Миры Ушефера. Великий Разлом. Книга первая

Глава 1. Чужое время

3120 год от Великого Разлома.

Даария, путь до Асгарда. Славная столица Асгард.

Алиса лежала на жёсткой лавке в душной каюте. Было темно, и только тусклый свет от висевшего в углу розового кристалла наполнял окружающее пространство хоть каким-то подобием жизни. Иллюминатор был совсем крохотный, запылённый, замутнённый, и ко всему прочему забит досками с внешней стороны. Но Алиса не обращала на него никакого внимания, её голову донимали совсем иные мысли.

Почему Локи не взял её с собой? Но это ещё не самый странный вопрос.

Почему он отдал ей ключ?

Воспоминания казались дурным сном, но затхлый воздух и лёгкое покачивание напоминали, что теперь она — пленница Одина, а перед глазами то и дело возникал образ Локи. Он был объят пламенем, решителен и полон отчаяния. Алиса помнила, как дёрнулась вперёд, но Хеймдалль крепко уцепил её за плечи и отшвырнул в сторону. Она помнила, как Тор взмахнул молотом, швырнув его со злостью, будто надеясь снести им голову огненного мага в последнее мгновение. Однако, разумеется, ему это не удалось. Локи исчез даже раньше, чем погасли последние всполохи колдовского огня. Алиса отползла подальше от асгардцев, ощутив себя беззащитной в окружении стаи волков. Её сердце колотилось, паника нарастала, но девушка усилием воли взяла себя в руки. Попыталась сжать кулаки и обнаружила, что они давно сжаты, а в правом покоится что-то мягкое и хрупкое. То, что Локи отдал ей, прежде чем исчезнуть. Волна обиды и негодования захлестнула Алису.

Он бросил её.

Отдал на растерзание асгардским ублюдкам, а сам предательски сбежал, спасая свою шкуру. И Сигурд. Он тоже не лучше. Они оба бросили её здесь.

Хотя нет.

Сигурд хотя бы не выбирал, куда исчезнуть. Его утащило копьё, и Алиса понятия не имела, жив ли он вообще. А вот Локи выбрал. Сам вложил ей ключ в руку, что-то прошептал на ухо и исчез. Один. Без неё. От этого становилось только хуже. Алису затрясло от гнева и негодования. Голоса загомонили неровным гулом:

Бросил бросил снова опять предал предатель

Снова одна как всегда вечно одна

Резко сунув в карман вещицу, она поднялась на ноги, попутно отряхиваясь от грязи и пыли.

— Куда они могли сбежать? — прогремел Тор. Его глаза были полны ярости. — Нужно преследовать Локи. Сигурд сам по себе не опасен.

— Не нужно, — усмехнулся Хеймдалль. — Локи уже труп. Никто не может путешествовать через пространство без помощи артефактов. Это безумие и самоубийство. А у Локи и так оставалось мало энергии. Уверен, отчаяние затмило его больной разум.

— В Хельхейм ему дорога, и пусть Гарм сожрёт его душу!

Хеймдалль повёл носом. Алиса сделала вдох и тоже ощутила тонкий запах мертвечины в воздухе.

— Что делать с Имиром? Старец действительно мёртв, — проговорил себе под нос страж задумчиво, — Тор, забери его тело. Представим Всеотцу. Пусть он решает.

Алиса бросила взгляд к выходу. Если бежать, то только сейчас.

— Жаль, что я не свернул изменнику шею, — нахмурившись, Тор двинулся вглубь пещеры за телом.

Девушка сделала несколько коротких шажков, но Хеймдалль, будто услышав её поступь, резко развернулся и, мгновенно настигнув, схватил её за руку. Реакция Алисы последовала незамедлительно, даже быстрее, чем девушка успела её осмыслить. Свободной рукой она выхватила из ножен кинжал и полоснула им по плечу стража. Тот взвыл.

— Суртова девка!

