Его чёрное сердце. Искупление
- -
- 100%
- +
Когда-нибудь я отблагодарю и её, и Алекса. Когда-нибудь, когда смогу жить без оглядки и страха.
– Жасмин, – я позвала дочь снова. – Жасмин, я пошла домой. Ты останешься тут?
Сделала вид, что иду к домику, сама же украдкой наблюдала за дочерью. Заметив, что я ухожу, она подобралась.
– Подожди! – донёсся вслед её звонкий голосок. – Подожди, фея!
Подняв плед, я остановилась.
– Так ты идёшь со мной?
Солнце отражалось в её тёмных глазах. А может быть, она сама была солнцем, освещающим мою жизнь даже в те моменты, когда всё вокруг казалось беспросветным. Да, именно так.
Я показала на дом.
– Идём?
Жасмин кивнула. Пробежала вперёд и остановилась. Оглянулась, проверяя, иду я за ней или нет. Я смотрела на неё и не могла насмотреться. Утром, когда она ела, не смогла сдержать слёзы. Так много накопилось во мне любви, нежности.
***
Стоило нам войти в дом, сердце забилось чаще. Запах…
Я остановилась, сбитая с толку. Этот запах я бы не перепутала ни с чем. Свежесть, терпкость и опасность. Так пах только один человек.
Один мужчина.
– Я хочу пить! – требовательно заявила Жасмин.
– Д-да… – ничего не понимая, я заставила себя пройти в кухню.
Этого просто не могло быть. Не могло.
– Тебе кажется, – прошептала я одними губами, наливая воду.
Дала стакан дочери и осмотрела комнату. Всё было на своих местах. В точности так, как утром. Я просто устала за последние дни. Просто привыкла бояться. Его тут нет и не может быть.
– Ещё! – потребовала Жасмин, протянув пустой стакан.
– Так сильно хочешь пить? А почему раньше не сказала?
Она не ответила. Отвлеклась на яркий рисунок в рамке. Наполнив стакан снова, я дала его ей, но на сей раз она сделала пару глотков и вернула его.
Мне продолжало казаться, что я чувствую запах Амина. Едва уловимые нотки его одеколона и чёрного кофе, хотя утром мы с дочерью пили чай.
– Где Тоша? – отвлекла меня Жасмин.
Я посмотрела на неё. Она пошарила по дивану, заглянула под стол.
– Тоша, фея! Где Тоша?
– Потеряла?
Встав, я подошла к ней. Её любимая игрушка. Я точно помнила, что она держала её в руках утром, что собачка сидела рядом на стуле, когда мы завтракали. Потом, кажется, Жасмин бросила её рядом с сумкой. Я как раз принесла парео.
– А куда ты его положила?
Дочь опять посмотрела на диван. Я проверила сумку, но там игрушки не оказалось. Жасмин выбежала в коридор и вернулась.
– Я хочу Тошу! – её губы вдруг искривились, глаза наполнились слезами.
– Эй, ну ты что? Найдём мы Тошу. Может… Может, он пошёл погулять? Мы с тобой гуляли, и Тоша решил погулять. Давай подождём, пока он вернётся?
Отстранившись, я посмотрела в её лицо. Она всхлипнула, но плакать, кажется, передумала.
– Вот, – улыбнулась я, стирая слезинку со щёчки и пытаясь при этом вспомнить, где Жасмин могла оставить пёсика. – А пока Тоша гуляет, давай приготовим обед. Ты же мне поможешь? Поможешь маме фее? А, Жасмин? Поможешь?
– Да, – наконец ответила она. Сама вытерла остатки слёз. – Да, помогу.
Глава 6
Амин
Ответа на вопрос «какого хрена?» у меня не было. Хлопнув дверью гостиничного номера, я кинул на постель игрушку и уставился на неё. Смотрел до тех пор, пока в глазах не начало рябить.
Только тогда я сел и, снова взяв пса, всмотрелся в мордочку.
– Ничего, скоро я буду знать её так же хорошо, как и ты.
Губы скривились сами собой. Вместо того, чтобы вернуть Сабину туда, где ей и положено быть – в свой дом, я сам остался тут. Но чутьё говорило, что это правильно. Я посадил собаку на пустую тумбочку. У моей дочери должно быть всё самое лучшее, а не вот это.
