Космические приключения воровки и мойщика окон

– Добрый вечер, нам два одноместных номера, – Сидней огляделся по сторонам, стоя в длинном коридоре напротив зарешеченного окошка регистрации. Рука вскользь задела внутренний карман и скрыла в рукаве карточку с деньгами.

– Двух нет, – ответила пожилая женщина, поправив очки на носу. Очки были толстые и Сиду показалось, что линзы вырезали из бронестекла какого-то звездолета-инкассатора.

– Тогда двухместный.

– Двухместных нет.

– Трехместный?

– Я не поняла, вы сюда че, на экскурсию прибыли? Вам может еще и королевский люкс подать?

– А есть? – наклонился к решетке Сид.

– Нет. Либо с гастарбайтерами, либо одноместный.

– Мы с ней не вместе, – парень ткнул большим пальцем за свое плечо.

– Мальчик, хорош мне голову морочить! Я не рожу тебе еще одну комнату! Если не в месте, то один к гастарбайтерам, второй в номер.

– Я в номер, девка к гастарбайтерам, – Сид вынул из рукава карточку.

– Эй! Я девушка вообще-то! Мне нельзя к гастрбтр… Гастрб-ай… Блядь!

– Ниче, милочка. Там примут как родную, – засмеялась старушка. – Ты там королевой будешь. С вас восемь тысяч за номер и шесть тысяч за койко-место. Оплата по счету, рассрочка или безналичный перевод.

– Койко-место? – искренне удивился Сидней. – Нет, нам только номер. Вы чем слушаете?

Лилит приложила ладонь ко лбу. Ей искренне было стыдно за своего спутника, который умудрялся переобуваться в прыжке с невероятной ловкостью. Женщина недовольно фыркнула, провела оплату через терминал и тут же выдала ключ от номера.

– Шестнадцатый этаж, номер шестьдесят три.

– Славно, – Сид улыбнулся старушке и кивнул Лиле. – Пошли на лифт.

– Лифт не робит. Не завезли.

Лилит и Сидней синхронно закатили глаза. Но в номер пошли. Нужно было проверить его пригодность, чтобы не ломиться на стойку регистрации под ночь, в надежде, что вернут деньги.

Шагая по лестничному маршу, девушка то и дело останавливалась перевести дух. Ноги в легких шлепанцах уже давно смозолились и болели. – С тех пор как ты рядом, я все время оказываюсь в каком-то дерьме…

– Сама виновата, – выплевывал слова парень, валясь с ног от усталости. – Не надо было воровать у меня… И вообще, это именно с твоим появлением началась вся эта хрень! Надо быстрее добыть шесть лямов.

– Пять восемьсот. Минус за сломанный реверс… хрен знает сколько. Ну допустим восемьсот, – девушка хватала затхлый воздух, но дышать пыталась не полной грудью. Уж слишком тут воняло. – Итого пять. Дело все упрощается и упрощается.

Воровка подняла большой палец вверх, схватилась за периллу и дернула себя выше.

Добрались.

Проходя по переходной лоджии панельки, словно выдернутой из восточной Европы, Сид зацепился взглядом за фиолетовый горизонт. Атмосфера на планете была совсем новая и такое явление еще не прекратилось. Связано было с металлами и газами в воздухе. Завораживающее зрелище. Фиолетовым было только небо, а вот облака окрашивались в ярко красный. Невероятный контраст заставил облокотиться на отбортовку балкона и просто посмотреть на это. Лилит сделала также.

– Ты ценитель прекрасного? – девушка роняла капли пота вниз на улицу, на людей, что медленно брели в отель.

– Ага… – завороженно ответил парень, забыв съязвить что-то обыденное.

Девушка кивнула и затихла, глядя на уползающее за горизонт солнце. Пара минут спокойствия вернули дыхание в норму. Пот перестал течь ручьем, осталось лишь ощущение того, что одежду приклеили к коже.