Хеймдалль кинулся на Алису, точно бык на красную тряпку, и лишь со второй попытки выбил из её рук кинжал. От ярости он ударил её по лицу тыльной стороной руки, и Алиса упала, на несколько секунд лишившись сознания. Правда, очнулась она быстро и тут же ощутила, как правая половина лица неистово пульсирует, готовясь вот-вот взорваться болью. Больше Алиса не успела предпринять попытку к бегству: тяжёлая рука стража рывком подняла её на ноги и поволокла за собой.

Никто не защитит лишь мы

Только мы

Дай… вырвем лёгкие печень кишки

Голоса заполнили голову Алисы, словно рой мух, но у неё не осталось сил, чтобы утихомирить их. Мысль о том, чтобы позволить им исполнить задуманное, показалась спасительным кругом, но девушка, стиснув зубы, отказалась от идеи.

«Вдруг они не просто моя шизофрения, и захватят мой разум, если дам им волю? Нет, так рисковать я не могу».

— Нам нужно надеть на неё кандалы, кто знает, что она там ещё припрятала, — прорычал Хеймдалль, когда они покинули пещеру.

— На корабле я обыщу её, — отозвался Фрейр. Фрейя стояла возле брата молча, в её глазах застыла серая скорбь.

«Так тебе и надо» — промелькнуло в голове девушки. Сейчас ей совершенно не было жаль ни асгардскую колдунью, ни Улля.

В путь они отправились на Скидбладнире, а Нагльфар Фрейр обратил в камешек и спрятал себе в карман. Алису посадили в самую маленькую каюту. Скрипнул замок, оставив её наедине с собой. Тусклый розовый кристалл слабо мерцал в углу, освещая лишь малое пространство вокруг себя. Алиса подошла к свету и достала последний подарок Локи. На её ладони распустился маленький нежный цветок с красными лепестками.

«Огнецвет, — вспомнила Алиса, — если дать ему достаточно магии, он засияет как тысяча солнц. Но только не этот цветок. Он — лишь иллюзия, скрывающая за собой ключ от Чёрных Врат. Ключ, за которым так отчаянно охотился Локи и который он оставил ей, прежде чем исчезнуть».

В глазах девушки мгновенно собрались слёзы, но она грубо смахнула их кончиками пальцев. Она не станет рыдать. Более того, они не смогут её сломить.

Фрейр обыскал Алису ещё в пещере и собирался забрать цветок и маленький кристалл, но Фрейя остановила брата, напомнив приказ Всеотца: доставить пленницу вместе со всеми вещами, ничего не отнимая. Один хотел лично увидеть, что Локи доверил девчонке и какие артефакты могли оказаться с ней связаны. Спрятав огнецвет, Алиса покрутила голубой кристалл в руках. Он не сиял, а она не владела магией и не могла «включить» его. Поэтому она сунула кристалл обратно в карман и огляделась. Кроме стоявшей в углу узенькой лавки в каюте не было ничего. Но даже на ней Алиса не нашла ни меха, ни шкур, ни захудаленького покрывала. Вздохнув, она невесело усмехнулась и рухнула на жёсткую лавку, вытянувшись во весь рост. Поёрзала, плотнее закуталась в плащ огненного мага, который так и не успела вернуть, и принялась усиленно думать, что ей делать. Возможно, оставив ей ключ, Локи действительно решил заручиться её доверием. И значит, он вернётся за нею. Придумает, как вызволить её, и вернётся. Алису согрели эти мысли, но червячок сомнения никуда не делся. Более того, он упорно прогрызал себе путь наружу, шепча: или ему своя жизнь дороже ключа, или он вернётся лишь за ним, но не за тобой…

Алиса отмахивалась от тяжких дум. Сейчас ей хотелось вскормить надежду, чтобы не сойти с ума окончательно.

