Академия Равенства. Тьма

Глава 15

ИМЕЮЩИЙ ЖЕЛАНИЯ – ЗНАЕТ ЦЕЛИ;

ЗНАЮЩИЙ ЦЕЛИ – НАХОДИТ ПУТИ РЕШЕНИЯ;

НАШЕДШИЙ РЕШЕНИЯ – ИСПОЛНЯЕТ ЖЕЛАНИЯ…

В приемном зале собрались абсолютно все Лорды Тьмы. Их хмурые взгляды испепеляли, пригвождали к трону, заставляли испытывать забытый доселе страх. Грон стоял ближе всех к ступеням, на возвышении которых на удобных мягких подушках вальяжно разместился Император. Его наигранное спокойствие ощущалось отчетливо и подтверждалось мелко трясущимися руками, расположившимися на обитых кожей подлокотниках.

– Что привело вас ко мне полным составом, да еще и в то время, когда я, по обыкновению, присутствую на трапезе? – он пытался сделать голос пустым, чтобы казаться равнодушным к появлению этих самовлюбленных щенков, которые по какому-то недоразумению получили в свои грязные лапы Тьму, а вместе с ней и власть.

– О чем вам говорит наш внешний вид? – задал Грон свой первый вопрос.

Рваная одежа, местами и отсутствующая вовсе, свисала бесформенным тряпьем, приравнивая Лордов Тьмы к уличным оборванцам. Пыль тонким слоем обнимала открытые участки тела, кое-где смешиваясь с кровью, стекающей из открытых ран, и преобразовывалась в грязную бурую жижу. В волосах мужчин, торчащих в разные стороны, затерялись помятые изумрудные травинки. Багряная кровь стекала со шпаг и клинков прямо на застеленный мозаикой пол и расплывалась вязкими пятнами. Так стекали последние силы поверженных противников.

– О том, что Лорды Тьмы считают себя вправе являться перед взором своего Императора, словно попрошайки из Двора Чудес.

– Это все, что вас волнует? – спокойно спросил Грон.

– А у вас есть что добавить? – Император смотрел на сына надменно и в упор не замечал его подчиненных.

– Два часа назад границу на севере пересекло больше сотни инфицированных. Прорыв устранен – оборотни убиты.

– Замечательно… – Император рассматривал пейзаж за окном.

– Погибло около двухсот жителей, в числе которых и дети.

– Нужно распорядиться о сожжении…

– Там уже нечего сжигать.

– Ну что же… Экономия казне не повредит.

– А еще Империи не повредит Император! – жестко припечатал Грон, сделав шаг вперед.

Тяжелая рука Пракира опустилась на плечо командира, одновременно поддерживая и останавливая. Сегодня он чуть не потерял своего младшего брата Тирена и понял, что дальше так продолжаться не может, но Лордам Тьмы не хотелось устраивать переворот, захватывая власть самовольно. Народ не доверится тем, кто очистит путь к трону для нового Императора с помощью шпаги. Никогда еще дорога, залитая кровью, не приводила к успеху.

– Сегодня мы справились с трудом! Вы прекрасно знаете, что на инфицированных не действует магия! – спокойствие покинуло Лорда, вежливо махая ручкой на прощание.

– Но не Тьма…

– Нас двадцать два, задери тебя Дракон! Один против пятерых! Человек против толпы мутированных ублюдков! Лорды Тьмы могли сгинуть сегодня вместе с безвинно растерзанными жителями Приграничья только потому, что Империей управляет самодур! Хотя нет, постойте-ка, уважаемые Лорды, прошу меня простить – я неправильно выразился! – яд сочился вместе со словами, бьющими, словно пощечины. – Империей никто не управляет! И этот никто уже завтра мог быть закопанным в холодную землю вместе с нами и всем своим народом!

– Не сметь так разговаривать со мной!

Стража, расставленная по периметру зала, заметно напряглась, ожидая приказа своего Императора. Никто из них не горел желанием не то что утихомирить распаленного Императорского отпрыска, но и даже подходить к нему, чтобы ненароком не попасть под горячую руку. По дворцу давно ходили слухи, один страшнее другого, о жесткости и беспощадности младшего сына Императора, который, будучи зеленым юнцом, сумел выстелить поверженными противниками дорогу к званию Командира Императорской Гвардии. Стража с годами превратила эти истории в самые настоящие легенды, передавая из уст в уста, и молодое поколение с уважением, гордостью и откровенным страхом взирало на воплощение героя из мифов.

