Нилтон. Город тьмы

Глава 1

Я стояла посреди гостиной Фила и заметила, что у меня трясутся руки, закрыв глаза, я попыталась успокоится, но я не понимала, как это сделать. Открывая глаза, ресницы выпустили слёзы, которые я сразу же вытерла рукой, Эйприл не должна этого видеть, она не должна плакать так же, как и я.

Немного успокоившись я решила осмотреться. Дом у Фила был большой, и практически полностью белый, белая мебель, белые стены, и большие окна, что наполняли светом это уютное, но слишком тихое жилище, чего не скажешь о дворе, куда доносились звуки с его собственной столярной мастерской.

Фил, которого я знаю уже много лет, всегда был хорошим и добрым к нам, мне кажется немного странным то, что у него нет семьи, но когда-то, я что-то слышала о его первой жене, о том какие у них были проблемы, и о её болезни. Мне говорили, что он не был таким хорошим в молодости, именно поэтому, я и не рвалась к общению с ним, но оказалось, что в сложную минуту, всё хорошее, о чём говорил Райан сбылось, а вот все тёмные разговоры, оказались ничем иным, как банальной завистью. И в этот момент, я очень рада, что у нас есть такой друг, который не задумываясь решил нам помочь, и пустил нас в свой дом, и свою жизнь.

– Мам, а когда папа приедет. ― Маленькая Эйприл подбежала ко мне, как только увидела, что я уже положила трубку. Вытирая слёзы, я погладила её по голове, и молча посмотрела ей в глаза.

– Папа на роботе. ― Выдавила я из себя чтобы долго не молчать.

– Папа нашёл работу?

– Да, милая.

– А почему ты плачешь. ― Грустным голосом спрашивала она.

– Я радуюсь за отца, просто радуюсь.

– А когда он приедет?

– Завтра милая.

– Я хочу, чтобы папа приехал сегодня. ― Опустив голову тихо произнесла Эйприл.

– Ничего милая, папе нужно работать, мы же не будем ему мешать, правда?

Маленькая Эйприл молча стояла возле меня, я взяла её на руки, и что есть сил прижала к себе. Через мгновение, поцеловав ребёнка в щечку, я снова посмотрела ей в глаза:

– Пойдем на кухню, что-нибудь приготовим. ― Как можно теплее произнесла я, и мы пошли.

Глава 2

Я показал дом Люси и пошёл на чердак, где хранился пистолет, который я прикупил ещё тогда, когда открыл мастерскую, на всякий случай. Проходя мимо гор хлама, что собрались за мою долгую жизнь, я увидел ящик, который искал. Этот ящик был самым грязным, и неприметным среди всех, я спрятал его там, потому что не хотел, чтобы его кто-то нашёл кроме меня.

Разорвав отвратительную коробку, обмотанную скотчем, я неспешно достал свой старый пистолет. Вытянув его с полиэтилена, я взял его в руку чтобы вновь почувствовать тяжесть оружия. Я прицелился в одну сторону, потом в другую, спрятал его за пояс и выдохнул.

– Старый, я слишком старый для этого. ― Тихо промямлил я, после чего ушёл из чердака, и вышел на улицу.

Свежий воздух и привычные звуки, что наполняли двор, казалось отталкивали меня от восприятия ситуации. Стоя на улице, мне казалось, что то, о чём мне говорят нереально, ведь в этом тихом и спокойном мире, такого просто не может быть. Но правда заключается в том, что за этим тихим, и красивым миром, скрывается жестокий серийный убийца, которым и является жизнь, и, если ты хоть немного оступишься, она тут же поразит тебя, и оправится от этого удара будет очень непросто.

Немного успокоившись, я достал свой мобильный и очередной раз набрал Райана, к моему удивлению, он наконец-то взял трубку.

– Райан, слава богу! Я уже начал переживать.

– Извини Фил, я только что хотел тебе позвонить. Я говорил с Люси.

– Ты сказал ей о том, что не приедешь? А то я не стал говорить ей об этом, я подумал, что она тогда может и не поехать со мной.

– Это правда, я едва её успокоил, но она всё понимает. ― Он тяжело задышал в трубку, как будто очень занервничал.

– Всё в порядке Райан?

– Не совсем. У тебя есть оружие?

