Отвергнутая бывшим, забранная его боссом. Книга 2

55 Это правда 2

Как и ожидалось, папарацци опубликовал снимки Анны и Ноя. На фотографии не было чёткого изображения двух людей, и невозможно было с уверенностью сказать, они это или нет, но он всё равно её обнародовал.

В глазах общественности сойдёт что угодно, лишь бы к фотографии прилагалось имя.

Анна сейчас была горячей темой в сети, поэтому люди верили всему, что о ней слышали. Каждый хотел нажиться на её имени.

Пронырливым фанатам не потребовалось много времени, чтобы связать этот снимок с тем, что Анна опубликовала прошлой ночью, поскольку на ней был похожий наряд и украшение, как и на человеке на фото.

Интернет снова был в бешенстве. Люди гадали, кто этот новый мужчина.

Это тот мужчина, ради которого она бросила Мака Йонга?

Кто он?

И пока одни сгорали от любопытства, желая узнать, кто это, другие продолжали её за это травить. Но, по крайней мере, им удалось отвлечь большинство от её травли.

Пресс-конференция принесла Анне несколько поклонников из числа тех, кто защищал её от троллей. Они полюбили её несовершенства и были готовы пойти за неё на войну.

И пока поднимались армии Анны, онлайн-солдаты Нари тоже были готовы её защищать.

Лола улыбалась, просматривая тренды. Им удалось успешно отвлечь всеобщее внимание от признания Анны. Теперь люди сосредоточились на том, кто этот мужчина, подбирая Анне в пару случайных мужчин в интернете, что было хорошо.

По крайней мере, на какое-то время Анна будет свободна от травли. Даже если за ней будут гоняться толпы папарацци после того огромного ажиотажа, который вызвало её фото. С ней всё будет в порядке.

.

.

Проснувшись на следующее утро, Ной не пошёл завтракать, а сразу направился в комнату деда. Ему нужно было поговорить со стариком, чтобы подтвердить то, что ему рассказали Суй.

Ной всё ещё надеялся, что это неправда, но даже если это было так, ему придётся разбираться с этим самому.

Он найдёт время, чтобы самому всё рассказать Анне, а если она попытается с ним развестись… Что ж, пусть сначала попробует.

Подойдя к комнате старика, он увидел, как горничные одна за другой входят и выходят из ванной. Как обычно, все они дрожали от страха. Возможно, одна из них снова прогневала его деда.

Ной задавался вопросом, что же они натворили на этот раз.

– Доброе утро, молодой господин. – Горничные поклонились, увидев его, но он не ответил и просто прошёл к дивану, чтобы сесть.

– Это то, что я просил? Принесите мне чёрный! – крик Винсента донёсся из спальни, где сидел Ной, и тот усмехнулся. В конце концов, он был прав: кто-то разозлил его деда.

– Зачем этот подгузник? Я что, настолько стар, что вы хотите, чтобы я начал носить подгузники? – спросил он горничную, державшую в руках подгузник для взрослых.

– Простите, старейшина Винс, но в прошлый раз, когда вы вышли без него, вы обделались, – горничная не смела поднять глаза на Винсента, пока говорила.

Винсент был стар, поэтому временами забывал, как пользоваться туалетом, и просто пачкал штаны. Чтобы избежать неловкости, Эвелин приказала горничным надевать на него подгузники всякий раз, когда он куда-то шёл.

Чего Винсент не любил, так это когда ему напоминали, каким старым он стал.

– Ты хочешь сказать, что я теперь стар и глуп, и могу просто выйти на улицу и обделаться? – Она вздрогнула от его слов.

– Я такого не говорила, старейшина Винс, – взмолилась она. Она не хотела терять работу; в прошлый раз, когда кто-то разозлил Винсента, этого человека немедленно вышвырнули из особняка.

Декланы никогда не шутили, когда дело касалось их самих. Они могли враждовать круглый год и никогда не ладить, но это не означало, что кто-то посторонний мог связываться с их семьёй.

– Тогда чего ты ждёшь? – Горничная быстро сделала то, что требовалось.

Винсент вышел из ванной в халате и увидел в своей спальне внука.

– Ной, что ты здесь делаешь так рано? – На его лице появилась широкая улыбка.

– Я хочу тебя кое о чём спросить, дедушка. У тебя есть время?

