Путешествие «Галеота»

Глава 4. Ложечки

Ночью Стелла почти не спала. Изредка проваливаясь в дрёму, она ворочалась, смотрела в темноту и не могла понять, счастлива она или напугана до дрожи. Ответа не было. Внезапное приглашение стать старпомом ошарашило…

– На твой выбор, – сказал Войд Зимородок, – или оплата согласно кодексу, или я научу тебя всему, что необходимо, и дам рекомендации для Высокой Корабельной школы. Она выбрала второе, а теперь боялась своего выбора.

Ровно в шесть её пришла будить Эльза. Все эти месяцы, пока Стелла жила в мансарде над тратторией дядюшки Угола, она как старшая сестра опекала девушку. Теперь пришла пора расставаться. Рыжая заместительница дядюшки напоила будущего старпома кофе с булочками и крепко обняла на прощанье.

– Не бойся, Войд хороший человек. Немного странный, но чего ещё ждать от свободного капитана?

За дверью клубился туман. Ватные пряди тянулись над площадью, скрадывая жёлтую брусчатку, дома и причальную башню. Набрав побольше воздуха, Стелла шагнула вперёд, как будто бросилась с обрыва в воду. Сырые от тумана камни мостовой глухо отозвались под каблуками. Звуки шагов тонули в сыром мареве над пустой площадью.

Часы над дверью причальной башни показывали семь часов утра. Зябко обхватив плечи руками, Стелла отошла в сторону. Можно было вернуться и почти час пить кофе с Эльзой. Но сил просто сидеть и ждать не было. Внутри словно сидела на взводе крылатая пружина, заставляя лететь сюда, чтобы быстрее попасть на корабль. От страха и одновременно сладкого ожидания чуда ныло под ложечкой.

Она прошла мимо двери раз, другой. Обошла вокруг башни, стараясь держаться спокойно, но чуть не сорвавшись в конце на бег – ей вдруг почудилось, что она пропустит, когда придёт Войд. Стелла подняла взгляд – часы показывали только десять минут восьмого. Поддавшись порыву, она резко обернулась.

Сквозь редеющий туман, бесшумно, как охотящийся кот, шёл Зимородок. Поля шляпы были подвёрнуты, превратив её в треуголку. Шею обматывал белый шарф, завязанный мягким узлом. На поясе болтался, хлопая по бедру, широкий нож в деревянных ножнах.

– Доброе утро, старпом, – Войд был официален и хмур, – хорошо, что ты здесь. Пойдём, оформим документы.

Дверь в башню открылась бесшумно. В большой комнате, перегороженной поперёк высокой стойкой, дремал цверг. Стелла решила, что он именно дремлет – спать на сдвинутых узких стульях было невозможно. Войд деликатно пошатал спинку крайнего стула и отвернулся, пока заспанный цверг, не спеша, забрался за стойку.

– Хорошего ветра, судари мои. Желаете кофе? Нет? А я выпью. Цверг медленно налил себе остывшего напитка из кофейника и, не переставая говорить, принялся шумно отхлёбывать. – Что вы хотели? Рейсов сегодня не будет никуда. До весны мы не осуществляем перевозки пассажиров и грузов. Но вы можете воспользоваться нашей почтой. У нас самая быстрая доставка, и вы можете заказать…

Войд выставил перед цвергом ладонь, прерывая поток слов.

– Я хочу оформить корабль и принять его с вашего ответственного хранения.

– А, «Галеот»? Ну вы и дали маху. Зачем надо было его брать? Он же капризный и привередливый. Сколько раз предлагали ему выйти в рейс – нет, не хочет. То капитан ему не нравится, то паруса ему нужны в жёлто-чёрную полосочку. Куда это годится? Мы же не швейная фабрика, какие ещё полосочки? Ну, сами посудите. А последний раз он потребовал себя перекрасить. И ладно бы во что-то достойное…

– Бумаги.

– Да, конечно, сейчас я вам всё заполню. Думаете, это легко? Каждый день приходится заполнять кучу бумаг, – цверг развёл руки в стороны, – вот такую, да. А что вы удивляетесь? Это же порт! Важное предприятие, я вам доложу.

