- -
- 100%
- +
– Ого! – кто-то засвистел из толпы.
Я автоматически приняла стойку – спина прямая, подбородок приподнят. Старые навыки проснулись мгновенно.
И мы полетели. Леня вел уверенно, его рука на моей спине направляла четко и сильно. Я ответила резким выпадом, юбка взметнулась, открывая ногу. Поворот – он перекрутил меня так, что волосы рассыпались по плечам, а в зале раздались аплодисменты. Нога к ноге – мы синхронно сделали медленное скольжение, почти касаясь губами друг друга.
– Боже, они профессионалы! – донеслось из толпы.
Краем глаза я заметила, что Дружинин замер с бокалом в руке, его взгляд прилип к нам, а Лола кусала губу, явно раздраженная, Лена ликовала в сторонке, подбадривая нас жестами.
– Готовься, – прошептал Леня и резко выбросил руку – я запрокинулась назад, почти касаясь пола волосами, а он замер надо мной, демонстрируя идеальный контроль.
Зал взорвался овациями.
Когда мы поднялись, запыхавшиеся и смеющиеся, я увидела Дружинина, который пробирался к нам сквозь толпу.
– Я поражен, – его голос звучал странно хрипло, – Не думал, что мои сотрудники обладают такими навыками.
– Спасибо, – я вытерла со лба капельку пота, чувствуя, как Леня бережно обнимает меня за талию.
– Босс, у нас множество талантов! – рассмеялся Леня, – Мы еще вас удивим, правда, Оль?
–Даже боюсь представить, на что вы способны. – пробормотал Дружинин.
– Владислав Степанович! Влад! – вдруг раздался капризный голос. Лола вцепилась ему в рукав. – Ты обещал мне шампанское! Я уже устала ждать… Хочу пить и хочу мужского внимания! И еще… мне нужно кое-что обсудить с тобой – это очень важно!
Он медленно обернулся к ней, потом снова посмотрел на меня.
– Да. Конечно. – Дружинин приобнял Лолу за плечи, – Пойдем к бару.
Когда они ушли, Леня рассмеялся.
– Ну что, Оль, похоже, мы кого-то раззадорили. – он хмыкнул, – Эта дива ревнует! Сто процентов! Зуб даю.
– Не смейся, – я стукнула его по плечу, но не могла сдержать улыбку, – И оставь свои зубы при себе, они еще пригодятся.
А в глубине души теплилось странное чувство…
Будто что-то важное только что началось. Мне было весело и… страшно, словно я каталась на американских горках.
Мы вышли из клуба в предрассветной дымке, когда город только начинал просыпаться. Леня, все еще под впечатлением от нашего танца, размахивал ключами от машины.
— Подвезти, Оль?
— Да , спасибо, – кивнула я, – Если тебе не трудно.
Я села в машину и пока Леня протирал ветровое стекло, заметила, как Дружинин открывал перед Лолой дверцу такси. Вот он наклонился и… она потянула его за руку, он засмеялся и… скользнул в салон…
Я устало прикрыла глаза. Вот и все. Новый день. Волшебная ночь осталась где-то позади.
Ты что-то себе придумала? Пора спускаться на землю…
Дорогие мои, не забудьте подписаться на автора и добавить книгу в библиотеку. И помните, что ваши звездочки согревают душу автора. Ваша Агата.
Глава 9. Оля
Дома было тихо. Я тихонько заглянула в мамину спальню – она спала. Вот и хорошо, не придется рассказывать о том, как прошла вечеринка. На счастье, сегодня у меня по графику было ночное дежурство, поэтому я спокойно приняла душ и улеглась в кровать. Заснуть не получалось – в голове прокручивались картинки вчерашнего вечера – Дружинин держит меня за руку, мы с ним танцуем и внутри у меня все замирает от восторга… Лола в блестящем платье – такая красивая и такая эффектная, вот уже она обнимает его и он смотрит на нее… Они уехали вместе, что потом было? Он проводил ее до дома или… Я перевернула подушку и закрыла глаза, хватит думать об этом наглом докторе и о красотке- певичке. Она звезда – далекая, прекрасная. такая притягательная… А ты, Оля? Кто ты? Девчонка – практикантка с заурядной внешностью, без особых талантов… Чем ты можешь привлечь такого мужчину, как этот Дружинин?
Наконец я задремала и мне снилось что-то страшное – я бежала от Лолы, а мои ноги не слушались и мне было жутко, потому что я слышала за спиной ее зловещий смех… Проснувшись, я не сразу поняла какой сейчас день и куда мне нужно бежать, но взглянув на часы, успокоилась – времени было достаточно.