Лорд Грон эль Свьен глубоко вдохнул и шумно выдохнул, пытаясь успокоиться и вернуть себе не замутненный эмоциями рассудок. Мужчина чувствовал молчаливую поддержку своих товарищей и желал здесь и сейчас решить эту затянувшуюся проблему раз и навсегда. Его друзья чуть не погибли сегодня, но ему хватило сил распространить Тьму на все Приграничье, без сострадания иссушая оборотней, с лютой ненавистью превращая их в пепел.

Двум сотням жителей они уже не могли помочь – истерзанные, изорванные тела лежали бесформенными кучами по всему городку. Его народ лежал там, пропитывая землю своей кровью. Те, кто доверил свои жизни его семье, погибли из-за того, что один человек, преследуя неясные цели, отказался закрывать северную границу в угоду собственному эго.

– В связи с озвученными реалиями возникла неопровержимая необходимость заблокировать вход в Империю через северную границу. Мы ожидаем от вас подписания необходимых документов, составленных нами ранее. После подтверждения мы самостоятельно проконтролируем исполнение указа в кратчайшие сроки. – Сухой, деловой тон вернулся, будто и не было эмоционального всплеска, грозящего разрушить двор неконтролируемым выбросом стихий.

– Я не подпишу!

– Будьте любезны, озвучьте причины, по которым вы отказываетесь оберегать собственную Империю и ее жителей. – Руки, скрещенные за спиной, заканчивались пальцами, сжатыми в мертвенно-бледные кулаки.

– Я не обязан отчитываться перед кем-либо.

Император Киролии поднялся с трона, собираясь уйти, тем самым заканчивая аудиенцию, но Грон решил по-другому:

– Кристоф, окажи услугу – найди и принеси брачный договор с Лионией.

– Конечно, – прозвучало от проявившейся Тени.

– Мы ознакомимся с условиями ваших договоренностей. Вы же не против, дорогой отец?

Император молчаливо поджал губы. Его белесые глаза сверкали, отражая безграничную ненависть, но Грона эль Свьен это нисколько не трогало. Кристоф материализовался с гербовым листом в плавающих отростках, смутно напоминающих руки.

– Итак… Настоящий договор заключается между… это не интересно… Так, вот… Император Киролии обязуется передать правление своему сыну Лорду Эрвину эль Свьен и Бахадии Вишер, дочери Главы Северной стаи оборотней, получая взамен при заключении договора задаток в размере приданого, а именно двести тысяч золотых… Оказывается, Киролия стоит так дешево… Вы, отец, сказали бы раньше, так я бы купил! – горечь отчетливо слышалась в его голосе. – В случае, если Император Киролии расторгает договор, независимо от причин, то обязуется вернуть задаток, а также платит неустойку в размере, соизмеримом с пятью задатками. Если же Император Киролии не имеет возможности при расторжении договора выплатить необходимую сумму, Кирольская Империя передается в правление Главе Северной стаи оборотней… Отличный договор, если бы мы были жителями Лионии! Также в подтверждение дружеских отношений стороны открывают общую границу для беспрепятственного передвижения народов обоих Империй… – Грон с печальной ухмылкой посмотрел на того, кто стал для него отцом по рождению.

Император продолжал молчать, гневно взирая на своего отпрыска.

– И как же вы собираетесь дальше жить? От собственной жадности и глупости вы загнали Киролию в безвыходное положение.

– Не вашего ума дело, дорогой сын! – по-детски передразнил Грона Император.

– У меня к вам есть целых три предложения. Первое – мы сейчас силой захватываем власть, а вы остаетесь ни с чем и высылаетесь на пожизненное проживание к северным границам Империи, хоть оно и будет недолгим.

Глаза Императора расширись от скользящего по телу страха.

– Второе – вы по собственной воле передаете правление Эрвину, опять же сегодня, и высылаетесь на пожизненное проживание, скажем… к южным границам. И третье – вы на «Камне Нерушимых Обязательств» вступаете со мной в голословный договор о том, что передаете все полномочия по управлению Империей Совету Лордов Тьмы, который вашим указом возобновит свое существование уже сегодня, но при этом остаетесь номинальным Императором и продолжаете жить во дворце. – Грон сложил руки на груди, окончательно придя в себя.