За спиной проскрипела дверь и на балкончик вышел седой старик, в одной майке и трусах. Все его тело были исписано татуировками и шрамами. Старик закурил и тоже облокотился, встав рядом с Сиднеем.

– Тоже на вспышку пришли посмотреть? – хриплым голосом сказал старик, не поворачиваясь к соседям.

– Вспышку? – уставился на него Сид.

– Смотри вперед, а то пропустишь…

В тот самый миг, как солнце скрылось за горизонтом, по небу прокатилась волна. Потом вторая, третья. И четвертая. Волны были разного цвета. От зеленого до светло-голубого. Они яркой вспышкой окрасили на мгновение все вокруг. И скрылись, вслед за солнцем. Это был самый настоящий безмолвный фейерверк.

– Что это было? – изумленно оторвалась от неба Лилит.

Старик схаркнул смолу из легких. – Разряжение пыли. Солнце, излучение. Скрывается-уходит.

– Ниче не поняла, – помотала головой Лила.

– Он сказал, что вместе со светом солнца уходит и ионизирующее излучение. Пыль разряжается и разряд этот похож на вспышку.

Дед выкинул окурок на проходящих мимо смуглых строителей. – Я бы и сам мог объяснить, умник. Закашлялся просто…

Старик встал и ушел, совершив свой вечерний ритуал. А вот парень с девушкой продолжили наблюдать, как чернеет небо и появляются тусклые звезды, которых из-за нового воздуха было почти не видно.

Пара минут отдыха в копилку и Лилит выпрямилась и размяла поясницу. – Идем?

Сид молча встал и толкнул дверь в общий коридор. А там уже проще. Все номера были пронумерованы и найти нужный не составило труда.

– Мда, – парень посмотрел на дверь, что выбивали и вставляли, минимум, десять раз. Засунул ключ в замок, пошатал его там и повернул. Дверь открылась.

Свет включился автоматически. Большая просторная комната с одной только кроватью, окно, за которым чернело небо, и пустой проем в душевую. Вот и все. Бетонные стены ,бетонный потолок. На кухне чайник. Нет ни посуды, ни напитков. Просто чайник.

– О! – воскликнула девушка, направляясь к кровати.

Сидней махнул ногой, скидывая с нее ботинок. Ботинок упал на покрывало, оставив грязный пыльный след на кровати. – Занято. Спишь на полу.

– Спим вместе!

– Нет, ты спишь на полу!

– Что, зассал, мальчик? Ни разу не делил кровать с девочкой?

– Ты хочешь на слабо меня взять? – Сид подошел к своему ботинку и снова надел его на ногу. Ботинок был сырой и омерзительный.

– А что, если хочу, – девушка подошла ближе и уставилась прямо на нос юноши. – Ну так что, слабо?

– Ага, как же, я щас соглашусь, а на утро проснусь привязанный к кровати, – Сид наклонился ниже, приблизился к лицу Лилит.

– Ты и так проснешься привязанный к кровати! Разница только в том, что я не буду докучать тебе ночью, если лягу на что-то мягкое!

– Плевать… – отмахнулся мойщик окон. – Номер проверили, пошли за едой. Заодно купим провиант в дорогу.

– За едой и алкоголем, – поправила его девушка.

– Нет. Только за едой. Заодно поспрашиваем про работу.

– Слушай! – девушка присела на кровать, а потом и вовсе разлеглась на ней, удивляясь тому, насколько она мягкая. – А может станем баунти хантерами?

– Эт че, искать беглецов и дезертиров? – Сид сел рядом.

– Ну да, раз уж мы здесь… Открой КПК, посмотри объявления…

– Да тут всех поголовно можно на корабль грузить. Предельно тупая идея.

За стеной послышался гулкий стук кулака по бетону. И такой же глухой голос. – Только попробуйте!

