Погоня за инопланетянами. Новелла IV - уфологическая. О Касте блуждающих во времени

- … и ты Вилли выехал его караулить? – с хитринкой в голосе спросил Петр Сергеевич.

- Так точно, сэр. – скромно ответил фермер.

- … и для этого ты прихватил с собой ружьё заряженное дробью?

Фермер замолчал, понимая, что догадливый француз всё понял.

- … и сколько ты сбил из своей винтовки метеозондов? – строго спросил Пётр Сергеевич.

- Нисколько. Я собирался это сделать сегодня. Клянусь, все остальные я нашёл!

- Не клянись. – строго произнёс Пётр Сергеевич.

- Они сами падали! Раз в месяц какой-нибудь да сбивался ветром и падал…

Пётр Сергеевич посмотрел на Артура и произнёс:

- Рядовой, сходите, посмотрите, всё ли в порядке с грузовиком нашего друга на дороге. И успокойте лошадей, я слышу с их стороны ржание.

- Есть, сэр! – отдал честь Артур и спрыгнул вниз.

Пётр Сергеевич остался один на один с фермером и страстно заговорил.

- Какой зонд сегодня по твоим расчётам появиться в небе?

- За 250 баксов.

Пётр Сергеевич не ответил, а внимательно смотрел на фермера. Опустив глаза, фермер молчал, что-то соображая. Пётр Сергеевич продолжил язвительно:

- Не мало, правда, получить 250 баксов за то, чтобы собрать кучу тряпок с земли и погрузив их в кузов отвезти на десять миль к югу, а там передать дежурному на проходных авиабазы. Они сразу деньги дают?

- Нет, приходится заходить внутрь каптёрки и ждать более двух часов, а потом ещё расписываться в куче бумаг. Да и ещё… заявление заполнять с указом места, где найден был зонд… Сэр… 50 долларов вас устроит?

- Нас двое. Семьдесят, Вилли. Надо дать парню на пиво и девчонок.

- Согласен, сэр.

- Договорились.

Они пожали друг другу руки.

- Надо перегнать грузовик к самолёту поближе. – произнёс фермер.

На горизонте бесшумно, но сильно всполохнуло небо. Гроза шла в самом разгаре. Урчание дошло не сразу.

* * *

Три бинокля продолжали следить за южным окоёмом. Фермер перегнал грузовик поближе к самолёту и теперь стоял в кузове, локтями опёршись на кабину, облупленную от краски, но заботливо загрунтованную и ошкуренную на этих светлых заплатах. Покрасить кабину почему-то фермер не удосужился, оставив приметы ремонта. Но большую белую звезду на двери он подкрашивал, это было видно, как и американский флажок ближе к зеркалу заднего вида. Может быть его лень покрасить продиктовано желанием продемонстрировать участие грузовика в военных событиях. Часть заплат вполне могли скрывать не только облупленность краски, но и пулевые отверстия. «Додж» Вили Брайзера, видимо достался ему от тех распродаж, что иногда производили военные, списывая свою старую технику в утиль.

- Джентльмены, мне кажется, ветер немного сменился. Фронт грозы проходит стороной. - произнёс владелец грузовика.

Будто ответом на его слова поднялся ветер. Зашлёпали капли дождя. Пётр Сергеевич передал дождевой военный плащ-пончо Артуру и сам принялся одевать такой же поверх одежды. Их дождевики и дождевик фермера также не имели отличия. Фермерский пончо был несколько выцветшим. У кастоньеров – новенькие, со складками от хранения, вынутые прямо сейчас из уставного набора военных лётчиков.

Под напором ветра бурьян по всей прерии пошёл перекатывать волнами. Гроза полыхнула очень близко. Артур, не успел досчитать до пяти, как докатился звук раската. Дождь усилился, капли зашлёпали интенсивнее. Колпак самолёта немедля забрызгало. Заволновались лошади. Стало шумно.

- Предлагаю Вам пересесть в кабину «Доджа»! – прокричал фермер.

- О’кей! – крикнул ему в ответ Пётр Сергеевич и показал Артуру жестом выбираться наружу. Пётр Сергеевич запер колпак на ключ, и они пересели втроём в кабину. «Додж» внутри оказался вместительным. Кроме передних сидений у него был и второй ряд с укороченной спинкой, почти лавочкой. Туда, разместив себя по диагонали, забрался Артур. На передние сиденья сели старшие.