– Конечно. Для моего внука у меня есть всё время в мире, – рассмеялся Винсент, и его настроение снова улучшилось. Он уже забыл, что мгновение назад был зол.

– Когда мы виделись в последний раз, ты сказал, что снова позволишь мне увидеть твою красотку, – Винсент улыбнулся ещё шире, демонстрируя свои почти белые зубы.

– Она уже беременна? – спросил он внука, и Ной покачал головой.

– Ещё нет. Ей это сейчас не нужно, – сказал Ной, видя, как хмурится его дед.

– И ты думаешь, у меня есть время ждать, пока она будет готова? Я на смертном одре, Ной.

– Ты пока не умираешь. Врач сказал, что ты здоров и в полном порядке, если только ты не хочешь сам себя убить. – Винсент нахмурился ещё сильнее от безразличных слов внука.

– Ничто не вечно, Ной. В один миг ты в полном порядке, а в следующий – можешь уже бороться за свою жизнь. Или даже подхватить смертельную болезнь.

– Пока что тебе это не грозит. Всё, что тебе нужно делать, – это не кричать, чтобы не заработать себе смертельную болезнь, – спокойно сказал Ной.

– Твой врач сегодня придёт на обычный осмотр. – Винсент цокнул языком на слова внука.

– Если она придёт, пусть поторопится. Я сегодня встречаюсь с друзьями. Что ты хотел спросить? – Он увидел, как Ной выпрямился, и его лицо стало серьёзным.

– Ты помнишь кого-нибудь по имени Джейкоб Суй? – Он уставился на деда, который пытался порыться в памяти в поисках этого имени.

– Джейкоб Суй… Точно не помню. Возможно, я работал с кем-то таким в прошлом и, может быть, забыл, – сказал Винсент.

– Ной, твой дед уже стар, он многого не помнит.

– Тогда ты должен знать генерала Суй, он обвинил тебя в убийстве его сына. – Ной увидел, как при упоминании этого имени его дед глубоко нахмурился.

– Филлипс – никакой не чёртов генерал. Он должен был знать, что я нанесу ответный удар, когда он первым убил твою бабушку, – рявкнул он.

– Люси не сделала ничего плохого, чтобы так умереть. Она уже сказала ему, что он ей больше не нужен.

– Так это ты убил Джейкоба Суй?

– Я не хотел, чтобы мальчик умер. Он был совсем не похож на своего отца, он был хорошим парнем. Я приказал своим людям похитить его дочь, но произошёл несчастный случай, в результате которого погибла вся семья, – говорил Винсент, потирая подбородок.

Когда он говорил, что заслуживает самого большого и опасного огня в аду, он не шутил. В молодости Винсент совершал самые отвратительные поступки, какие только можно себе представить.

Он перешагнул через многих людей, чтобы достичь своего положения в жизни. Он делал всё это, потому что был одинок. Сейчас он больше всего на свете хотел хотя бы повернуть время вспять и всё изменить, но не мог.

Он живёт с этим чувством вины каждый день, ожидая дня своей смерти.

Ной, который мгновение молчал, похлопал деда по плечу. – Всё в порядке, что сделано, то сделано, – улыбнулся он.

Он надеялся и молился, чтобы обвинения генерала оказались всего лишь обвинениями или недоразумением. Но это действительно было правдой. Его дед убил родителей Анны.

Он мог лишь думать о следующем шаге. Он сохранил бы этот секрет, если бы семья Анны уже не знала правды. Он мог бы убить их всех, но это разбило бы сердце его жены. Она и так уже через многое прошла.

– Обычно я никому в таком не признаюсь, так же как я не проронил ни слова, когда Суй подали на меня в суд, – сказал Винсент.

– Филлипс говорил, что не убивал Люси, даже несмотря на то, что она его бросила. Но я ему не верю, – снова нахмурился Винсент.

– Но почему тебя это вдруг заинтересовало, Ной? – спросил Винсент.

– Дочь Джейкоба Суй не погибла в той аварии, – сказал Ной.

– Не погибла? Это хорошие новости. – Ной кивнул.

– Это та женщина, которую ты видел со мной. Моя жена. – Глаза и рот старика широко раскрылись от шока, а затем он нахмурился.

– Никто из моих внуков не будет иметь родственных связей или каких-либо дел с этим жадным человеком, – нахмурился Винсент.

– Разбирайся с Филлипсом. Анна уже моя жена, и ты не причинишь ей вреда и пока никому не расскажешь, – предупредил Ной, прежде чем выйти из комнаты.

