Вращение Земли. Избранные стихи
- -
- 100%
- +
Рыцарь бедный
Жил на свете рыцарь бедный,Молчаливый и простой,С виду сумрачный и бледный,Страшной мыслью занятой.Он имел в ночи виденье —И, щитом закрывши грудь,Сквозь века, сквозь поколеньяПоскакал в бессмертный путь.Весь в крови, густой, невинной,Хитрым ворогам назло,По равнинам ПалестиныМчался с саблей наголо.Неподкупный, бледный, юный,Веря строгим небесам,Он сжигал Джордано БруноИ сгорал с ним рядом сам.Чтоб народ страною правил,Чтоб весь год цвели поля,Штурм Бастилии возглавил,Обезглавил короля.Видя в небе Божьи знаки,Алый свет издалека,Нёсся в газовой атакеВпереди всего полка.Бедный, бледный, бестелесный,Отпускал ворам грехи,Под бомбёжками пел песни,Декламировал стихи.На весь мир горланил речи,В чёрной мгле искал путей,Строил газовые печи,Жёг в них старцев и детей.Звонко распевая песню,Голову совал в петлю,Веря, что вот-вот воскреснетИ продлит судьбу свою.Жил на свете рыцарь бедный,Умирал и воскресал.Алым светом – всепобедным —След сапог его сиял.В диком упоенье боя,В миг, когда он убивал,Меч руководил рукою,Панцирь телом управлял.Но в тиши исповедальной,Снизойдя во тьму времён,Всё безмолвный, всё печальный,Ожидал знаменья он.Рыцарь, что же вы молчите?Что ваш взор так хмур опять?Славе с Болью – вашей свите —Есть что вам о вас сказать.Но туда, где райской дверьюТучка рыжая горит,Рыцарь смотрит, рыцарь верит,Рыцарь плачет и молчит.Или мозг устал пророчить?Или кровь не горяча?Рыцарь поднимать не хочетБольше старого меча.Слишком много в жизни дикойКрови, боли и обид…Только старый меч-владыкаТак же им руководит.«В начале жизни школу помню я…»
В начале жизни школу помню я…Мы там терпенье в классах проходили.Там вёл меня сквозь холод бытияЗадумчивый учитель мой, Вергилий.Второй учитель, господин Никто,Не уважал многоречивых споровИ вёл меня, как через решето,В заиндевевший сумрак коридоров.Сам воздух, серый, чистый и стальной,Учил нас строго, меря полной мерой.Круги экзаменов, испуганные верой,Послушно размыкались предо мной.Манила темнота словесных чащ…Казалось мне, что в жизни всё в порядке,Что мир лежит, прохладен и манящ,Как белизна нетронутой тетрадки.Деревья в сером небе за окномВетвями знаки делали всё глуше,И засыпали беспокойным сномПорочные, живущие в них души.И осень к нам обратной сторонойОборотилась – пышно и нелепо,И высилось над пошлостью земнойСтоическое северное небо.Сбегая в небо, словно молоко,Плыл колокольный звон в соседнем храме,Но весело, безбожно и легкоСмеялся рыжий гравий под ногами.И вечность рыжей, цвета кирпича,Мне представлялась в дворике осеннем.По серым стенам пролетали тени,О чём-то вечном вкрадчиво шепча.Начало жизни… Слёзы в уголке,Тетради всмятку, порванные книжкиИ кровь на отложном воротничкеВоспитанного, чистого мальчишки…Моя любовь, моя Гиперборея —Вкус крови на мальчишеских губахИ давний, дикий, дерзкий, детский страх —Ушли в Ничто, как школьники, робея.Иная жизнь, иной, неспешный быт,Где ветер щебетал в деревьях тонко…Я умер там – давно, ещё ребёнком,И всё не смею смерть свою забыть.Да, я уснул до сотворенья мира,Вмёрз в эту осень, сырость, дождь и грусть,В которой странно, холодно и мило,И никогда, возможно, не проснусь.Заклинание