Зимородок отстегнул с пояса нож и с грохотом положил его перед цвергом.

– Документы. Сейчас. Немедленно. Или отрежу тебе бороду. А начальству твоему скажу, что ты дрых на работе.

Цверг обиженно засопел и полез под стойку, скрывшись с глаз. Снизу донеслось тихое ворчание.

– Ну, что за люди пошли. Хочешь с ними поговорить, сразу с ножом кидаются. Никакого уважения к младшим клеркам. Хоть бы койку поставили тут уже. Это же жёстко так спать. А лучше диванчик. Да, надо сказать Кволу, пусть потребует. Скажем, что для посетителей…

Снова появившись над стойкой, цверг вымученно улыбнулся. Хотел что-то сказать, но посмотрел на нож и стал, молча, заполнять бумаги.

– Вот здесь распишитесь. Ещё вот тут. И вот там два раза. На следующей странице и вот здесь, в самом конце. Спасибо. Поздравляю вас с покупкой. Можете забрать корабль с тринадцатого причала. Всего вам доброго.

– Нет, уважаемый. Корабль я буду принимать по описи.

Цверг насупился и выложил на стойку тонкую тетрадку в клеенчатом переплёте.

– По полной описи. Я вашего брата давно знаю, только полная инвентаризация. А то вдруг там стаканов не хватает в капитанском сервизе?

Побледнев, цверг сполз под стойку и вытащил здоровенный толстый том.

– Вот. Берите и начинайте. Я подойду чуть позже.

Войд слащаво, наигранно улыбнулся.

– Будем ждать вас.

Подхватил опись под одну руку, Стеллу под другую и потащил в боковой коридор. Три поворота и они вышли к подъёмнику: сетчатой клетке, размером для среднего слона. Девушка чуть замялась перед входом, но Войд мягко втолкнул её внутрь и закрыл решётчатую дверь. На медной, начищенной до блеска, панели, Зимородок нажал и долго держал большую круглую кнопку.

– Кобольды, – пояснил он девушке, – лифт тянут кобольды. Там у них в подвале звонок, спускают или поднимают по сигналу. А сейчас они спят. Так что лучше позвонить подольше, чтобы точно разбудить.

Пол дрогнул, и клетка подъёмника медленно поползла вверх.

– Держи, – Войд сунул в руки Стелле том с описью, – пока я буду осматривать оснастку снаружи, ты будешь всё проверять внутри. Пересчитываешь строго по списку. Только внимательно и аккуратно, до единой чёрточки. Написано – десять вилок в буфете, значит их должно быть десять. Всю недостачу выписываешь. Поняла?

Девушка кивнула.

– Хорошо. А-а-а, вот мы и приехали.

Распахнув с грохотом дверь, Зимородок за руку потянул спутницу по тёмному коридору. Тридцать шагов, ещё одна дверь, и они вышли на пристань.

Вокруг клубился туман, скрывая длинные пирсы, расходящиеся от причальной башни, как спицы раскрытого зонтика. Войд тащил девушку за собой дальше, вдоль изогнутой серой кладки, не давая осмотреться. Около таблички с номером тринадцать они остановились.

– Смотри!

Поначалу Стелла не поняла – на что тут смотреть? Вокруг серая мгла, влажный камень стены с одной стороны, с другой – скрывающийся в тумане через три шага пирс. Зимородок стоял, не шевелясь, а девушка шарила вокруг взглядом, силясь найти, на что указывал капитан.

Налетел порыв ветра. Серые пряди марева дрогнули, прогнулись, отступили на шаг, другой, третий. Из тумана бледной тенью выступила длинная стрела пирса и силуэт корабля, пришвартованного к нему. Как рисунок карандашом, появляющийся на бумаге по воле художника.

– Хорош, а? – Войд слегка ткнул локтем спутницу в бок. Пойдём, вблизи он ещё лучше.

Деревянные доски на пирсе скрипели каждая на свой лад, складываясь в чудную мелодию.