– Этот камень хранится в закрытой сокровищнице вашей матушки! Никто не сможет туда проникнуть, кроме нее, и вы это прекрасно знаете! – пытаясь храбриться, проговорил правитель срывающимся голосом.

Лорд Грон эль Свьен победно улыбнулся, внутренне торжествуя.

– Или сможет? – дошло до мужчины и, не выдержав этого знания, он рухнул на трон на подкосившихся ногах. – Да как же? Как ты посмел молчать о таком? – лицо правителя сморщилось от злости, напоминая маски, что используют на балах в честь Всевышнего.

Страшные уродливые маски надевали по традиции, которая пришла еще с давних времен. В старинных рукописях говорилось, что тем самым люди давали Всевышнему возможность один день в году спускаться на Землю к своим детям и беспрепятственно бродить, не пугая своим видом окружающих.

– Зачем? Чтобы вы так же растратили сокровищницу, как и казну? Налоги не успевают доезжать до дворца, как их уже не остается! Но вы немного отвлеклись от темы… Какой вариант вы выбираете?

Шевон подошел к своему другу и командиру и передал ему заранее прописанный указ о возобновлении существования «Совета Лордов Тьмы».

– Мои указы не действительны без подписи без вести пропавшей супруги, вы говорили мне об этом сами, – нашелся Император.

– Вы не имеете права изменять законодательство единолично. Но мы не меняем закон, мы возобновляем его действительность, так как его сила ранее была приостановлена за отсутствием исполнителей на роль Совета, то есть тех, у кого в подчинении имелись Тени.

– Для Совета требуется не один человек! Я видел лишь твою тень! Указ останется замороженным!

Кристоф парил рядом с братом и сожалел о том, что именно этот человек, пытающийся найти хоть одну лазейку, чтобы у Империи не было возможности на восстановление былого могущества, являлся им отцом. Грон успел сделать лишь один вдох, прежде чем из тел его оборванцев-подчиненных вылетели чернильно-черные Тени, зависшие рядом со своими носителями размытыми пятнами. Двадцати двум Лордам и такому же количеству Теней было отлично видно, как лоб Императора покрылся испариной, а также отчетливо слышно, как бесстрашная стража покидала свои посты, со скоростью летящего Дракона перемещаясь подальше от разномастной компании.

– Ты все продумал, да? Паршивый мальчишка! Нужно было придушить тебя еще в колыбели! – плевался Император, понимая, что выхода нет.

– Ваша подпись, – прогромыхало в приемном зале и унеслось к сводам потолка.

Вечер прокрался незаметно, двигая стрелки часов с неимоверной быстротой, будто рвался приблизить будущее, которое совершенно не радовало подруг.

– Уух, поганец! Да нужно было его посильнее шандарахнуть! – возмущалась Илона, меряя комнату шагами. – Так бы хоть понимали, за что отрабатывать будем!

– Определенно, общение с нами плохо на тебя влияет… – как бы между прочим заметила Малиса, поедая кругляшки винограда из общей тарелки.

– Прошу прощения. Мне жаль, что вы, защищая меня, получили наказание. – проговорила Петра, наблюдая за тем, что творилось за окном, а именно высматривая, не идет ли по территории Лорд Директор.

– О чем ты, подруга? Ты совсем не виновата! – уверенно заявила Ариана, отвоевывая из рук Малисы цельную гроздь ягод. – Мы всегда встанем за тебя, так же как и ты встанешь за нас. И заметь, нам это уже довелось проверить. Лучше расскажи, что вы там делали с Лордом Директором?

– Разговаривали… – будто чужим голосом то ли прошептала, то ли просипела Петра, покрываясь красными пятнами смущения.

– Судя по твоему лицу, разговор удался! – заключила Лиэра, и компания весело рассмеялась, заставив улыбнуться и Петру.

– А может, того? – загадочно спросила Гвена, таинственно стреляя глазками.

– Гвена, выражайся нормальным языком! Ты же будущая Леди! – пожурила Малиса.

– Маловато Винтеру досталось, – ответила за сестру Лиэра.

– Хак мы о ком и говоым! – проговорила Ариана, совершенно не этично набив виноградом полный рот.

