Солнечные звери
- -
- 100%
- +
Потом я нашёл в одном из китайских каталогов генератор, работающий на разнице температур на различных глубинах. Для него прекрасно подходила существующая водяная скважина. Конечно, мощность он выдавал не ахти какую, но тут помогали аккумуляторы. Они сглаживали пиковые нагрузки в суточном цикле и, по расчётам, при должной экономии с таким источником энергии вполне можно было прожить.
А ещё я поставил солнечные батареи. Новейшую модель, вырабатывающую электричество даже в облачный день. Панели складывались и убирались под землю с помощью специального привода, чтобы благополучно пережить первые месяцы катаклизма.
После того, как все инженерные системы были смонтированы и протестированы, я занялся запасами.
Консервы – это, конечно, хорошо, как быстрое решение на первые несколько месяцев. Но, во-первых, они не то чтобы полезны для здоровья. И, во-вторых, часто срок хранения не превышает пару лет. Казалось бы, надо ли думать о здоровье, когда задача – выжить? Надо, на самом деле. Ещё как надо. Особенно в таких условиях, когда нет возможности получить квалифицированную медицинскую помощь в полном объёме.
Поэтому я поставил несколько холодильников. Это оказалось совсем не сложно – всего в паре десятков метров от участка нашёлся выход естественного ледника. Так что на хранение энергии почти не тратилось.
Я оборудовал парник с гидропоникой и запасом обычного грунта, который мог давать достаточный запас овощей для питания трёх человек. Запас семенного материала.
Сделал даже небольшой курятник и инкубатор, но на них я особо не рассчитывал. Только если удастся в последний момент взять некоторые количество оплодотворённых яиц в соседней деревне, а это, конечно, безо всяких гарантий.
Я слышал, что куриные эмбрионы научились замораживать и выводить из заморозки с последующим развитием, но в коммерческом доступе подобных технологий мне обнаружить не удалось.
И самое главное – у меня, конечно же, была огромная база знаний на всех возможных носителях, включая бумажные. Я поставил даже пару станков с ЧПУ и три-дэ принтер, чтобы в случае чего можно было потихоньку восстановить технологическую базу, хотя бы на уровне начала двадцатого века. Всё это добро я купил на аукционах, которые устраивали предприятия, проходящие технологическое обновление. Оно было не новым, но вполне рабочим.
Про мою тайную базу, конечно же, никто из моего окружения не знал. Начальство было уверено, что я оборудовал себе турбазу для выхода на пенсию и в детали не вникало. С другими же оперативниками нашего отдела мы и по рабочим вопросам часто общались неохотно, вынуждено – не говоря уж от том, чтобы обсуждать какие-то моменты в личной жизни.
В построенном мной месте я даже успел пару раз отдохнуть до всей этой заварухи на Новой Земле. Алина про него не знала. Хотел сюрприз сделать, свозить на отдых, как только Пашка немного подрастёт.
Что ж. Придётся реализовать этот план немного раньше.
Обратный билет я брал с открытой датой. Девушка в представительстве «Аэрофлота» недовольно морщилась, разглядывая список на регистрацию. Даже предложила мне вылет на завтра, мол, «сегодня мест нет». Пришлось побыть убедительным, продемонстрировав документы. После этого место мгновенно нашлось.
Тут же я купил три билета на завтра, по маршруту Москва – Барнаул. Фотографии документов Алины и Пашки были у меня с собой в телефоне; предосторожность, оказавшаяся совсем не лишней.
Уже в зале вылета я позвонил Алине.
– Привет, – сказал я, – как вы?
– Мы отлично. Спать укладываемся, пообедали только что. Ты как? Когда обратно?
– Вылетаю через полчаса, – ответил я.
– Серёж, всё в порядке? – встревожено спросила Алина.
Я хотел ответить дежурной фразой, что всё в норме, но вовремя прикусил язык.
– Не совсем, – сказал я, – Алин, тебе нужно будет собраться в дорогу. С собой всё самое необходимое. Запас питания для Пашки. Лекарства самые нужные.
– Ясно, – ответила Алина, – сделаем. Ты во сколько прилетаешь?
Другая на её месте начала бы ненужные расспросы. Но моя жена повидала достаточно, чтобы грамотно оценивать ситуацию.
– В восемь по Москве по расписанию. Может, раньше получится – вроде ветер попутный.
– Что-то ещё?