– Редко тут бывает так тихо. Только в начале зимы. Обычно ветер порывами, и пирс слегка гуляет. Вроде не заметно глазу, а ногами чувствуешь.

Войд подмигнул спутнице:

– Новички даже орут от страха.

Они подошли к сходням, перекинутым на корабль. Перил на них не полагалась, и Стелла заглянула вниз. Ветер лениво гнал хлопья распадающегося тумана, и в дырках виднелась далёкая земля, с рыжей черепицей крыш.

– Капитан, – девушка робко дёрнула за рукав Войда, – а там же дома внизу. Вдруг что-нибудь упадёт?

Зимородок рассмеялся.

– Обязательно упадёт! И падает регулярно. Хитрые цверги специально селились под причалами. Присмотрись, над крышами натянуты сетки. Очень доходное дело – утром и вечером собирать выпавший при погрузке товар. Пойдём, не будем терять время.

Стелла, с холодком в груди, поднялась вслед за капитаном по шатающимся сходням.

Войд остановился посреди палубы и громко, ни к кому не обращаясь, сказал:

– Доброго утра. Надеюсь, сегодня выйдем в небо. Это мой старпом Стелла. Окажи ей помощь, она будет сверяться с описью.

Ответом была тишина, и только доски палубы громко заскрипели под переминающейся с ноги на ногу девушкой.

– Вперёд, – капитан взял её за локоть и отвёл в кают-компанию, – начни отсюда. Всё пересчитать, чего не хватает – выписать. И постарайся сделать всё как можно быстрее.

Оставшись одна, Стелла вздохнула и шагнула к ближайшей полке.

Работа поглотила её с головой. Она перебирала вещи, сверялась с описью, делала пометки в блокноте. Не таким она представляла свой первый день на корабле, но привычка к труду заставляла её добросовестно выполнять порученное. Она переходила от полок к шкафам, от шкафов к рундукам, от рундуков в следующее помещение. И там снова полки, шкафы, рундуки… Издалека она слышала, как на корабль пришёл какой-то Косса и команда и как Войд отправил их на склады за провизией. Слышала, как ругается капитан с портовым начальством. Как хлопают паруса и скрипит дерево.

Ровно в час она закончила работу и вышла на палубу, с покрасневшими от напряжения глазами. Зажмурилась от ударившего в глаза света.

– Справилась?

Капитан спрыгнул с вант, гулко ударив сапогами в палубу. Стелла открыла глаза и кивнула.

– Молодец, давай список. Наш добрый друг уже полчаса дожидается, – и крикнул цвергу, топтавшемуся на пирсе. – Эй, как там тебя, давай сюда!

Давешний цверг быстро забежал на корабль и, обиженно сопя, принял из рук Войда листы, вырванные из блокнота. Пробежал глазами строчки, морща лоб.

– Вы издеваетесь? Три ложечки? Два кубка стеклянных? Семь метров каната? Коробок спичек?

Войд состроил страшное лицо.

– Мне кажется, кто-то хочет нас надуть. По описи есть ложечки? Есть. Извольте предоставить!

Цверг развернулся и бегом отправился на пирс. Не понимая, Стелла только моргала ему вслед.

– Такие правила игры и традиция, – хлопнул её по плечу капитан, – они специально забрали часть вещей. Не заметил – они в прибыли. Обнаружил пропажу – тебе почёт и уважение. Просто запомни, такая национальная черта. Вот увидишь, он принесёт всё недостающее за полчаса – неспешно прогуляется до кладовой и обратно.

Отступив на шаг, Зимородок внимательно осмотрел Стеллу.

– Ну-ка, пойдём в каюту.

Закрыв дверь на щеколду, Войд устало плюхнулся в кресло.

– Раздевайся.

Стелла залилась краской и отступила назад, прижимая руки к груди.

Глава 5. Бритва и дым

Войд, не глядя на девушку, достал из внутреннего кармана фляжку, отвинтил крышку и сделал глоток.

– Ну?

Стелла, как загипнотизированная, сняла куртку.

– Дай сюда. Нет, не годится. Давай сапог.

