Овертайм. Любимая для капитана

Пару раз, чтобы не поскользнуться, приходилось хвататься за стены и ручки дверей. Местные уборщицы, видимо, мыли полы древним, палубным способом. Хоккеистам это, конечно, было неважно, они полжизни скользили и падали, а вот ей… Шаг за шагом женская эмоционально нестабильная психика приближалась к точке кипения.

Настя бы уже плюнула на свою затею и возвратилась в кабинет, как совсем рядом послышались веселые мужские голоса. Голосов было много.

– Курилка… – воспрянув духом, Барская ускорила шаг.

Хохот и шум были все ближе. Спустя метров двадцать показалась дверь с табличкой «массажист». Каким образом массажный кабинет мог быть связан с курилкой, Настя слабо себе представляла, но разговоры раздавались именно оттуда.

* * *

Опровергая все возможные понятия о комфорте, перед тренировками массажный кабинет всегда был забит битком. Как в небольшое по площади помещение могло вместиться около двадцати здоровых лбов – сложный вопрос, и массажист Карен Григорян задавался этим вопросом каждое утро.

Побросав свои вещи в раздевалке, спортсмены дружно подтягивались на его вотчину. Массаж с утра мало кого интересовал, а вот пообщаться и обсудить все последние новости – это обязательно. Поначалу тренеры пытались с этим бороться, а потом махнули на все рукой. В конце концов, так даже лучше, не нужно никого искать, все всегда в сборе.

Открыв дверь, Барская опешила. Такого она не ожидала. Повсюду, на стульях и на лавках, подпирая стены и массажный стол, сидели и стояли хоккеисты. Спертый запах парфюма и мужского пота наполнил легкие, и тут же от удушья голова пошла кругом.

Заметив вошедшую, спортсмены дружно обернулись и притихли.

– Кто заказывал блондинку? – нашелся один из них.

– Заткнись! – послышался бас защитника Конева.

– Здравствуйте, Анастасия Игоревна, – голос голкипера Гагарина она узнала сразу.

– Здравствуйте все! – Настя, наконец, пришла в себя.

Дабы не позволить парням наговорить пошлостей, вратарь сам вышел вперед и представил остальным нового работника клуба.

– Так, все захлопнули варежки! – Иван помахал кулаком в сторону самых веселых. – Анастасия Игоревна – наш пресс-секретарь. Ведем себя прилично.

– Так неприлично приятнее! – хохотнул заметивший ее первым весельчак.

Настя осмотрела контингент. Да, с такими за пять минут не покажешь, кто есть кто, оставалось использовать быстрый и жесткий план «Б».

– Анастасия Игоревна Барская, – снова, на этот раз полно, представилась она.

Фамилия мгновенно сделала свое дело, и улыбки на лицах игроков сменились настороженным удивлением.

Гагарин и Конев усмехнулись, вспоминая собственную вчерашнюю реакцию на эту новость. Каким бы ведомственным клуб ни был, а львиную долю зарплаты хоккеистам платил Скрудж. За глаза властного и корыстного банкира каждый поносил, как мог, но лично старались не сталкиваться.

– Рады познакомиться! – послышалось с разных сторон комнаты.

– Я тоже… рада, – Барская постаралась улыбнуться как можно искренней. – Уверена, мы сработаемся, и уже скоро вы дадите мне возможность порадовать наших болельщиков хорошими новостями.

Парни немного расслабились и заулыбались. Родственница спонсора уже не казалась такой опасной.

Настя внимательно обшарила взглядом все закоулки комнаты и, не найдя Таранова, спросила.

– А капитан где? Он что, опаздывает?

– У него, наверное, троллейбус сломался, – отшутился кто-то из парней.

Сразу после этих слов комнату сотряс дружный взрыв хохота. Смеялись все, от массажиста Карена до голкипера Гагарина.

– Он сказал что-то смешное? – пресс-секретарь указала на одного из игроков.