Фермер включил двигатель. Заскрипели по стеклу дворники. Горизонт с чёрной тучей предстал через переднее стекло чётко, ясно, изображением широкоэкранной развёртки 16 на 9.… Фермер щёлкнул клавишу на панеле и принялся мусолить радио. Сквозь шипение длинных волн и барабана дождя по кабине, заиграли звуки джаза. Стало уютно. Звучала песня из кинофильма «Девушка моей мечты». Узнав её, Пётр Сергеевич, заметил:

- Кстати, эта музыка из любимого кинофильма Гитлера!

- Ну и что! – напористо отозвался фермер и сделал радио погромче.

Шла самая известная песня из кинофильма в исполнении дуэта Рёкки и Шурике «Ich warte auf dich». – Ну и что! – вновь повторил Вили не в силах оторвать слух от мелодии оркестра. – Сейчас пойдёт степ на зеркальном полу… Вот он… Тук-тук-тук! Это великолепно! – восхищался фермер. – Как цокают её каблучки! Какая женщина!

Вили стал ощупывать карманы и выудил помятую пачку сигарет «Кэмэл». Одну из них он привычным движением закинул в рот. Пётр Сергеевич чикнул спичкой. Фермер смачно затянулся и поворотной ручкой на двери Доджа приоткрыл форточку.

- Ты же бросил курить? – улыбаясь, произнёс Пётр Сергеевич.

- Бросил, – уверенным тоном подтвердил Брейзил. – Бросил курить регулярно. А так, раз в день, в моменты волнения или отдыха, почему нет?

- Понятно! Я придерживаюсь того же принципа… - и Пётр Сергеевич от этой же спички возбудил огонёк в своём чубуке. На его плече вдруг появился бинокль. Артур смотрел через его плечо на горизонт.

- Летит! – вскрикнул он.

Шурша дождевиками фермер и Пётр Сергеевич разоблачили от коробов свои морские дальнозоры и разом подняли их, вглядываясь через мельтешение скользящего по стеклу дворника машины.

- Вот это зрение у тебя сынок! – через несколько секунд произнёс фермер.

Далеко, на высоте, на фоне чёрных туч показалась сильно вытянутая каплевидная форма белого воздушного шара метеозонда.

- Так, ребята… джентльмены, спокойно, стреляю я. Сынок, патроны. – резко произнёс фермер.

Артур принялся быстро вынимать из нагрудных карманов медные гильзы. Фермер щёлкал затвором. – Сэр, Питер! Перед тобой машинный бардачок, там коробка с остальными патронами, достаньте и её на всякий случай.

Петр Сергеевич без рассуждений открыл дверцу и вынул вскрытую пачку патрон.

- Держи у себя, в кармане пончо! – приказал фермер и, глянув через бинокль в сторону метеозонда, добавил - Приближается! Выходим наружу. Я в кузов. С крыши удобней метить.

Молча, как солдаты выполняющие приказ в экстремальной обстановке, они все разом покинули машину, громко хлопая дверьми.

- На лошадях из вас кто-нибудь умеет ездить? – коротко спросил фермер.

- Оба умеем.

- Отвяжите. Вдруг грузовик завязнет в прерии. Пока держите под уздцы. Одна лошадь не сёдлана. Справитесь?

- Я умею. – отозвался Артур.

- О’кеу. – ответил фермер.

Пётр Сергеевич метнул взгляд на Артура. Юноша мгновенно оказался у животных и уже отвязывал их от кузова.

Метеозонд, издали казалось, стелил по земле, поднимаясь медленно вверх. Его немного вело ветром к западу. Но всё равно он становился всё ближе и ближе. До него оставалось не больше километра.

Дождь перешёл в фазу мелкой брызгалки, скорее похожую на автоматический газонный распылитель и особенно не мешал метиться. От влаги фермер лишь облизывал губы и иногда протирал лицо сырым платком. На его носу повисла капля. Зонд приближался, оставалось метров пятьсот…

Тучи окончательно затемнили итак полусерое темнеющее вечернее небо. Объект, находясь на высоте, ещё попадал под свет окоёма и ясно светился впереди.

- Бей выше! – не выдержал Пётр Сергеевич.

- Знаю. – ревниво отреагировал фермер.

Он застыл. Капля на кончике носа продолжала висеть.

До метеозонда осталось меньше 200 метров.

