Забыть нельзя, влюбиться невозможно
- -
- 100%
- +
– Чем могу помочь? – спокойно спросила я. Во мне все еще теплилась надежда, что не придется с ней ругаться.
– Значит, это ты Даша? – спросила гостья, бесцеремонно отодвигая меня и проходя в гостиную. Уж не знаю, зачем она пришла, но настроена явно была воинственно.
– Дарья Андреевна. Да, это я.
– Так вот Дарья Андреевна, я пришла сказать, что тебе пора собирать свои вещички, – голос убийственно спокойный, словно это не она пару минут назад чуть не вынесла дверь в квартиру. – Этот дом мой и здесь тебе не рады, – и звериный оскал в придачу.
Я дурой не была и сразу поняла, к чему она клонит. Конечно, какой нормальной женщине понравилось бы, что в доме ее мужчины живёт молодая няня. По-видимому, она решила, что я сплю с ее мужиком. Или, может, Александр ей ничего не объяснил? Тогда это странно. Как я поняла из сказанного детьми, они были достаточно давно вместе, и вроде как Инесса наделась на скорую свадьбу. Только вот Александр Дмитриевич, похоже, не торопился окольцевать ее.
Я бросила взгляд на наручные часы, а потом посмотрела на гостью:
– Да, пожалуй, вы правы, эм… простите как вас там?
– Инесса Викторовна.
– Так вот, Инесса Викторовна, мне действительно пора, иначе я могу опоздать на работу. А вам же в свою очередь пора покинуть квартиру, прошу на выход, – я улыбнулась, вежливо указав на дверь.
Не собиралась я ругаться, да еще и при детях. Вот вернется ее мужик, пусть с ним и разбирается.
Инесса усмехнулась, и подошла ко мне, на своих двадцатисантиметровых каблуках нависая, как скала.
– А ты смешная, девочка. Сколько тебе лет? Восемнадцать-то хоть есть?
Она серьезно начала меня раздражать.
– Есть, и даже больше. Просто я потрясающе хорошо выгляжу.
Я старалась не повышать голос и быть предельно спокойной. Уверена, перефразируя известное выражение, что «вежливость города берет».
– Да, и с самооценкой все неплохо, я смотрю. Лексу всегда нравились такие наивные, самоуверенные дурочки. Положить под себя, повеселиться и выбросить, как надоевшую игрушку.
Видимо, между этими двумя кошка пробежала. Потому что иначе я не могу объяснить себе эту вспышку злости к моей скромной персоне. Его пассия прекрасно знает же, что его нет в городе.
– Это поэтому он Вас выбрал? – каюсь, не сдержалась. – А сейчас Вы здесь распыляетесь потому, что, видимо, игрушка надоела?
– Что ты о себе возомнила, пигалица! – прямо завизжала эта истеричная курица. Я кое-как подавила желание заткнуть уши. Никогда не понимала, что мужиков притягивает в таких куклах? Нет, я, конечно, святой простотой не была и вполне осознаю, что, видимо, постельные таланты скрашивают все ее недостатки, типа глупости и истеричности, но не до такой же степени?!
– Так, давайте коротко и по делу, – я бы, конечно, и дальше наслаждалась игрой «Выбеси подругу босса», но время действительно поджимало. Мне никак нельзя было опаздывать на работу, – зачем вы пришли?
– Пришла посмотреть, что за шлюху он притащил в свой дом, да еще и оставил с детьми.
Честное слово, руки зачесались хорошенько ее ударить, так чтобы выбить всю дурь из ее пустой головы.
Я, может, и была далеко не идеальной, но никогда в жизни я не стелилась под кого-то ради денег или прочей ерунды. Я всегда жила, живу и буду жить, имея определённые жизненные принципы. Презираю девушек, которые готовы «торговать» своим телом ради «лучшей жизни». Спасибо бывшему, он в свое время, когда я застала его в нашей посели с любовницей, доходчиво объяснил мне разницу между такими, как она, и такими, как я.
– Попрошу быть аккуратней в выражениях. Шлюху я вижу здесь только одну.
– Это ты сейчас думаешь, что ты ему нужна.
– Понятия не имею, что вы там в своей голове придумали, ваши больные фантазии – это ваше дело, попрошу удалиться из квартиры.
– Просто хочу предупредить, что…
Инесса замолчала, вперив взгляд мне за спину. Я обернулась, к нам спускался Даня, а за ним маленькими шажками семенила Лизка, крепко прижимая к себе любимого плюшевого медведя. Господи, неужели они слышал всю ту грязь, что она тут «вываливала».
