Экстергейзер

– И тебе сверну, – продолжила женщина, – если не будешь благоразумен! Неужели ты думаешь, что выносливей меня? Сколько ты продержишься? Десять минут? Полчаса?

Час? Когда твои силы кончатся, я сделаю с тобой всё, что захочу!

– Если раньше кто-нибудь не придёт в ангар! – со злостью парировал Брант. – Моего вылета, наверное, уже заждались!

Аргумент оказался весомым, и незнакомка в порыве ярости предприняла новые попытки освободиться, но опять безуспешно.

Утомившись, она осыпала Бранта ругательствами, смысл многих из которых, он даже не знал. Где-то рядом запиликал коммуникатор: судя по всему, Бранта уже хватились.

Но время шло, а ситуация не менялась. Необходимо было что-то предпринимать.

Виктор собрался и, внезапно расцепив захват, выскользнул из-под противницы. Он тут же вскочил на затёкшие ноги и сделал несколько шагов в сторону. Напавшая на него незнакомка быстро сообразила, что происходит, и, не раздумывая, бросилась к выходу. Услышав топот ботинок по железному полу ангара, Брант устремился в том же направлении, но женщина опередила его. Виктору удалось рассмотреть лишь её силуэт, исчезнувший в проёме двери.

Брант выскочил в коридор, где его ослепил яркий свет.

Это было очень некстати, ведь именно в тот момент незнакомка обернулась, чтобы оценить разделяющее их расстояние.

Дальше Виктор видел её только сзади. Женщина была довольно высокой, со спортивной фигурой, медно-красными волосами до плеч и в черном облегающем комбинезоне, принадлежность которого к какому-либо военному подразделению Брант определить затруднился. Незнакомка бежала очень быстро и отдалялась с каждой секундой, а палуба, как назло, была пуста, ведь пилоты и большинство членов команды отдыхали перед предстоящим сражением.

Пробежав вдоль ангаров, женщина скрылась за поворотом, и Виктор на какое-то время потерял её из виду. Но коридор, в который она свернула, вёл мимо арсенала, и там непременно должен был дежурить караульный. Так оно и оказалось.

– Задержи! – крикнул ему заметно отставший и почти выбившийся из силы Брант.

Но караульный соображал слишком медленно и, когда незнакомка подлетела к нему, тот не нашёл ничего лучше, как широко расставить руки, пытаясь её поймать. Беглянка оттолкнула его, практически не снижая скорости. Караульный отлетел в сторону, врезался в стену и рухнул на пол. Виктор подбежал к нему, помог подняться и голосом, не терпящим возражения, приказал:

– Объявляй тревогу, на корабле диверсант!

Вскоре замигали сигнальные лампы, и вся служба режима была поднята на ноги. Её сотрудники прочёсывали крейсер, а вокруг катеров, у арсенала, оружейной, в машинном отделении и на взлётной палубе было выставлено усиленное охранение. Брант же, убедившись, что бедняга Тоби действительно мёртв, и помочь ему ничем нельзя, направился в главную рубку, где его ждали капитан Олдман и лейтенант Фиттулла.

– Какой кошмар, Брант! – приветствовал его капитан, приобняв за плечи. – Вам нужно показаться медику!

– Да, лицо у тебя, прямо скажем, не очень… – поддержал Фиттулла. – Здорово тебе досталось!

Виктор ещё не видел себя в зеркале после нападения и не обратил на сказанное внимание, считая этот вопрос не очень важным. На самом деле лицо его представляло печальное зрелище. Под правым глазом образовалась большая гематома, левое надбровье было рассечено, а на щеке зияла рваная рана. Всё лицо и комбинезон были измазаны кровью.

– Откуда она взялась на нашем корабле? – спросил Брант, стараясь сдерживать негативные эмоции, которые переполняли его.

– Судя по всему, прибыла на катере, который летал на флагман. Его пилот найден мёртвым, – ответил Фиттулла.

– Также убиты двое караульных.

– И мой механик! – добавил Брант.

– Да, и он. Я сожалею! – сказал лейтенант. – Не хочу оправдываться. Как начальник службы режима я отвечаю за безопасность на корабле, и это явный просчёт. Но клянусь, уровень подготовки нашей диверсантки чрезвычайно высок!

Судя по всему, это она ликвидировала Фрая, а ведь его охраняли разведчики! Разве можно сравнивать их и службу режима?

– Вы её поймали? – спросил Брант, которого оправдания Фиттуллы интересовали мало.

– Пока нет, – ответил лейтенант. – Но думаю, скоро поймаем.

– Хорошо! А пока не мешало бы разобраться, кто она такая!

Вы просмотрели записи камер?

Фиттулла потупил глаза. Ему на помощь пришёл капитан Олдман:

– Система наблюдения на нашем корабле не работает! Её не восстановили ещё при первом ремонте.

– Ясно! – только и мог сказать Брант. – Тогда, боюсь, мы никого не поймаем.

И он оказался прав. Поиски не дали результатов, даже несмотря на прибывших для помощи разведчиков. Напавшая на Виктора женщина растворилась где-то в недрах «Адмирала Юрма».

Вылет Бранта сорвался. Покинув рубку, он по приказу капитана направился в лазарет, а после обследовал свой истребитель с двумя механиками. Существовала вероятность, что диверсантка могла его повредить.

Адмирал Гилберт, которому сообщили о происшествии, пребывал в ярости. Он и к первому нападению на Бранта отнёсся очень внимательно, а новый случай просто вывел его из себя. И главная причина заключалась совсем не в страхе потерять лучшего пилота, а в опасениях адмирала за свою личную безопасность. Если диверсанты так прочно обосновались на его флагманском корабле, то они могут попытаться напасть и на самого Гилберта! А это уже из ряда вон! Разведка подверглась нещадной критике, а службе режима на «Величии Дивеса» было приказано действовать чрезвычайно внимательно, исключая даже минимальную возможность диверсии против командующего флотом.

Удивительная вещь – человеческое восприятие жизни!

Ожидая чего-то страшного, но неминуемого, кажется, будто время течёт медленно. Каждая секунда приносит всё большее нервное напряжение, и тщетно человек пытается переключить своё сознание на что-то приятное и спокойное. Тягостные эти секунды складываются в минуты, потом в часы.

А когда приходит страшный момент истины, оказывается, что и не было их вовсе, этих томительных секунд. Всё случается вдруг и неожиданно. Назад уже не вернуться, и ход времени не остановить! Остаётся кинуться с головой в омут неизбежности и надеяться, что провидение будет благосклонно. Но как же это трудно – стоять на высокой скале в момент, когда нужно прыгать вниз, в бушующий океан, не зная заранее, что скрывает собой вздымающаяся водная пена: спасительную глубину или смертельные камни.

Примечания