Ночь, как змея, меняет кожу,Кровь лунная не горяча,И жизнь случайного лучаНа жизнь твою, мой друг, похожа.Звёзд золотистая ордаМерцает подо мной уныло,И я зову тебя, Леила:Ко мне, мой друг, сюда, сюда!С тех пор, как умер я, прошлоНемало лет, а ты всё так жеЖивёшь всему и всем назло,Не принимая лжи и фальши.Ты так же медленна, горда,Бесстрастны все твои движенья…Мне нестерпимо быть виденьем,Ко мне, мой друг, сюда, сюда!Носимый ветром, как листок,Я не пойму, что стало с нами?Я позабыл твоё лицо,Украденное зеркалами.Несусь без цели, без следа,Не червь, не бог, не прах, не небо,Зову – зверино, дико, слепо:Ко мне, мой друг, сюда, сюда!Из фотографий я ушёл,Мои признанья часто грубы,Но стих, как греческий обол,Бесплотно холодит мне губы…В простое слово: «Ни-ко-гда» —Как будто в каплю, я вместился,Но мир в той капле отразился…Ко мне, мой друг, сюда, сюда!Буря мглою
Буря мглою небо кроет,Буря смотрит сотней глаз,Снежные хоромы строит,Разрушая их тотчас;Вороном стучит по стенам,Бесами кружит в окне,И от воплей их бессменныхТягостно тебе и мне.Бездна нам разверзлась ясно;В небесах горят костры;То возносятся, то гаснутВ небе звёздные миры;Домик наш в снегах затерян,Осаждают нас века.Мы – вдвоём, и путь наш – верен.Хочешь? – вот моя рука.Петь не надо; я от песенУтомился и ослаб;Я себе неинтересен,Как больной, усталый раб.Нет, я мудрых слов не знаю,Ни пророчеств, ни причин;Лучше помолчим, родная,Посидим и помолчим.Помолчим о самом главном,О своём, о прожитом.Вспомним, как жилось нам славноВ этом космосе пустом.Небо всполохами крася,Мчится ввысь Полынь-звезда;Мир молчит, угрюм и ясен,Словно в первый час Суда.День придёт, – истлеет семя,Брошенное нам в сердца,Кончатся пространство, время,Всех нас примет дом Отца.Там друзей увидим лица,Вечно полные тепла;Там споёшь ты, как синицаТихо за морем жила.Буря мглою небо кроет,Буря смотрит сотней глаз,Буря ад над нами строит,Предначертанный для нас;Домик наш в снегах затерян,Но тепла твоя рука,И наш путь угрюм и верен,Как старинная строка.Бесы
Мчатся тучи, вьются тучи,Пляшут быстрые лучи.Небо бьётся, как в падучей,Звёзды – как огни в печи.Мчатся бесы, вьются бесы,Пляшут, мечутся, плюют…Сани по Руси небеснойТело Пушкина везут.Мимо площади Сенатской,Мимо высей МашукаМчится конь наш залихватскийСквозь эпохи и века.Буря мглою небо кроет,Все дороги замело…– Что вы, барин? – Бог с тобою!Просто сердцу тяжело.Громко цокот раздаётся,Будто всё кругом мертво…Конь летит, бубенчик бьётсяПо-над холкою его…– Скоро ль дом? – Не знаем сами!– Ждут ли нас? – Должно быть, ждут!Вечно по России саниТело Пушкина везут.Гулко цокают копытаПо теченью наших спин…И молчат, во тьме забыты,Мёртвый дом и Сахалин.Вся земля дрожит от гула,У коня горит зрачок…Вон Астапово мелькнуло,Знать, конец уж недалёк…Ни огня, ни слёз, ни веры, —Крики, брань, кабацкий мрак…Только возле «Англетера»Спотыкнётся вдруг рысак…– Скоро ль, братец? – Недалечко!Только выедем с земли…Лишь мелькнёт Вторая РечкаТам, за вечностью, вдали…Больше нет на белом светеНи чудес, ни естества:Наша жизнь – огонь да ветер,Да слова, слова, слова!Скачка, скачка без запинки,Без кнутов, без шенкелей…Пушкин… Лёгкая пушинка,Что небес потяжелей!– Ждут нас? – Барин, всё в порядке!Ждут покойнички гостей,Всё отдавши без остаткуДа раздевшись до костей.Плачут, пьют, тревожат бога,Огоньки в глазах горят…Бесконечная дорогаВ рай бежит сквозь самый ад!И ни песенки, ни сказки…Мчатся кони день за днём…– Я устал от этой тряски…Скоро ль, братец, отдохнём?…Полузвери, полубоги,Мчатся тени – их не счесть…– Скоро ли конец дороге?– Барин, не серчай! Бог весть!Другу стихотворцу