– Даня? – спросила я, глаза у него горели неприкрытой ненавистью. – Лизка? Почему вы спустились?
– Что тебе здесь надо? – обратился Даня к Инессе, спина натянута как по струнке, а руки сжаты в кулаки. – Уходи отсюда.
– Тебя я забыла спросить, щенок.
– Не смей, – процедила я сквозь зубы. Я ненавидела, когда кто-то таким тоном разговаривает с ребенком, с тем, кто заведомо слабее и не сможет ответить. Да еще и выбирая такие грязные выражения. Инесса же абсолютно не чувствовала грани. И предпочла меня проигнорировать. Зря.
– Однажды из тебя вырастет такая же зазнавшаяся мразь, как и твой отец…
Она не успела договорить, а я даже не заметила, когда замахнулась.
Мы обе замолчали в тот момент, когда моя ладонь с оглушительным звоном прилетела по наштукатуренной щеке фигуристой модельки. Инесса схватилась ладонью за щеку, на которой четко было виден красный отпечаток. Надеюсь, ей было до невозможности больно. Она вперилась в меня своими огромными глазами и, стараясь сдержать слезы, начала усиленно моргать, махая своими искусственными ресницами. По ее взгляду было видно, что такого унижения в ее жизни еще не было. Изнеженный тепличный цветочек.
– Слушай меня, Барби, – четко проговаривая каждое слово, сказала я, – сейчас ты соберешь остатки своей гордости и отправишься вон отсюда. – Я махнула рукой в сторону двери, – и чтобы ноги здесь твоей не было до приезда хозяина квартиры!
Инесса бросила на меня уничтожающий взгляд, взгляд, полный презрения:
– Он наиграется с тобой и бросит. Он всегда возвращается ко мне, – сквозь зубы процедила Инесса, – таким, как он, плевать на всех, а таким наивным простушкам, как ты, будет больно, поэтому лучше тысячу раз подумай, прежде чем прыгать к нему в постель.
Я замахнулась, чтобы сделать ей симметричный отпечаток на второй щеке, но эта истеричка уже рванула на выход.
– Ты пожалеешь, – последнее, что я услышала, обращенное в свой адрес; после этого входная дверь громко стукнула, сообщая нам, что эта неприятная особа удалилась.
В квартире повисло тягостное молчание, пока Даня его не прервал.
– Спасибо, – сказал он тихо и искренне. После чего ушел в свою комнату и Лизка за ним, как маленький хвостик.
А я так и осталась стоять одна посреди огромной тихой гостиной, казалось, в этот момент даже стены давили. Ладонь нещадно жгло, а злость стала отступать, принося осознание того, что я, кажется, нажила себе врага. Думаю, если у Александра с этой Инессой все еще есть отношения, то вылечу я отсюда очень скоро. Вот и как теперь прикажете идти на работу?
Глава 5. Недетские чувства
Стычка с Инессой даром не прошла. Как потом оказалось, она стала одним маленьким, но очень важным шагом к нашему с Даней сближению. Постепенно мы все больше и больше проникались симпатией друг к другу. Данил начал понимать, что я здесь нахожусь исключительно в их с Лизкой интересах. Что я не подружка его отца и ни разу не Инесса.
Первые дни после ссоры с Инессой я боялась, что Александр позвонит и попросит собрать вещи. Я не сомневалась, что его девушка все ему в красках расписала. Скорей всего, с удобной для нее стороны. Но мужчина эту тему не поднимал. Лишь однажды вскользь упомянул, что по приезде «нас ждет серьезный разговор».
Мы стали чаще проводить время все вместе: Я, Даня и Лизка. Весна потихоньку отступала, уступая свои права приближающемуся лету. Походы в кино, прогулки в парке или просто совместные посиделки дома – нам никогда не было скучно. День за днем стали пролетать с сумасшедшей скоростью.
Больше узнавая детей, я поняла, что Даня ярый фанат «Звездных войн». К моему стыду, я не смотрела ни один фильм и никогда не понимала «поклонения» этой франшизе. В один из вечеров у нас даже вышел горячий спор, какие фильмы круче «Звездные войны» или «Звездный путь». Нас рассудила Лизка. Невинно похлопав ресничками, заявила:
– Оба фильма неинтересные, мне больше нравится «Холодное сердце».
Это, кстати, был любимый мульт девчушки, и она могла смотреть его подряд весь день.
