Королевская кровь. Огненный путь

Тот же день, Иоаннесбург

Долгожданный звонок в кабинете начальника Зеленого крыла раздался во второй половине дня, ближе к вечеру. Всю ночь Тандаджи поступали сводки о внезапно развернувшихся над Песками грозах, о том, что территорию соседнего государства вдруг начали видеть спутники, что поутру обнаружилась перед наблюдателями у границы расстилающаяся до горизонта зеленая страна. Разведчики на свой страх и риск выехали за Стену – и не обнаружили там полосы блуждания, только связь прерывалась.

Подняли среди ночи Зигфрида – но все так же ломалось Зеркало, которое маг пытался выстроить к Ангелине Рудлог, и после десятого разлетевшегося перехода Майло отпустил сонного блакорийца, приказав каждый час повторять попытки. Увы, пока они были безуспешными.

Тандаджи собирал информацию и периодически, словно забывшись, недоверчиво качал головой. Сложить два и два – Ангелину Рудлог в Песках и ожившую страну – было нетрудно, но как доложить об этом королеве? Нет, прежде нужно найти чудесным образом попавшую из Йеллоувиня в Пески принцессу, подтвердить догадки. И тидусс терпеливо ждал звонка от агентов.

– Тандаджи, слушаю, – произнес он в трубку ровно.

– Господин полковник, – раздался задыхающийся от волнения голос капитана Рыжова. Майло поморщился: никакой выдержки. – Господин полковник! У приграничного телепорта опустились драконы из Истаила. Шестнадцать человек! Перешли в Теранови – запрет мы ведь не ставили! Они сейчас отдыхают на территории дипкорпуса. Сообщили сотрудникам, что обязаны встретиться с королевой. Что прилетели по поручению Владыки Нории и ее высочества Ангелины! С ними муж Таисии Михайлис из Теранови, помните, Энтери? И тот, что меня чуть не придушил. – В голосе Рыжова проскользнула обида. – Все разукрашенные, как на свадьбу!

Майло поморщился и тоскливо посмотрел на золотых рыбок. Не доводит до добра проницательность.

– В каком они настроении?

– В хорошем, господин полковник, – несколько удивленно ответил Василий. – В радостном, можно сказать. Но говорить, что будут обсуждать с ее величеством, не хотят, отвечают, – он понизил голос до заговорщического, – что это дело межгосударственное.

– Следите, Рыжов, – бросил Тандаджи, отключился и поспешил набрать министра иностранных дел, пока тот не пошел с докладом к королеве и не поставил дворец на грань уничтожения. Ее величество за прошедшие дни и так перенервничала. Тут нужен деликатный подход.

Министр Кинкевич, старый лис, вежливо согласился отдать Тандаджи право принять на себя удар, пожелал удачи и положил трубку. А тидусс, поправив мундир, сделал еще один звонок – Байдеку, обеспечив себе прикрытие тылов, и направился к королеве.

Василина приняла его в своем кабинете. Спокойная, только в голубых глазах тревога да лицо бледное. Тандаджи поклонился, как обычно, немного залюбовавшись ее кудряшками.

– У вас хорошие новости, полковник? – Мягкий голос ее величества чуть подрагивал. Скрипнула дверь, и взгляд королевы потеплел. Она нежно улыбнулась вошедшему принцу-консорту. Байдек обменялся с тидуссом рукопожатием, встал рядом с супругой, положив руку ей на плечо, и она заметно расслабилась.

Тандаджи чуть-чуть полегчало.

– Надеюсь, что да, ваше величество, – проговорил он уверенно. – Ваша сестра жива, находится в Истаиле, у Владыки Валлерудиана. К сожалению, пока не смогли установить, как она там оказалась. Если позволите, в Теранови ждут вашего согласия на встречу драконы, которые принесли известия от ее высочества Ангелины…

Воистину, не выбери его судьба для должности начальника разведки, тидусс мог бы стать лучшим из дипломатов.