Мама уже уехала и я не спеша пила чай, наслаждаясь одиночеством.
Завибрировал телефон – незнакомый номер. Я подумала, что могут звонить из отделения – вчера я добавила свой номер в график дежурств.
– Алло, Слушаю.
– Оля, добрый день. – голос вроде бы знакомый, но я не поняла, кто это, – Извините за беспокойство… Это Павел…вы помните?
– Здравствуйте, Павел! – улыбнулась я, – Надеюсь, что у вас все хорошо?
– Спасибо, все отлично. – рассмеялся Павел, – Решил сегодня вас найти, а мне сказали, что у вас выходной.
– Да. – кивнула я, – А… откуда у вас мой номер?
– Елена Николаевна сказала. – на секунду замялся Павел, – Только вы ее не ругайте – она не могла сопротивляться моему напору.
– Не буду ругать. – засмеялась я.
– Я хотел только спросить, вы когда будете в отделении?
– У меня сегодня ночное дежурство, – вздохнула я.
– О, – мне показалось, что Павел обрадовался, – Когда будет свободная минутка, заглянете ко мне в палату?
– У вас правда все нормально? – обеспокоенно спросила я, – Если что-то срочное, то не ждите…
– Не волнуйтесь. – перебил меня Павел, – Мне просто очень… очень нужна ваша консультация, понимаете?
– Хорошо. – кивнула я, – Зайду. А вы лечитесь и слушайте указаний врачей, договорились?
– Да, до вечера. – засмеялся Павел.
Смешной какой, я улыбнулась и пошла собираться на работу.
Приехала в больницу заранее, чтобы успеть проверить все назначения перед ночным дежурством. Коридоры были полупустыми - дневная смена заканчивала работу, а ночная только начинала.
Проверив пациентов и заполнив истории болезней, я наконец вспомнила о просьбе Павла.
Консультация, - усмехнулась я про себя, направляясь к его палате.
Когда я открыла дверь, то замерла на пороге. Вся палата была уставлена свечами – как он их вообще пронес?! На тумбочке красовался огромный букет алых роз. Сам Павел сидел на кровати в нарядной рубашке, явно ожидая моего визита.
– Ну что, доктор, как вам моя подготовка к выписке? - он широко улыбнулся, демонстрируя идеальные белые зубы.
Я осторожно переступила порог:
–Павел, вы понимаете, что свечи в больнице - это нарушение всех возможных правил?
Он сделал вид, что задумался:
–Ммм... Нет, не понимаю. Но зато я прекрасно понимаю, что эти цветы идеально подходят к твоим глазам.
Я покраснела. Он впервые обратился ко мне на "ты".
– Павел, мы с вами…
– Знаю, знаю, – он поднял руку, останавливая меня, – Доктор и пациент. Но я же скоро выписываюсь! – он встал и сделал несколько уверенных шагов в мою сторону. Его нога явно чувствовала себя лучше, – И тогда я уже не буду твоим пациентом.
Я отступила к двери, чувствуя, как учащается пульс:
–Это... мило с вашей стороны, но...
В этот момент дверь за моей спиной резко распахнулась, и я чуть не врезалась в чью-то грудь. Подняв голову, я увидела ледяной взгляд Дружинина.
– Доктор, - его голос звучал как удар хлыста, - Это, кажется, не ваш пациент?
Я открыла рот, чтобы ответить, но Павел уже весело заговорил:
– О, Владислав Степанович! Как раз вовремя! Вы можете быть свидетелем — я официально приглашаю Ольгу на ужин после моей выписки!
Дружинин медленно перевел взгляд с меня на Павла, затем снова на меня. В его глазах читалось что-то... опасное.
– Как трогательно, - произнес он с сарказмом. - Доктор Смирнова, ко мне в кабине. Сейчас же.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел.
Павел недоуменно поднял брови:
– Что с ним?
– Профессиональная этика, – пробормотала я, уже предчувствуя грозу. - Павел, уберите пожалуйста свечи, это действительно опасно. А насчет ужина...
– Я не отступлю, - улыбнулся он.
Кивнув, я поспешила за Дружининым, чувствуя, как Павел смотрит мне вслед.
Ну вот, теперь точно попадет... – пронеслось в голове, когда я шла по длинному коридору к кабинету Дружинина.
Но странное дело – несмотря на страх перед грядущим разговором, где-то глубоко внутри теплилось какое-то странное... ожидание.