Сид и Лила испуганно втянули шеи и начали собираться, стараясь как можно быстрее покинуть это место. Хотелось вернуться попозже, когда все обитатели единственного отеля уснут. А-то мало ли, выломают дверь и в одиннадцатый раз.

Мельком глянув на черное небо, Сид захлопнул двери переходной лоджии и начал спускаться вниз, перепрыгивая по несколько ступеней. Семенить ногами в таких тяжелых ботинках не хотелось, вот он и перепрыгивал, то затхлые следы мочи, то ступени, то лежащих на пролетах бездомных. На фронтире куда ни глянь так. Везде нищета и разруха. И не похоже, что это впервые заселенные планеты. Скорее какие-то отстойники для отбросов общества, а не перспективные новые миры.

В давние времена, открывать планету для людей было честью. Это было зрелищно, было помпезно. Каждая новая планета не походила на предыдущую. Тут и животные, и растения. И все новое. Туда отправляли туры, проводили экскурсии. Ученые на перегонки мчались изучать новую фауну, и новую флору, следили за вариациями терраформирования. Дивный новый мир был у них на ладони.

Ну а сейчас… любой энтузиаст, имеющий в своем распоряжении оборудования для подготовки планет, может спокойно сделать мертвый шарик пригодным к дыханию и продать его. Именно. Просто продать планету. Такие паршивые места, в основном, покупают корпорации, занимающиеся добычей ресурсов и полезных ископаемых. Планету-то они распотрошат, это вопрос времени, но ведь куда удобнее потрошить планету, если персонал на ней может спокойно дышать. И даже жить.

– Еле тащишься… – посмотрел время на своем КПК Сид, встречая воровку, что только сейчас вышла на улицу. Лестницы давались ей труднее, чем парню.

– Это ты меня там бросил! С этими отбросами и пьяницами! – надулась брюнетка и прошла мимо Сиднея. – А если бы они меня там же и зажали?

– Тогда твой долг перешел бы к ним, думаю. С ними бы было проще договориться.

– С этой пьянью? С бандитами и беглецами?

Сид пожал плечами и пошел вслед за Лилой. В такое время, почему то, работал только бар. Ни магазины, ни банки, ни больница уже не работали.

Парень с девушкой встали перед заколоченной пластиковыми пластинами дверью и переглянулись.

– По ходу, это все… – почесал затылок юноша. – Тут больше ни хрена нет.

– Ну, впрочем, меня устраивает… – девушка подошла к крыльцу и дернула дверь, которая болталась на одной только верхней петле. – Ты идешь? Поедим, выпьем…

– Да нет, я, наверное, пас…

– Чего? Погоди! – воровка метнулась обратно к парню и вцепилась в рукав его серой спецовки. – Ну пожалуйста! Не оставляй меня одну! Там темно и страшно!

– И что с того? Я не обязан тебя караулить!

– Сидней, ну пожалуйста!

Парня передернуло. На его лице появилась явная ухмылка. Воровка, которая все время коверкала его имя, в кои-то веки произнесла его правильно. – Да ты издеваешься…

– Ну Сид! Сидни! Мистер Купер! Прошу тебя, хотя бы на пол часика. А потом спать! И я обещаю, что сутра мы придумаем, где взять деньги!

Сиднея совсем не убедили слова Лилит, демоница манила его заниматься совсем не теми вещами, которыми стоило бы. Да и вряд ли с похмельной головы она придумала бы отличный план.

Сид подумал, потом подумал еще раз и понял, что он и так на самом дне. Хуже-то уже явно не будет. Он не успел развлечься в юности, не успел развлечься в молодости. Последние четыре года он тоже не развлекался. Выпить было бы не плохо.

Ничего не говоря парень дернул дверь и верхняя петля отвалилась вместе с куском косяка. Сид подхватил дверь и аккуратно поставил ее рядом со входом, краснея от неловкости ситуации.

В баре было темно и сыро, а еще воняло. Пахло алкоголем, блевотиной, перегаром. Но больше всего пахло потом. Сильно пахло, так, что аж глаза начали слезиться.