Фермер нажал спусковой крючок винтовки. Ружьё с дымом и сильной отдачей бабахнуло. Фермер мгновенно перезарядил и вновь произвёл выстрел.

- Рано же! – крикнул Пётр Сергеевич.

- Знаю! Я пристреляться. – произнёс фермер и шмыгнув носом, утёрся и повернувшись к напряжённым лицам Артура и Петра Сергеевича весело подмигнул.

Пётр Сергеевич, не разделяя оптимизма неуверенно, произнёс:

- А вдруг кто услышит?

- Здесь никого нет! – продолжая улыбаться, ответил Вил и вновь прильнул к мушке.

Наконец зонд приблизился к ним на предельно близкое расстояние. Далее он уже начинал удаляться. Сейчас же он проходил стороной, но почти над головами охотников за ним.

Фермер куражился, стреляя и с кабины, и стоя, патронов не жалел. Наконец все зафиксировали попадание. И радостно воскликнули, почти хором:

- Попал!

Было ясно видно, что полотнище воздушного шара колыхнулось, несколько разорвалось, обнажив свою блестящую никелированную внутренность шара. Метеозонд явно пошёл вниз.

- Всё. – глядя на верх с прищуром произнёс фермер, осталось проследовать за его местом падения и… 250 баксов в кармане.

- Поможете ребята?

- Естественно. – сказал Пётр Сергеевич. – Мы теперь с тобой.

Петр Сергеевич и Артур расселись по коням, а фермер поехал на грузовике. Скакать по мокрой прерии быстро не удавалось. Лошади скользили с опасностью сломать ногу. Но фермер, пользуясь вездеходностью своего Доджа, нетерпеливо вырвался вперёд и сквозь бурьяны устремился за добычей. Вскоре он скрылся за бугром, оставив от себя лишь грязевой след и сизый выхлопной дым с запахом сгоревшей масляной отработки бензинового двигателя. В контрасте с благоуханием трав прерии его гарь воспринималась особенно противно. Метеозонд также исчез из виду, опустившись низко над землёй.

- Не торопись, Артур. Пускай первый насладится находкой… - меланхолично сказал Пётр Сергеевич.

- Да уж, я такого оборота не ожидал! Получается, что он не только нашёл метеозонд, он его ещё сам сбил! – Артур говоря это, переходил на хохот.

- Ну, убедился? – Пётр Сергеевич очень неспешно пустил лошадь, Артур свою так же не торопил.

- Да, убедился.

- И где здесь НЛО? Видимо он повстречал газетчика и они решили подзаработать, выдавая остатки метеозонда за обломки неизвестного аппарата. Дальше будем расследовать или «посмотрим» всё до конца, до получения долларов. Мне что-то совсем не хочется обирать беднягу.

- Ну, пап! Давай ещё немного… Хотя бы поможем ему погрузить воздушный шар в кузов…

На этих словах у обоих кастаньеров буквально вспыхнули затылки, словно объятые пламенем. Но не пламя стало причиной ощущения. Звук, на пределе басов и высоких свистящих резко появился со спины и нечто дерзко, резко, очень низко прошло над их головами с неимоверной скоростью. Пилотка и фуражка от поднятых завихрений в воздухе мигом сдуло. Инстинктивно и запоздало оба, и отец и сын, пригнулись, едва успев поймать головные уборы. Некая огромная тень ушла вперед за пригорок, где должен был спускаться зонд, а фермер спешить к своим долларам по мокрой прерии.

Звук прошёл так мощно, оглушил обоих кастаньеров, и младшего, и старшего, а лошади присели, заволновались, хаотично поворачиваться уходя от попыток усмирения вожжами.

Звук, удаляясь и стихая, вдруг превратился в грандиозный взрыв, осветивший небо на мгновение до дневного состояния и немедля наступила тишина. Полуоглохший Артур вскрикнул:

- Папа, что это?

- Похоже что… - Пётр Сергеевич не стал объяснять, а поддал лошадь пятками и крикнул, так же прибывая в полуоглохшем состоянии:

- Аккуратно выезжаем из низины осмотреться.

Они, успокоив кое-как лошадей, неспешно стали подниматься по склону. Горизонт впереди открывался всё более на дальнее расстояние и наконец они напрямую увидели свет. Где-то в километре от них на земле был пожар или кто-то разжёг большущий костёр. От этого огня отделились фонари и заскользили по земле.

- Это фары грузовика. Похоже, наш фермер возвращается к нам. Давай зажжём карманники.