Арист, ты говоришь, что стих – твоё спасенье,Превыше всех трудов, превыше всех наград,Терновый твой венец, и крест, и воскресенье,И суд, и сад, и ад.Ты памятник себе воздвиг огнеупорныйИз слухов, хитрой лжи, хвалы и клеветы,И если кто-то мог писать о ясном спорно,То это – только ты.Высокопарный вздор комедий и трагедийТы претворил в судьбу, и в ней тебе везло:Так! – Ты умеешь всех презрительней на светеВстречать добро и зло.И твой любимый бес, сухой и моложавый,Непринуждённость в хитрой выдумке любя,Всё ходит за тобой, как арендатор славы,И мучает тебя.И долго будешь тем известен ты народу,Что всех изысканней язык ты исказил.У музы у твоей всё ярче год от годуБлеск стрекозиных крыл.Господь тебя слепил из глины мокро-зыбкой,Чтоб научился ты, презрительность любя,По-чаадаевски, с язвительной улыбкойПлыть поперёк себя.…Не тот поэт, Арист, кто рифмы плесть умеет,Кто в словоблудии сумел достигнуть дна,А тот, кто, став бессмертным, не жалеет,Что жизнь – всего одна.Вереск цветёт
1 января 2017 года
Январский день настал. Кругом бело.Бело в окне морозное стекло.За ним белеет тучный небосвод.За ним белеет тощий новый год.Белы деревья, тропы и кусты.Белы дома, дороги и мосты.Белы пути во тьму из пустоты.Белы Иуды, Савлы и Христы.Белы стихи, что я сейчас пишу.Белёс и воздух, коим я дышу.Белеет свет, белеет даже мрак.Белеют тишина и лай собак.Прохожие белеют за окном.Белеют вера, родина и дом.Белеет смерть. Белеет белизна.Бела зима. Белым-бела весна.Бел новый год, и век, и тыща лет.На белизне не виден белый след.Внутри меня, в груди – белым-бело.Мне в белизне бездомно и тепло.Белеет Бог. Белеют рай и ад.Белеет луч, не знающий преград.И призрак, проходящий по домам,Не доверяет нашим белым снам.Он ищет в нас хоть каплю черноты,Чтоб подчеркнуть неявные чертыОтличия любого от любых,Что делают из нас людей живых.Он бродит по белёсой пустоте,Он ищет яви в призрачной мечте.Он заблудился в нас. Он не найдётОт нас ведущий к Богу чёрный ход.Завален чёрный ход. И бел сугроб.Бела улыбка губ, бел нос и лоб.Глядят на небо белые глаза.Глядит из глаза белая слеза.Всё замело. Всё скрылось. Всё ушло.Во мне и за окном – белым-бело.И белизна, скользя по белизне,Тихонько шепчет мне о той весне,Когда проснётся спящий в людях БогИ в пустоте напишет первый слог.Ничто
Улица не шелохнётся,В небе – тихая луна.Где-то шёпот раздаётся.Высь воздушная темна.Всё на свете непреложно,Тихо, мирно и несложно,Нами небо занято…Вдруг – над нами раздробилось,Разыгралось, раскатилось,Зашумело, заискрилосьМноголикое Ничто.Топчут ноги, брызжет хохот,Но не видно ничего.На пустой дороге – топот,Сердце живо и мертво…Обло, дико и стозевно,И не нежно, и не гневно,Чем-то высшим занято,Многоруко, многоного,По семи земным дорогамСкачет гулкое Ничто.Кличет, мается и ранит,Рвёт сердца, дробит мечты,Манит, тянет и буянитПустота средь пустоты…Ложь – прельстительная сила,Жизнь полна, как решето.Много нам судьба дарила,Да не то, не то, не то!Снова – тихая дорога…Где-то огоньки горят,Плачут, ждут, тревожат бога,Всё о чём-то говорят…Ночь тиха. Не дышит ветер.Ни за что мы не в ответе.И прожить бы лет так сто…Что за чудо – тишь на свете,Только слышно, как к планетеПриближается Ничто.Вереск цветёт