Совмещение с работой в ресторане тоже нисколько меня не напрягало. Если мне нужно было выйти в вечернюю смену, Даня оставался за главного. Пару раз к ним приходила Маруся, которая была ярая фанатка плейстейшен. На этой почве они быстро нашли общий язык с Даней. Мне оставалось только шутить над ними и нехотя плестись на работу.
В общем, жизнь текла своим чередом.
Как-то днем я была дома, наводила порядок на кухне, когда Даня пришел из школы. У них сегодня был последний учебный день и классный час.
Я как раз убирала посуду по местам, когда входная дверь хлопнула.
– Даша? – спросил мальчик.
– Да, Даня, я на кухне. Привет!
– Привет, – Даня прошел на кухню, бросил на пол рюкзак и сел за барную стойку, – Даша, мне нужна твоя помощь, – вид у мальчишки был крайне расстроенный.
Накануне он весь день ходи кругами и пытался о чем-то со мной поговорить. Но, так и не решившись, ушел спать. Видимо, сегодня ребенок набрался-таки смелости, чтобы начать важный для него разговор.
Я замерла с занесенной над головой кружкой, так и не успев поставить ее на полку.
– Что случилось? Проблемы в школе?
– Да нет, то есть. Ух… – Даня выдохнул, взглядом блуждая по кухне, избегая смотреть мне в глаза. – Не знаю, с чего начать.
– Давай сначала.
Я оставила свое занятия и прошла к подростку. Села напротив и приготовилась внимательно слушать.
– Помнишь, в начале месяца я пришел домой с синяком?
– Ах да, огромным таким, в пол-лица синячищем.
– Ничего он не был огромным.
– Был-был.
Мальчишка зло посмотрел на меня, нахмурив брови.
– В общем, это не так важно. Так вот, мы с другом тогда заступились за одну девчонку.
– Благородное дело, – я улыбнулась. Да, определённо из него вырастет хороший мужчина.
– Ну да, какие-то придурки гадости ей говорили, ну мы с ними и подрались.
– Поняла. – кивнула я, – и…?
– В понедельник на собрании у нас в классе появилась новая ученица – Камилла. Это та самая девочка, за которую мы с другом заступились.
– Так, пока я не вижу здесь проблемы, – с сомнением сказала я.
– Даша, я, кажется, влюбился.
Даня смотрел на меня щенячьим взглядом.
– Что теперь делать? – тихо спросил он с абсолютно потерянным видом. Вся спесь в этот момент с ребенка слетели. Передо мной сидел маленький растерянный мужчина. Ребенок, впервые испытавший отнюдь недетское чувство.
Честное слово, губы сами собой растянулись в улыбке. Ведь первая любовь – это прекрасно. Так трепетно. Так волнительно и так….
Так!
Даша, вернись на землю! Подростки, гормоны, первый секс… боже-боже.
– Только не натвори глупостей! – воскликнула я, взмахнув полотенцем, которое все время держала в зажатой руке.
– Что?!
– Ну, в смысле хорошо подумай, взвесь все, прежде чем что-то сделать, – я попыталась как-то деликатно намекнуть, что торопиться нельзя.
Хотя, о чем я думаю, ему еще всего четырнадцать лет.
– Нужно повести себя правильно, найти подход к девочке, заинтересовать ее.
– Поэтому я у тебя и спрашиваю, потому что не знаю, как правильно.
Даня закусил губу, поднимая на меня взгляд.
Я вздохнула. Ребенок, с которым буквально в начале месяца мы не могли найти общий язык и просто рычали друг на друга, пришел ко мне за советом. Сам. Думаю, уровень доверия друг к другу у нас подскочил до максимума. Конечно, в такой деликатной ситуации, когда ребенок просит совета и поддержки, я постараюсь помочь мальчишке всем, чем смогу.
– Ну, ты же девчонка, – сказал Даня, пожав плечами. – Ты же должна знать, что вам, девчонкам, нравится.
– Девчонка вроде, – улыбнулась я, – мне бы понравилось, если бы кто-то заступился за меня. Даня, а почему ты решил, что влюбился? То есть, как ты можешь так думать, вы же виделись всего пару раз и…
– Просто знаю и все, – отрезал ребенок дальнейшие расспросы. – Чувствую.
– Хорошо.
Я могла бы воспринять это как детский самообман, если бы не уверенный тон парня и злой взгляд в мою сторону, когда я посмела в этом усомниться.
– Думаю, она будет моей женой.