Малиса тоже не отставала и пыталась есть ягодки еще быстрее, хотя и наелась уже до отвала.

– Так давайте добавим ему от души?! Чтобы точно запомнил нас и Академию! – глаза близняшек кровожадно заблестели, предвкушая новую авантюру.

– О, нет… – простонала Петра.

МЕСТЬ – БЛЮДО, КОТОРОЕ ПОДАЮТ ХОЛОДНЫМ,

ЧЕМ ВЫШЕ ВЫДЕРЖКА, ТЕМ БОЛЬШЕ ВАРИАНТОВ…

Черный плащ сливался с отбрасываемой от распахнутых главных дверей чернильной тенью, пряча в своей глубине бесстрашную адептку. Низко натянутый капюшон скрывал лицо и копну мелко завитых волос, не давая прохожим и шанса на обнаружение притаившейся девушки. Парни с разных курсов сновали то на улицу, то обратно в мужское общежитие, отвлекая своим мельканием и даже раздражая. Ножки, облаченные в сапоги на высоком неустойчивом каблуке, уже дрожали от продолжительного стояния в одной и той же неподвижной позе, а зубы рьяно покусывали нижнюю губу, словно пытались добраться до алой мякоти.

Винтер появился тогда, когда Малиса уже сбиралась плюнуть на все и уйти, несмотря на выстроенные планы подруг. Неспешной походкой он шел по направлению к учебному корпусу и насвистывал какую-то песенку, то и дело пританцовывая в такт. Смотрелось это безобразие откровенно комично, но смех пришлось сдержать, прикладывая невероятные усилия и даже закусив кулак собственной руки. Воздух отозвался в кончиках пальцев миниатюрными вихрями и, подхватив семена, награжденные сплетением, ускоряющим рост при посадке, прошел по прямой траектории и сбросил свои бомбы на голову ничего не подозревающего танцора.

Когда последнее семечко успешно приземлилось на макушку объекта, Леди эль Тринд сама чуть не пустилась в пляс, но вовремя сдержала неприличный порыв. Посмотрев на круглый циферблат часов, прикрепленных к цепочке, она засекла десять минут и взмолилась Всевышнему, чтобы подруги успели закончить приготовления вовремя.

В подземелье учебного корпуса было мрачно, если не сказать жутко. Еще до того, как строения с прилегающей территорией отдали под Академию, здесь располагались тюремные камеры. Замок принадлежал второму Императору Киролии Лорду Адаису эль Пексо, сошедшему с ума через несколько месяцев после начала правления Империей.

Говорили, что он был неоправданно жестоким человеком и в своем подземелье устроил лабораторию, где ставил опыты на живых людях, пытаясь забрать у них силы стихий, чтобы стать еще сильнее. В книгах рассказывалось о том, что он был неравнодушен к молоденьким девушкам и, воруя их прямо на улицах, запирал в этих камерах, ломая волю, подчиняя, упиваясь властью над ними. Но все эти предположения становились водой без официальных подтверждений, которых, к слову, никто предоставить не мог, разве что, возможно, правду знала Императорская семья.

– Ну и что нам нужно делать? – совсем тихо спросила Илона, с ужасом в глазах рассматривая что-то в дальнем конце подземелья.

Те камеры, что располагались ближе к лестнице, давно переделали под хозяйственные комнаты, в которых хранилось огромное количество нужных и ненужных вещей. Всевозможные потеряшки, украшения для праздников, рабочая одежда персонала и многое другое заполняли объемные чуланы.

– Сейчас быстро доходим до конца коридора и покрываем все сплетением для новых вещей, которое на прошлом занятии показывала Герди эль Под! – скомандовала Ариана, и девушки друг за другом последовали за своим предводителем.

Благодаря узелковому сплетению, вещи оставались такими, какими они были до наложения стихий, несмотря на погодные условия, грязь или небрежное отношение. Обычно им пользовались библиотекари, чтобы сохранить книгам первозданный вид на века.

– Но ведь он наверняка знает об этом сплетении. Все же он тоже учился на первом курсе, – засомневалась Гвена, смешно почесав кончик носа и чихнув, поднимая в воздух скопившуюся пыль.

– А это сути не меняет! – рассмеялась Петра. – Снять сплетение из стихий можно, только почистив или постирав предмет вручную.