– О! – воскликнул бармен, протирая пластиковую кружку. – Новенькие!

Сидней подошел поближе и отодвинул высокий барный стул. От планеты к планете всегда было кое-что неизменное, константа мира… Это были вонючие и заблеванные бары с высокими стульями и разбитой барной стойкой. В них всегда не хватало освещения, но хватало странного вида людей. Бармен положил пластиковый стакан и обнажил металлическую палку-хваталку, которая у него была вместо руки.

– О! – воровка уселась рядом. – Я поняла почему стаканы пластиковые!

Седой мужчина рассмеялся. – Да, это ты верно подметила! Ну так что, откуда будете? Силой к нам, или по своей воле?

– Сил…

– По своей воле, – подрезала Сиднея брюнетка. – Мы путешественники!

– О как! Как Элджой Ванхоллен, или Рид Бэй? – бармен поставил две кружки и поднес шланг с краником, не дождавшись ответа. – Ну мы все тут путешественники! Тогда как путешественник путешественникам – первая за мой счет!

– Вот это ты щедрый, дядя, – Лилит не могла себя сдержать. В момент, когда Сидней посмотрел на нее, ему показалось, что у девчонки уже текут слюни.

Две кружки встали на барную стойку, и воровка дернула себе одну. Сид тут же аккуратным движением руки отодвинул к ней и вторую. – Наслаждайся…

– Мистер Купер, вы сама щедрость!

– Они бесплатные, дура… – полушепотом ответил парень, стараясь не привлекать к себе излишнее внимание.

– Так, а вы, молодой человек, чего ни будь будете?

Сид дернул к себе листовку-меню и бегло по ней прошелся. – Стакан воды, две порции жаренного тофу с рисом и… виски есть?

– Виски кончился.

– Тогда водку.

– Ну… хозяин-барин, – старик здоровой рукой достал терминал. – С тебя две тысячи двести кредитов фронтира. Принимаем и Земные, но по курсу кредитов фронтира.

– С чего ты взял, что я с Земли? – после этого вопроса люди за спиной замолчали. Все замолчали. И все пристально посмотрели на Сиднея. Даже воровка поперхнулась пивом и уставилась на парня.

– А что, не угадал?

Сид усмехнулся. – Я просто давно не позволял себе расслабиться. Вот и подумал перекусить в баре. Деньги завтра кончатся, и я начну голодать, так почему бы не потратить их здесь? На еду.

Парень пожал плечами и люди за спиной снова начали гудеть о чем-то своем.

– Ты человек честной судьбы? Деньга брызнула, и ты уже на кураже?

– В точку, – Сид щелкнул пальцами, одновременно оттопырив указательный.

– Он врет! – воровка допила первую кружку и поставила ее на вспухшую барную стойку. – Он четыре года копил бабки на квартиру, а в итоге потерял их. Он дурень!

– Ах ты ж мелкая… – Сидней положил ладонь на голову девушке и сжал ее череп пальцами. Вскоре ее смех прекратился, и она начала царапаться.

– Да будет вам! В номере поиграетесь, голубки. Ты оплати, а я принесу хрючево.

– Окей, – юноша приложил карту к терминалу и тот радостно прозвенел.

Лилит допила вторую кружку и лениво облокотилась на стол, елозя короткими ногами в поисках перекладины. – Какой ты серьезный… Расслабься, Сид. Выпей, упади кому-нибудь на хвост. Может подружку подцепишь!

– Да я-то выпью, ты за меня не переживай. НО! Я оплачу только еду. Это мои деньги, как-никак. Две кружки ты выпила, с тебя хватит.

– Пфффф, – рассмеялась девушка. – Да больно надо! Я и сама себе бухло достать в состоянии.