Я задумался на секунду.
– Охрана на месте? – спросил я.
– Да. Ребята бдят, – ответила Алина.
– Отлично, – ответил я, – значит, всё по плану.
– Конечно, Серёж. Ждём тебя.
Для стороннего слушателя, даже из конторы, в нашем разговоре не было ничего необычного. Но вроде бы нейтральная фраза «всё по плану» для Алины означала одно: обстановка боевая, надо быть начеку. Следить за охраной, которую могут подменить. И в этом случае немедленно бежать.
В этот раз на линию поставили старый «Аэробус», А-350. Но привередничать не приходилось.
Я уже хотел идти на посадку – её как раз объявили, как вдруг ощутил прикосновение к плечу.
– Постой, – за спиной стоял Иван, – а можно я с тобой?
Наверно, очень уж растерянный был у меня вид. Ваня рассмеялся.
– Раз ты здесь, значит, билет уже купил, – заметил я, – так что от моего ответа твои действия уже не зависят. Так?
– Ну, если ты скажешь категорическое «нет» – я просто не сяду в самолёт, – Ваня пожал плечами.
– Багаж у тебя есть?
– А как же!
– Вот спасибо тебе, добрый человек, – вздохнул я, – нас не отпустят, пока не снимут твой драгоценный чемодан. Даже если ты на посадку не явишься.
– Серьёзно? – теперь настала очередь Ивана растеряться, – не знал таких нюансов…
– Пошли уж, – вздохнул я, – а то реально опоздаем. Как со службой вопрос решил? Отгул? С командиром договорился?
Мы двинулись в сторону телетрапа.
– Отпуск у меня, – он расплылся в улыбке, – меня год не могли вытурить. Кадровики плешь проели. Командир грозился, что пропуск аннулирует.
– А чего так? Заняться было нечем? – я поднял бровь.
– Да легче на службе было, – Ваня вздохнул.
– Так. Ты в эконом взял?
– Естественно, – он пожал плечами, – а ты что, в бизнесе летаешь?
– Люблю комфорт, – признался я.
– Ну вы, ребят… – Ваня округлил глаза, – может, и зря я от Академии отказался…
Я дипломатично промолчал.
Салон бизнес-класса был заполнен едва ли на половину. Пропустив Ваню вперёд, я на стойке, перед посадкой, договорился об апгрейде и оплатил его. В «Аэрофлоте» недавно появилась такая услуга, причём воспользоваться ей можно в любое время после регистрации, даже в полёте, если в салоне бизнес-класса остались свободные места. Правда, при этом не гарантировалось, что еда будет как в бизнесе. Но, думаю, Ваня это в состоянии пережить.
– А что, так можно было? – улыбнулся Ваня, когда стюардесса пригласила его на соседнее кресло.
– Можно. Если осторожно, – я улыбнулся в ответ; про платный апгрейд я, конечно же, умолчал.
– Вот жил бы я так, если бы… – он махнул рукой.
– За всё приходится платить, Вань, – ответил я, – ты же понимаешь.
– Понимаю, – кивнул Иван.
Пока самолёт выруливал на полосу, взлетал и набирал высоту, мы молчали. А когда стюардесса объявила, что можно отстегнуть ремни, я повернулся к Ивану и спросил, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно серьёзнее и внушительнее.
– Теперь давай начистоту. Какого фига ты припёрся? Особист дал указание? – спросил я.
– Сергей, да как… – Ваня вспыхнул.
– Александрович, – перебил я.
– Ч-что?
– Сергей Александрович, говорю. И я не люблю, когда оскорбляют мои седины и умственные способности.
Ваня молчал, насупившись.
– Давай поэтому пропустим стадию умозаключений, – продолжал я, – и сразу перейдём к сути. Для чего ты здесь? Кто задание поставил? В чём оно заключается?
Ваня молчал несколько секунд. Потом поглядел мне в глаза и ответил:
– Послушай… те. Сергей. Александрович. Вы можете верить во всё, что угодно – но никто никакого задания мне не ставил…
Мы продолжали глядеть друг другу в глаза.
– Я не всё рассказал. Сны мне снятся, – Ваня опустил взгляд. И только в этот момент я окончательно поверил, что он говорит правду. – Дичь какая-то. Живодёрка где-то в скалах. Чёрные молнии. Твари, которые начинают лезть из теней. Но это не просто твари – нет… они организованы. Я знаю, что это войско, которое лезет, чтобы завоевать мир. А нас – сожрать. Причём – буквально…
Я молчал, продолжая пристально глядеть на Ивана.