Они включили штатные фонари, висевшие у них на куртаках и тронули лошадей навстречу приближающемуся Доджу. Послышался звук двигателя. Фермер истерично газовал, рулил небрежно, так что машину сильно подбрасывало, вместе с кабиной подбрасывало и лучи фар.

Пётр Сергеевич, глядя на приближения Доджа вдруг процитировал по-русски:

- Шла машина тёмным лесом, за каким-то интересом…

Артур улыбнулся.

- Расслабься Арти, - сказал дружелюбно Пётр Сергеевич, над нами прошло не НЛО.

- А что?

- Сейчас узнаем. Я по звуку двигателей узнал. Это земной аппарат. Но для 47 года новинка.

Грузовик с разворотом затормозил близко к лошадям. Фары осветили бока лошадей и берцы седоков. Всадники загородились ладонями от ослепляющего света.

- Питер, Ар, там ещё кое-что есть… - Вили был весь бледный и явно чем-то сильно напуган.

- Успокойся Вил, что там? – с тревогой спросил Пётр Сергеевич.

- Видимо эта штука дала такой взрыв… - продолжал напуганный фермер. У него зуб-на-зуб не попадал.

- Что там? – почти в голос спросили отец с сыном.

- Некое устройство, летательный аппарат. Я его толком не разглядел, меня очень напугал его пилот, вывалившийся из колпака. У него зелёная кожа, он без носа, как слон с чёрными выпученными глазами. Ростом, как ребёнок…

Пётр Сергеевич и Артур переглянулись.

- Пилот жив? – спросил на ходу Пётр Сергеевич, разворачивая лошадь.

- Нет, мёртвый, вывалился на землю… Очень страшно!

- Нос у пилота оторвало что-ли? – вскрикнул Пётр Сергеевич.

- Нет, его вовсе нет, просто заглаженная выпуклость. Это не человек…

* * *

Страх невольно пробежал и по лицам Петра Андреевича и Артура.

Артур снял с кармана фонарик для более основательного освещения дороге и они оседло тронулись за урчащим грузовиком. Лошади, видимо привыкшие к запаху выхлопного газа Доджа шли за ним, как за родным.

Вскоре грузовик минул пригорок и вывел их на открытую часть прерии. Фермер мотор не заглушил, оставил работать, как и фары. Кастоньеры так же спрыгнули наземь и, присоединившись к фермеру, пошли за его долговязым силуэтом к источнику света большого костра мерцающего за грузовиком и бурьяном.

Место падения метеозонда не горело. Горела трава вокруг него. Огонь выжег вокруг, но белесые тряпки зонда не затронул, как и то, огромное, что ими частично укрывалось, а также торчало огромными рогами из-под земли. Словно рогатый шлем был основательно вкопан в почву. Впрочем «рога» не были обычными. В других обстоятельствах Артур бы назвал аппарат «самолётом Бэтмена». Пилот, действительно был небольшого роста. Его пучеглазая фигура, повисла на ременных стропах, не дававших ей полностью выпасть из кабины.

Троица остановилась метрах в пяти от дымящегося травяного прогара. Под воздействием моросящей дождевой влаги прогар шёл одновременно и паром.

Пётр Сергеевич поспешил к пилоту и вдруг остановился в трёх шагах от «инопланетянина» и бегло посветив фонарём, отступил.

- Чего? – спросил Артур.

- Он мёртв, голова «отвинтилась» - сказал Пётр Сергеевич и оборотился к фермеру:

- Вили, давай заберём зонд. Кто его знает, что это за штука. Может это военный секрет такого масштаба, что всех кто его узнают, расстреливают.

- Вы уверены, что это человек? – спросил Брейзер.

- Не хочу выяснять…

- Может это коммунист? – показал на «безносого» фермер. – А если это из США, почему нет наших звёзд.

Очень неохотно, почти выдавливая из себя, Пётр Сергеевич произнёс:

- Возможно это опытный образец, а их не всегда помечают символикой.

Неохотность отвечать на вопросы фермера, - старая привычка Петра Сергеевича, сохранилась со времён, когда он был ещё убеждённым «бредбэристом» - так он себя называл. По мере изучения времени, как феномена бытия, его вера в «эффект бабочки» исчез. Но всё равно принцип не свободно, а осторожно делиться даже мыслями с простолюдинами, (так называл он всех, кто не умел путешествовать во времени), оставался.