– Ной, глупый мальчишка, вернись сюда. В мире полно других женщин, с которыми ты можешь быть. Ной! – Винсент со злостью стиснул зубы.

Он не мог поверить, что спустя семнадцать лет правда о том, что он совершил в прошлом, выйдет наружу. Он никогда не думал, что его внук однажды женится на девушке из семьи Суй; если бы он знал, он бы убил и ту маленькую девочку.

Ной тихо шёл по коридору, когда его кто-то окликнул: «Ной, подойди, мне нужно с тобой поговорить».

56 У неё дурная репутация

Вся семья Ён собралась в столовой на завтрак, когда у Нари пискнул телефон.

Пользоваться мобильным телефоном во время еды было против правил семьи, но она должна была проверить. Этим утром она была слишком расстроена, чтобы следовать каким-либо правилам.

Старший Ён снова отверг идею её брака с Маком, даже несмотря на её беременность. Он нагло попросил её избавиться от ребёнка, заявив, что единственным младенцем, которого он примет в их семью, будет ребёнок Анны.

И снова всплыла Анна. Она не могла спокойно жить, чтобы её не сравнивали с этой стервой.

Нари просила Мака вернуться в его квартиру, но каждый раз, когда они собирались уехать, Вероника Ёнг притворялась больной и вела себя так, будто умирает.

Она устала от того, что эта пожилая пара контролирует их жизнь. Она не понимала, как Анна могла всё это выносить, но сама она не могла. Она никогда не позволит им помыкать собой, как им вздумается.

Не то чтобы она не хотела избавиться от беременности, когда состояние Мака составляло всего миллиард, но теперь, когда он стал в 20 раз богаче, она не могла уйти. Не считая Декланов и тех, кто почти не выставляет своё богатство напоказ, Мак теперь был на одном уровне с ними.

– Ной Деклан попросил меня работать в компании, отец, – тут же сказал он, глядя на своего отца, который ранее заявил, что тот принимает неверное решение.

– В конце концов, ему нужна твоя помощь в управлении компанией, – с гордостью сказала Вероника, улыбаясь своей невестке, которая не ответила ей тем же. Она понимала, что у Нари обычные перепады настроения из-за беременности.

– Да брось. С чего бы ему нанимать Мака, если тот и был причиной первого краха бизнеса, – старший Ён закатил глаза, цокнув языком. Ему не нравилось, насколько Маку не хватало знаний в мире бизнеса.

Ной Деклан должен быть ровесником его сына, но при этом он уже сделал себе имя.

Мак не сказал отцу ни слова и просто ел свою еду.

– Нехорошо, что ты постоянно придираешься ко всему, что он делает, – защитила сына Вероника.

– Мак ещё молод, и как его отец, ты должен поддерживать его, а не пытаться сломить, Генри.

Нари проигнорировала их разговор и проверила сообщение, которое прислал ей ассистент. Это была новая фотография, которую Анна опубликовала прошлой ночью. Она удивилась, зачем он ей это прислал, какое ей дело до того, что Анна выложила селфи из своей комнаты?

Затем почти сразу же он прислал другую фотографию, которая была в тренде новостей. На ней было отмечено имя Анны, и говорилось, что это она и её новый мужчина. Нари улыбнулась. Она лучше, чем кто-либо, знала, что Анна делает всё это, чтобы отомстить Маку.

По мнению Нари, Анна отчаянно хотела, чтобы Мак её заметил, но она забыла, что Мак теперь принадлежит ей. Нари улыбнулась.

Любопытный Мак удивился, почему у Нари внезапно улучшилось настроение, и выхватил у неё мобильный телефон. Мак нахмурился.

.

– Ты видел вчерашние новости? – спросил Лайонел у сына, когда они вошли в его кабинет.

– А что с ними? – спросил Ной. Он наблюдал, как его отец подошёл к своему столу и сел.

– Меня заинтриговало то, как ты вчера защищал ту девушку, и я решил провести небольшое расследование о ней, – сказал Лайонел.

– И что?

– У неё плохая репутация, Ной.

Репутация Анны настолько плоха, что Лайонел боится: если его жена узнает об этом, она никогда не примет девушку в их семью. Но он уже знает, что Ноя это не волнует.