***
К вечеру Захар пришёл с новостью, что нашёл дом – один из ближайших к тому, где жили Сабина и Жасмин. Дорога была уже знакома. На сей раз она показалась не такой долгой и нудной. Возможно, потому, что сейчас я знал, куда и зачем еду. По крайней мере, куда.
Море разволновалось, небо затянуло. В открытые окна врывался ставший неожиданно холодным ветер. Он нёс с собой запах соли, а мне казалось, что я чувствую жасмин с оттенком розы. Если виной этому был не ветер, то он, наверное, въелся мне в лёгкие. Потасканный плюшевый пёс сидел на коленях, на заднем сиденье развалилась огромная мягкая овчарка. Как подарить её дочери, я ещё не думал, но это было не так уж важно.
Возле замелькавших сбоку домов я увидел девочку лет десяти. Рядом с ней шла здоровенная собака. Никогда не любил собак. Отец тоже. Наверное, это передалось мне по наследству. Но тут во мне опять что-то щёлкнуло.
– Привези мне завтра щенка.
– Щенка? – Захар бросил взгляд в окно, на девочку с собакой. – Вы имеете в виду игрушку?
– Нет. Щенка. Только не такого здоровенного.
Должно быть, Захар решил, что я спятил. Может, отчасти это так и было. Только кому меня судить? Выше – только небо. Но какое ему до этого дело?
Пока я раздумывал, чего в самом деле хочу от жизни, Захар свернул с основной дороги на узкую, ведущую от моря. Но отъехали мы недалеко – синяя, сливающаяся с помрачневшим небом полоска осталась отчётливо видна.
– Здесь живёт семейная пара, – остановившись у маленького дома, сказал Захар. – Они ждут первенца, так что деньги им кстати. Я снял им квартиру в городе и хорошо заплатил. Всё, что могло бы вам помешать, хозяева вывезли. Дом полностью в вашем распоряжении.
– Хорошо. К завтрашнему дню найди хорошую собаку. Никаких примесей, хорошая родословная и полное соответствие породе.
Я поднял игрушку за шею. Чёрные уши пса болтались. На одном – аккуратный шов, которого я раньше не видел. Блядь, чтобы моя дочь ещё хоть раз взяла в руки нечто подобное! В какой нищете она жила эти два года?! Сабина, будь она неладна!
– Пусть это будет спаниель. С уравновешенной психикой. И никакой агрессии.
– Чем вас не устраивает эта, – кивнул Захар на заднее сиденье.
Хотел бы я сам знать ответ на данный вопрос.
Не ответив, я вышел из машины, продолжая держать игрушку за ошейник. Дом, хоть и был маленьким, выглядел надёжным.
– Машина в гараже, – открыв дверь, Захар отдал мне ключи. – Амин… – замешкался. – Я бы не советовал вам оставаться тут без охраны. Вы знаете моё мнение насчёт этого.
– Ты тоже моё знаешь. Возвращайся в город и займись делом. Завтра жду тебя в десять. Выполняй, Захар. Мнение твоё я ценю, но на этот раз оно меня не интересует.
***
И без того пасмурный вечер быстро превратился в ночь. Откупорив бутылку бургундского вина, я плеснул его в бокал.
Какого чёрта?! Что, блядь, я творю?!
С моря дул ветер, шум разыгравшихся волн разбавлял тишину. У меня дел было по горло, а вместо этого я занимался чёрти чем!
На глаза попалась злополучная игрушка. Приказ подготовить для дочери комнату я уже отдал. Как только вернёмся, отвезу её в центральный детский магазин. Пусть выбирает всё, что захочет.
Жасмин… Имя было ароматным и сладким на вкус, как цветок.
Вино оказалось терпким, насыщенным. Стоя на открытой веранде, я смотрел в темноту. Нужно было искать лучше. Тогда моя дочь не жила бы, как дворняга. И не возилась бы с доставшимся ей после кого-то хламом. Я долил вина. Игрушка лежала тут же, на столике. Взяв пса за ухо, я бросил его к пакету с мусором в углу.
– Теперь всё будет по-другому, – процедил я сквозь зубы. – Всё.