– Наш капитан ездит на тренировки на общественном транспорте, – Конев просто не мог не поделиться такой информацией. – У него машины нет.

– Как? – Настя опешила. Сколько платили самому дорогостоящему игроку, она знала хорошо.

Но ответить на этот раз никто не успел. В комнату с грохотом и матом ввалился предмет обсуждения.

Андрей проклинал все подряд от светофоров до медлительных пассажиров маршруток, при этом сам «жертва общественного транспорта» выглядел так, что только могучая фигура выдавала в нем спортсмена. Нелепая зеленая шапка, натянутая по самые брови, оранжевый шарф и красная спортивная сумка – все это никак не вязалось с образом сурового, бравого капитана.

Поздоровавшись первым делом с парнями, он удостоил Барскую лишь коротким взглядом.

«Снизошел!» – подумала Настя.

– Господин Таранов, а со мной Вы поздороваться не желаете? – она сложила на груди руки, ожидая бурной реакции капитана.

Та последовала немедленно. Андрей обернулся, стянул с голову шапку и уперся в нее таким взглядом, что Насте впервые в жизни захотелось надеть бронежилет. Серые стальные глаза, как сканером, прошлись по ней от головы до ног, ни на чем не задержавшись. Волна пронизывающего холода, а за ней еще одна, обжигающе-горячая стремительно прокатились по телу.

Разгоняя наваждение, она постучала острым каблучком о пол.

– Здравствуйте! – в отличие от взгляда, голос у Таранова был приятный, низкий и бархатный.

Только Настя собралась ответить на односложное приветствие, как капитан развернулся к ней спиной и, как ни в чем не бывало, продолжил раздеваться.

– Андрей, дорогой, – массажист Карен развел руками. – Ты опять путаешь мой кабинет и раздевалку. Ну, сколько можно, друг. Я же тебя уже сто раз просил…

– Карен, у меня шея с трудом поворачивается, – простонал капитан. – Спасай!

– Что ты за человек? – пробубнил массажист, накидывая свежую накрахмаленную простынь на кушетку. – Совсем себя не бережешь…

Андрей быстро разделся до пояса и плюхнулся на стол. Охваченная яростью, Барская даже не обратила внимания на короткий стриптиз. Ее до глубины души возмутил и тон, и игнорирование, и наглость капитана.

– Таранов, а не слишком ли много Вы себе позволяете, – Барскую безоглядно несло. – Вы не явились вчера на пресс-конференцию, ведете себя по-скотски со мной, да еще и опоздали на тренировку.

У Таранова глаза на лоб полезли. Какая-та фифа пробралась к ним в массажный кабинет и смеет его отчитывать!

– Детка, знаешь, что… – он уже собирался ей высказать все, что думает об обнаглевших фанатках, но друг Иван неожиданно прервал отповедь.

– Андрюха, не горячись! Тише! – он положил сваю лапищу на плечо Таранова. – Это Анастасия Игоревна, наш новый пресс-секретарь.

Капитан непонимающе уставился на друга, а затем на Настю.

– Анастасия Барская! – злобно прошипела женщина. Она уже ненавидела свою фамилию, но, похоже, сегодня только ею можно было поставить на место этих зарвавшихся наглецов.

– Ах, Барская! – капитан осклабился и рывком поднялся с кушетки. – Очень приятно!

– Так чего Вы опоздали на тренировку? – на самом деле Настю это уже не интересовало. Испугал тон, с которым капитан произнес ее фамилию.

– Транспорт плохо ходит, – сквозь зубы ответил Андрей.

– А машины на что? Своей нет, так у нас две клубные неделями простаивают.

Таранов не ответил. Вместо него с галерки подал голос Конев.

– А капитан у нас машину не водит, ему права не дают.

– Не поняла… – Барская нахмурилась.

– Я дальтоник! – ровно и четко ответил сам Таранов. – Такой ответ устраивает?