– Даня, вам же четырнадцать, как ты можешь утверждать? У вас вся жизнь впереди. Поверь, у тебя на пути будет еще много красивых девочек и девушек.
– Нет, мне нравится Камилла.
– Ладно, просто не загадывай так далеко и не дави своими планами на девочку. Мы, женщины, такого не любим, – подмигнула я.
– Хорошо.
– Знаешь, для начала, позови ее погулять.
– Погулять? Думаешь? – неуверенно сморщился мальчишка.
– Точно тебе говорю. Сходите в парк, в кино. Покажи себя с лучшей стороны, вежливым, заботливым, добрым парнем.
– Понял, – Даня кивнул, – а может, в кафе?
– Можно и в кафе. Поинтересуйся, что она любит: пиццу, мороженое. А лучше предложи девушке решить самой, куда сходить.
– Хорошо, я понял, Даша. Пойду позвоню Камилле.
Даня подхватил рюкзак и помчался в свою комнату.
– Спасибо Даша! – крикнул он, скрываясь на втором этаже.
Я улыбнулась и облокотилась на стол.
Перед глазами пронеслась история моего любовного «фронта». Иначе это не назовешь. Последние полгода, так точно. Любовь-война.
Стас – мой нынешний бывший, он же и был моей первой «любовью». Тогда, в девятом классе, я верила, что полюбила раз и на всю жизнь. Мелкая была, наивная с розовыми очками на глазах. В старших классах об меня вытерли ноги. Измена, которую не могла простить и не простила бы, если бы не встреча спустя пару лет на курорте. Как-то неожиданно отношения закрутились, завертелись, и курортный роман перерос в совместный быт. Первое время Стас буквально готов был носить на руках, а я мучилась совестью, понимая, что чувства уже не те. Я не любила его так, как это было в школе. Мне было с ним хорошо, комфортно, удобно… но не более. А такое определение отношениям – верная дорога к расставанию. И когда наконец я дошла до точки невозврата и решилась разорвать «удобные» отношения, Стас моего решения не принял. Сначала были скандалы и истерики, потом начались угрозы использовать свое влияния и обрушить бизнес родителей. Сначала я не воспринимала это всерьез, но, когда раз за разом получала отказы в работе и устала оббивать пороги в попытках куда-то устроиться, я сбежала. Собрала вещи и переехала в этот город.
Так вот, первая любовь, говорят, самая запоминающаяся. Первые чувства самые сильные.
Да, моя любовь определённо мне запомнилась. Только в качестве тирана и слабовольного мужчины, который не смог принять решение любимой девушки и повел себя как последний скот.
Сейчас, спустя время, я уже даже не уверена, что действительно когда-либо любила этого человека.
Ситуация же с Даней, показала, что не перевелись еще настоящие мужчины на этой земле. Девушку увидел, заступился, влюбился и уже в загс готов вести. И это все в четырнадцать лет.
Я засмеялась, представляя себе эту картину и лицо его отца. Александр явно будет слегка шокирован.
Даня определённо умел брать на себя ответственность. За себя, за сестру. Я видела это каждый день. Хоть сейчас и рано об этом говорить, но мне кажется, неспроста он сегодня про свадьбу сказал. Ох, неспроста. Однажды он еще удивит. Думаю, если действительно эта Камилла окажется его большой и чистой любовью, Даня точно добьется своего.
Глава 6. "Таким нахалам здесь не место" или первое знакомство
Вечером того же дня, после разговора с Даней, мне предстояла смена в ресторане.
Как всегда, в неизменном черном платье, с идеально уложенными волосами и неброским макияжем я заняла свое место у стойки хостес. В очередной раз встречала и провожала клиентов.
– Добрый вечер, у вас заказан столик…
Или:
– Добрый вечер! Рады видеть Вас в нашем ресторане!
И так по кругу, как попугай.
С фальшивой улыбкой и невинным хлопаньем ресничек. Клиент всегда прав, клиент всегда молодец, и вообще клиент всегда человек, а ты так… обслуживающий персонал.