Василина выслушала новости, нервно сцепив пальцы.

– Почему они еще не здесь, полковник?

– Простите, ваше величество, – с невозмутимым лицом ответил Тандаджи, – но нужно подготовить зал, охрану… обязательно. Понимаю, как вам не терпится узнать про сестру, но мы не можем пренебрегать безопасностью.

Королева подняла сердитый взгляд на мужа, но тот только коротко кивнул. И она вздохнула.

– Я даю вам час, полковник. Прекрасно, если справитесь быстрее.

Василина успела переодеться. Сообщить встревоженному Святославу Федоровичу и младшим сестрам, что прилетели драконы и скоро будут новости об Ани. Каролинка разрыдалась, не в первый уже раз за прошедшие дни, вцепилась королеве в руку и начала умолять взять ее с собой. Она очень скучала по Ангелине.

И Василина, как всегда, распереживалась, обернулась к Байдеку.

– Каролина, подожди, – произнес Мариан, и шестая Рудлог затихла от его серьезности. – Закончится официальная часть, и сможешь сама обо всем расспросить.

Но окончательно успокоила младшенькую Алинка. Оглядела красноносую и шмыгающую сестру с ног до головы и занудно, рассудительно заявила:

– В таком виде тебя к делегации из другой страны просто не пустят, чтобы не позориться. Пойдем приводить тебя в порядок.

Каролина встрепенулась, бросила взгляд в зеркало, подхватила на руки щенка тер-сели, с которым после отъезда старшей сестры не расставалась, и помчалась в свои покои.

Драконы появились из телепорта через час. Встречал их лично принц-консорт. Скользнул взглядом по длинным, расшитым драгоценностями одеждам – нет ли где оружия, – посмотрел на сундуки, которые притащили гости с собой, встретился взглядом с Владыкой Тафии, сдержанно кивнул Энтери.

– Рад приветствовать вас, – сказал он после рукопожатий и представлений, – ее величество, супруга моя, примет вас. Вижу я, что не с пустыми руками вы пришли.

– То дары огненной госпоже от Владыки Владык, – охотно объяснил Четери, – малая их часть. Позволишь ли вручить ей?

– Лучший дар – известие о сестре, – проговорил Мариан настойчиво. – Слуги отнесут ваши дары в зал встречи. Не дело гостям гружеными по дворцу идти.

«Отнесут и проверят по пути», – говорил его взгляд.

Чет не стал спорить. У этого крепкого медведя своя задача, у него – своя.

Ее величество появилась в светлом зале приемов через пару минут после того, как провели туда драконов и занесли сундуки. Василину сопровождал Святослав Федорович. Драконы поклонились, она кивнула, улыбнулась мягко и немного настороженно. Четери, до этого развлекавшийся рассматриванием гвардейцев, глядел на нее с умилением. Они уже встречались – в Теранови, на памятном подписании договора о мире и сотрудничестве, и тогда она вызывала то же желание двигаться аккуратнее и говорить тише, чтобы не расстроить. Скромное платье, прямая спина, аккуратная прическа и взволнованное лицо. Огненная аура полыхает, греет – но как же похожа на его Светлану. Настоящая женщина. Повезло ее мужу.

Муж подождал, пока его королева остановится, и занял правильную позицию – сбоку и чуть впереди. Чет едва не кивнул одобрительно: молодец. Если что, успеет закрыть своим телом.

За дверью послышались тихие шаги, шепотки – Байдек тоже что-то уловил, потому что покосился туда, качнул головой. Чет усмехнулся про себя: медведь не видел то, что видел он, – два огонька, один из которых был ему очень знаком.

– Господа, – чуть тревожно произнесла королева, – мне сказали, у вас есть известия о моей сестре. Слушаю вас. Все ли с ней в порядке? Почему она не прилетела с вами?