– Я думал, пройдёт. Что это след Хаоса, и всё такое. Успокаивал себя. Но становилось только хуже. Если поначалу такая фигня снилась раз в месяц – то теперь даже днём, стоит прикорнуть на полчаса…
Я поднял руку, чтобы позвать стюардессу.
– Здравствуйте, Сергей Александрович. Что-то желаете? – спросила она, вежливо присаживаясь на корточки рядом с нами. – Ужин планируем подать минут через пятнадцать.
– Воду, пожалуйста, – попросил я, – без газа.
– Конечно, – улыбнулась стюардесса.
– Будешь что-нибудь? Попить? Выпить? – спросил я Ваню.
– Нет, – он покачал головой, как-то даже немного испуганно.
– Тогда ещё стаканчик апельсинового сока, – добавил я.
– Хорошо, – ответила стюардесса и удалилась.
– Что за скалы? – спросил я, – опиши подробнее.
Ваня посмотрел на меня с недоумением.
– Думаешь, это имеет значение?
– Ты сам так думаешь, – ответил я, – иначе не явился бы сюда. Так?
– Так… – он вздохнул, – странные это скалы. Будто уступами поднимаются. Наверху – плоская вершина, иногда травой заросшая, иногда снегом. Но, может, и совсем без растительности. Эти скалы разрезаны реками, они образуют глубокие долины. В долинах бывает чахлый лесок. И нигде – ни следа жилья. Как будто на другой планете…
– А небо? – спросил я, – небо какое?
Ваня прикрыл глаза, вспоминая.
– Да вроде небо как небо… солнце нормальное. Хотя стоп. Оно всегда где-то возле горизонта. В зените не видел ни разу. Будто в высоких широтах… думаешь, реальное место?
Я пожал плечами.
В этот момент стюардесса принесла сок и воду. Стакан с соком я предложил Ивану и тот, поколебавшись секунду, сделал большой глоток.
– А ещё мне кажется, что происходит что-то очень нехорошее. Дело не только во снах. Так, предчувствие. Будто сгущается что-то в воздухе. Поэтому я как услышал про эту тварь, которая на Алину напала – сразу понял: что-то будет.
– Ясно, – кивнул я, – но почему со мной-то решил лететь? Если что-то будет – какая разница, где это встретить?
Ваня улыбнулся.
– Потому что ты наверняка будешь на острие сопротивления, – ответил он, – и я хочу быть рядом.
Я даже растерялся, и мне стало неловко признаваться в своих планах. Но, конечно, молчать я не стал.
– Ваня. У меня есть собственный бункер на Алтае. Я собираюсь вывезти туда семью и затаиться, пока это всё не закончится.
– Знаешь, есть хорошая поговорка, – ответил Иван, – хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах.
Я промолчал. Хотя где-то в глубине души чувствовал, что он прав.
5
– Привет, – сказала Алина, улыбнувшись, – Иван, кажется, да?
– Можно просто Ваня.
– Немного неожиданно – я не ждала гостей.
– Это ничего, – вмешался я, – мы за вещами и сразу в аэропорт.
По дороге к парковке я листал приложение «Аэрофлота». Ближайший рейс до Горно-Алтайска был только завтра. А до Барнаула – вечером. Учитывая, что мы прилетели в восемь утра по Москве, можно было успеть со сборами и спокойно добраться до аэропорта. Правда, потом, на месте, ехать дольше. Но это тоже не страшно: до Бийска недавно запустили новое четырёхполосное шоссе, да и дальше дорога вполне приличная, хоть и не такая широкая. Правда, стройка идёт, из-за этого бывают перекрытия. Но даже с учётом возможных задержек выигрыш во времени получался значительным.
Вроде бы причин для спешки особых не было. Днём позже – днём раньше, какая разница? Но интуиция, какое-то внутреннее напряжение, заставляло меня торопиться. Я чуял, что времени мало.
– Куда летим? – спросила Алина.
– Барнаул, – ответил я.
– А, твоя дача, – она невозмутимо пожала плечами, – хорошо, что я закупила запас подгузников.
Я рассказывал ей про своё убежище. Тогда она одобрила мою инициативу, но желание посетить не выказывала. Говорила, что «хотела бы оптимистично смотреть в будущее».