Брюнетка натянула шорты повыше и поправила на себе майку. В этот самый момент, толкнув плечом хлипкую кухонную дверь, появился седой бармен. Он нес на подносе две тарелки и стакан, а в его металлической хваталке была зажата бутылка водки. Водка уже покрылась испариной, настолько холодная она была.

Еда упала на барную стойку и Сидней тут же подумал, что удобнее было бы есть за столиком, но в очередной раз оглядевшись понял, что все они заняты. Где-то сидели смуглые работяги, где-то прилично одетый работники космопорта. Были и такие, которые под категорию местных плохо подходили. То были «путешественники», как и сказал бармен. Те самые путешественники, которые либо охотятся за головами, либо пытаются сохранить свою. Ну или готовятся к сверхдальним прыжкам, запасаясь провизией…

Жаренный тофу был скользким и никак не хотел цепляться вилкой. Сидней делал все аккуратно, а вот воровка, слегка захмелев, сдалась, и уже во всю орудовала руками, еле заметно вытирая их об висящий рукав парня.

– Вкусно, – отозвался юноша, не отвлекаясь от еды. – Правда. Вкусно.

– Ох спасибо! Я обязательно передам это своей женушке! – рассмеялся старик.

– Ты же сейчас пошутил, да? – ухмыльнулся Сид.

– Ну конечно! Не побегу же я передавать благодарности микроволновке!

Воровка доела тофу и рис, вытерла лицо и спрыгнула со стула. Пол под ней скрипнул, и она недовольно что-то буркнула.

– Ты куда? – развернулся к Лиле Сидней, что не хотел потерять свою должницу из виду.

– Да за выпивкой я. Ты же не угощаешь!

– Ааа… ну ладно. Ток давай не далеко, не хочу искать тебя по городу.

– Город из десяти домов… Замучаешься же, прям.

Парень просто махнул рукой. Увидел только краем глаза, как девушка подсела сначала к одному столику, а потом быстро переместилась к другому.

– Как кошка с собакой, прямо, – бармен начал протирать кружки, что оставила на стойке девчонка.

– Ага. Не без этого.

– Ты не думал, что проще было бы помириться с ней?

– Да мы и не ссорились, – Сид отодвинул тарелку, и бармен убрал ее со столешницы.

– Ну… – опешил бармен. Давненько ему не попадался такой неразговорчивый клиент. – Ну ты это… выпей, расслабься. А я попозже подойду…

– Ага, – юноша открыл бутылку и налил ледяную, почти тягучую жидкость в опустевший без воды стакан. – Давай, мужик.

Сид опрокинул сначала одни полста грамм, а потом следом и другие. Внутри весь сморщился, но виду не подал. Алкоголь отчетливо ощутимой струей скатился по глотке вниз, в желудок, и начал обжигать изнутри. Странное, но приятное чувство окутало парня. Сид редко пил, но пить умел. Он не был фанатом того, чтобы напиваться до полусмерти, хотя, признаться, были такие случаи в его жизни. В юности или молодости уже не понятно, но где-то-там он пил. Примерно пару раз в год, но зато так четко и ярко пил, что запомнил. Старшие товарищи научили.

– … да я тебе говорю, что Советы заложили эту основу! – раздался голос какого-то старика из дальнего угла. Сид знакомое слово услышал и зацепился.

«Советы… это ж про такую древность старик чешет…» – пронеслось в голове. Как и базовый курс истории.

– Они же все эти звездолеты то и толкнули в космос. Сначала Союзы и Бураны, а потом вон в че вылилось! – не унимался явный сторонник Земного космопрома.

– Да ну тебя! Они же бестолковые, простые все, корабли эти, что на евразийском собирают… У них чуть ли не сверхмассовый карбюратор стоит на варпе!

Стрики посмеялись, скрестив очень древнюю технологию и квантовую физику. Сид тоже улыбнулся. Забавные старики.

– Так а че плохого-то? – продолжал первый, и Сидней снова налил себе стакан водки, слушая интересный диалог. – Да, они простые, да без излишеств, и привод у них долго заряжается, но сам посуди: любая техника, что летает уже больше ста лет – Евразийская. А Евразийцы у нас кто?

