! – крикнула Луиза. – Просыпайся!

Её сердце готово было остановиться, но, кажется, он не был до конца в бессознательном состоянии, так как туман перестал распространяться и она услышала от него сдавленный хрип и кашель.

***

– Кхах, – во рту и горле было так сухо, что казалось, я не смогу выдавить из себя и слова, а мое тело пылало огнем, будто бы я был зажарен до состояния угля в самом аду. Но собравшись с силами, я наконец-то смог прохрипеть. – водыыы!

Я видел, как девушка быстро побежала к раковине и начала набирать воду в кружку, но ждать, не было сил, и мне пришлось вставать. Стоило мне встать, она протянула кружку с водой, которую я выпил, пролив половину на себя. Эта девушка и люди рядом, почему я их не помню? Словно их имена крутятся на языке.

– В сторону. – напряженно сказал я, хоть и не был зол.

Я направился под душ, и каждый шаг, стоил мне ужасающей, пронизывающей боли, словно внутри моих костей растут иглы, что разрывают мою плоть изнутри, но меня волновало не это. Почему я не могу вспомнить ее имя? Вода начала стекать по моему телу и сразу испаряться, как при большой разнице температур. Все равно, что кипяток при минус сорок выплеснуть на улице. Значит, я холодный? Но ощущения абсолютно иные.

– Проверьте. – начал я говорить. – кажется, я, холодный.

Женская рука только коснулась моего лба, как сразу последовал легкий вскрик:

– Да ты ледяной! Надо теплой воды!

– Нет, – одернул я её и поднял голову смотря на неё. – не надо.

Её лицо, голос, я же её знаю. Имя, её имя. Что-то на "Л..", точно, Луиза! Я же вчера в храм приехал. Это место во сне, снова.

– Луиза, все в порядке. Мне нужно лечь спать. – с дрожью в голосе проговорил я.

– Но как же? С тобой явно что-то не так! – Луиза действительно за меня переживает.

– Мне нужен сон. – ответил я ей. И обратился к настоятелю. – Анбу.

– Да? – спросил он крайне серьезным тоном.

– Можете сделать так, чтобы я уснул, но уже без снов и воспоминаний?

– Конечно. – ответил он.

Я сам смог встать, вытереться и переодеться. Дошел до кровати и закутался в одеяло, словно меня хватил озноб. Анбу приложил ладонь к моей голове, что-то прошептал и я смог спокойно заснуть.

Глава 7

Утром я проснулся как ни в чем не бывало. Ни тебе пронизывающей кости боли, ни жара во всем теле, словно все произошло и не со мной. Хотя, что я помню вообще с сегодняшней ночи? Воспоминание отлично помню, а вот, то место, оно снова, как в тумане. Черт, и так каждый раз. А еще, мне не было ясно, было ли то место воспоминанием или я снова туда попал, или и то, и то одновременно. Ко мне прибежал настоятель, какие-то маги и Луиза. И только сейчас я её заметил спящей на стуле.

– Эмм, Луизааа. – протяжно я её позвал. – Просниись.

Она зашевелилась, открыла глаза и обрадовавшись кинулась трясти меня.

– Ты как? Что-нибудь болит? Чувствуешь онемение в теле? Жар или холод? Голова кружится? – забила она меня вопросами как в барабан.

– Воу-воу, – остудил я её пыл и отцепил руки от себя. – со мной будет все в порядке, если перестанешь так меня трястяэи. Даже больше скажу, я себя отлично чувствую, словно выспался на год вперед. И тело такое легкое.

И правда, я себя не просто хорошо ощущал, состояние организма было идеальным. Замечали когда-нибудь, что за всю жизнь, у нас практически не бывает спокойных и безболезненных мгновений? На протяжении всей жизни, у нас есть хоть маленькая царапинка, заусенец и синячок. В купе с психологическим давлением, мы не знаем покоя. А сейчас, мне было невероятно хорошо.

– Ох, – вздохнула она. – Перенервничала и уснула. – встрепенулась она, а затем с сомнением в голосе спросила. – С тобой правда все хорошо?

– Да, все нормально. – заверил я её. – Расскажи подробнее, что произошло ночью и почему вы прибежали? Вряд ли вас побеспокоил мой храп.

– Я проснулась от страха, Авенир. Даже больше тебе скажу, я была в ужасе. – её лицо стало суровым и холодным, как у снежной королевы.

– Хмм, – нахмурился я. – продолжай.

– Из стены, начала вытекать густая темная энергия, которую я попыталась выжечь светом, но провалилась. Эта энергия поглотила свет и посерела, и вроде как, стала менее агрессивной. Вообще, это редкость, когда у энергии есть какое-либо подобие разума. Так вот, я выбежала и увидела эту энергию возле твоей двери, пришлось срочно вызывать настоятеля. Он убрал энергию с двери, а затем и со всей комнаты. Мы увидели тебя в тяжелом состоянии и исходящую из твоего тела магию. Мы сразу тебя разбудили, как увидели. Ты помнишь что-нибудь, когда проснулся?

– Четко и ясно, кроме, разве что, ощущений. Вся боль в моей памяти, притуплена.

– Это необычно. Возможно, дело в психологическом барьере, закрывающем боль от тебя. – задумалась она.

– Это бывало и раньше. – сказал я немного мрачно.

– Бывало и раньше? – удивилась она.

– Да, но без магии. – Луиза немного задумалась и из мыслей я её легко вывел словами. – Не напрягайся ты так, я жуть какой голодный.

– Ох, конечно-конечно, буду ждать тебя в коридоре. – встала она и быстро вышла, кинув перед на меня немного грустный взгляд.