Стихи, пришедшие во сне
Я увидел во сне поле в синих лучах,Я увидел: во мне загорелась свеча,Я увидел цветы, я увидел восходНад простором, где вереск весною цветёт!Нет, не зря мы старались, сгорали и жгли:Наши зёрна сквозь время в простор проросли.Окунись, словно поле, в лиловый огоньИ на синее солнце взгляни сквозь ладонь.Что случилось? Куда ты умчалась, тоска?Всё, как прежде: эпохи свистят у виска,Но воскресшие души глядят из цветовПрямо в сердце моё, где из пламени – кровь!Земляникой покрыт край молочной реки,И в цветах открываются чудо-зрачки:Инфракрасные Божии смотрят глазаИз цветов – сквозь меня – сквозь любовь – в небеса!А давно ли вставал я, как дым, из землиИ во мне, словно пули, гудели шмели?Но Господь, как ладонь, аромат мне простёрИ цветами озвучил бессмертный простор.Это вереск цветёт, это вереск цветёт,Это хрупкий сквозь землю пророс небосвод,Это нота, которую слышал Господь,Обрела на мгновение душу и плоть.Это вереск цветёт! Это вереск цветёт!Вслед за полем цветами порос небосвод, —Сад на небе, где радостью стала печаль,Где мой голос воскресший вживается в даль!Расцветай, отцветай, сад на небе моём,Проплывай, аромат, в небесах кораблём,Знай, любовь, – я с тобой, если небо нас ждёт,Если вереск в словах и созвучьях цветёт!Ночь на озере
Небо черно, словно шкурка крота,Звёзды подобны росинкам на шерстке.Озеро тихо. Кругом – темнота,Только в воде звёзд рассыпана горстка.Слышно, как где-то протяжно и тонкоПесню последнюю спел соловей.Ветер, как мягкая лапа котёнка,Нежно касается кожи моей…Тлеет луна закоптелым огарком,Веет покоем от стынущих вод…Грудью малиновки, алой и яркой,Солнце над озером завтра блеснёт!Вкус земляники
(гекзаметр)
Зелень заполнила сад, прихватив даже неба кусочек.
Чаша пространства полна блеском и щебетом птиц.
Ягоды сочно алеют на лучезарной лужайке,
Алость зари в их крови землю насквозь проросла.
Ягоду пробую я, имени сочно лишая,
Чувствую сладостный вкус – спорят во рту жизнь и смерть.
Там, где родятся слова, ягода плоть потеряет,
Душу иную найдёт, в теле не развоплотясь.
Жизнь – круговерть перемен, путь из утробы в утробу.
Но не ужасен сей путь, а вечно радостен нам.
Всё, что цветёт и растёт, увлажнено слёзной влагой
Тех, кто ушёл, кто с землёй слился и почву живит.
К нам обращают они речь в каждой ягоде новой:
Цвет превратился во вкус, вкус превратился в меня,
Я превращаюсь в стихи, в музыку, в блики рассвета…
Всё это – я, всё – во мне, Слово – в начале всего.
В музыке музыка, в запахе запах, а в цвете оттенок —
Ягода вкусом в сознанье сочный рисует пейзаж.
Я говорю о плодах, вкусе и сочности жизни…
Дай же мне, Господи, сил воспеть его – вкус земляники.
Последнее тепло
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.