А что, если он не просто злится из-за нарушения правил?
Глава 10. Оля
Дверь кабинета захлопнулась за нами с таким грохотом, что я вздрогнула. Дружинин не стал идти к столу — он развернулся ко мне, и пространство между нами вдруг стало обжигающе тесным.
– Объясни. Сейчас. – его голос был низким, почти беззвучным, но от этого мне стало еще страшнее, – Что это за спектакль сейчас был в палате у Кондратьева?
Я выпрямила спину, пытаясь скрыть дрожь в коленях:
– Никакого спектакля. Павел просто... благодарил за лечение.
– Благодарил? – Дружинин резко шагнул вперед. – Свечи? Розы? Это по твоему профессиональная благодарность?
– Я не просила его об этом! – выпалила я, чувствуя, как гнев пробивает страх, – А вы почему вообще следите за мной? Или вам просто нечем заняться, кроме как контролировать каждое мое движение?
Его глаза вспыхнули. Он был так близко, что я чувствовала тепло его дыхания:
– Ты сама напрашиваешься на контроль. Сначала корпоратив с твоими… выступлениями, теперь этот... футболист.
– А что вам до моего футболиста? – дерзко бросила я, сама удивляясь своей смелости, – Вы ревнуете, Владислав Степанович?
Стало тихо. Я видела, как сжались его челюсти — секунда, и его рука вцепилась мне в запястье.
– Ревную?!– он дернул меня к себе так резко, что я вскрикнула, – Ты хочешь знать, что я чувствую?
Его пальцы впились в мою кожу, но боль смешивалась с пьянящим адреналином.
– Да! Хочу! – выдохнула я, глядя ему прямо в глаза, – Или вы только умеете орать и хлопать дверьми?
Внезапно его губы накрыли мои – жестко, почти жестоко, без права на отказ. Это был не поцелуй, а захват. Я ответила с той же яростью, кусая его губу, пока не почувствовала вкус крови.
Он оторвался, дыхание сбитое:
– Довольна?
– Нет, – прошептала я, прижимая ладонь к его груди. – Потому что это не ревность. Это просто... злость.
Он притянул меня к себе, обхватив за плечи.
– Не учи меня чувствам, Оля. – Его голос стал густым и хриплым, – Ты играешь в опасные игры с двумя мужчинами сразу. Один из них сломает тебе сердце. Другой... – он провел большим пальцем по моей шее, – ...сломает тебя саму. Выбирай мудро.
В дверь постучали и Дружинин резко отвернулся, выпустив меня, будто обжегся.
– В чем дело? – его голос снова стал ледяным.
– Пациент в десятой, – громко выкрикнула дежурная сестра, – Ему очень плохо, скорее, пожалуйста!
– Иду. – Дружинин вышел из кабинета и поспешил в палату.
Поправив халат, я побежала за ним следом…
Я ворвалась в десятую палату , выбросив все из головы — и жар Дружинина на губах, и угрозу в его голосе, и восхищенный взгляд Павла. Здесь был человек, которому реально плохо. Пульс нитевидный, давление падает.
– Адреналин! Катетер! Быстро! — голос Дружинина прозвучал четко и властно.
Палата превратилась в эпицентр вселенной – мониторы пищали тревожно, медсестры суетились, а Дружинин, отбросив все личное, сфокусировался на пациенте с ледяной ясностью. Я бросилась помогать, автоматически выполняя его приказы:
– Венозный доступ!
– Готово! – мои пальцы уже накладывали жгут, когда он только произносил команду.
– Адреналин, 1 мг!
– Ввожу! – флакон щелкнул под моими быстрыми руками.
Наши взгляды встретились над телом мужчины. В его глазах — не злость, а концентрация. Вызов. "Справляешься?" — спрашивал этот взгляд. Я кивнула почти незаметно, впиваясь в монитор глазами.
Когда кризис миновал, Дружинин выпрямился, смахивая капли пота с виска тыльной стороной ладони:
– Стабилен. На ИВЛ, контроль каждые десять минут.
Медсестры задвигались вокруг аппаратуры. Он шагнул ко мне так близко, что его шепот был слышен только мне:
– Ты сегодня... была молодцом, доктор.
Его дыхание обожгло щеку. От неожиданной похвалы перехватило горло.
– Я…
— Молчи. – он резко отошел, повышая голос на всех:, – Разошлись! Работы хватает!
В дверях он обернулся, бросив последний приказ:
— Оля — в ординаторскую. Чай, десять минут отдыха. Ты дрожишь.