Чет выступил вперед, отметил, как неуловимо напрягся принц-консорт.

– Радостное известие привезли мы тебе, государыня огненная, – сказал он настолько почтительно, насколько мог, как учил его Ветери, нудно заставляя повторять церемонные речи. – Благодарим, что так скоро приняла нас, и просим выслушать, а потом судить. В сундуках этих – выкуп от Владыки Владык за сестру твою, Ангелину. Вот сапфиры, ясные, как глаза твоей сестры, – двое драконов открыли один из сундуков. – Вот рубины, алые, как губы ее. – И второй сундук был открыт. – Вот белое золото, но не сравнится оно с красотой ее волос… Не заменит золото тебе сестру, не утешит от разлуки с нею, и бесценны красота ее и жизнь, но такова наша традиция…

Он остановился – в голубых глазах королевы плескались настоящий ужас и мольба: не надо долгих речей, скажите, что с сестрой! Лицо ее было спокойным, но аура наливалась мощью и ощутимо холодало в зале. Что себе придумала уже? И Четери, забыв все, о чем бурчал ему Ветери и как учил говорить, бухнул по-солдатски прямо:

– Вчера сестра твоя, Ангелина, стала женой Владыки Нории.

Еле слышно ругнулся позади Ветери, а королева потрясенно замерла – от нее полыхнуло тревогой, гневом, недоверием, и муж ее нахмурился, глядя на Чета с явным желанием придушить. За дверью зала зашуршало.

– Не думай, – продолжил Мастер понятливо и спешно, – не принуждали ее, своей волей она приняла решение. Расцвела сегодня наша страна, и поспешили мы к тебе, дабы принести выкуп от Владыки и обговорить все. Принесли мы и письма от твоей сестры. Тебе, твоему отцу и сестрам.

Василина-Иоанна без слов протянула руку, и Ветери с поклоном передал ей стопку писем.

Она быстро перебрала их, нашла свое, отдала одно отцу, остальные – мужу. Развернула и начала читать.

Долго читала. Много написала Ангелина, начиная со своих видений в колодце, – и королева то тревожно сжималась, и веяло от нее холодом, то удивленно поднимала брови, то качала головой. Дошла и до последних строк.

«Василина, сестричка. Понимаю, что новость неожиданная, но, думаю, ты поймешь меня. Если бы существовала разумная альтернатива, я бы не торопилась. Еще раз скажу, что согласие на замужество я дала добровольно. Отстраняясь от личных мотивов, Нории – хорошая партия для меня и отличная для страны. К сожалению, придется разрешать эту ситуацию, дабы купировать скандал. Прежде всего нужно связаться с Дармонширом, передать ему мое письмо. Прочитай его; я уверена, что герцог согласится содействовать. С Луциусом будет сложнее, может затаить обиду, но и это решим. Если Пески восстановятся, прошу, пришли с драконами магов-телепортистов и арку телепорта – чем быстрее наладится сообщение, тем быстрее я смогу с тобой все обсудить лично.

Люблю тебя. Ангелина Рудлог».

Василина закончила читать и передала письмо мужу.

А в коридоре, прижавшись к дверям и ничуть не стесняясь охраны, затаив дыхание, подслушивали две младшие принцессы. Каролина Рудлог опять всхлипывала, пытаясь сдержаться, чтобы не заплакать в голос, Алина шикала на нее. И в этот момент появилась рядом с залом их старшая сестра, Марина. Она только вернулась с работы и узнала, что весь дворец шумит о прибытии драконов. Марина тут же бросилась искать родных. И нашла – младшеньких, нарядных и причесанных, подслушивающих возле дверей. А гвардейцы, охраняющие зал приемов, были с каменными лицами и мученическими глазами.

– Малышня, – сказала Марина таинственно, – ну, что говорят?

– Ани замуж выдали-и-и-и, – громко зарыдала Каролинка, и Алина испуганно зажала ей рот. Третья принцесса изменилась в лице.