Взяв откупоренную бутылку, пошёл в гараж. Уже через пару минут выехал на дорогу, ещё через пару остановился неподалёку от прячущегося за деревьями дома. Выключил фары, и свет, льющийся из окон, стал казаться ярче. Несколько минут сидел в машине.
Да на хрен всё это! Забрать Сабину, Жасмин, посадить в машину и дело с концом. Уже утром мы вернёмся в горы. Проблемы нужно решать. Бирюзовый плед, ломтики персика… Что за блажь вдарила мне в голову?!
Вытащив пробку, я сделал пару глотков вина. Воткнул обратно и вышел из машины с твёрдым намерением расставить всё по местам. Ещё и этот нелепый приказ Захару. Какая, на хрен, собака? Какой, на хрен, спаниель?! Я достал телефон, собираясь дать отбой, но тут заметил в окне тень. Вместо того, чтобы набрать Захару, встал у дерева.
Сабина склонилась над детской кроватью. Жасмин я не видел, только её. И она, блядь, была прекраснее прежнего. Длинные чёрные волосы распущены, на губах – мягкая улыбка. Заправив прядь за ухо, она склонилась ниже.
Гнев, досада, ревностное желание быть по другую сторону стекла раздирали нутро. Несколько минут Сабина сидела у постели неподвижно, а я стоял, привалившись к дереву. Темнота стала абсолютной, свет излучал только прямоугольник окна чужого дома, где пряталась от меня моя женщина.
Прихваченная из машины бутылка вина опустела, а я так и смотрел на Сабину. В конце концов она встала. Подошла к окну. Я насторожился, но она всего лишь задёрнула шторы. Свет погас и почти сразу появился уже в другом окне.
Запрокинув голову, Сабина тряхнула волосами. На ней был сарафан на тонких лямках. Проклятье!
Пах напрягся. А она, словно издеваясь, провела кончиками пальцев по шее, груди. Взяла расчёску и, встав так, что я мог отчётливо видеть её, начала причёсываться.
– Ты ж… – что хотел сказать, сам не знаю. Но кровь всё быстрее бежала по венам.
Я резко вобрал в лёгкие воздух. Отвернулся. Ещё немного, и меня накроет.
Сам не заметил, как оказался у моря. Прохлада здесь чувствовалась сильнее, ветер был злым, несмотря на дневную жару. Расставив ноги на ширину плеч, я наблюдал, как волны в половину моего роста обрушиваются на песок. Снова мелькнула мысль дать Захару отбой, но я так этого и не сделал. Собственная нерешительность раздражала. Чего я ждал?!
Ответа на этот вопрос не было, как и на многие другие.
Остыв, я вернулся к дому. Свет в окне уже погас.
Я помедлил с минуту.
Ключ, который дал Алекс, подошёл. Да кто бы сомневался. Провернув его, я толкнул дверь. В доме стояла тишина. Мирная, уютная. Только через открытое окно гостиной слышался шум моря и ветра.
Я различил силуэт Сабины. Она лежала на диване, подогнув одну ногу и вытянув другую. Короткая белая сорочка, разметавшиеся вокруг головы волосы…
Возникшее желание обладать ей туго переплелось с совершенно другим. Желанием выставить вокруг дома охрану, чтобы никто не смог приблизиться к ней.
Вздохнув во сне, Сабина сдвинула руку, сорочка задралась ещё выше. Прохладный ветер порывом пробрался в комнату, и Сабина зашевелилась снова. На глаза попался плед. Я расправил его и набросил на неё.
– М-м-м… – застонала она чуть слышно. Подтянула кончик выше.
Я резко отвернулся. Посмотрел в тёмное окно, на стол.
Дом был хорошим. Да и чего можно было ждать от дома Аверина.
Осмотрел кухню. В холодильнике не было ничего, кроме нескольких персиков и пакета сливок.
И этим она кормит мою дочь?!
Я захлопнул холодильник и бросил взгляд на диван. Сабина зашевелилась, заёрзала, но не проснулась. Если бы проснулась, было бы, пожалуй, проще, только отчего-то этого «проще» не хотелось.
У двери детской я замешкался. Приоткрыл её, но внутрь не вошёл. Только издали с минуту смотрел на очертания кроватки.