От неожиданности Настя готова была сквозь землю провалиться. Щеки мгновенно покраснели, а руки вспотели.

– Ясно, – глухо ответила она. – Ладно, не буду Вам мешать. Мне надо поработать.

Никто не проронил ни слова. Лишь Борис Конев показал капитану большой палец и громко заржал, стило Барской закрыть за собой дверь.

* * *

Тренировка перед игрой началась вовремя. Андрей натянул на себя старый, удобный свитер и перчатки. Градский, скорее всего, загоняет их сейчас как бешеных собак, но это было правильно. Вчера по площадке все передвигались, как сонные мухи, и только мордобой получился на «ура».

– Андрюха, забей ты на Коня, – словно прочитав его мысли, сказал Гагарин. – Он у нас парень горячий, вот и ляпает своим языком без контроля.

– В его годы пора бы уже научиться держать язык за зубами, – капитан был непреклонен.

– Так зубы то у него тю-тю, выбиты! – заржал Иван. – Вот и несет парня.

– Там, похоже, одними зубами не обошлось…

– Андрюха, – Гагарин хитро сощурился. – А может не в Коне дело? Ты на девку обиделся?

Таранов резко обернулся к другу. Губы были сжаты в тонкую линию, на скулах играли желваки.

– Ууу… – протянул вратарь. – Так я угадал. Все дело в Барской.

– Иван, будь другом, даже фамилию эту при мне не упоминай. Никогда. Мне и дядюшки ее хватило.

– И как, простите, ты собираешься с ней работать? Вам ведь перед журналистами вместе за все отдуваться. В горе и в радости…

– Долго она здесь не задержится. Помяни мое слово.

– Так ты собираешься выжить ее?

– Больно надо, – Андрей скривился, словно сама мысль о подобном была ему противна. – Сама уйдет: или ляжет под кого из ребят, или опозорится, или еще что. Я не пророк, но хоккей не бабское дело. Какой из нее пресс-секретарь?

– Симпатичный…

– Не заметил, а вот скверный характер прочувствовал. Надо бы узнать, зачем ей это…

– А может, она на самом деле неплохой спец?

– Ваня, я в жизни не поверю в подобную чушь!

О том, как вчера эта «баба» умыла всех журналистов своими познаниями, Иван решил не рассказывать. Если друг хочет верить в свою идею – пусть верит. Лично ему Барская даже понравилась. Было в ней что-то.

– Знаешь что, Андрей, – Гагарин на секунду задумался. – Ты только не пори горячку, очень тебя прошу.

* * *

Тренировка началась с бега. После поражения тренер решил сменить обычную тактику тренировок и увеличил время разминки. Эдуард Станиславович нещадно гонял парней по площадке, будто готовил конькобежцев.

– Давайте же, ленивые задницы! – даже Настя в кабинете администрации услышала его рев. – Быстрее! Еще быстрее! Да вас даже стоячий обгонит! Что это за скорость?

Любопытство Барской взяло верх. Пропустить качественное издевательство над тремя десятками здоровых лбов она никак не могла. А вдруг что-то из напутствий тренера пригодится в жизни? Всякое бывает. Так, с мыслями о том, что просмотр тренировок для пресс-секретаря также важен как и изучение статистики матчей, Анастасия Игоревна прошествовала в сторону ледовой арены.

Каблучки звонко цокали по плитке, привлекая внимание к неожиданной гостье. Половина хоккеистов повернула головы в ее сторону, но бдительный тренер, не щадя нежных ушей дамочки, грубо урезонил парней. Следующий матч уже послезавтра, расслабляться не было позволено никому.