Ной не из тех, кто позволяет людям диктовать, как ему жить. И любое решение, которое он принимает, – окончательное.

– Вовсе нет. Не в сравнении с твоей дочерью, – сказал он, увидев, как нахмурился его отец.

– Бет тут ни при чём, – на слова отца Ной улыбнулся.

– Отец защищает свою дочь. Она бы так тобой гордилась, – усмехнулся он.

– Ной…

– К чему ты клонишь?

– Ты выяснил, кто убил её родителей? – Лайонел был шокирован, когда его сын спросил о Джейкобе Суи. Он знал, кто убил того человека, более того, он был причастен к его смерти. Но он просто не мог сказать Ною.

– Это сделал дедушка, – сказал Ной.

– Прости, что не смог сказать тебе в ту ночь, когда ты спросил. Я хотел, чтобы он сказал это сам, – признался Лайонел.

Именно он тогда помог своему отцу выпутаться из неприятностей. Если бы он не вмешался, старейшина Винсент сейчас бы сидел в тюрьме. Лайонел знал, скольких связей он лишился из-за отца.

– Я понимаю.

– Тебе следует быть осторожнее с Карой, она не та, кем кажется, – сказал Лайонел. Он видел, как девушка выбежала из комнаты Ноя, и знал, что произошло.

Она навязывалась ему, но Ной отверг её и выпроводил. Он видел, как Ной кивнул на его слова.

– Она говорила о браке, – сказал Ной. Не то чтобы его это сильно волновало, так как он всё равно бы на ней не женился, но он хотел дать отцу понять, что не заинтересован, чтобы они больше не поднимали этот вопрос.

– Это всё те глупости, которыми твоя мать каждый день забивает ей голову, – Лайонел закатил глаза.

– Не волнуйся, Ной, ничего подобного не произойдёт, – затем он продолжил: – Тебе следует поскорее уладить все дела с семьёй твоей жены и устроить знакомство. Твоя мать не остановится в ближайшее время.

Ной кивнул. Он знал, что его мать не перестанет пытаться свести его с Карой. Он мог потерпеть какое-то время, возможно, пока Анна не будет готова. Не то чтобы это что-то меняло, ведь он уже женат на другой.

Он улыбнулся, думая о своей жене. Она начала к нему теплеть, и это всё, чего он хотел.

Это был лишь вопрос времени, прежде чем он полностью завладеет её сердцем. Он станет единственной её мыслью, человеком, которого она будет желать видеть больше всего.

Ной вышел из кабинета отца, когда они закончили разговор. Он тут же написал Анне, но не получил ответа. Он подождал некоторое время, но она по-прежнему не отвечала, тогда он позвонил ей, но никто не взял трубку.

57 Игра в игнор 1

Анна проснулась от сообщения Ноя, но решила его проигнорировать. В последнее время в её жизни стало слишком много Ноя. Она не могла принять ванну, не думая о нём, а когда ела, он не выходил у неё из головы.

Когда она принимала ванну, она думала о нём, когда собиралась спать – он был первым, о ком она думала, и он же был первой мыслью после пробуждения.

Он, по сути, всегда был в её мыслях.

Да, он был её мужем, но не прошло и месяца с тех пор, как она встретила Ноя, а он уже затуманил её мысли.

Он был слишком мил с ней, и это становилось опасным. Она боялась этих чувств. Она не хотела, чтобы история с Маком повторилась.

Анна знала, что должна остановиться, пока это не переросло во что-то большее.

Прошлая ночь стала апогеем всего: ей приснился Ной, и в её сне он снова её поцеловал.

Его поцелуи пробудили в ней определённые эмоции. То, как его язык играл в догонялки с её языком, и то, как его мягкие губы двигались на её губах. От одной этой мысли у неё перехватило дыхание. Она задыхалась, совсем как тогда, когда он её целовал.

Ною не нужно было прилагать особых усилий, чтобы не выходить у неё из головы. Один его простой жест мог вызвать в ней бурю опасных эмоций. Она крепко сжала бёдра, прикусив нижнюю губу, когда почувствовала знакомую боль между ног.

Эти чувства возникали всякий раз, когда она думала о нём. Словно её тело жаждало чего-то, о чём она даже не могла помыслить.

У её тела была своя воля, и оно оживало, когда Ной был рядом. Она до сих пор не понимала, почему так себя чувствует.