Ничего не понимая, она села прямо на пол и, стянув правый сапог, бросила Войду. Тот внимательно осмотрел подошву, поскрёб ногтем и, сморщившись, кинул обратно.

– Плохо. Тёплого белья у тебя тоже нет? Одевайся.

Капитан достал блокнот и принялся что-то писать.

– Пойдёшь по этому адресу. Передашь Матушке Шауму от меня поклон. Вот список, что тебе нужно, она тебе всё подберёт. Можешь перекусить в городе. И постарайся управиться к шести часам. Опоздаешь – уйдём без тебя.

Матушка Шауму оказалась сухонькой старушкой, хозяйкой большого магазина. Прочитав записку, долго хмурилась, осмотрела девушку со всех сторон и надолго ушла в подсобку. Через полчаса, она вынесла ворох одежды и принялась всё примерять на Стеллу. И непрерывно болтала.

– Ах, ты моя славная, теперь вот эти штаны. Да, и курточку. Хорошо, и вот эту тоже. Правда, тут чудесный мех? Ещё вот это давай оденем. Да-да, отлично. Какая ты хорошая девочка, послушная. Другие бы уже извели меня придирками. Ну, они ко мне редко ходят, я больше корабельщиков одеваю. У меня ведь и муж, и сыновья тоже корабельщики. Сапожки ещё примерь. Подошли? Ну и чудесно. Откладывай в сторонку. Да, туда в самый раз. А теперь рубашку. Тебе похудеть бы, милая, и будешь просто красавица. А ты не красней, нечего тут. Хорошо, теперь это…

Когда примерка закончилась, матушка усадила Стеллу обедать. И обещала не отпускать, пока та всё не съест.

– Кушай, кушай. И не думай о фигуре. Худеть надо не диетами, а работой. Ну, да тебе это как раз предстоит. Войд мужик хороший, только больно уж непоседливый. Мотается туда-сюда, всё ищет что-то. То на одном корабле, то на другом. Хватается за всё подряд. Но точно тебя не обидит. Нет в нём злобности. Накричать может, куда без этого, но только за дело. И ведь обаятельный, бесстыдник эдакий. Как посмотрит, так даже меня в жар бросает. А ты на него даже не заглядывайся. Зачем тебе разбитое сердце? Ты вон какая молодая и хорошенькая…

Стелла заливалась краской от таких разговоров, а старушка всё болтала и болтала. Накормив девушку, матушка собрала вещи в большой баул и выпроводила её, напоследок поцеловав в лоб сухими губами.

– Удачи тебе, девочка. Вернёшься – заходи, поболтаем. Расскажешь, как там на Туманных. Давненько я там не бывала. Если увидишь старого Азугза, передавай от меня привет.

К причальной башне Стелла добралась уставшая. Мешок с вещами, лёгкий на первый взгляд, казался неподъёмный в конце пути. Подъёмник стоял пустым, и девушка смело нажала кнопку на панели. Никто не отозвался. Она нажала ещё раз. И ещё. Долго держала. Подъёмник остался на месте.

Проходивший мимо цверг в цветастом жилете сжалился над девушкой.

– Обед у них. До шести вечера подъёмник не работает.

– А как же? Мне наверх надо. Без меня же уйдут!

– Только своим ходом, – цверг развёл руками, – лестница вон там.

Ступеньки показались Стелле бесконечными. Ещё одна, и ещё одна и ещё… Иногда она садилась на баул и, привалившись к стене, пыталась отдышаться. Пробегавшие изредка мимо цверги цокали языками, качали головой и шли дальше. Лишь один сердобольный остановился и напоил девушку водой из фляги. Но как не тяжело было, она шла дальше, боясь не успеть и остаться на берегу.

На последний этаж Стелла выбралась вся мокрая, красная, как рак, и обессиленная. Как раз, когда она вышла с лестничной клетки, загрохотав, приехал подъёмник. Откуда вышел тот самый цверг в цветной жилетке и, усмехнувшись, прошёл мимо. Чуть не разревевшись от обиды, девушка пошла к кораблю.