После бега пришел черед растяжки. Даже без амуниции, в обычных спортивных костюмах, хоккеисты казались гигантами. Накачанные красавцы из ее тренажерного зала могли нервно курить в сторонке рядом с этими. А фантастический поперечный шпагат голкипера Гагарина даже Барскую не оставил равнодушной. Казалось, словно гора стояла-стояла, ворочаясь из стороны в сторону, и вдруг рухнула. Иван неспешно потянулся, потом встал и повторил падение. Настя чуть не захлопала в ладоши, как девочка. Спустя минуту рядом на продольный шпагат спокойно сел и запасной вратарь.

– Анастасия Игоревна, почешите спинку! – пока она увлеченно наблюдала за пяточком, капитан незаметно подкатился к бортику и с самым невинным видом потрогал Настю по плечу. – Дико чешется, а мне в перчатках неудобно.

Она чуть рот не открыла от удивления, а Таранов, тем временем, повернулся к ней задом и выгнул спину. Даже сквозь плотный свитер и майку проступил красивый рельеф. Широкая, сильная спина так и манила прикоснуться, ощутить пальцами мощь. Настя прокляла себя за глупость в тот момент, но рука уже забралась под просторный свитер и начала чесать. Острые ноготки прошлись от лопаток до поясницы. Капитан заурчал, как довольный кот.

– Ух, да у Вас просто призвание к этому делу, – хрипловато произнес он. – Еще минута, и я кончу от удовольствия.

– Минута… Да Вы скорострел, – надменно хмыкнула Барская. Все обернулось так, как она и ожидала: молодому льву захотелось поиграться. Вот только с игрушкой на этот раз киса ошибся.

– А, так у Вас и язычок горячий? Мне нравится, когда язык горячий, – Андрей не сдавал позиций. – Еще бы зубы не были такими острыми, цены бы Вам не было.

В этот момент Настя отчаянно позавидовала известному киношному герою, ногти которого легко превращались в огромные ножи. Разум истошно вопил о потребности порвать наглеца на британский флаг. Андрей, словно почувствовав эти недобрые мысли, лукаво ухмыльнулся.

– У кого-то от злости уши дымятся…

– Примитивно и неостроумно!

– Всегда к вашим услугам, госпожа Барская, – любезно расшаркался по льду капитан.

Она только собралась ввернуть еще какую-нибудь колкость, как мужчина оттолкнулся от бортика и, мгновенно набирая скорость, откатился в сторону ворот. Ушел по-английски. Оставалось лишь злиться на себя за то, что так легко заглотнула наживку.

«Как вообще можно было надеяться на здравомыслие Таранова? Сколько там в нем весу, восемьдесят восемь? И все они одна чистая, неразбавленная мужская глупость и самонадеянность», – Настя еще немного позлилась, пообижалась, но, в конце концов, эмоции отошли на второй план, и благоразумие взяло верх. Дураком Таранов не был – это факт. «Неужели его так задела фраза, брошенная в «курилке»? – уцепилась за мысль Барская. – Или было что-то еще?»

Твердо решив повременить с получением ответов на свои вопросы, Настя уселась на сиденье и открыла очередную газету. Заголовок уже пестрел фотографиями со вчерашнего матча и интервью. В конце статьи расположилось и ее фото с комментарием: «Женщина в волчьей команде». Фраза у журналиста получилась ёмкая, даже сама Барская лучше не сказала бы.

Сейчас, когда отношение игроков к новому пресс-секретарю свелось к двум стратегиям: сексуальной и презрительно – она в полной мере прочувствовала всю прелесть своего положения. На симпатию тренера и капитана можно было не рассчитывать, защитник Конев и еще добрая половина игроков только и мечтали залезть к ней под юбку, генеральный менеджер Юра, в силу коммерческой заинтересованности, лебезил и угождал.

Нейтрального отношения пока придерживались только странный вратарь Гагарин да массажист Карен. Но одним вратарем все официальные мероприятия не заткнешь, а массажист в ее работе вообще не был помощником. Хочется – не хочется, а предстояло наладить контакт с задирой-капитаном.