Она не должна была испытывать подобного ни к нему, ни к кому-либо другому. Она не могла так себя чувствовать. Она думала, что закрыла своё сердце для любви, но почему оно замирало, когда он был рядом?

Почему оно замирало, когда она думала о нём, как сейчас?

Она не осознавала, как сильно жаждет любви, пока не встретила Ноя. Он был всем тем, чем в её воображении был Мак.

Анна услышала звонок телефона, и когда посмотрела на экран, там было написано «Муженёк». Её сердце пропустило удар, но она упрямо проигнорировала звонок.

Ей нужно было несколько дней, чтобы всё обдумать и избавиться от этих чувств. Она не могла забыть, почему Ной вообще на ней женился.

Он просто использовал её, чтобы его семья перестала устраивать ему свидания вслепую. Если бы он сам ей не сказал, она бы не поверила.

Может, он со всеми такой милый, а не только с ней. Но она поверила бы в собственную ложь, если бы не видела, как Ной обращается с другими. Он был мил только с ней.

Она положила телефон на стол и вошла в ванную, чтобы принять душ. Закончив мыться, Анна взяла с вешалки в углу розовое полотенце и вышла из ванной, но тут же увидела Ноя, сидящего на её кровати.

Она вздрогнула. Это, должно быть, сон, Ной не мог приехать так рано. Он тут же повернулся и посмотрел на неё, его тёмные глаза прошлись по каждому сантиметру её тела. Она вдруг почувствовала себя обнажённой, хотя и была закутана в полотенце.

Боль, которую ей удалось унять, вернулась, как и всегда.

– Чтобы к этому времени закончить мыться, ты, должно быть, вошла в душ до восьми тридцати. Почему ты не отвечаешь на мои звонки? – спросил он, и она сглотнула.

Она ни за что не даст ему понять, что избегала его, потому что боится в него влюбиться. Ной бы тогда стал мучить её ещё больше. Он сумасшедший.

– Тебе обязательно было приезжать сюда в такое время, Ной? – На его лице не было никакой реакции, оно было таким же безразличным, как и всегда. Она ожидала, что он отреагирует на её слова, что-то ей скажет.

Она намеренно назвала его по имени, но Ной не отреагировал. Он ничего ей не сказал. Он просто смотрел на неё.

Внезапно он поднялся с места и подошёл к ней. Анна почувствовала, как её сердце бешено заколотилось от страха. Та малая толика храбрости, которую ей удалось собрать, улетучивалась с каждым его шагом в её сторону.

Она резко перестала дышать, как только он оказался прямо перед ней.

Ной поднял руки, и она зажмурилась. Он взял её за подбородок, поворачивая его из стороны в сторону. Когда она не ответила на его сообщение и не взяла трубку, он подумал, что с ней случилось что-то плохое.

Но когда он приехал, с ней ничего не случилось. На самом деле его жена была в полном порядке, она просто игнорировала его звонки.

– Тот факт, что ты сейчас здесь, и без того достаточно болезненный, а теперь ты ещё и решила меня игнорировать. – В том, как говорил Ной, было что-то особенное: в его низком голосе таился скрытый гнев, смешанный с беспокойством и облегчением.

Он злился на неё?

– Ты просто умеешь меня злить, не так ли, женщина? – Он приподнял её подбородок и облизал её губы, и глаза Анны широко распахнулись.

– Почему мне кажется, что в будущем у нас будет много проблем? – Его голос стал глубже и грубее, когда он накрыл её губы своими, всасывая их на кратчайший миг, прежде чем отпустить.

– М-мы не должны этого делать, – бездыханно прошептала Анна, и его чёрные глаза встретились с её голубыми.

– Почему? Мы ведь не делаем ничего плохого, – невинно сказал Ной, видя, как дрожат её губы. Его жена вся покраснела, он видел, как она смущена, хотя ей и нечего было стыдиться.

Она несколько раз моргнула, пытаясь прийти в себя.

– Я останусь здесь ещё на неделю и вернусь, когда захочу. Тебе не нужно забирать меня завтра.

Она была готова на всё, лишь бы оказаться как можно дальше от Ноя. Ной был как наркотик, опьяняющий её чувства.

Сначала она думала, что её чувства нормальны, но теперь боялась влюбиться в него. Она не могла рисковать ещё одним разбитым сердцем.

Ной зажал прядь её волос между пальцами. – Твоё время в этом особняке заканчивается завтра. После этого я сам за тобой приеду, – сказал он.