– Как выдали?

– В Пески, – шепнула Алина. – Вчера свадьба была.

– Что за бред? – ругнулась Марина, мгновенно зажегшись злостью. Метнулась туда-сюда по коридору, вернулась к двери и решительно нажала на ручку.

В зале стояла оглушительная тишина. Драконы с удивлением уставились на вошедшую девушку и заглядывающих в дверь девочек. Чет и вовсе ухмылялся: вот эта с ее кипучей аурой куда более напоминала Ангелину Рудлог, чем королева.

Василина укоризненно посмотрела на третью принцессу, Мариан оторвался от письма, строго покачал головой.

– Ваше величество, сестра моя, – четко проговорила Марина, – простите за вторжение. Я услышала новости и не могла оставить их без внимания.

Алина застенчиво помахала Чету, и тот, веселясь, кивнул в ответ. И тут же нахмурился, присмотревшись. Под плотным огнем девушки видна была черная сердцевина. Будто замороженная, спрятанная – но не для него. Вот это да.

– Мои сестры, – ровно представила вошедших королева, – Марина, – третья сердито кивнула, – Алина, Каролина. Пожалуйста, заходите.

Младшие шмыгнули к Святославу Федоровичу. Каролина прижалась к отцу, пытаясь не всхлипывать. Марина же остановилась перед королевой, невежливо повернувшись к гостям спиной, что-то начала тихо высказывать ей. Чет прислушался.

– Что происходит? Какая, к чертям, свадьба? Ты же понимаешь, что Ани никогда не поступила бы так? Только не она!

– Марина, – ее величество немного покраснела, – остановись. Я сама потрясена, но нам передали письма от Ангелины, и нет оснований полагать, что она писала их под давлением или не сама. Тем более мы скоро встретимся.

– Верните Ани-и-и! – снова заплакала младшая Рудлог. – Зачем ей му-у-уж?

– Я бы посмотрела на свадьбу, – грустно проговорила Алина. – Как это без меня? По старому обычаю было, да? Можно было бы составить описание…

– Почему так быстро? – злилась третья принцесса. – Что могло ее заставить? Как она вообще оказалась в Песках?

– И-и-и-и-и-и! – рыдала Каролиша.

– Дети! – деликатно пытался успокоить их Святослав.

Драконы восторженно молчали, наблюдая за пламенным хаосом из четырех Рудлог.

Королева начала бледнеть. Глаза ее посветлели.

– Тихо! – как-то рычаще, почти неслышно рявкнула она – и у присутствующих дрожь пошла по телу. В зале воцарилась тишина. Байдек одобрительно и немного удивленно взглянул на жену. Марина тяжело дышала, но молчала.

– Господа, – сдержанно произнесла ее величество. – Предлагаю всем переместиться в столовую, выпить чаю, дождаться ужина и спокойно поговорить. Вам приготовят покои, – она кивнула одному из гвардейцев, и тот вышел передать приказ. – Погостите у нас, пока мы всё не решим. Марина?

Третья Рудлог неохотно повернулась к гостям.

– Приношу извинения за свою несдержанность, – сказала она медленно, и в голосе ее была угроза, а в глазах сверкали молнии. – Мы очень беспокоимся за сестру, а ваши новости… удивительны. Я бы очень хотела, чтобы она сообщила нам их… лично.

– Мы все понимаем, ваше высочество, – примирительно проговорил Ветери. – И понимаем ваше недоверие. Мы надеемся, что скоро будет налажен телепорт и вы сможете пообщаться.

В глазах Марины все еще плескалось недоверие.

– А Зеркало не открыть?

– Пока Зигфрид не может этого сделать, – пояснил Байдек.

– Я могу отнести тебя к ней, принцесса, – предложил Чет. – К ночи уже будешь в Истаиле.

Марина задумалась, махнула рукой.

