Безупречность

Глава 6. Суббота. Прогулка в горы

Тата проснулась рано, но не первой. София уже сидела на кухне, пила растворимый кофе — тот самый, который критиковала подруга Таты в другой жизни. Сашка доедал вчерашний суп прямо из кастрюли.

— Бабушка, мы идём в горы? — спросил он с набитым ртом.

— Идём. Но сначала — завтрак нормальный. Ирис придёт с хлебом.

Ирис пришла с хлебом, сыром и бутылкой холодного чая. Позавтракали. Быстро собрали рюкзаки — вода, яблоки, плед, аптечка (Тата брала всегда, хотя ни разу не понадобилась).

Тропа начиналась сразу за домом. Сначала пологая, потом круче, потом снова пологая — как дыхание.

Шли молча. Сашка пытался бежать вперёд, но Тата мягко сказала: «В горах не бегают. Горы любят шаг. Один шаг — одно дыхание». Сашка надулся, но потом увлёкся — стал считать шаги.

София шла рядом с матерью. Дышала тяжело — городские лёгкие не привыкли к чистому воздуху.

— Мам, как ты это делаешь? Идёшь и не устаёшь.

— А я не иду. Я стою. И гора движется подо мной. Это просто фокус.

София не поняла, но улыбнулась.

На середине подъёма Тата предложила привал. Расстелили плед, сели на траву, пахнущую чабрецом и солнцем. Сашка тут же нашёл какую-то ящерицу и забыл обо всём.

— Мам, — София сорвала травинку, покрутила в пальцах. — Ты вчера не дала мне совета. Про Павла. А я всю ночь думала. Может, это я виновата?

Тата долго молчала. Потом сказала:

— А ты хочешь правду или утешение?

— Правду.

— Правда в том, что виноватых нет. Есть люди, которым стало тесно в одной комнате. Это не твоя вина и не его. Это просто движение. Как у гор: они не виноваты, что трескаются. Они просто становятся другими.

София смотрела вниз, в долину, где их дом казался маленькой белой точкой.

— Я боюсь одиночества, — прошептала она.

— Одиночество — это не когда ты одна. Это когда ты не с собой. А с собой ты можешь быть всегда. Вот этому я и училась всю жизнь. И учусь до сих пор.

Они помолчали. Сашка крикнул: «Ящерица убежала!»

— Бывает, — сказала Тата. — Идём дальше.

И они пошли. Не на вершину — это было слишком далеко. Просто выше, где воздух чище, а мысли тише.

Тата шла ровно, не обгоняя, не отставая. Каждый шаг был полным. Она не думала о сыне, который не звонит. Не думала о Софии, у которой разбито сердце. Не думала о безупречности.

Она просто шла. И гора двигалась под ней.

А внизу, в доме, оставался налитый заварной кофе, который остывал. Но это было неважно.

Безупречность — она не в кофе. И даже не в шагах.

Безупречность — в том, чтобы делать этот шаг, будто он единственный.

Глава 7. Воскресенье. Чай с Верой

София и Сашка ещё спали после вчерашней прогулки. Тата сидела на террасе с альбомом, но не рисовала — просто держала его на коленях, смотрела на горы.

Ирис пришла рано, с корзиной грибов, и уже возилась в кухне, готовя завтрак. Поэтому, когда калитка скрипнула и вошла Вера, Тата не удивилась. Вера иногда заходила по воскресеньям — без звонка, без предупреждения. Она считала, что «близкие люди не должны предупреждать».

— Привет, отшельница, — Вера подошла, села на лавку, не дожидаясь приглашения. — Чем занята? Опять свои горы малюешь? Дай посмотреть.

Тата молча протянула альбом.

Вера листала долго. Хмыкала. Поджимала губы. Ирис выглянула из окна, увидела гостью и покачала головой — но ничего не сказала.

— Знаешь, Тат, — Вера закрыла альбом, — у тебя та же проблема, что и в прошлом году. Тени не туда падают. Вот здесь, на этом склоне, солнце должно быть слева, а ты его справа нарисовала. И вообще, горы у тебя какие-то… грустные. Люди любят горы весёлые, с яркими красками. А ты всё в серо-голубом.

Тата кивнула.

— Спасибо, Вера. Я подумаю.

— А ещё я вчера прочитала твои новые рассказы, которые ты мне дала. Там героиня сначала пьёт растворимый кофе, а потом заварной. Это же ляп! Читатель заметит. И потом — то сын мелькает, то нет, где он? Надо или убирать, или объяснять.

Тата улыбнулась. Не насмешливо, а мягко, как улыбаются горам.

— Вера, а тебе не кажется, что жизнь сама полна таких «ляпов»? Иногда я пью растворимый, иногда заварной. И сын мой не звонит, и я не знаю, где он. Это не ляп. Это просто… жизнь.

— Но искусство должно быть стройнее жизни! — возразила Вера. — Настоящий писатель не допускает таких нестыковок.

Ирис высунулась из окна:

— Вера, а настоящие горы — они стройные? Одна вершина выше, другая ниже, тени ползут, солнце меняется. И ничего. Стоят миллионы лет. И никто им не говорит, что у них «ляп».

Вера обиделась.

— Я же из лучших побуждений. Хочу помочь.

Тата взяла её за руку. Спокойно, без давления.

— Я знаю, Вера. И я благодарна тебе за твоё внимание. Правда. Но я не пишу для настоящих писателей и не рисую для настоящих художников. Я просто… дышу. Иногда получается растворимый кофе, иногда заварной. Иногда сын звонит, иногда нет. Моя безупречность — не в том, чтобы сделать текст или картину без ошибок. А в том, чтобы не врать себе.

Вера помолчала. Потом вздохнула, встала.

— Ты безнадёжна. Но это твоё право. Ладно, пойду я. Грибы, может, соберу.

Она ушла. Ирис вышла на террасу, вытирая руки фартуком.

— Слушай, а ты не расстроилась?

— Нет. Это её безупречность — критиковать. Моя — не оправдываться.

— А наша общая — допить кофе. Он заварной сегодня. — Ирис хитро посмотрела. — Хотя вчера был растворимый. Ляп?

Тата рассмеялась. Горы тоже будто улыбнулись — тени на их склонах чуть сдвинулись, но никто не сказал им, что это ошибка.

— Ирис, наливай. И неси сюда. И пусть Вера думает, что хочет.

Они пили кофе молча. И в этом молчании было больше безупречности, чем в любом учебнике по литературе.

Глава 8. Вечер воскресенья. Камень с резными знаками

София и Сашка уехали после обеда. Ирис ушла в долину, забрав корзину с грибами и пообещав вернуться в среду. Дом опустел, но не осиротел — он наполнился тишиной, той самой, которую Тата любила больше всего.

Она перемыла посуду, закрыла окна, зажгла свечу на столе. А потом подошла к старому комоду, выдвинула нижний ящик — тот, который скрипел и не выдвигался до конца, потому что внутри лежало нечто тяжёлое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.