– Есть. ― Удивленно, но всё же с небольшой частью гордости ответил я.

– Значит слушай, сегодня я узнал нечто ужасное, по телефону я говорить не буду, мне надо собраться с мыслями…

– Ну, не томи! ― взволновано крикнул я.

– Держи оружие при себе, если что-то услышишь ночью, звони мне, потом шерифу.

– Это не связано с домом, верно?

– Да Фил, не связано, ― после минутной тишины он продолжил. ― Я буду ночевать у себя, по крайней мере попытаюсь. Я приеду к вам после обеда.

– А я надеялся, что в моём возрасте оружие мне не понадобится.

– Очень надеюсь, что так оно и будет. До завтра Фил, и спасибо.

– Пожалуйста, завтра увидимся, ― я положил трубку, и произнес. ― Надеюсь.

Глава 3

Узнав, что у семьи всё в порядке, и поговорив с Филом, я всё-таки сел в машину и направился в церковь. Последний раз я был в церкви, когда хоронили мать, я не знаю, как правильно исповедоваться, но я был уверен в том, что это мне нужно.

Погода как будто узнав о моих деяниях была не в духе. После утреннего солнца, сейчас всё небо было закрыто тёмными тучами, и пока я ехал, ни единый лучик света не пробился через этот могучий заслон. Иногда, я люблю говорить, что дождь, это слёзы неба, но сейчас не было слёз, была только ярость небес, гнев которых мне казалось спровоцировал я своими действиями. Всё это вылилось в сильный ветер и холод, холод, который казалось неестественно пронизывал насквозь, задерживаясь в теле. Минуту спустя, подъезжая к церкви я начал улыбаться:

– Ну да, а как же иначе. ― В голос произнес я. Возле церкви было поспокойней, и солнце всё-таки пробивалось к крестам через тёмные преграды неба.

Я вышел из машины и подошёл к дверям, на минутку я задумался, но потом переступил порог, и вошёл во внутрь. Пройдя несколько метров, я вдохнул воздух, который был пропитан, как мне казалось, тревогой. Церковь всегда умела создать небывалую атмосферу, которую сложно передать, и которую невозможно повторить. Множество икон и распятий, которыми была наполнена церковь, как будто кричали о том, что это святое место, но по правде говоря, я в это не верил.

В зале где проводились проповеди было пусто, лишь одна монашка ходила между рядами, и что-то раскладывала. Из внешнего вида того что я увидел, я догадался что это были некие буклеты. Я молча смотрел по сторонам как неопытный вор перед кражей, не зная к кому и как подойти. Наверное, моя дезориентация была очевидной, потому что, увидев меня, она сразу же бросила свою роботу, и подошла ко мне. Она стала недалеко и начала всматриваться, как будто пыталась узнать меня, хотя я был уверен в том, что мы не знакомы.

– Добрый день. ― Немного застенчиво произнес я, но она продолжала смотреть.

– Как похож.

– Что извините?

– Да нет, это вы меня извините, я Елена, сестра Елена.

– Очень приятно, я Райан. ― Немного удивленно произнес я.

Несмотря на то, что я редко бывал в церкви, я понимал, то как она общается со мной, не похоже на обыденный разговор.

– Смит? ― произнеся это она вопросительно с капелькой надежды посмотрела на меня.

– Да, Райан Смит, ― теперь уже я вопросительно смотрел на неё. ― А откуда вы знаете?

– Вы очень похожи на своего отца.

– Вы знали моего отца?

– Да, он был частым гостем.

Её слова меня ошеломили, наша семья не была верующей, хотя мы всё крещенные, но вместо того чтобы молится, мы предпочитали активные действия, поэтому мы очень редко посещали церковь.

– Тебе никто не поможет кроме тебя самого! ― так говорил мне отец, именно поэтому, то что он приходил сюда, меня так удивило.

– Давайте присядем, ― она указала рукой на лавочки где лежали только что разложены буклеты, улыбнулась, и пошла вслед за мной. ― И так. ― Продолжала она. ― Я вижу вы удивлены что он приходил в церковь.

– Да, я никогда не слышал, чтобы он говорил об этом. ― Может мы и не ладили друг с другом так как хотелось, но мы всегда говорили правду, и как бы там не было, после того как умерла моя мать, отец был единственной моей опорой, и мы говорили обо всём что нас беспокоит без любых колебаний.