– Так что придется недоЛорду поработать своими холеными пальчиками. И оооой как долго. Ему предстоит самая длинная ночь в его жизни… – Герди эль Стапт уже предвкушала месть.

– Разве очищающее сплетение не снимет наше, если будет большей силы? – обратилась к подругам Лиэра.

– Сразу видно, что на занятии вы опять занимались своими чертежами и ничего не слушали, – вздохнула Илона. – Это сплетение – одно из исключений. Его нельзя снять или разрушить магией.

– И поделом ему! – наконец-то вникнув в суть, обрадовалась Гвена.

Плетение невидимым слоем легло на стены, потолок, пол и предметы, став частью всего подземелья. Справившись со своей задачей, девушки чувствовали себя кучкой лимонов, выжатых для Верогского лимонада. Но отдохнуть как следует они не смогли. Услышав шаги на лестнице, они спрятались за увешанными паутиной широкими парными колоннами.

Винтер появился в дверях с очень довольным выражением лица. Насвистывая мелодию, он пошел в противоположенный конец темного коридора, совершенно не замечая с трудом сдерживающих смех проказниц. Адептки закрывали руками рты себе и подругам, пытаясь не допустить своего обнаружения, и, как только парень отдалился на приличное расстояние, словно ужаленные вылетели из подземелья. Громкий безудержный смех разносился по холлу учебного корпуса, где их уже ждала хихикающая Малиса.

– Ой, не могу! Молодой поющий олень! Ахахаха! – Илона держалась за начинающий болеть от смеха живот.

– Неееет! Пока еще он юркий горный козел! А вот через тройку минут, когда саженцы вырастут в небольшие деревья, станет настоящим оленем! – потешалась Ариана, пряча руками раскрасневшееся лицо.

– Так! Хуууух… Все! Быстро по местам! Мы все еще полчаса назад разошлись убираться! Все всё помнят?

– Да, Мали. – Гвена вытирала текущие слезы замусоленным платком. – Пойдемте! Раньше сядем – раньше взлетим!

Стены библиотеки встретили ее радушным теплом. Здесь не имелось камина, так как в библиотеках учебных заведений запрещалось их строить, несмотря на то, что каждый третий адепт получал при рождении огненную стихию. Но в бескрайней зале, прореженной множеством коридоров, буквально веяло домашним теплом, а может быть, это Петра любила запахи старинных и совсем новых, еще никем не тронутых книг.

Объем работы предстоял внушительный, но девушка не переживала. В конце концов, Лорд Директор мог отправить ее расчищать подземелье, ведь посещение его кабинета по очередной проделке становилось пугающе частым. Она не понимала его поступков, не могла разобраться в своих чувствах, ведь ей никогда раньше не приходилось любить. Да и есть ли эта любовь хоть к кому-то из появившихся в ее жизни мужчин?

Трудно ответить, когда ни разу не встречала ее на своем пути. Вдруг она уже пришла, а Петра не заметила? Ее мама подробно описывала свои ощущения в дневниках, но то, что Петра выучила их все наизусть, сейчас совершенно не помогало. Ее маленькое сердечко ускоряло свой темп только рядом с двумя мужчинами: Гроном и незнакомцем. Но возможно ли любить одновременно обоих?

– Значит, определенно, это не любовь… – печально вздохнула Петра. – Но как же жаль, что это не она…

Она начала с самых дальних закутков и коридоров, бесследно растворяя пыль очищающим сплетением. Тот, кто придумал его, значительно облегчил жизнь не только себе, но и всем последующим поколениям магов. Плавно размахивая руками, она удерживала сомкнутыми пальцами узелки воздуха, направляя их на шкафы и стеллажи. Незаметно для себя адептка начала пританцовывать, будто вальсируя. Душе отчего-то захотелось петь. Петь громко и безудержно, изливая накопившиеся чувства:

С последними пропитанными печалью строками раздались и громкие хлопки, пришедшие, словно Дракон среди ясного неба. Петра, с трудом переборов желание сбежать, обернулась к нежданному зрителю. Лорд Эрвин эль Свьен стоял в нескольких шагах от девушки, облокотившись плечом о шкаф. Каким образом танцующая адептка не заметила его, оставалось загадкой, но факт свершился: он видел ее танец и слышал пение.