Ещё Алиса с теплом вспоминала о Сигурде. За время их путешествия она прикипела к нему и теперь искренне переживала, как он там. Возможно, Сигурд уже встретился с Локи, и они вместе станут штурмовать Асгард, а может, он отпустит эту идею и продолжит заниматься грядками. В любом случае, Алиса осталась бы не в обиде, потому что добрый травник должен был выжить, пусть даже она сама умрёт. Эта внезапная мысль прошибла её током.

«Раньше я не отличалась жертвенностью. Истину говорят: трудности меняют человека. Надеюсь, меня они меняют в лучшую сторону».

Алиса не единожды прокручивала в мыслях планы побега, но все они упирались в отсутствие знаний о мире, Одине и магии. Под конец размышлений она решила, что разберётся на месте. Тем более выбраться из каюты не представлялось возможным. Перед тем как провалиться в глухой и болезненный сон, Алиса вспомнила даты, которые записал Имир.

Неужто она и впрямь прибыла сюда из будущего? Но если это так, то значит, история, которую она знает, ложь?

Ложь… забыли… исказили… глупцы…

Глава 2. Славный город Асгард

3120 год от Великого Разлома.

Даария, путь до Асгарда. Славная столица Асгард.

Дверь распахнулась, впустив в душную тёмную каюту поток свежего воздуха. Алиса вскочила с лавки и сделала глубокий вдох, наполнив лёгкие долгожданным кислородом. Хеймдалль надел на её запястья тяжёлые оковы и потянул за собой, чему девушка даже порадовалась. Духота и темнота опостыли ей за время полёта. На палубе красно-оранжевые солнечные лучи ослепили Алису, давая понять, что время близится к закату. Глаза никак не могли привыкнуть, и она постоянно жмурилась. В воздухе витал едва уловимый аромат зелени, роз и лаванды. Алиса вдохнула ещё и ещё, и на секунду забыла, что является пленницей. Хеймдалль потянул за цепи, отчего запястья отдались обжигающей болью. Алиса сдавленно вскрикнула.

— Мы без этого не можем обойтись? — раздался голос Фрейи. — Что будет с её руками?!

— Нет. Она может быть опасна, — отрезал страж и затянул железо сильнее. — Фрейя, и когда ты успела проникнуться жалостью к пустой крови?

— Всеотцу это не понравится, — сухо ответила Фрейя, вздёрнув подбородком.

Рассматривая колдунью, Алиса решила, что та похожа на антилопу.

— Жива? Жива. Нечего сопли развозить, — рыкнул Тор, проходя мимо. За ним потянулся шлейф из гари вперемешку с пылью и старой кожей.

Фрейр опустил корабль плавно и мягко, не так, как Улль опускал Нагльфар. Однако слабый толчок о землю всё же сотряс палубу, и Алиса, обессиленная, рухнула на колени, а Хеймдалль не удержался от комментария:

— Рано ещё. Дождись, когда предстанешь перед Верховным.

И заржал подобно старой лошади.

«Надеюсь, ты скоро сдохнешь», — скривившись, пожелала ему Алиса.

Не успела она подняться, как две белые кошки Фрейи уже обосновались рядом. Они подошли тихо, даже опасливо, и аккуратно принюхались. Алиса позвала их «кс-кс-кс», и кошки, будучи хоть и волшебными артефактами, отреагировали на зов, подошли к пленнице и принялись активно тереться о её руки и плечи, оставляя знатные пучки белой шерсти на длинном и слишком широком плаще Локи.

— Хорошие, хорошие, — приговаривала им Алиса, неловко поглаживая кошек по макушкам скованными руками.

Хеймдалль взглянул на происходящее с осуждением, Фрейя — с замешательством, а узревший это издали Тор крикнул басом:

— Что случилось с твоими котами? Умом повредились?

Колдунья пожала плечами, но продолжила настороженно следить за своими артефактами. Потом она приподняла руку, и Алиса заметила поблёскивающие нити. Кошки тотчас отпрянули и устроились у ног хозяйки.