– Вас не было.

– Простите?

– Он приходил, когда вы служили в армии. Ваш отец очень боялся за вас, и молился за то, чтобы вы вернулись домой.

Я посмотрел на неё, и сразу же отвернулся. Меня поглотили старые воспоминания, которые тоже, я уверен, повинны в том, что моя душа желает саморазрушения. Моя мать долго болела перед тем как умереть, это был тяжелый удар для нас с отцом. После похорон отец тоже начал чувствовать себя плохо, а я вместо того чтобы поддержать его, пошёл в армию, я считал, что армия отвлечет меня от потери, и может быть даже убережет от страшной картины угасания моего отца, который для меня всегда был олицетворением силы и мужества. Я понимал, что это неправильно, но также понимал то, что могу просто не выдержать зрелища, что меня ожидало. Отец понимал это, и поддерживал меня, он тоже не хотел, чтобы я видел его слабым и беспомощным. Все, даже Фил считали, что это он меня надоумил пойти туда, они думали, что он сделал это потому что и сам служил в армии, и он не стал этого отрицать. Но пока я служил, отец умер. Я приехал, когда его похоронили, так и не попрощавшись с ним. А потом всё закрутилось в таком темпе, что мысль об отце понемногу перестала меня тревожить, странные сны, встреча Люси, и куча проблем которые нужно решать, просто не оставляли мне времени для того, чтобы остановится и оглянуться назад, где куча ошибок и незаконченных дел.

– С вами всё хорошо? ― скорее всего она увидела на моём лице переживание, и решила нарушить молчание, которое, наверное, задержалось на дольше чем нужно. ― Вы побледнели. ― Продолжила она, положив руку мне на плечо.

– Всё нормально, ― ответил я, но она посмотрела своим понимающим пронзительным взглядом и улыбнулась. ― Я просто задумался. Так вы знали его лично?

– Я знаю всех, кто часто приходит сюда, а ваш отец сюда приходил практически каждый день.

– Каждый день?

– Недолго конечно, он был болен, но несколько месяцев он приходил и молился, иногда за упокой своей жены, но в основном за ваше здоровье, и за удачное возвращение домой. ― Она говорила, а я молчал, молчал и думал о том, что у Итана не было шанса выжить с таким другом как я, который не смог помочь даже самому родному человеку, и обрек его на одинокую и тяжелую смерть. ― Кстати отец Джон, которому исповедовался ваш отец здесь, если хотите можете поговорить с ним.

– Сестра Елена, мне тоже нужно исповедоваться, именно поэтому я и приехал.

– Это очень хорошо, каждый человек должен иногда очищать свою душу, а после, можете поговорить с ним об отце, он наверняка расскажет вам больше чем я.

– Боюсь сестра, что после моей исповеди он не захочет со мной говорить. ― Я утвердительно посмотрел на неё чтобы показать, что не шучу, а она в свою очередь не стала спрашивать, о чём идет речь.

– Я проведу. ― Тихо и монотонно произнесла она, и я пошёл за ней.

Через минуту я уже был возле деревянной конструкции, разделенной на две части, вход был закрыт темной занавесью, я посмотрел на сестру и выдавил из себя улыбку:

– Спасибо. ― Она улыбнулась и кивнула в ответ, я открыл ширму и зашёл во внутрь, когда я сел, деревянная заслонка что перегораживала окно между кабинками открылась. Несколько секунд пошло на то, чтобы обдумать свою речь, но всё-таки я начал так, как считал начинает каждый свою исповедь:

– Простите меня отец, ибо я грешен. ― После секунды молчания послышался низкий уверенный голос, что заставил меня посмотреть через окошко.

– Все мы грешны, ибо пороком поражены наши тёмные сердца. И только тот будет прощен, кто просит о прощении, кто признал свой грех, что только верой и мольбой может искупится, и признав свою слабость перед грехом, лишь Бог защитит и утешит, услышав мольбы наши.

После этих слов мне стало немного не по себе, я не ждал такого длинного ответа, что в свою очередь является и учением, и предупреждением.

– Я не знаю с чего начать. ― Пустым голосом выдавил я.

– Говори то, что у тебя на душе сын мой.