– Кто-кто… ну бывшие Советы…

– Вот! Китаезы с их одноразовыми кораблями и одноразовыми заводами во всей вселенной – это так, чепуха! У них и аварийные маяки то, бывает, не работают!

– Ну этого мы не узнаем…

Сид посмеялся вместе со стариками. Пока то, что рассказывал первый, полностью совпадало с мнением парня. Ему довелось полетать и на катайских кораблях, и на евразийских, и даже как-то раз он был на Японском. Только это был планетарный потрошитель… Завод. Японцы ток такое делают… Да и то был мельком.

– Даже перехватчики Коалиции… это че по-твоему такое? – мужик не дал оппоненту вставить слово. – Это бывший советский «Беркут»! Как самолет – говно, но они же доработали его напильником. Ионные двигатели поставили, привод крыла…

– Ну так не «Беркут» же! Совсем же другое!

– Да замолчи ты! – вспылил первый. – Там все тоже самое! Как и любая советская техника…

– Евразийская!

– Да плевать! Носится и все крушит на своем пути! Там половину перехватчика занимает планетарный двигатель. Он же как пушка выстреливает!

В этот момент Сидней уже взял бутылку со стаканом и сполз с барного стула.

– Да если б он так делал, то там пилота в мясо бы плющило!

Сид сел за стол к опешившим старикам. – Там стоит малый гравитационный подавитель. Поглощает все вплоть до девяти «g».

– О! – первый старик обрадовался. – Знаток?

– Вроде того. Летал на таком, – слукавил Сидней, умолчав, что приволок такой с собой на эту планетку.

Мужичек с хлипкой седой бородой, что всеми силами отстаивал древнюю технику, почесал лицо. – Ну что сидишь, тогда? Рассказывай, как оно?

– Да, – подхватил второй, что был совсем лысый и полный, но, судя по загару, провел на планетах фронтира не один десяток лет.

– Так, а че рассказывать… – задумался Сид. – Маневровые приводы на нем чуть хуже, чем у современных китайских моделей, но инжекторные трубки не пересыхают от температуры и перегрузок, они медные. Но опять-же, не такие четкие и резкие. Сопла планетарного двигателя разлетаются, если стартовать с планеты по глиссаде, но прямой взлет выдерживают. Хотя тут все зависит от скорости…

Старики поморщились. Уж больно сильно загрузил их молодой пилот.

– Пацан, а тебя как звать то? – седой протянул руку. – Я Нир, можешь звать «старик Нир», я уже привык, меня так внуки кличут.

– Сидней.

– Ну привет, Сидней, – правильно произнес имя второй, лысый. – Я Филип. Можешь просто «Фил».

– Малыш Сидней, а ты когда успел познакомиться с такой техникой? Тебе лет двадцать пять, не более… – старик не дождался ответа, перепрыгнул на другую тему. – Я, когда из флота Коалиции увольнялся, то их только начали ставить на вооружение. Ну не считая тех, что у высших чинов тогда были… Эта красавцы так резво носилась перед линкорами… Так, будто придумана была не для полетов на земле, а для вот этого всего.

Нир поднял руку вверх, ткнул пальцем в космос, а потом аккуратно пододвинул опустевший стакан к бутылке мойщика окон.

– Ай! Да это когда было то? Полсотни лет назад! – вклинился Филип, и тоже пододвинул стакан. – Хочешь сказать, что всем нынешним перехватчикам по полсотни уже стукнуло.

– Ага, – отозвался Сид и плеснул в три стакана по полста грамм водки. – Им реально столько лет.

Сиднея невероятно радовало, что старики не прицепились к тому, откуда у парня навыки пилотирования перехватчика. А раз вопрос забыт, то и отвечать не надо.