– Любимая, это не край света, – улыбнулся я, – их можно было и на месте купить.
– Китайские какие-нибудь, да? Уж извини. Пашка такое носить не будет.
Я пожал плечами.
– Ваня, у тебя биометрия на госуслуги подгружена? – спросил я.
– Нет, – ответил он, – я же в Академию готовился. Кандидатам запрещено. А потом как-то недосуг было…
– Тогда давай свой номер.
– Я лечу с вами? – уточнил он.
– Ну а какие варианты? – я пожал плечами.
Я успел ввести данные на всех пассажиров и сделать бронь, когда на экране высветился значок звонка. Знакомый номер. Управление. Секретариат.
Поколебавшись секунду, я перевёл аппарат на бесшумный режим и убрал его в карман джинсов. Если бы я был на действительной военной службе – это было бы серьёзным проступком. А так, пусть сначала официально вытащат меня из запаса.
Алина бросила на меня быстрый взгляд, после чего ускорила шаг. Молодец она у меня – всё без слов понимает…
Загрузив чемоданы в багажное отделение, мы тронулись. Иван, сидя на заднем сиденье, смущённо косился на детское кресло.
Алина, сидя на пассажирском кресле, откинула козырёк и активировала небольшой приборчик, которым я обзавёлся почти сразу после возвращения. Мне совсем не нравится, когда меня слушают, даже когда скрывать нечего. Глушилка была надёжной; лучшая из доступных на коммерческом рынке. Я знал от технарей, что наши пока не нашли способ её обходить.
– Серёж, поговорить надо, – сказала она, выразительно покосившись на заднее сиденье.
Секунду поколебавшись, я ответил:
– Говори. При Ване можно. Он сильно помог.
Иван удивлённо посмотрел на меня через зеркало заднего вида.
– Что происходит? Мы с кем-то воевать собираемся? Нашли, кто на нас напал там, в аэропорту?
– Можно и так сказать, – ответил я, – Алин, если честно – я пока не очень представляю, что именно происходит. После того, что рассказал Иван, я точно знаю, что тебе грозит большая опасность: тебя могут использовать для разрушения границ нашего мира. А ещё, похоже, кто-то у нас продолжал экспериментировать с созданием проходов в другие вселенные. И, видимо, небезуспешно.
Алина побледнела и сжала кулаки – так, что костяшки пальцев побелели.
– Кто сейчас звонил? – спросила она после небольшой паузы.
– По службе, – признался я; увиливать в этой ситуации было бесполезно.
– Тебя могут… привлечь? – спросила она.
– Попытаются. Наверняка, попытаются.
– Серёж… – Алина вздохнула, – ты уже решил, что будешь делать?
Я с удивлением посмотрел на неё. Встретился взглядом. И всё понял.
– Алин, много непонятного, – ответил я, – если это сделали не мы. Демократическая Конфедерация или Консервативные Штаты. Да даже если Китай. Конечно, я сделаю всё, чтобы достать их и как-то поправить ситуацию, если это возможно. Но, если это наши… – я всплеснул руками. Автопилот мгновенно подхватил управление и вывел на лобовой дисплей предупреждение, что надо вернуть руки на руль, иначе последует аварийный съезд на обочину.
– Ваши-наши… – Алина вздохнула, – Серёж, ты же помнишь, да? На какой стороне я была, когда мы познакомились? Это не так важно. Важна настоящая мотивация.
– Ты права… наверное. Но что будет, пока я буду разбираться, что к чему?
– Давай пока не будем загадывать, – предложила она.
Я пожал плечами.
Иван, настороженно следивший за нашим разговором, почему-то улыбнулся.
До приезда в аэропорт телефон звонил ещё два раза. Я ожидал осложнений и был готов дать отпор – когда надо, контора могла быть очень быстрой. Но реальность превзошла все мои ожидания.
Шеф сидел, скромно подобрав ноги и прихлёбывая чай в дальнем углу бизнес-зала, скромной серой мышкой.
Целый генерал! Действующий руководитель службы.
У меня даже руки опустились, и я чуть не выронил Алинину сумку. Проследив направление моего взгляда, она насупилась. Тяжело вздохнула. Достала сына из переноски и уселась на ближайшее мягкое кресло.