Затем Алиса кое-как поднялась, ноги всё норовили запутаться в полах плаща. Фрейр спускал трап, а Фрейя и Хеймдалль о чём-то переговаривались вполголоса. Тор стоял рядом с Алисой и мерил её хмурым взглядом. Неудивительно, ведь её состояние оставляло желать лучшего. Волосы спутались и свисали вдоль плеч подобно сосулькам, а синяки под глазами стали её лучшими друзьями. Алиса провела языком по сухим, потрескавшимся губам, и горьковатый привкус растёкся во рту, словно она разжевала таблетку. Спина ныла так сильно, что хотелось вырвать позвоночник.

— Попить не найдётся? — прохрипела Алиса.

Закончив с трапом, Фрейр поднёс ей потертый бурдюк. Она протянула руки, но асгардец ослабил хватку, и бурдюк рухнул на палубу. Козлиная бородка, хохотнув, пнул его ногой к Алисе, и вода пульсирующей струёй вылилась наружу, быстро впитавшись в дерево, оставив лишь мокрый след.

— Всегда пожалуйста!

Алиса оскалилась в усмешке, подняла бурдюк и швырнула его в козлиную бородку.

— Иди к дьяволу!

Фрейр, конечно же, увернулся, но его глаза моментально налились злобой. Он замахнулся для удара, Фрейя испустила вздох со стоном, Тор ухватился за молот.

Алиса же увидела руку мага, как в замедленной съёмке. Она с лёгкостью увернулась и от первой попытки ударить, и от второй. Причём девушка сама не поняла, как это произошло.

«Словно не я это сделала, а тело. Так же было в пещере, когда я ранила Хеймдалля… Похоже, умения, что передал мне Локи, дают о себе знать».

— Сдаёшь, Фрейр, — хмыкнув, бросил Тор и, окинув Алису заинтересованным взглядом, первый сошёл с корабля.

Наверное, Фрейр хотел продолжить, но Хеймдалль потянул за цепь, и Алиса, сдержав болезненный стон, побрела за стражем. Фрейр дёрнулся было в её сторону, но Фрейя остановила его, положив ладонь на плечо брата.

«Какой же он идиот» — Алиса лишь закатила глаза и уставилась в широкую спину Хеймдалля, стараясь поспевать за ним и не спотыкаться.

Корабль остался на зелёной поляне, окружённый кустарником с розовыми листьями. Были они такими из-за закатных лучей солнца или сами по себе, Алиса так и не поняла. Впереди виднелся огромный дворец с белой крышей и острыми шпилями, окружённый тысячами домов. Мягкая трава промялась под ногами, когда они покинули Скидбладнир. Зелёный ковёр устилал землю, простираясь вдаль, и упирался в плотную полосу густого леса. Маги шли быстрым шагом, направляясь к широкой золотистой дороге. Алиса тащилась следом за Хеймдаллем, который за время пути ни разу не оглянулся. Скорее всего, он и не заметил, если бы она споткнулась и упала. Он продолжил бы идти, не сбавляя шаг, а её тело волочилось бы по дороге, выложенной из булыжников, напоминающих слитки золота, и собирало бы пыль волосами. Девушка была убеждена в этом. По сторонам от дороги росли причудливые деревья. Жёлтые, голубые, фиолетовые и оранжевые листья шелестели на ветру и переливались подобно россыпи драгоценных камней. Над головами простиралось розово-лиловое небо без единого облака, и солнце важно светило у самого горизонта, готовясь отойти ко сну. Оно было похоже на огромный апельсин, круглый и оранжевый. Тёплый воздух ласкал кожу и будто бы должен был приносить душевный покой. Однако Алиса жестоко игнорировала блаженную погоду. Её переполняли тревога, ненависть и страх, хотя последний, к удивлению, заботил её меньше обычного.