Если бы не нужда в деньгах, я бы давно нашла себе работу поприятней. Никогда не любила лицемерить, а иначе как лицемерием это не назовешь. Но, если уж работать в ресторанной сфере, «Ривьера» была идеальным вариантом. Здесь хорошо платили, руководство ресторана было справедливым и адекватным, плюс ко всему я могла выбрать удобный мне график. Директор ресторана очень хорошая женщина – Валентина Михайловна. Именно она помогла мне найти квартиру у Серафимы Викторовны на первое время. Валентина была приветливой и улыбчивой женщиной в возрасте. Я никогда не слышала от нее грубого или резкого слова в адрес кого-либо, будь это персонал или клиенты. Она была утонченной Леди с большой буквы. От своих работников всего-то требовала быть честными, вежливыми и открытыми с клиентами. Склочных или стервозных людей она не любила, поэтому коллектив в ресторане был подобран замечательно. Мы были здесь одной большой семьей.
Помню, когда первый раз переступила порог ресторана, и меня привели к ней на собеседование на должность официанта, Валентина посмотрела поверх своих дорогих очков и сказала:
– Девочка, с твоей внешностью надо работать хостес. Эти девушки лицо нашего ресторана. И оно должно быть непременно таким красивым как твое.
Эти слова мне тогда очень польстили. Как оказалось, Валентина не прогадала. Я действительно часто слышала комплименты в свой адрес от мужчин-клиентов. Иногда даже «прилетали» непристойные намеки и предложения. Я, как всегда, с каменным лицом и вежливой улыбкой сообщала, что меня такие предложения не интересуют.
Сегодняшний вечер не стал исключением.
Посетителей сегодня было много. Преимущественно мужские компании или семейные пары. Каждый второй неизменно оглядывал меня с ног до головы и улыбался, кто по-доброму, кто не очень. Я к этому уже привыкла. Ни один из посетителей ни разу не переходил рамки дозволенного. Наш ресторан посещали в основной массе только обеспеченные, высокопоставленные люди, которые, конечно же, знали себе цену.
Сегодня в зале играла ненавязчивая музыка. Мимо сновали официанты и официантки с разносами. За стойкой бара работал новый бармен Женя. Симпатичный парень, чуть старше меня. Начал работу в баре он только на этой неделе. Еще в первый день, когда он появился в нашем ресторане, между нами завязался легкий и непринужденный флирт. А так как стойка хостес была хорошо видна с бара, мы весь вечер играли в «гляделки». Вот и сейчас Женька повернулся в мою сторону и, улыбнувшись, нагловато подмигнул, махнув головой, мол: «Устала?». Я помахала в ответ рукой, что-то вроде «так себе» и засмеялась, когда увидела в ответ два поднятых вверх пальца.
Я часто думала о том, что пора двигаться дальше. Мне уже физически не хватало душевного тепла, и родного человека рядом. Женька на эту роль подходил как никто идеально. Он был милым, добрым, высоким, симпатичным парнем с отличным чувством юмора. Предложи он мне сходить куда-нибудь, я бы без раздумий согласилась. Пока же мы плаваем в состоянии неопределённости.
Свободных столиков в зале не было, поэтому, когда дверь в ресторан открылась в очередной раз, я приготовилась извиниться перед вошедшими. На улице совсем некстати начался ливень.
В зал зашли мужчина и женщина. Оба дорого, с иголочки одеты. Дама в коротком красном платье, сильно обтягивающем и максимально оголяющем все ее пышные формы, на плечи накинута кожаная куртка. Ее спутник – мужчина в сером клетчатом костюме и небрежно завязанном галстуке. Уже в первое мгновение я поняла, что мужчина – весьма неприятный тип. Из той категории мужчин, которые смотрят всегда исключительно свысока, считают себя центром вселенной и позволяют себе грубо общаться с малознакомыми людьми, как будто они ему чем-то обязаны. На лице обоих посетителей выражение невероятной скуки.
– Нам столик, – сказал мужчина, швыряя на стойку визитку.
Это была своего рода фишка нашего ресторана, помогающая «отсеивать» людей. При первом посещении на входе клиенты оставляли свою визитку, и мы вносили их в базу постоянных клиентов.
Вот так, с места и в карьер. Ни здрасте вам, ни до свидания. Приказным тоном. Ну что же, мы не гордые.
Улыбку нацепила, ресничками хлоп-хлоп:
– Добрый вечер! Я вынуждена перед Вами извиниться, но все столики в нашем ресторане на данный момент заняты.
Обязательно приложить руку на сердце, будто я очень опечалена тем, что таким «важным» гостям ничем не могу помочь.
Наконец-то сальный взгляд мужчины, блуждающий где-то в районе моего декольте, сфокусировался на моем лице.
– Ты, наверное, меня не поняла, – четко, проговаривая каждое слово, будто я действительно дура тупая тут стою, – нам нужен столик. Немедленно.