– Иди уж, – кивнула она, – но, если надо – я этому хмырю глаза выцарапаю. Пускай только попробует нас тормознуть.
Иван остановился, вопросительно глядя на меня.
– Ничего, – кивнул я, – схожу, поговорю.
Я направился в дальний конец зала.
– Сергей Александрович, приветствую. Рад вас видеть, – кивнул генерал, когда я подошёл к его столику, – спасибо, что присоединились.
– Какими судьбами, Павел Алексеевич? – вежливо поинтересовался я и, не дожидаясь приглашения, присел на соседнее кресло.
Генерал чуть нахмурился, но проигнорировал мою бестактность.
– Вы уж не держите зла, что приходится так вмешиваться в ваши планы, – начал он, и у меня при этих словах неприятно свело желудок; похоже, без конфликта не обойдётся, – но у нас есть основания полагать, что вы можете нам быть крайне полезны.
– При всём уважении, – ответил я, – но свой долг родине мне удалось отдать. Со всеми полагающимися процентами.
Павел Алексеевич вздохнул и опустил взгляд. Почему-то мне показалось, что, если бы у него были очки – он бы сейчас непременно начал их протирать.
– Понимаете, какая ситуация, Сергей, – сказал он, – родина – это ведь не только государство. Это ещё и люди, которые живут под его защитой. В том числе и ваша семья.
Я сжал скулы, сдерживаясь.
– Вы, что? – удивился генерал, наблюдая за моим выражением лица, – подумали, что я вам угрожаю? Полноте, вы ведь опытный оперативник! Вы – наш! У нас есть незыблемая этика, в конце концов!
– Простите, не понимаю.
– То, что происходит – угрожает нам всем. В том числе и вашей семье. Масштаб этого… этой проблемы, – генерал потёр переносицу, – такой, что пострадают все. Впрочем, даже не так. Погибнут все. Я. Вы. Ваша супруга. Ваш сын. Ваш сослуживец. Кстати, удивительно – как вам удалось его вытащить? Вот уж не думал. Мне показалось, что вы сильно отдалились после того инцидента… впрочем, не важно.
– Павел Алексеевич, – ответил я, – при всём уважении. Яснее мне не стало.
– Очевидно, Сергей Александрович, очевидно, – генерал наклонился, достал из-под кресла довольно пухлый портфель и погрузил руку в его недра. Через мгновение он достал довольно толстую красную папку и протянул мне, – проследите, чтобы ни одна буква не была доступна для постороннего взгляда. Вы ведь в бизнесе летите? Поднимите шторку в капсуле и отгоните стюардесс, хорошо? После ознакомления уничтожьте. Там гриф ОВ.
Я почтительно, двумя руками, принял папку.
– Значит, мы всё-таки летим? – уточнил я.
– Что? – генерал изобразил удивление, – а. Конечно, конечно! Мы только за, если ваша семья будет в максимальной безопасности. Я распорядился обеспечить охрану вашей… дальней резиденции. Она не спасёт в случае, если вы провалитесь, но хоть что-то… на переходный период.
– Я отвожу семью и возвращаюсь, так?
– Зачем? Нет, всё проще – наш самолёт будет ждать вас в аэропорту Горно-Алтайска. Ваш сослуживец, скорее всего, захочет к вам присоединиться. На него тоже всё будет готово.
– Насколько я с ним могу делиться информацией? Отсюда? – спросил я, похлопав по папке.
– Насколько сами решите, – генерал пожал плечами, – допуск на него оформили.
– Спасибо, – кивнул я.
– Эх, Сергей Александрович, – вздохнул генерал, – вы сами даже не понимаете, насколько не за что…
После этих слов он встал, поднял портфель и направился к выходу из зала. Только в этот момент я заметил, как трое совершенно неприметных людей вдруг двинулись вслед за ним. Охрана. Они хороши. После волны террора прошлого, говорят, наши подразделения работают не хуже ФСО. Теперь я готов был в это поверить.
– Что? Что там? – Алина поднялась с кресла, когда я подошёл, удерживая Пашку на руках.
Сын тихонько дремал, чуть причмокивая во сне.
– Всё в порядке, – ответил я, – летим.
Алина даже лицом просветлела от облегчения.
– Что ему было надо? – спросил Ваня.
– Нас с тобой, – честно признался я.
– Что? – старлей с недоумением захлопал глазами.
– Позже поговорим, – ответил я, – пойдём, посадку объявили.