— Это адреналин, — пробормотала я, сжимая трясущиеся пальцы.
Его губы дрогнули в подобии улыбки:
— Знаю. Но пусть будет от работы, а не от... другого. Или не только от него.
Он ушел, оставив меня разгадывать двойной смысл фразы. Лена тут же пристроилась рядом, таща к ординаторской:
— Боже, я думала, он тебя сейчас прибьет на глазах у всех! А он... похвалил? Или это был сарказм?
Я смотрела на его удаляющуюся спину — широкие плечи под белым халатом, властная походка.
– Нет. Это было... искренне. – я пожала плечами, – Во всяком случае, я очень на это надеюсь.
Павел ждал у ординаторской, опираясь на костыль:
— Оля! Ты в порядке? Я слышал, тут ЧП… – Павел смотрел на меня с сочувствием, – Устала?
– Всё под контролем, — устало улыбнулась я.
– Значит, ужин всё ещё в силе? – его глаза светились надеждой.
За его спиной, в конце коридора, мелькнула знакомая фигура. Дружинин остановился, наблюдая. Не вмешиваясь. Просто... оценивая.
"Один сломает сердце. Другой — тебя..."
Я вздохнула, глядя на Павла:
— Да. В силе.
Когда он ушёл, довольный, Лена ахнула:
— Ты пойдешь с ним на свидание?!
Я посмотрела в пустой конец коридора, где только что стоял он.
– Посмотрим.-- вздохнула я, – Время покажет. Потому что выбор между "безопасным" и "опасным" – это не выбор. Это... вызов. И я была готова его принять.
Глава 11
Прошла неделя. Семь долгих дней, за которые Оля успела привыкнуть к странной пустоте. Дружинин словно растворился в больничных коридорах. Он появлялся внезапно – на обходах, на экстренных вызовах – резкий, профессиональный, безупречный. Но его взгляд скользил по ней, как по пустому месту, без тени того огня, что пылал в его кабинете. Ни упреков, ни ледяных приказов. Только дистанция. Холодная и непреодолимая.
Он избегает меня,– эта мысль жгла сильнее любой его ярости. Она пыталась заглушить ее работой, шутками с Леной, даже нарочитым вниманием к Павлу, чья нога заживала с футбольной скоростью.
И вот он, день выписки. Павел стоял перед ней, уже без повязки, в обычной одежде – джинсы, темная рубашка, подчеркивающая ширину плеч. Он казался другим – не пациентом, а уверенным мужчиной. Знаменитым. Притягательным.
– Оля. – тепло улыбнулся он, – Я свободен. И я помню твое обещание. Ужин? Сегодня? "Марчелли" в восемь? – он назвал название дорогого ресторана.
Оля посмотрела на него. Почему она должна отказываться? Хороший парень - любая девушка была счастлива составить ему компанию. И похоже, что она, действительно, ему нравится…
– Хорошо, Павел, – кивнула Оля, – Давай отметим твое выздоровление.
– Я заеду за тобой. – обрадовался Павел, – Скажешь адрес?
В голове у Оли мелькнула тень – широкие плечи во врачебном халате, жесткие губы, вкус крови в поцелуе. Пустота сжала горло.
– Ага, – Оля продиктовала адрес.
– До вечера. – он так радостно улыбнулся, что на мгновение ей стало легче. Может, это и есть правильный выбор? Простой. Ясный.
Вечером, перед зеркалом, она выбирала платье. Не то, волшебное, от Маринки, а простое черное, элегантное. "Мне не надо пытаться кого-то поразить", – думала она, нанося легкие духи. Я просто хочу приятно провести вечер.
"Марчелли" встретил их теплым светом свечей, ароматом свежего хлеба и дорогого вина.
– Ты потрясающе выглядишь, Оля. – Павел пододвинул стул.
Еда была вкусной, они весело болтали о разных пустяках, Павел рассказывал забавные истории из спортивной жизни, смешил, был внимателен. Он не скрывал своего интереса – его комплименты были простыми и искренними, его смех – заразительным. Оля ловила себя на мысли, что расслабляется. Это было... приятно. Безопасно. Как будто она сидела на теплом, солнечном берегу, а не балансировала на краю пропасти.
– Знаешь, Оля, – Павел налил ей еще вина, его пальцы будто случайно коснулись ее руки, – Я очень рад, что ты согласилась на это свида… на этот ужин.. И не только потому, что ты прекрасный врач. Ты... особенная.