Сперва они миновали участок редко стоящих домишек из белого камня, но дальше постройки располагались всё теснее и теснее. Алиса искоса осматривалась, подумывая, как бы сбежать, но её разум тихо твердил: сейчас у неё нет ни единого шанса. Она не знала практически ничего об этом мире, и тем более не знала, где находятся злосчастные Врата в Хельхейм. Однако Алиса всё ещё не отступала от своего плана, тем более голоса в её голове проявились, пусть тихо и неуверенно, но в один момент они пробормотали:

Неприятное место… не наше… гадкое…

Девушка согласилась с ними моментально.

«Я должна выбраться и дойти до Врат. Сердцем чую: голоса, жуткие сны и эти Врата связаны. А потом… может, удастся вернуться домой».

При воспоминаниях о родной земле возникло ощущение неотвратимости, накатили сомнения, и буря отчаяния захлестнула её с головой. Следом присоединился гнев, который заполнил разум и теперь желал всеми силами вырваться наружу. Её глаза яростно блеснули.

— А можно идти побыстрее? Плетётесь, как черепахи! — резко воскликнула Алиса.

Хеймдалль дёрнул цепь, и запястья обожгло пронзающей болью.

— Набралась у Локи, — пробурчал Фрейр.

— Ничего, отец быстро выбьет из неё эту дурь, — грозно отозвался Тор, — видишь, Фрейя, нечего жалеть пустую кровь. Они все неотёсанные и тупые. Деревенщины — одно слово. Да и Локи стал таким же после изгнания, слишком долго скрывался среди черни.

— Да ты сам умом не блещешь, — прошипела Алиса, — что в мифологии, что вживую. Назвав тебя блондинкой, Локи всех блондинок оскорбил.

— Рот закрой, девка! Я одним пальцем могу свернуть твою шею!

— И что вы мне сделаете?! Я нужна Одину, вы не убьёте меня! — она рассмеялась, но тут же осеклась, когда громовержец прокрутил в руке молот.

— Тор, не гневайся, — тихо проговорила Фрейя. — Девочка напугана и защищается.

Алиса лишь фыркнула. Она не хотела, чтобы кто-то жалел её.

Асгард сиял в лучах золотисто-красного солнца, переливаясь всеми цветами радуги. Алиса никогда не видела таких бурных красок. Некоторые цвета были ей вовсе не знакомы. Не находилось таких слов, чтобы описать причудливые оттенки. Когда они миновали одну из узеньких улиц, впереди расположилась площадь с высоким фонтаном в форме трёхглавого дракона, подозрительно напоминающего Змея Горыныча. Алиса нервно сглотнула вязкую слюну, мечтая осушить фонтан залпом. В стороны лучами расходились несколько широких улиц, дома стояли впритык друг к другу высотой в три-четыре этажа. Хеймдалль повёл всех прямо, обогнув фонтан. Вдоль дороги длинной вереницей стояли шатры и столы с различными товарами: окутанные льдом рыбьи тушки и красные куски мяса, разнообразие овощей и фруктов, изюм, финики, курага, цветастые приправы, зелень. Постепенно еды становилось меньше, зато появлялись ткани, богато расшитая одежда, море сапог, от которых Алиса поворотила нос. Несколько шатров с оружием. Там были и луки, и стрелы, и мечи с кинжалами, а ещё куча разных приборов, предназначение которых она не знала. По соседству стоял стол, заваленный драгоценными камнями и украшениями, которые ярко сверкали в закатных лучах. Около него как раз столпилось несколько человек, активно размахивающих руками и беседующих с торговцем. Наверное, сбивали цену. Люди выглядели обычными, хотя, скорее всего, здесь было много магов. Однако потом Алиса поняла, что ошиблась. По искривлённым отвращением лицам Фрейра и Тора стало заметно, что большая часть людей — это пустая кровь. Процессию с Хеймдаллем во главе незамедлительно пропускали, а на Алису кидали встревоженные и даже жалостливые взгляды, при этом в сторону магов смотрели с пиететом, за которым скрывались ненависть и страх. Фрейр о чём-то перешёптывался с сестрой. Было заметно, что разговор неприятный. Фрейя то и дело морщила изящный носик. Её тонкие брови взмывали вверх, но тут же хмурились, а мягкие нежно-розовые губы кривились негодованием. Кошки прижимали уши и несколько раз шипели на козлиную бородку. Фрейр же сохранял невозмутимость, не удостаивая сестру взглядом. Однако с опаской поглядывал на разгневанных животных.