6
«Удава» удалось сдать раньше, ещё до прохода в бизнес-зал. Иначе я точно не попал бы на рейс.
Генерал не просто так приехал в аэропорт лично и не просто так позволил мне улететь. Если бы я ознакомился с содержимым папки в другой обстановке, мог бы не сдержать эмоций, наговорить лишнего и сильно повредить предстоящему делу.
Папку я открыл, когда убедился, что Алина уснула в своём коконе с ребёнком. Тогда я поднял пластиковую переборку, оградившую меня от любопытных взглядов, и погрузился в чтение.
Папка открывалась копиями приговоров военного суда под грифом «Особой важности». Само по себе редкое явление. Если уж совсем по-хорошему, тот факт, что папка летела со мной в салоне рейсового самолёта, и я заполучил её, не поставив в процессе ни в каких формулярах с десяток автографов (причем обязательно от руки! Никаких электронных подписей и биометрии!) уже было нарушением режима.
Впрочем, генерал большой, ему видней.
Итак, приговоров было три. Первый – начальнику управления, куратору какой-то программы под названием «Ариадна», тоже генералу. Он сел пожизненно, с конфискацией имущества и без права досрочного освобождения. Если верить сухим строчкам текста после заголовка «Установил» – вполне заслуженно. Этот субъект (язык не поворачивается назвать его офицером) санкционировал проведение экспериментов «в научных целях» над осуждёнными и военнопленными.
Остальные два приговора были такими же суровыми. Резолютивные части почти не отличались. Наказание «заслужили» двое учёных: один военнослужащий, другой гражданский. Они были создателем тех самых «экспериментов».
Подробности их действий были со всей неприглядной честностью изложены в следующих разделах папки.
На какой-то момент мне даже показалось, что я снова вернулся в мир Птиц, в его старые годы, когда одна из сторон людского общества была представлена садистами. Там были фотографии. Хорошо, хоть я не успел поужинать. А то в полёте мой желудок становился особенно чувствительным.
За этими разделами, самыми жёсткими по содержанию, шла короткая справка о том, какое наказание получили остальные выжившие сотрудники объекта программы «Ариадна». И записи о поощрениях: повышение получили два военных следователя, которые обратили внимание на анонимный сигнал во время инспекционной поездки по Сибирскому Военному округу.
После такого впечатляющего вступления шла копия докладной записки на высшее руководство страны, подписанная Директором нашей конторы. Там коротко, в двух абзацах, излагалась суть программы «Ариадна»:
«После утраты свойств Новоархангельской СНЗ на территории, контролируемой Россией и дружественными государствами, не осталось объектов, позволяющих в необходимом объёме получать данные научно-практического свойства, обеспечивающие технологический суверенитет и преимущественное развитие важнейших отраслей. При этом по оперативным данным на территории стран Демократической коалиции и в Китайской Народной Республике были успешно проведены эксперименты по искусственному созданию СНЗ.
Сложившееся положение представляет потенциальную угрозу нашей стране и союзникам. В этой связи считаем целесообразным реализовать проект по созданию полнофункциональной СНЗ на территории России. По согласованию с Министерством обороны и Минприродресурсом предусмотрено резервирование соответствующих земельных ресурсов на территории Эвенкийского муниципального района Красноярского края. Финансирование в объёме 12 млрд. рублей предлагаем направить из статьи НИОКР бюджета Министерства обороны.
Просим рассмотреть».
Дата, подпись. И резолюция справа от герба: «Согласен».
Я хмыкнул и стал листать дальше.
Что ж, ребята решили пойти незамысловатым путём. Для начала открыли живодёрку. Различными способами массово убивали живых существ. От простых червяков до высших животных, которые, по мнению этологов, стоят на грани разума: ворон и, как ни странно, осьминогов. Были большие планы на приматов, но их не удавалось добыть в достаточном количестве, а в неволе шимпанзе размножались не так быстро.
После того, что они делали с людьми, предыстория с животными должна была выглядеть если не обыденно, то хотя бы менее омерзительно. Я понимаю, почему генерал велел собрать материалы именно в таком порядке.
Вот только эффект был обратным. При всей несправедливости и чудовищности преступления, военнопленные не были невинными созданиями. В большинстве своём они сами убивали. И не всегда других военных. Как бы то ни было, в пыточную их привёл ряд сознательных поворотов.