Оля улыбнулась, чувствуя легкую краску на щеках. Она открыла рот, чтобы ответить что-то столь же теплое, как вдруг... замерла.
У входа в зал, окидывая пространство холодным, оценивающим взглядом, стоял Дружинин. Он был не один. Рядом с ним, ослепительно улыбалась Лола, на ней было шикарное платье с открытой спиной и туфли на высоченных каблуках. “Понятно, почему она ноги ломает, – пронеслось в голове у Оли, – На таких каблучищах скакать!”
Лола цепко держала Дружинина под руку, прижимаясь к его плечу. Певица. Звезда. Красавица из кошмара Олиного сна.
“ Но ведь хороша!” – Оля не могла не признать, что она безнадежно проигрывает этой светской львице…
Сердце Оли упало куда-то в пятки. Кровь отхлынула от лица. Она машинально отвела взгляд, уставившись в бокал с вином, которое вдруг стало казаться уксусом.
– Оля? Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Павел, следуя за ее взглядом. Он увидел Дружинина и Лолу. Его брови удивленно поползли вверх, – О, это же...
Дружинин заметил их. Его тяжелый взгляд скользнул по Оле в ее скромном черном платье, по Павлу, по их столику, заставленному бокалами и цветами, которые Павел заказал заранее. Ни тени удивления на его лице. Только... что-то жесткое.
Он что-то тихо сказал метрдотелю. Тот почтительно кивнул и повел его и Лолу не к свободным столикам в центре, а вглубь зала, в уединенную полукруглую нишу с красивым видом из окна.
Проходя мимо их стола, Лола бросила Оле мимолетный, снисходительно-любопытный взгляд знаменитости на никому неизвестную девчонку. Дружинин же смотрел прямо перед собой. Будто Оли и Павла вообще не существовало.
Оля сидела, сжимая ледяными пальцами край скатерти. Все тепло, вся легкость вечера испарились. Осталась только колючая, унизительная пустота. И осознание.
Он видел. Он видел ее здесь, с Павлом. И он с ней, с Лолой. И это значит, что…
– Оля, – голос Павла прервал ее мысли. Он смотрел на нее с тревогой и пониманием, – Прости. Тебе неприятно, что твой босс здесь? . Хочешь уйти?
Оля заставила себя поднять голову. Глаза Павла были теплыми и ласковыми.
Она глубоко вдохнула. Выбор. Прямо сейчас. Безопасный берег? Или пропасть, в которой он уже был с другой?
Оля положила свою холодную руку поверх его теплой Павла. Ее голос прозвучал тихо, но четко:
– Нет, Павел. Я не хочу уходить. А босс… Какое нам дело до него? – она на секунду запнулась, – Как и ему до нас, правда?
Павел молча кивнул и поднял бокал.
– За тебя, Оля.
Оля больше не смотрела в сторону ниши. Она смотрела на Павла. Улыбалась ему. Слушала его. Смеялась над его шутками, хотя смех давался с трудом. Она чувствовала на себе тяжелый, невидимый взгляд со стороны уединенного столик. Но она не оборачивалась.
Когда они доели десерт и Павел вызвался довезти ее домой, Оля встала. Только тогда она позволила себе бросить беглый взгляд в ту сторону. Лола что-то оживленно рассказывала, жестикулируя. Дружинин сидел напротив, откинувшись на спинку стула. Он не смотрел на Лолу. Его темные, неотрывные глаза были прикованы к Оле. В них не было ни злости, ни ревности. Было что-то другое. Глубокое. Оценивающее. Почти... уважительное. И в то же время – обещающее продолжение.
Оля быстро отвела взгляд. Сердце бешено колотилось. Пустота, что мучила ее всю неделю, вдруг заполнилась. Не теплом. А током высокого напряжения.
Выбор сделан? – пронеслось в голове, когда она шла к выходу под руку с Павлом.
Ответа не было. Только осознание что игра не закончена. Она только началась. И Дружинин явно не собирался сдавать позиции. Его молчаливое послание было ясно:"Ты выбрала безопасное? Отлично. Но помни – другой вкус ты уже пробовала. И он тебе понравился".
Глава 12. Лола
Лола проснулась в отвратительном настроении. У нее ныла нога, как всегда было после вечера, проведенного в неудобных туфлях на каблуках.
– Милочка, после вашей травмы, вам следует забыть о каблуках! – возмущался старенький доктор, к которому Лола приходила на консультации. Она не хотела обращаться к Дружинину – пусть думает о ней, как о женщине, а не как о пациентке.
– Доктор, я артистка, – взды
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.