– Наверное вы не поверите мне, ― я немного засмеялся и продолжил. ― Вы наверняка сочтете меня за безумца, но…

Я услышал, как заскрипел его стул, как будто он поднялся, когда я посмотрел в окошко, то увидел, что он смотрел на меня. Через несколько секунд, он сел так как раньше и заговорил:

– Я не вижу безумия в твоих глазах. Это растерянность, страх, но не безумие.

Не зная, что сказать я ответил:

– Спасибо.

– Говори сын мой, говори.

Глава 4

Пустой дом непривычно вздрагивает от чужих голосов, и тёплого дыхания, что наполнило его спокойствием. Светлые стены, которые долгие годы пожирали малейшие колебания воздуха своим молчанием отступили, и жизнь снова вернулась в это унылое место. Конечно меня не радует то, почему они приехали ко мне, но как мне может не нравится тот факт, что они здесь, ведь одиночество в любом его обличье убивает желание жить, и когда казалось, что мне уже никто не нужен, они ворвались в мою жизнь в поисках помощи, не понимая, что в то же время, принесли помощь мне.

Сегодня будет самая долгая ночь в моей жизни, но я должен её пережить. Хотя с другой стороны это не главное, главное, чтобы Эйприл и Люси были в безопасности. Голос Райана меня немного встревожил, и его разговор об оружии не радовал, но с другой стороны нужно быть готовым к любой ситуации, и то что мы с ним обговорили и такой вариант, было правильным и логичным решением. И нет ничего плохого в том, чтобы волноваться, главное, чтобы это волнение не влияло на скорость, и верность моих решений.

У меня нет детей, и мне уже не познать радости отцовской любви, но я всем сердцем боюсь за хоть и чужих, но всё-таки близких мне людей. После смерти Эдварда, отца Райана, мы перестали общаться так как раньше, и при встрече, мы всё время вспоминали покойного. Конечно у нас в обоих было много проблем, и через это мы не могли видится часто, но то, что, видя друг друга мы вспоминали Эдварда, было непреодолимым препятствием, потому что, ни он, ни я, до сих пор не верим, что такой сильный и волевой человек как он, покинул этот мир в таком раннем возрасте. Но это в прошлом, теперь нас ждёт новое испытание, и получилось так, что мы опять должны пережить его вместе.

Я захожу на кухню и вижу весёлую Эйприл что бегает вокруг своей матери. В своих маленьких ручках она держала куклу, и всё время что-то пела, в этот момент я подумал, что если и есть вещи за которые следует умирать, то это одна из них.

– Я вижу Эйприл освоилась. ― Нелепо произнес я, чтобы разрядить обстановку.

– Конечно освоилась. Да милая? ― она посмотрела на девочку, которая увидев меня немного смутилась, и погладила её по голове. ― Садись Фил, сейчас будем кушать.

Я сел за стол, и посмотрел на Люси, потом перевел взгляд на Эйприл, которая ещё немного стеснялась, это семья, и, хотя они мне неродные, теперь они навсегда останутся моей семьей, а семью, никогда не бросают, никогда.

Глава 5

Я говорил и не мог остановится, святой отец молча слушал мою взволнованную речь, которая то успокаивалась, то дополнялась гневом и отчаянием. Рассказывая все без остатка, я говорил о своём отце, о случаи в армии, и о том, что произошло в спальни моего ребёнка. Хотя я был уверен в том, что мои слова пролетают мимо его внимание, которое, наверное, за долгие годы научилось распознавать реальные проблемы, в которых можно помочь, от безумных рассказов в которых рассказчик не искал совета, а просто хотел высказаться. Я всё-таки ждал какого-то слова, которое сможет если не помочь, то хотя бы заверить меня в том, что всё ещё может наладится. Закончив свой рассказ, я дышал так, как будто пробежал несколько километров. Молча сидя на своем месте я на секунду задумался не о том, что он мне посоветует, а о том, какое впечатление произвел на него мой рассказ.

– Ты должен раскаяться сын мой, ― заговорил он. ― Без раскаяния не будет прощения. Ты должен молится, и привести сюда завтра свою семью. Мы помолимся Богу чтобы злые сущности отстали от невинного ребёнка.

– Да, конечно, спасибо. ― Я не думал, что реакция будет такой спокойной, но с другой стороны, наверное, это означало что мои слова не воспринимались всерьёз, хотя я этого и не ждал.