– А давайте!

– И я хочу, – тихонько вмешалась Алина.

– И я! – закивала головой Каролина.

– Никто никуда не полетит, – сурово сказал Байдек, и три принцессы уставились на него с обидой. – Мы подождем, пока установят телепорт.

Чет неслышно хохотал: боги, и он еще печалился из-за одной Рудлог! Вот кому надо молитвы при жизни возносить – здесь ведь целая семья безумных женщин!

Потом было чаепитие, плавно перешедшее в ужин. К этому времени вся семья уже успела прочитать письма и находилась в состоянии разной степени растроганности. Чет, осторожно придерживая тонкую хрупкую фарфоровую чашечку с чаем, окруженный любопытными огненными девами, рассказывал о событиях, свидетелем которых он стал, под просящим мягким взглядом королевы упуская кровавые подробности – нечего пугать младших.

– Четыре дня назад, – говорил он, – ваша сестра появилась во дворе моего дворца будто из Зеркала, только без его помощи. В это время Владыка проводил… ритуал напоения Песков. И Ангелина попросила меня отнести ее к алтарному камню. Там она… отговорила Нории от ритуала. И через три дня они поженились.

– Она ведь счастлива? – спросила Марина, пристально глядя на него.

– Счастлива, – уверенно подтвердил Четери.

– Кто бы мог подумать, – смиряясь, пробормотала третья Рудлог и покачала головой. – Кто бы мог подумать…

– А как проходят у вас свадьбы? – все-таки не выдержала Алина. – Обрядовая часть отличается от нашей? Сильно?

Чет, перед тем как ответить, сделал еще глоток чая. Лучше бы вина, конечно. А то от такого количества он скоро сам станет янтарным и лимонным на вкус. Но, пока дракон пил, рассказ начал Ветери, и Мастер смог немного передохнуть от болтовни. И полюбоваться, с каким жадным интересом зеленоглазая принцесса внимает их сладко поющему дипломату.

Тьма в ней ощущалась застывшей, чуть пульсирующей, спокойной. Семья то ли не в курсе – хотя королева должна же видеть ауры! – то ли знают, но не придают значения. В любом случае это не его дело. Мало ли тайн ему открыто; не уподобляться же глупой сплетнице, не умеющей держать губы сомкнутыми.

Самая младшая Рудлог, Каролина, сидела, угрюмо уткнувшись взглядом в стол. Губы ее периодически обиженно кривились, и тогда она очень печально, душераздирающе вздыхала. Старшая сестра написала ей ласковое письмо, в котором много раз повторила, как любит свою малышку, – и если Каришка захочет, то может хоть каждый день приходить в Истаил по телепорту и гостить на каникулах. А если отец не будет против, то и вовсе переехать в Пески. Но Каролину это не утешало: в голове крутились мысли о том, что скоро у Ани появятся свои дети, и тогда они останутся с папой одни-одинешеньки и никому не будут нужны.

От этой мысли стало совсем плохо, и она едва сдержала слезы. Подняла глаза – и с изумлением уставилась на прозрачный цветок, который протягивал ей красноволосый дракон. Неохотно приняла подарок, но тут же отвлеклась, рассматривая искусно сделанные то ли из стекла, то ли из хрусталя стебель, листики и лепестки – со всеми жилками и просветами. Очень красиво.

– Спасибо, – пробормотала младшая принцесса, стараясь быть вежливой и не гундосить.

Четери, давным-давно освоивший этот нехитрый фокус, усмехнулся. Что пятьсот лет назад, что сейчас он действовал на всех женщин, от младенцев до старушек.

– Когда телепорт сможет заработать? – поинтересовалась королева, одобрительно улыбаясь ему. – Когда улягутся эти стихийные возмущения?

Чет пожал плечами.