* * *

К окончанию разминки его светлость вновь явил свой лик около скамейки запасных. Не понятно было: то ли он пришел мириться, то ли втянулся в обмен любезностями.

– Красавица, почешешь спинку? – услышала Настя уже хорошо знакомый бархатный голос. Перевесившись через бортик, на нее смотрел Таранов. Глаза капитана загадочно горели.

– Попроси Конева, – снова уткнувшись в газету, ответила Барская. – Он с удовольствием почешет… Клюшкой или о бортик – думаю, для тебя Борис проявит изобретательность.

– А ты умеешь держать ответ! – не мог не восхититься Андрей. – Вот только зачем тебе все это? Очередная причуда господ Барских? В Белоснежку и тридцать гномов поиграть захотелось?

– Боюсь, один из гномов оказался Синей бородой, – Настя цокнула языком.

Смех капитана был слышен даже на другом конце площадки. Голкипер Иван Гагарин, не веря своим ушам и глазам, приподнял маску. Всегда собранный на поле и хмурый капитан ржет, как лошадь! Это что-то новенькое.

Новый пресс-секретарь нравился ему все больше.

Глава 4. Короткая передышка

К концу трудового дня Настя заработала головную боль, парочку комплиментов от генерального менеджера и изжогу. Причем причину последней она не понимала сама. Вроде бы и суп в местном кафе был вполне съедобным, и салат радовал свежей зеленью и отсутствием майонеза.

Что-то было не так, и с этим «что-то» разобраться стоило как можно скорее, пока не обострился гастрит. В свои тридцать три Настя уже хорошо успела познакомиться с этой болячкой, верной спутницей стрессов. Прошел год после последнего обострения, и снова глотать лекарства и ненавистную овсяную кашу не было никакого желания.

Что бы там врачи ни утверждали о сезонности заболевания, в ее случае пора года значения не имела. Спусковой крючок проблемы находился не в желудке. Посему, решив бороться с причиной, а не с последствиями, она набрала номер дядюшки.

Тот ответил после третьего гудка. «Хороший признак» – заметила Барская. Александр Михайлович был крайне занятым человеком, без семьи и детей, только работа двадцать четыре часа в сутки, триста шестьдесят пять дней в году. Подчас не приходилось даже рассчитывать услышать его, но в этот раз Насте неслыханно повезло. Недолгий обмен любезностями закончился приглашением в гости к магнату. Довольно улыбнувшись своему мобильному телефону, Барская приглашение приняла.

На радостях даже изжога несколько притихла. Тело не умело лгать, а значит, направление было выбрано правильно.

* * *

Ругая на чем свет стоит работников лифтовой службы, два уставших хоккеиста поднимались на одиннадцатый этаж. Тяжелые сумки на плечах, пакеты с продуктами в руках и усталость от напряженного дня превратили подъем в изматывающее испытание.

Не дойдя всего пару этажей, оба, не сговариваясь, остановились.

– Андрюха, подай водичку, она у тебя в пакете, – попросил мужчина, шедший вторым.

– Слушай, да тут идти всего ничего!

– Таранов, это ты у нас любитель бегать, прыгать и заниматься прочими непотребствами, а я человек немолодой, мне и у ворот фитнеса хватает. Так что, гони воду!

– Это с каких пор ты, Иван, стал немолодым?

– А вот, как вторая дочка родилась, так и почувствовал, – засмеялся тот.

О том, что же будет с другом после рождения у жены третьего ребенка, Андрей решил не спрашивать. Гагарин еще пару лет назад намекал, что подумывает уходить. В тридцать пять лет он уже пережил пик своей карьеры, поиграл за океаном, а сейчас все свободное время предпочитал посвящать семье.

– Когда-нибудь ты меня поймешь… – осушив залпом полбутылки воды, уверенно сказал Иван.

– Да, чудеса в жизни бывают. Во всяком случае, плохие – точно.