Свежесть ночи помогла собраться. Вернувшись к машине, я сел за руль и уставился в лобовое стекло.
К чёрту! Всё к чёрту! Пора заканчивать с этой ерундой. Я набрал Захару.
– Нужно привезти в дом Аверина всё необходимое, – сказал я вместо того, что собирался сказать за секунду до этого. – Продукты, всё, что может понадобиться. И ту игрушку, которая болтается на заднем сиденье, тоже привези. Только сделай так, чтобы она тебя не видела, Захар. У тебя на это есть несколько часов.
Сабина
Так крепко спала я, наверное, только в далёком детстве. Без снов, без не проходящей даже во сне тревоги. Проснулась и едва собралась с мыслями. Вроде бы только на секунду прилегла…
Проникающий сквозь незанавешенное окно луч солнца коснулся пальцев. Сколько времени?!
В ужасе я подскочила с дивана. Что-то упало на пол. Плед…
Откуда тут плед? В недоумении я подняла его, но донёсшийся из детской голос Жасмин мигом заставил забыть обо всём на свете.
– Я тут, – я быстро вошла в детскую и обняла дочь. – Мама с тобой. Испугалась?
Она, похоже, только что проснулась. Кто из нас испугался больше, сказать было сложно. Уголок детского одеяла лежал на полу, и я, поправив его, снова подумала о пледе. Не удивительно, что я просто отключилась, если устала до такой степени, что даже не помню, как укрылась. Не Жасмин же укрыла меня, в конце-то концов!
Нужно быть осторожнее. Хоть это и дом Алекса, мало ли… Амин не из тех, кто легко отступает. В прошлый раз ему потребовалось три года. За сколько он найдёт меня теперь? Если он узнает о Жасмин…
Думать об этом было страшно. Но дочь и не дала мне продолжить.
– Хочу пи-пи, – сжимая ножки, пролепетала она. – Пи-пи.
Я помогла ей спуститься с постели и повела в ванную. Вечером небо было затянуто полностью, сейчас его прикрывали только рваные полупрозрачные облака.
– Тоша! – Жасмин принялась выкручивать руку, показывая на что-то в углу, когда мы вышли в коридор. – Тоша! Там!
Только я отпустила, она бросилась к игрушке. Но в руках у неё оказалась не собачка. Похожий по цвету медвежонок.
– Не Тоша! – разочарованно вздохнула Жасмин. И сразу же разозлилась. Нахмурилась и бросила медвежонка под ноги. – Это не Тоша! – личико скривилось, губы задрожали, тёмные глаза наполнились слезами.
– Жасмин, – я бросилась к ней, попыталась обнять, но она принялась вырываться.
Через несколько секунд она уже плакала навзрыд. Не помогали ни уверения, что мы обязательно найдём его, ни уговоры купить новую игрушку. Вчера я ещё смогла отвлечь её, сегодня нет.
– Он же пёсик. Он гуляет.
– Нет! Нет! Не гуляет! – заплакала она ещё сильнее. – Он потерялся!
Где могла потеряться игрушка, я представления не имела. Вчера просмотрела все углы. Разве что Жасмин сунула её куда-нибудь и забыла. А то, что логично для маленького ребёнка, не всегда поддаётся логике взрослого.
– Он не потерялся. Он придёт. Вот увидишь. Давай подождём ещё день, а если не придёт, то пойдём его сами искать. Я позову всех фей, которых знаю, и мы будем искать его вместе. Давай? Но до завтра мы всё-таки подождём. Хорошо?
Несколько раз Жасмин громко, надрывисто всхлипнула. Кивнула, хотя слёзы так и продолжали бежать.
Смогу ли я найти в городе похожую игрушку? Если и смогу, как за несколько часов сделать её похожей на Тошу? Придётся оставить Жасмин с няней, но только при мысли об этом мне стало не по себе.
***
Оставив Жасмин в гостиной, я вышла на веранду. Нужно было позвонить и договориться насчёт завтра, но делать этого при дочери мне не хотелось. Ещё и упоминать о Тоше. Только я открыла дверь, как наткнулась на гору пакетов, возле которых, словно сторож, лежала огромная плюшевая овчарка.
Осмотрелась по сторонам. Никого. Ни людей, ни машин. Проверила телефон – ничего.