– Максимум три дня, – ответил он, – хотя у Нории может быть и быстрее. Когда Владыки принимают Ключ, над их городом стихия кипит сутки. Но это происходит, потому что они молоды и неопытны, не умеют обращаться с силой. Нории же давно прошел совершеннолетие.

– Совсем мало времени, чтобы все организовать, – опечалилась королева.

– Это уже его забота, – невозмутимо откликнулся Чет. – Его и нашей Владычицы. Не только к вам полетят посольства – все государи будут приглашены на церемонию.

Пока в одной части дворца проходили ужин и прием гостей, в другой кипела работа. Тандаджи не мог позволить себе уйти домой, пока не прояснится ситуация. Он выслушал доклады своих людей, присутствовавших на встрече, приказал поставить жучки в покои, приготовленные для гостей, и ждал возможности поговорить с Байдеком.

Жаль, что нельзя заглянуть в письма от ее высочества Ангелины. Но, судя по тому, что драконов пригласили на ужин, и спокойствию королевы после официальной части, сомнений в авторстве писем и версии крылатых гостей не возникло.

Поразительная беспечность. Хотя и королеве, и даже Мариану простительно не знать, каковы бывают методы убеждения и как можно заставить даже самого могущественного человека действовать так, чтобы и близкие ничего не заподозрили.

Тандаджи выжидал. Заглянул к Игорю – тот тоже не ушел домой. Сидел за столом, скинув китель, просматривая бумаги и каким-то хитрым способом раскладывая их вокруг себя. Веер справа, веер слева. Стопка на самом краю, подпирающая несколько чашек со следами кофе. Чашка была и в руке начальника Управления внешней разведки, и он рассеянно подносил ее к губам, что-то черкая на листе, заполненном схемами и стрелками, и поглядывая на очередную бумагу из «веера».

– Занят? – осведомился тидусс, когда Стрелковский поднял на него глаза. Игорь снова поднес к губам чашку, недоуменно посмотрел на нее и отставил: она была пуста.

– Как и ты, – ответил Игорь Иванович с иронией, – как и всегда. Заходи. Отвлечешь меня. Нужно переключиться, потому что я чувствую себя параноиком.

– Паранойя в нашем деле называется интуицией, – тонко улыбнулся тидусс, не признаваясь, что сам зашел, чтобы «переключиться».

– Знаю, – пробурчал Стрелковский, – я тебе сам это сто раз говорил. Садись. Кофе?

Тандаджи, поколебавшись, кивнул, и Игорь Иванович ополоснул чашки, сыпанул туда растворимого порошка и залил кипятком из маленького чайничка, стоящего тут же.

Полковники дружно глотнули горький напиток, почти синхронно поморщились.

– У тебя сегодня насыщенный, должно быть, день, – заметил Игорь. – Сумела ее высочество удивить.

– Или ее заставили нас удивить, – пробурчал Тандаджи, упорно глотающий кофейный кипяток. – Я пока ни в чем не уверен.

– Проверить надо, – согласился хозяин кабинета, поднял руки, потянулся до хруста. – Но, Майло, Ангелина Рудлог куда упрямее своей матери. А Ирину, – взгляд его на мгновение застыл, и Стрелковский опустил голову, потер кулаком висок, – я за время работы изучил достаточно. Нет такой силы, которая заставила бы этих двух сделать что-то против воли. Ирина предпочла бы умереть.

«Она и предпочла», – повисло в воздухе.

Тандаджи не изменил выражения лица.

– Факты, Игорь. Сам понимаешь, мне нужны факты. И я их получу.

– Факты, – Стрелковский вздохнул, раздраженно постучал ладонью по столу. – Мне бы тоже они не помешали.

– Поделишься? – поинтересовался тидусс, чуть сощурившись.

– Аналитики подкинули повод для обдумывания, – Игорь Иванович недовольно махнул рукой на заваленный бумагами стол. – Мы наладили обмен сведениями между службами разведки Туры о том, что касается возможных заговоров, покушений и поиска Черных. Кстати, агенты работают отлично. Хвалю, полковник.