Фрейя сбавила шаг и поравнялась с Алисой, не без уговоров забрав цепь от оков себе. Хватка тут же ослабилась, и запястья девушки благодарно перестали пульсировать. Одна из кошек потерлась мягкой шерсткой о ноги Алисы и ткнулась в её ладонь мокрым носиком.

— Я вижу, что мы тебе не нравимся, — шёпотом заговорила Фрейя, замедляя шаг и отставая от мужчин, — и на то есть основания. Но… Позволишь задать несколько вопросов? Я буду бесконечно благодарна за честные ответы.

Алиса искоса посмотрела на колдунью-антилопу. Та мягко улыбалась, будто извинялась и за оковы, больно сдавливающие запястья, и за пренебрежительное поведение магов, да и вообще за всю ситуацию. На секунду Алиса смягчилась, позволив себе проблеск симпатии, однако тут же отругала себя за излишнюю доверчивость.

— Что ты хочешь узнать? — холодно спросила девушка, покосившись на магов, идущих впереди. Они оглянулись, но ничего не сказали и продолжили путь.

«Видимо, они доверяют антилопе. Но это значит, что от неё не стоит ждать помощи в побеге».

— Мой сын, — печально заговорила Фрейя, — он страдал?

— Нет, всё произошло быстро, — Алиса вспомнила, как тряслись её руки и как охотник болтался над источником. Как Локи пощадил его, потому что она не смогла убить. И как глупо поступил Улль, бросившись за реваншем.

— Ох, бедный Улль! — воскликнула колдунья, прижав ладонь к сердцу, — он был так молод и глуп! Я виню себя за его смерть! Не смогла уберечь ребёнка! Я ужасная мать.

Горькие слёзы полились из её глаз. Фрейя страдала и более не могла сдерживать эмоции. Алиса заметила, что её кожа отливала серостью, золотистые волосы были тонкими и блеклыми, а под глазами залегли глубокие синяки.

«Она и впрямь страдает».

Лицемеры… лжецы… смерть… смерть недостойным…

— Ты не виновата. Он поступил опрометчиво, за что и поплатился, — Алиса пожала плечами, — Его сковывал долг перед Локи, и он очень хотел от него избавиться. И заслужить прощение Одина.

— Локи, — Фрейя поджала губы, — обманщик. Мой сын был слишком зелен, не понимал, с кем связался. Плут не думает ни о ком, кроме себя. Играет жизнями.

Алиса промолчала. Ей захотелось горячо возразить, ведь он отдал ей ключ и пообещал вернуться.

— Надеюсь, душа Улля обретёт покой, — вместо этого тихо сказала девушка.

— Спасибо, что разделила моё горе, — Фрейя благодарно кивнула. — Если понадобится, я буду просить Одина за тебя. Я вижу свет в твоём сердце.

Алиса не воспылала любовью к антилопе после этих слов. Можно говорить что угодно, но в итоге сделать по-другому. Свет в её сердце? А что насчёт шёпота в голове и Чёрных Врат, зияющих среди тьмы?

Несколько шагов они прошли молча. Фрейя смотрела себе под ноги, а кошки семенили рядом, то и дело задевая белыми боками подол её платья.

— Странно, — наконец произнесла колдунья. — Улль погиб, связавшись с Локи. А теперь я узнаю, что рядом с ним оказался и Сигурд. Словно этот проклятый огненный маг собирает вокруг себя всех, кто мне дорог.

Алиса покосилась на неё. В голосе Фрейи больше не было прежней горечи — только тревога.