В пакетах оказались продукты. Что-то из супермаркета, но в основном – явно из местных лавочек. Фрукты, овощи, молоко и свежий хлеб… Чего только не было! И откуда, спрашивается, это всё взялось?! Глупый вопрос, конечно. Понятно откуда.
«Спасибо за всё», – набрала я, не возвращаясь в дом.
Ответ пришёл буквально через пару секунд.
«Не за что».
Алекс. Само собой, и еду, и подарок Жасмин прислал он.
Из коридора послышался топот. В дверях появилась дочь. Увидела игрушку и подбежала к ней. С вопросом подняла взгляд.
– Это подарок от дяди Алекса и тёти Стэллы. Ты помнишь Алекса и Стэллу? Мы были у них в гостях недавно.
Жасмин задумалась. Утвердительно кивнула. Дотронулась до собачьей мордочки. Втайне я было обрадовалась, что шикарная игрушка поможет ей забыть потерю, но Жасмин нахмурилась.
– Это не Тоша, – заключила она.
Мисс Очевидность, блин. Оставалось только подтвердить:
– Не Тоша. Давай дадим этой собачке имя? Смотри, какая она хорошенькая. Какие у неё ушки, – показала я на торчащие уши, – какой носик, – дотронулась пальцами. – Смотри, Жасмин. Ав-ав. А? Какая красивая собачка. Правда красивая? Как мы её назовём?
Дочь не ответила. Вспыхнувший было интерес погас.
– Мона? Тебе нравится имя Мона? Или Лёля? Как тебе нравится?
Дочь пожала плечами. Всё ясно.
В пакете я нашла бутылочку с йогуртом. Сделала глоток.
– М-м, вкусно. – Протянула Жасмин. – Попробуй.
Присела прямо на дощатый пол веранды. Жасмин опустилась рядом. Я приобняла её, почувствовала её совершенное детское тепло. Персиковое дерево над нами отбрасывало тень, в ветвях щебетали птицы. Я достала ещё один йогурт. Так дело не пойдёт. До города отсюда порядочно, да и до ближайшей деревни тоже. Сколько я не садилась за руль? Отец оставил мне достаточно денег, чтобы я могла позволить себе каплю роскоши. Хотя машина здесь – не роскошь, а необходимость. Я погладила дочь по волосам.
– Давай назовём собачку Марусей?
– А Тоша?
– Тошу мы найдём. Мы его ни за что не бросим. Ты же его любишь, а бросать тех, кого любишь, нельзя. Просто иногда надо немножко подождать. – Я улыбнулась уголками губ и добавила шёпотом: – Ты же меня дождалась, моя девочка. Это потому… – теперь глаза стали мокрыми у меня. Я поцеловала дочь в волосы. – Всё потому, что я всегда любила тебя и всегда верила, что ты дождёшься.
Глава 7
Сабина
– Не волнуйтесь, Анна, – наблюдая за возящейся в песке Жасмин, улыбнулась Лаура. – С вашей девочкой всё будет хорошо. Я троих воспитала, поверьте, это было совсем непросто.
Чужое имя резануло слух. Но я знала, что рано или поздно придётся привыкнуть и к нему, и к жизни в чужой стране. Понимания, куда именно мы поедем, у меня не было до сих пор. Италия мне нравилась, но инстинктивно хотелось быть как можно дальше от прошлого. Австралия? Аргентина? Пока мне предстояло купить машину и нового Тошу. Что из этого было более сложной задачей, сказать трудно.
Лаура тихо, но искренне засмеялась. Поверить ей труда не составило, и всё-таки оставить Жасмин было тяжело.
– Я постараюсь вернуться как можно скорее, – пообещала я и, ещё раз напомнив няне, где что лежит, пошла к уже дожидавшемуся меня такси.
***
Молодой водитель улыбнулся, едва я села в салон.
– Доброе утро, сеньорита, – весело поздоровался он. – Едем в город?
– Да, – ответила я сдержанно.
Первым неосознанным порывом было сказать, что он ошибся. Не сеньорита, а сеньора. За домом, на пляже у моря, моя дочь лепит из влажного песка куличики, у меня есть муж, и флирт со мной не имеет смысла. Только вот сеньорой была Сабина. Анна к этому отношения не имела.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.