Тандаджи скромно склонил голову.

– В отдел аналитики идет вал информации. Нашей и внешней. Разные события. По отдельности – ничего интересного, а когда начинаешь комбинировать, поневоле напрашиваются неприятные выводы.

Стрелковский потянулся к правому вееру, стал вытаскивать из него листы, сшитые с фотографиями, выкладывать перед собеседником.

– Сам суди. Этот – мастер по радиотехнике из Пьентана, – с фотографии на Тандаджи смотрел пожилой йеллоувинец. – Пропал пять дней назад. Вышел с работы, а домой не дошел. Этот, – на стол лег еще один отчет с фотографией, – химик. Ранее работал на оборонном заводе в Блакории. Пошел за хлебом четыре дня назад. Не нашли. Эти, – еще два отчета опустились на стол, – бывшие военные. Инляндия. И так далее, – стопка шлепнулась о дерево. – Больше десятка человек за два дня. В разных странах, в разных местах. Вышли из дома, с работы – и не вернулись.

Тандаджи хмуро кивнул, допивая остывший кофе.

– Конечно, мало ли людей пропадает каждый день. И может, их исчезновения не взаимосвязаны, спросил я себя? – с некоторой злостью продолжил Игорь. – Может, один напился и где-то отсыпается, второй сбежал с любовницей, третий и четвертый дезертировали? Возможно, это мелочовка, которая не стоит внимания?

– Вполне может быть, – кивнул Тандаджи.

– И тут из Тидусса, – Стрелковский аккуратно сложил отчеты обратно, – мне докладывают, что у нас два дня назад пропал агент.

Тандаджи опять кивнул.

– Сверчков.

– Совершенно верно. Организую поиск – через сутки его нашли в притоне на окраине, невменяемого, со стертой памятью. Менталисты ничего сделать не могут. Начали рыть, над чем он работал, – оказалось, обмолвился коллеге, что вышел на подпольный цех производства орвекса.

Майло глотнул кофе. Орвекс – взрывчатка. Простая в изготовлении, но мощная. Названа по имени случайно создавшего ее химика.

– Но опять: мало ли этих цехов по Туре? – продолжил Игорь Иванович. – Чем этот конкретный мог Сверчкова заинтересовать? Благо, тидуссы помогли, провели облаву по району, где агента видели последний раз. И вышли на небольшой свеженький цех в подвале заброшенной школы. Все как положено: склад ингредиентов, ящики со взрывателями тут как тут. Полупустые. Видно, что в помещении работали. Но взрывчатки мы не нашли.

– Опросили жителей близлежащих домов?

– Естественно. Объявили о вознаграждении, – Игорь поморщился, – пришлось отделять фантазии тех, кто жаждал получить деньги, от реальности. К счастью, нашлись дети, которые накануне играли рядом. Вот они отдельно друг от друга рассказали, что подглядывали в окошко и видели, как какие-то люди таскают через Зеркало тяжелые ящики. Много. Полагаю, не меньше двадцати, насколько получилось выспросить у детей. Они, к сожалению, не все умеют считать. Зато прекрасно помнят лица. И по фотографии узнали одного из пропавших блакорийских военных. Живого и здорового. Еще один пацан клялся, что видел там йеллоувиньца, но узнать по фото не смог – сказал, что они все похожи. И тут я, – Игорь достал из папки фото, прикрепленное к нескольким заполненным листам, – вспомнил этого господина. Узнаешь?

Тандаджи взгляделся.

– Из контактов Соболевского?

– Совершенно верно! – хищно процедил Стрелковский. – Примерный семьянин, отец двоих детей, клерк. Пропал после ареста заговорщиков. В молодости служил в армии. Специалист по взрывным работам, Майло. Отослал я фотографию в Тидусс на всякий случай. И что ты думаешь?