— Ты ведь общалась с Сигурдом? — продолжила она после короткой паузы. — Скажи… он говорил обо мне?

Кошки мгновенно навострили уши. Похоже, они почувствовали изменившийся настрой хозяйки и отреагировали на её эмоции.

— При мне не говорил, — сухо ответила Алиса, но, помолчав, добавила: — мне кажется, Сигурд не из тех, кто будет делиться с каждым встречным чем-то сокровенным.

Фрейя согласно закивала. Теперь она казалась похожей не на антилопу, а на породистую кобылку. Колдунья сняла с пояса небольшой аккуратный бурдюк, украшенный позолотой, и протянула Алисе. Та не стала отказываться и залпом выпила прохладную воду до последней капли. Голова немного прояснилась, да и общее состояние стало получше.

— Вы были близки? — Алиса вернула бурдюк.

Сигурд был неизвестно где, девушка даже немного заскучала по старенькому мешку с позвякивающими склянками внутри и по запаху сухих растений, неизменно тянувшемуся за травником.

Фрейя помедлила и устремила задумчивый взгляд сквозь толпу, предаваясь воспоминаниям. В её небесно-голубых глазах промелькнула жизнь.

— Да, более чем, — произнесла Фрейя с мимолётной улыбкой. — Мы любили друг друга. Но это было очень давно. Тогда я ещё жила в Ванахейме. Сигурд служил Верховному, он часто бывал в нашем чертоге, обсуждая политические вопросы с моим отцом. Тогда обстановка была напряжённая. Асгард и Ванахейм стояли на грани войны.

Фрейя поджала губы. Некоторое время она молчала, но потом, тряхнув головой, словно отогнав от себя тяжёлые мысли, продолжила:

— Сначала мы виделись лишь издалека. Помню, как, узнав о его скором прибытии, я надела самое лучшее платье, вплела в косы огнецветы, зарядив их магией. Я так хотела ему понравиться! Когда Сигурд увидел меня, то подошёл и с укором сказал, что огнецвет — большая редкость, и зря я так глупо его использую. — Колдунья мягко засмеялась. — Как я обиделась на него! Уже потом, когда мы стали близки, он извинился за строгий тон. Ах, Сигурд, самый добрый и великодушный маг из всех, кого я знаю!

Она замолчала, и её взгляд обесцветился. Хеймдалль рявкнул на Фрейра, а Тор мимоходом взял горсть фиников и швырнул торговцу две монеты. Счастливый торговец поймал их, аж подпрыгнув, и, складывая руки в молитве, залепетал благодарности.

«Он счастлив, что продал финики? Или он счастлив, что продал финики магу?»

Белые волосы козлиной бородки раскачивались на ходу, и временами Алисе казалось, что впереди идёт Сигурд. Она скользнула взглядом по прохожим и заметила, что до сих пор не увидела ни одного рыжеволосого.

Голос породистой кобылки резал общий гул:

— Один собирался сделать его командующим армией, чтобы воевать с ледяными великанами и, — она запнулась, — и Ванахеймом. Сигурд отказался. Он не хотел нападать на своих. Тогда Всеотец проклял его, изгнал из Асгарда и запретил появляться в родном мире, — Фрейя устало прикрыла лицо руками, — я собиралась следовать за ним, но Сигурд запретил мне. Тогда я впервые увидела его гнев. Он был непреклонен. Моё сердце разбилось на тысячи осколков в то пасмурное утро. Сигурд сказал, что не хочет видеть меня. Он уходил и даже не обернулся, пока я безответно ждала взгляда его серых глаз.

— Я думаю, он не хотел тебе участи изгнанницы, — отвлечённо проговорила Алиса.

— Да, так и есть. Но я была молода и глупа. А потом прошло много лет. Со временем всю нерастраченную любовь я отдала сыну, который в итоге повторил участь Сигурда. Но он моё дитя, и Один не проклинал его, а лишь отправил жить в вязовые рощи. И вот Улль мёртв, а моё сердце растоптано.