– Я с тобой не поеду, – покачала головой Анна. Если она будет жить с Ноем, то может просто умереть от переполняющих её чувств. Она никогда ни к кому такого не испытывала и понятия не имела почему.

– Моя упрямая жёнушка, – протянул он.

– Ты забыла, что теперь ты замужняя женщина и у тебя есть обязанности? – Он сжал прядь, выжимая из неё воду, и наблюдал, как капля падает ей на плечо. Вода потекла вниз по груди и исчезла в розовом полотенце.

Всё, чего он хотел, – это сорвать с неё полотенце и смотреть, как вода скатывается к её соскам, пока он слизывает капли языком. Его язык был куда лучшим инструментом, чем это дурацкое полотенце.

– В браке, который не продлится долго, я… я не думаю, что у меня есть какие-либо обязанности. – Он нахмурился и отпустил её волосы.

– Кто сказал, что он не продлится долго?

– Мы договаривались не об этом, – напомнила ему Анна. Она хотела шесть месяцев, но он настоял на годе.

– К чёрту это. – Он схватил её за талию и притянул ближе.

– Мы в этом навсегда, моя миссис Деклан. – От его слов её сердце пропустило удар. Он ведь не серьёзно, да?

– Ты так быстро забыла, кому принадлежишь? Хочешь, чтобы я тебе напомнил? – Анна моргнула, глядя на него. Это было не то, о чём они договаривались. Ной сказал, что у них пробный брак на год, он никогда не говорил, что это навсегда.

– Ной… – позвала она, почувствовав его руку там, внизу.

58 Последствия игнорирования меня

Ной на мгновение замер и с усмешкой наблюдал, как его дорогая жена теряет самообладание.

– Уже такая чертовски мокрая. О чём таком шаловливом ты думаешь, моя милая девочка? – выдохнул он ей на ухо, наблюдая, как она дрожит. Ему нравилась каждая её реакция, и, если бы он мог, то хотел бы видеть её такой вечно.

– Н… Ной, – позвала Анна, когда почувствовала, как он слегка надавил на её клитор. Она вцепилась в его рубашку, потому что у неё подкосились ноги.

– М-м-м, – промурлыкал Ной ей на ухо, усиливая нажим. Она закатила глаза и откинула голову назад, прислонившись к стене. От ощущений внизу живота Анна с силой сжала бёдра.

Она изо всех сил пыталась сохранить рассудок, но не могла. Ной делал с ней что-то странное, заставляя её чувствовать себя необычно. И что больше всего её злило, так это то, что ей нравилось то, что он делал.

– Раздвинь для меня ноги, моя милая девочка. – От его слов Анна прикусила губу.

– Н… Нас могут увидеть, Ной. Мы в особняке моих родителей, – задыхаясь, прошептала она.

Они были в её семейном особняке, и если бы её тётушки увидели её с Ноем в такой позе, это был бы настоящий скандал, особенно учитывая их привычку входить в её комнату без стука.

– Никто не придёт, – сказал он, посасывая мочку её уха и раздвигая её ноги коленом, после чего начал потирать её клитор.

– А-ах… Н… Нет… – Анна не могла вымолвить ни слова, её сознание затуманилось. Она сильно прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать.

– Ты моя, Анна, и даже дьявол не отнимет тебя у меня, – сказал он, ускоряясь.

– А-а-ах, Ной, п… пожалуйста, – вскрикнула Анна. Она больше не могла сдерживаться. Ей было всё равно, услышит ли их кто-нибудь, всё, чего она хотела, – это удовлетворение, которого она так жаждала.

– И не смей больше меня игнорировать. Если не хочешь, чтобы я каждый день напоминал тебе, кому ты принадлежишь. – Она не могла ни думать, ни слышать, что он говорит, но всё равно кивнула.

Анна стонала и выкрикивала его имя, и в тот самый миг, когда она вот-вот должна была получить то, чего так страстно желала, Ной отстранился.

– Нет, нет, нет… – взмолилась она, прикусив щёку изнутри. Не мог же Ной просто так её оставить, правда?

Это пытка.

Она потёрлась бёдрами друг о друга.

– Что? – Он поднёс пальцы к губам, и дьявольская улыбка заиграла на его грешных губах, пока он наблюдал за её неудовлетворённостью. Его язык скользнул между пальцами, слизывая её сок.