Стоя над сходнями, её ждал капитан. С укоризной посмотрел на неё и поморщился, когда девушка подошла ближе.

– Бегом в свою каюту, переоденься. Через двадцать минут выходим.

В растерянности она остановилась и стала оглядываться по сторонам.

– Горе ты моё, пойдём, – Войд ухватил её за рукав и потащил в надстройку на носу. Первая же каюта оказалась предназначена ей.

– Старпом всегда живёт здесь. Дальше – команда, камбуз и спуск в машинное отделение. Запомнила? Всё, жду тебя на мостике.

Каюта была маленькой. Столик, стул, шкаф с двумя дверцами. Парусиновый гамак сброшенной шкурой змеи повис вдоль стены. Вот и всё богатство.

Сбросив с себя сырую одежду, девушка натянула первое, что лежало в бауле. Сменив сапоги, запихнула всё остальное кучей в шкаф. И бегом рванула прочь. На корабле стояла тишина и ни единой души на палубе. Ворвавшись на мостик, Стелла остановилась, переводя дыхание. Капитана ещё не было, и она устало прислонилась спиной к переборке…

В косых лучах заходящего солнца плавали пылинки. И вся рубка, залитая медным светом, казалась нереальной картинкой, нарисованной в книжке о приключениях. Усталость и страх, мучивший весь день, отступили. Казалось – вот оно! То счастье, за которым она охотилась уже давно. Оторвавшись от стены, Стелла подошла к штурвалу. Нежно, кончиками пальцев прикоснулась к рукояткам.

– Успеешь ещё, – голос капитана разбил вдребезги волшебство.

Девушка покраснела и, потупив взгляд, отступила назад.

– Пора выходить. Садись вон там, смотри, запоминай.

Слева от колеса штурвала из пола росли медные начищенные трубы, с широкими раструбами на концах. Войд наклонился к самой правой и рявкнул в неё:

– Машинное отделение!

Подождав немного, и не дождавшись ответа, гаркнул ещё громче:

– Машинное отделение!

Из трубы пискнуло.

– Спите там? Полная готовность в течениие трёх минут. Малый задний ход по команде.

Войд повернулся и подмигнул Стелле. Снова наклонился к трубам и крикнул в другую:

– Дежурная команда!

В ответ пискнуло сразу.

– Отдать швартовы. Сходни поднять. Приготовиться к выходу.

Мгновение, и Стелла увидела через стеклянную стену рубки, как по палубе побежала команда – корабельные крысы, одетые в кожаные жилеты и с цветными платками, повязанными на головы. Две минуты суеты, и корабль чуть вздрогнул, больше ничем не связанный с причалом.

– Машинное отделение! Малый задний ход.

По бокам корпуса, на коротких, чуть загнутых назад крыльях, начали проворачиваться воздушные винты. Всё быстрее и быстрее, пока не превратились в мерцающие круги. Стелла не почувствовала когда корабль начал двигаться. Только заметила, как медленно поплыл прочь пирс. Несколько минут они отдалялись от него, а затем Войд крутанул штурвал и крикнул в переговорную трубу:

– Машинное отделение! Полный вперёд.

Круги винтов распались на отдельные лопасти, стали вращаться медленнее, остановились на мгновение. И принялись вращаться в другую сторону. Корабль чуть заметно дёрнулся, покачнулся и двинулся вперёд, поворачивая прочь от причальной башни.

Стелла заметила, как Войд повернул голову вправо и замер, странно напряженный. Она проследила за его взглядом – на пирсе, на самом краю, над пропастью стояла фигура, завёрнутая в чёрный балахон, как крылья хлопающий полами на ветру. Под накинутым капюшоном тёмным провалом колыхалась тьма. Фигура вскинула руку и помахала им. Корабль развернулся, оставив фигуру за кормой, и, набирая ход, поплыл прочь, слегка покачиваясь под набирающим силу ветром.

Через полчаса они сбросили ход и легли в дрейф. Войд гаркнул по очереди во все переговорные трубы, приказав всем собраться на палубе. И пошёл к выходу из рубки жестом позвав за собой Стеллу.