Проходящая мимо Ксюша, официантка, выразительно посмотрела на меня, прошептав одними губами: «Все хорошо?». Я слегка кивнула, собрала все свое терпение в кулак и посмотрела на этого хама:
– Я прекрасно Вас поняла, но вынуждена повторить. На данный момент в зале свободных столиков нет, – я махнула рукой, показывая на зал, – единственное, что могу вам предложить, это два места у бара.
– Как ты себе представляешь меня у бара? – это уже голос подала его блондинистая спутница. Та самая, у которой грудь из платья вываливалась. Окатив меня полным презрения взглядом, дамочка продолжила:
– Ты, наверное, не понимаешь, с кем разговариваешь.
Так, держи себя в руках, Даша. Тыкать своим «влиянием» и «возможностями» – это самый любимый прием таких вот ребят. Знаем уже. Плавали.
– Я все прекрасно понимаю, но мест нет, – отчетливо повторила я, – вы могли бы присесть у бара, а потом, как только освободится столик, мы вас пересадим.
Паршивый день.
Мужчина подошел к стойке, нависая надо мной грозной тучей. Его жирная от геля для волос челка соскользнула на лоб. От него пахло дорогим табаком и коньяком. «Фон» стоял такой, что мне кажется, даже я вмиг опьянела.
Очень паршивый день.
– Если ты сейчас же не найдешь нам в своих записульках, – мужчина выхватил из моих рук планшет, помахал им и швырнул на пол, – свободный столик, то уже сегодня вечером вылетишь отсюда.
Я встала на ноги. Конечно, с моим невеликим ростом я едва доставала ему до подбородка и он по-прежнему смотрел на меня свысока, но злость во мне уже просто закипала.
Клиенты за ближайшими столиками начали поворачиваться в нашу сторону, пара мужчин уже были готовы вмешаться.
– Во-первых, на ты мы не переходили, – кажется, я даже скрипеть зубами начала, собирая остатки вежливости. – Во-вторых, я не позволю Вам разговаривать со мной в таком тоне и, в-третьих, столиков по-прежнему НЕТ.
Глаза этого урода буквально налились яростью. Он схватил меня за руку и сильно дернул на себя. Плечо прострелила резкая боль. Кажется, будет вывих. Его «блонди» быстро сориентировалась и повисла на другой руке спутника. Похоже, до нее начал доходить масштаб всей катастрофы.
– Идем, Игорь, – щебетала она, пытаясь оттащить от меня своего мужика. – Пойдем в другое место.
– Ты совсем тупая? – уже не говорил, а орал тот самый Игорь, едва ли не брызгая слюной. – Я сказал, значит, ты взяла и сделала!
– Ты кто такой, чтобы указывать мне?
Когда тебя разносят направо и налево, тут уже не до вежливости. Я попыталась выдернуть руку, но этот гад вцепился крепко. За его спиной появился Женя. В ресторане начался «кипиш». С соседних столиков поднялись пару мужчин, направляясь в нашу сторону. Официантки побежали за охраной.
– Эй, мужик, девушку отпусти. Тебе же сказали, мест нет, – сказал Женя и положил руку на плечо нахала. – Прости, ты вообще кто такой?
Мужик обернулся, глянул на руку Женьки, потом на самого парня и отпустил мое запястье.
– Успокойся, давай выйдем и поговорим.
Я бросила на Женьку предостерегающий взгляд. От таких типов, как этот Игорь, можно было ожидать чего угодно.
– Иди в свой бар, тебя сюда не звали, кухарка.
– Иди проспись, урод.
Женька схватил его за «грудки». Я даже не успела сообразить, как грубиян замахнулся на Женьку, но удар не достиг цели. Парень перехватил его руку и дал ему под дых. Это «животное» согнулось пополам, хватая ртом воздух и проклиная всех на чем свет стоит. В этот момент прибежала охрана и под руки вывела скандалиста из ресторана. Его подруга, причитая, посеменила следом.
Клиенты – пара молодых мужчин, которые подошли на помощь, – похлопали Женьку по спине и поспешили вернуться к своим столикам.
– Девушка, вы в порядке? – спросил один из наших постоянных посетителей, молодой человек. Один из тех, кто всегда с интересом поглядывал в мою сторону.
Я молча кивнула и улыбнулась ему.
– Все хорошо. Спасибо.
Парень кивнул и ушел.
– Даш, ты как? – спросил Женька, обхватывая ладонями мое лицо, – испугалась?