– Ну вот скажи же: хорошая техника! Ты вон какой молодой, а отозваться о ней можешь!

– Да хорошая, дядя, хорошая. Никогда не подводила. Из любой передряги вытаскивала. Жизнь берегла, – Сидней почувствовал, как к горлу начала подкатывать обида, а к глазам слезы.

Старики тоже заметили.

– Эх… ностальгия. Вот бы свое звено вновь повидать…

– Звено? – переспросил чуть опьяневший юноша.

– Да… – Старик опрокинул стакан и тоже не подал никаких эмоций. – Все уж померли. Десяток нас был, один я остался. И уволился я тоже один… Мы тогда мятежи корпоратов подавляли на Хускаре. Это…

– Третий квадрант Андромеды. Знаю… Читал… – Сид опрокинул стакан, будто в память о павших.

– Мда… а теперь… ни дома, ни родины… сижу тут, на фронтире, а из звездолета только кран башенный, и тот на колесах, мать его…

– А вы… – Сид наклонился и спросил шепотом. – Вы с Земли?

Старики громко рассмеялись.

– Что ты… – Фил похлопал юнца по плечу. – Будь мы с земли, сидели бы тут?

– Ну я не знаю, я не так уж много людей с Земли видел…

– Да нет же! Земляне богатые до жути. У них что ни вещь – реликвия древности. Старые книжки, доски от забора. Всякое дерьмо в космос тянут контрабандисты, чтобы продать, – выругался седой.

– Ага-ага, – подхватил лысый. – Вот есть у тебя тысяча досок на полу в доме, но если там хоть один гвоздь с Земли, да еще и древний, из кремниевой эпохи, то уууууу…. Ты дом продашь как три таких.

– Че прям так?

– Да. Только добыть это все трудновато стало. Ты на планету не попадешь без прописки. Больно много сброда развелось, а земляне своим мусором не банчат. Им лень…

– Хаааа… – удрученно выдохнул мойщик окон.

Воровка тем временем сидела далеко, за столиком с тремя крупными грузными мужиками, планомерно посасывая их алкоголь. Сидней денег ей не дал, но выкручиваться она всегда умела.

– Так значит ты фокусница? – тяжеловес-строитель дыхнул на хрупкую девушку перегаром.

– Еще бы! – Лилит откинулась на мягком стуле, облокотившись на спинку.

– Ну давай че ни будь уж…

– Так не интересно. Если удивлю – угощаете!

Воровка мило улыбнулась и работяги растаяли. Для нее было удивительно, что все вокруг ведутся на эту улыбку, но только не Сидней. Тому вообще по барабану, что у нее на лице. Улыбка там, или страх – все равно.

Мужики громко засмеялсь. – Фокусница, которая работает на алкоголе! Вот умора!

– Ой да ладно, ребята, – отмахнулась та. – Сами-то что? Строители, которые работают на алкоголе?

И опять, эти смеялись над шутками. Столик получился шумный и заводной. Огромные мужики облепили Лилу и пристально вглядывались в нее. Она это чувствовала и знала, но будучи слегка пьяной ее это скорее забавляло. Появлялся азарт.

– Так, мальчики, мне нужна монетка, салфетки и стакан.

Все запрошенное тут же прикатилось по столу в руки девушки. Она положила монетку на стол, накрыла стаканом, а сверху облепила салфетками.

– Трюк в том, чтобы просунуть монетку через стол! – она снова достала из-под стакана монетку и продемонстрировала ее строителям. Пьяные мужики свою же монетку оценили и кивнули. -Монетка как монетка. Согласны?

– Угу-угу, давай уже… – сказал один. Тот, что был в синих наколках до самой шеи. Наколки были бандитские, вперемешку с тюремными. Всюду даты прошедшие. Явно от похорон друзей.

– Только ты это… – добавил его друг, что был поменьше, но пухлее. С отечными мешками под глазами, явно отеки от длительных запоев. – Ты если не сможешь… Ну это…