Закончив с водопоем, мужчины снова взялись за сумки и двинулись выше. Два лестничных пролета после передышки дались легко. У открытых дверей их уже поджидала невысокая симпатичная женщина. Ее рыжие курчавые волосы были собраны в хвост, а на щеках и курносом носу золотилась россыпь веснушек. Очередная беременность сделала их еще ярче, придавая женщине неповторимое очарование.

– Таранов! – радостно воскликнула она. – Да неужели Иван соблазнил тебя зайти на мои голубцы с плюшками?

– Привет, Машуня, – и Андрей, опережая друга, обнял встречающую. – Ты выглядишь потрясающе! Хорошеешь с каждым днем. А где моя невеста?

Мария рассмеялась, указывая себе за спину.

– Уже час у зеркала крутится, красоту наводит, хорошо хоть старшая у бабушки, иначе поругались бы из-за зеркала.

– Попал ты, друг, – Иван похлопал Таранова по плечу. – На этой точно придется жениться, она от тебя так просто не отстанет.

Все дружно рассмеялись, не заметив, как на пороге квартиры застыла с восторженным выражением лица маленькая рыжеволосая девочка. Вся в мать. Она робко улыбалась и теребила подол нарядного желтого платья.

– Привет, Варвара Ивановна! – Андрей скинул сумку и в два шага добрался до девочки. Та протянула к нему ручки и, весело хихикая, позволила усадить себя на шею. – А ты потяжелела, мама тебя вкусно кормит!

– Мама всех вкусно накормит, – Мария хмуро осмотрела всю компанию. – Но давайте уже зайдем в квартиру.

– Все за мной! – Иван первым вошел в дверь.

* * *

Трехкомнатная квартира Гагариных, сколько Андрей ее помнил, всегда представляла собой шумный проходной двор. Друзья Андрея, подруги Маши и дочерей, многочисленные соседи и родственники – кого он здесь только не встречал! Гагарины привечали всех, радушно, весело и шумно. Мария, даже будучи на последних месяцах беременности, неустанно суетилась по дому, убирая и выготавливая на всю семью и «прохожих». Она даже в роддом оба раза умудрилась попасть в поварском переднике.

Вот и сегодня хозяйка расстаралась больше, чем следовало. Вымотанные долгой тренировкой мужчины на добавку смотрели с тоской.

– Машенька, да присядь ты уже, – не выдержал Иван. – Мы скорее лопнем, чем съедим такую гору еды.

– Да, Машуль, мы как колобки, – Андрей аккуратно пересадил егозу-Варю с одной своей ноги на другую. Девчонка здорово помогла ему расправиться с добавкой, куда ж теперь без нее.

– Таранов, молчи уже, – усмехнулась женщина. – Тебе до колобка еще есть и есть. Так что, взял вилку и вперед. Знаю я, как вы, одинокие мужики, питаетесь.

– Золотая у тебя Машка, друг, – Андрей задорно улыбнулся. – Если бы мне такая попалась, сразу бы женился.

– Андрей, тебе такая, как я, не подойдет, – хитро сощурилась Мария. – Ты ж тиран и деспот. Тебе святая нужна. Та, что боготворить будет и потакать всем капризам.

– Да ладно! Не такой я и страшный.

– Дружище, – уплетая очередной голубец, вмешался отец семейства, – если Машка сказала, что тиран, значит так и есть. Она у меня ходячий сканер. Начинай искать святую.

– Да где ж я ее найду? – он заботливо потрепал Варвару за косы. – Эта невеста еще слишком молода, а с матерью Терезой я уже опоздал. Но вот сканер… Кое-кого я бы просканировал.

– Это ты все Барскую забыть не можешь? – друг поднял глаза от тарелки. – Запал, что ли?

– Тьфу на тебя! – Андрей скривился. – Мне другое покоя не дает – зачем она у нас? Не очередная ли грязная афера Скруджа?