* * *

Артур помогал Вили собирать тряпки и брезентовые фалы метеозонда в кузов Доджа. Спешили, оглядывались, валили всё в кучу. «Потом разберёмся»...

Шёлковая рубашка аэростата сильно изодралась о кустарник, само же устройство, которое переносилось на воздушном шаре, имело вид коробки из блестящей фольги с подвешенной внизу полукруглой антенной.

Фермер заботливо отнёс коробку в кабину грузовика. Казавшийся с земли малюсеньким, груз воздушного шара занял почти всё заднее сиденье. Во время укладки в кузов, в шёлковых грязных тряпках прощупалась оболочка самого шара, резинового болона с газом.

Артур рванул шёлк, чтобы посмотреть баллон. От взрыва его сильно порвало, поэтому разобрать что-где не представлялось возможным. Вили Брейзел же удивился тому, что внутри болон был сделан из «зеркальной бумаги», так он выразился.

Петра Сергеевича ничего не радовало.

Он встал на возвышении. Ночная мгла окончательно спустилась над прерией. Учёный оглядывал тёмную прерию по сторонам. На все 360 градусов было темно. Моросил мельчайший дождичек.

- Давай ребята, побыстрей. Нас здесь не должно быть. – хмуро наконец произнёс Пётр Сергеевич.

* * *

После погрузки коробки с датчиками Вили подошёл перекурить, вытерев руки о тряпку, подкурил от трубки полусырую скрюченную сигаретку, и весомо произнёс:

- Главное это приборная коробка. Она почти целая. Можем отчаливать. Коробка небольшая. 250 долларов могут и не дать… Я о вашей доли.

- Забудь Вили, я пошутил…

Фермер заулыбался.

- Подумай, как можно заработать вот на этом. – Пётр Сергеевич указывал на аппарат с погибшим пилотом.

- Уже подумал. – Ответил фермер. – У меня есть сосед. У него друг газетчик. Пока военные не оцепили здесь всё, съежу-ка я к нему… - и фермер заговорщицки подмигнул.

- А вы ребята тоже странные… - продолжил Вили. – Часом Артур не твой сын?

Петр Сергеевич не ответил…

* * *

Рано утром, едва раскалённый глаз раздул из-за окоёма первый красный уголёк, «охотники за метеозондами» выкатили самолёт на шоссе.

День второго июля обещался быть жарким. «Уголёк» уже ощутимо шпарил теплом, лишь попадая на кожу. Становилось светлее.

Когда Дуглас поднимался в воздух и давал прощальный круг над шоссе, Вили стоя возле грузовика, поднял над головой ружьё в знак дружеского прощания.

- Хороший мужик! – крикнул в шлемофон Артур. – Жаль, что инопланетян не встретили.

- А он нас раскусил. – Ответил отец.

- Как это?

- Он понял, что ты мой сын, а это главное…

- Но он же не понял, что мы из другого времени? Что мы не американцы…

- Это такие мелочи в сравнении с родовой принадлежностью. Он понял самое ключевое. Деревня деревней, и пускай он никогда не видел кислородной маски лётчика высотника и не знает, что лётчики испытатели набираются из числа малорослых юношей, но глаз острый… - Пётр Сергеевич выровнял самолёт и поддал газу.

- Ты чего, пап. – прижатый тягой скорости к спинке турельного креслица вскрикнул Артур.

- Войдём в туннель времени на предельной высоте, за три тысячи над землёй. В доисторическом времени выход безопасен, а здесь вход. Облаков-то совсем нет. Наверняка, наш фермер следит за нашей «мухой» через свой флотский бинокль.

- Понял.

- Подходим ко входу! – предупредил Пётр Сергеевич.

Дуглас стал обтекать сиреневыми всполохами. Пётр Сергеевич выжал газ до предела и крикнул:

- Кулон держишь в руке?

- Да, пап!

- Плотно ли он прижат к ладони?

- Да, пап!

- Плотно ли замкнут колпак турели?

- Да, пап!

- Ну, с Богом, сынок!

На мгновение звук мотора захлебнулся и наступила полнейшая тишина. Заложило уши. Но тут, же звук ворвался вновь, задрыгался на ушных перепонках, перешёл в басы, словно мотор байкера и выровнял ритм. Ушная перепонки задрожали с лёгкой болью, там-там мотора стал отдаваться в груди. Сиреневое свечение погасло и вместо голубого неба появилось туманно-серое небо доисторического периода.

Мотор взбрыкнул и, что есть мочи, радостно зажужжал, будто живой встретился с привычной ему родной средой. Пётр Сергеевич сбросил газ, и Дуглас в свободном полёте стал парить, возлегая крыльями на более плотную атмосферу иного исторического периода планеты.

Внизу, сквозь лёгкую дымку виднелась бордово-серая и ярко красная поверхность планеты. В доисторическом периоде почти все растения были свекольно красного цвета.

- Всё, вот мы и дома. Уф! – сказал Пётр Сергеевич и, стянув шлемофон вытер вспотевший лоб.

В наушниках послышался голос Артура.

- Ты мне пап так и не дорассказал, как мы переходим во времени самолётом и другой техникой. У техники же нет крови, а мы находимся внутри?

- Я вставил наши чёрные камни в крайние точки общего гизмо самолёта. Слово «гизмо» тебе понятно?

- Да, у нас в 3d есть такой термин. Гизмо - это вспомогательный примитив, в который вписывается объёмный силуэт предмета.

- Можно и так сказать…

Неожиданно для обоих собеседников самолёт тряхнуло и он, булькая двигателем, скосился на бок.

- Что это? - Пётр Сергеевич пытался восстановить равновесие.

- Нас атакует птеродактиль! – заорал Артур. – Твою ж мать! Это Коцотель! (правильно Кетцалькоатль)!

Юноша попытался стрельнуть из пулемёта, чтобы отпугнуть чудовище, но у пулемёта даже не была протянута лента.

- Где он? – закричал Пётр Сергеевич, осматривая вокруг себя небо.

-Ушёл под правое крыло, он почти под нами. – завопил Артур.

- Вижу! Ухожу влево, стреляй сынок.

Почувствовался толчок. Птеродактиль атаковал снизу. Ударил клювом бронированное пузо Дугласа. Самолёт вновь дёрнуло, но Пётр Сергеевич удержал его и лёг на крыло, на реверсе уходя вверх и влево.

- Стреляй! Отгони гадину, он может сбить нас! Крыло откусит!

Птеродактиль в раскраске идентичный обычному индюку с птицефермы XXI века, шёл параллельным курсом, глядя глазом морской чайки на неведомого ему небесного конкурента в виде самолёта. Слизистый глаз окружала пупырчатая, потрескавшаяся выбеленная кожа. Доисторический монстр размерами превосходил самолёт почти в полтора раза!

Артур откинул колпак и, достав револьвер, произвёл три выстрела. На фоне шума двигателя и ветра, звуки выстрелов показались пистонными щелчками. Но видимо некоторые пульки достали крыльев и, недовольно гаркнув, птерозавр ушёл вниз и сторону, отдалившись на дальность, недосягаемую для пуль.

Артур задвинул колпак и принялся выуживать из патронного ящика ленту, спеша заправить её в пулемёт.

- Отстал? – раздался вопрос Петра Сергеевича в шлемофоне.

Артур оттянул затвор и стал озираться. В туманном небе плохо просматривалась даль. Ничего не было видно.

- Пока не вижу.

- Я спускаюсь. – сообщил отец.

Когда они уже были в метрах двести над землёй. В бинокль Артур углядел на высоте крылатую тёмную точку. О чём и сообщил отцу. Пётр Сергеевич ответил:

- О нападении птерозавра матери ни слово!

- Сэр, да, сэр! – ответил Артур… - у него ещё сохранялись тремор в руках и щетинистый затылок проблёскивал от пота. Пилотка на краях промокла насквозь.

ДОИСТОРИЧЕСКИЙ ПЕРИОД.

ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕЙ АНГЛИИ.

ДОМ СТОУНЖЕНДЖ СЕМЬИ КУСТЕНИННОВЫХ.

- Гавр ушёл сегодня. Без него как-то скучно стало. Я привык уже видеть его на горизонте. – сказала Артур глядя из панорамного на сентябрьскую даль степи из окна столовой. – Пап, а вы Гавра в честь Гаврилы-диплодока назвали?

За обеденным столом сидели Галина Владимировна, Пётр Сергеевич и Анна, их старшая дочь. К тому времени ей исполнилось шестнадцать лет.

На слова Артура родители засмеялись.

Галина Владимировна ответила:

- Ровно наоборот, Артурчик. Этот динозавр впервые появился в наших краях в год рождения Мишки и Гавра. Ты не помнишь?