– Паранойя у тебя, Андрюха, – хмыкнул Гагарин. – В запущенной форме. Нормальная она девка, и не дура.

– Ну, это и я понял.

– Угу. Аж два раза к ней катался выяснять уровень айкью, – Иван отложил вилку. – Ты меня, конечно, сегодня удивил! Вся команда теперь уверена, что ты к ней клеился. Какой черт тебя дернул?

– Она не в моем вкусе. Ты прекрасно это знаешь. К тому же слишком наглая и самовлюбленная.

– То есть от прежних твоих клуш отличается и цену себе знает?

Вместо ответа Андрей налил Варе сок и сам не заметил, как тут же выпил весь стакан. Ничего не понимающая девочка удивленно смотрела на своего кумира.

Мария с Иваном переглянулись.

* * *

На другом конце города, в новом престижном районе в этот вечер тоже было нескучно. После изысканного легкого ужина Александр Михайлович Барский отпустил прислугу домой, оставшись наедине со своей гостьей. Любимая племянница в последние годы бывала здесь нечасто, да и то в основном по делу, то информацию о ком выведать, то совет испросить. Он сам приучил ее ценить собственное время, потому не обижался.

– Настюша, – Барский хитро сощурился, отчего на высоком лбу проступили неглубокие морщины. Мимикой он пользовался редко, только когда хотел показать свою благодушную расположенность к собеседнику. – Судя по тому, что за ужином ты не проронила ни слова, сейчас начнется форменный допрос. Я угадал?

Молодая женщина напротив весело улыбнулась. В проницательности дяде не откажешь, свои миллиарды он заработал не в лотерею.

– Дядя Саша, я, может, просто соскучилась.

– Со мной, уважаемый пресс-секретарь, можешь не юлить, – улыбнулся тот. – Кстати, поздравляю с началом работы. Парни уже устроили тебе боевое крещение?

– Почти, – почему-то сразу всплыл в памяти пронзительный взгляд капитана. – Я им не понравилась.

– Кому конкретно?

– Хм… Тренеру и капитану.

– Я догадывался, что так будет, – мужчина цокнул языком.

– Дядя, так значит, причина есть?

– Не бери в голову! – Барский отмахнулся, как от докучливой мухи. – Ничего они тебе не сделают, я ручаюсь. Этот Градский просто старый маразматик. Если бы не блестящие результаты в прошлом году, я бы давно настоял на смене тренера. А Таранов…

– Что Таранов? – Настя вся подобралась. На правду и надеяться не приходилось, но в чем именно солжет дядя – это было важно.

– Андрей неблагодарный, зарвавшийся выскочка. Я дал ему шанс показать себя в лучшей команде лиги, я дал ему баснословный гонорар и статус капитана, а он… Щенок.

Водянистые глаза дяди злобно сверкнули, а руки собрались в кулаки.

«Слишком много эмоций…» – с удивлением заметила Барская.

– Настя, – дядя наклонился вперед и произнес наставительным тоном: – Держись от него подальше! За привлекательным фасадом там нет ничего хорошего.

– Да я как-то и не рассматривала его… в этом смысле.

– Ты умница, я всегда это знал. А капитан пусть гоняет шайбу и машет клюшкой. Ему заплачено.

– Но все-таки, в чем причина вашей с ним неприязни? – Насте отчаянно хотелось докопаться до правды, хотя бы полуправды или нескладной лжи. Дальше нюх опытного журналиста сам возьмет след. Знать бы направление…

– Милая, мы так редко с тобою видимся. Давай не будем портить друг другу прекрасный вечер, – Александр Михайлович был сама любезность. – Ни один игрок команды или тренер не посмеет мешать твоей работе. Я об этом позабочусь, клянусь. Скоро все наладится. В конце концов, это была моя идея пригласить тебя на должность пресс-секретаря, а мои идеи всегда реализуются успешно.