Бескрылый

Редактор Вера Исиляева

Редактор Александр Краев

© Родион Краев, 2023

ISBN 978-5-0060-9377-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бескрылый

Глава 1. Темный фельдшер

– Здравствуйте. Вы наш новый доктор? – спросила пожилая женщина, приветливо улыбаясь.

– Здравствуйте. Это действительно я! Вы, наверное, Тамара? – улыбаясь в ответ, произнес высокий худощавый мужчина, стоящий у порога деревянного домика, расположенного в поселке.

– Я ждала вас еще вчера. Да вы не стойте, проходите. Я покажу вам вашу комнату, —заботливо произнесла пожилая женщина.

Мужчина поднял тяжелый чемодан и направился за ней.

– Вы одна живете? – поинтересовался он.

– После смерти мужа – одна, но на лето дочь привозит мне внука. Сейчас он гостит у меня. Вас это смущает? – развернувшись к нему лицом, спросила Тамара.

– Ну что вы, я люблю детей. Думаю, мы поладим, – произнес он и как-то неестественно улыбнулся.

Через некоторое время.

Ночь. Шумел ливень, гремела гроза. Никто из жителей поселка не подозревал, что в это время в доме, расположенном на окраине, происходят ужасные вещи. Впрочем, это длилось уже почти два месяца, с тех пор, как в проселке появился один человек. Этот человек заканчивал свои дела и намеревался скрыться, уехав как можно дальше. Ведь этот ничем не примечательный населенный пункт не первый в его кровавых гастролях.

Поставив последнюю сумку с вещами в салон автомобиля, мужчина хлопнул дверцей. Затем он развернулся и направился в дом. Там у него были незаконченные дела, не завершив которые, покинуть это место он не мог. В старом деревянном доме было три комнаты. В одной из них на полу сидела пожилая женщина в грязной ночной рубашке. Ее длинные растрепанные волосы почти полностью закрывали лицо. Голова, тело, руки и ноги были покрыты ссадинами и гематомами. Наручниками она была прикована к деревянной балке. Женщина была истощена не только морально, но и физически, однако, все еще оставалась живой.

Ее квартиросъемщик подошел к ней.

– Ну что, Тамара Ивановна! Тамарка, Тамарочка! Будем мы прощаться. Комнату сдаю, все, как положено, – с улыбкой говорил он, указывая пальцем на вход в другую комнату. —Там только нужно прибраться.

Окна той комнаты были занавешены простынями. В дверном проеме виднелся хирургический стол, вокруг которого стояли штативы с освещением. На столе лежало тело мальчика, его лицо было накрыто белым окровавленным полотенцем.

– Ну, что же вы молчите? За парня переживаете? – с улыбкой продолжил говорить человек.

– Больной ублюдок! – прохрипела женщина. – Гореть тебе в аду!

– Не переживайте, он отмучился, как и остальные. К сожалению, мне пора. Следы замести не успеваю, так что путь остается как есть, – сказал мужчина и спокойным шагом вышел из комнаты.

Когда он вернулся обратно, в руках он держал довольно увесистый столярный молоток. Со словами «Комнату сдаю», мужчина ударил прикованную женщину молотком по голове. Изверг продолжал наносить удары, пока не убедился, что мученица мертва. После расправы, погасив свет во всем доме, он вышел на улицу, сел в свой автомобиль и скрылся.

Два месяца спустя.

Под пригорком, где располагался дом, стояло множество машин, в том числе карета скорой помощи и патрульные автомобили полиции. Вокруг дома собрались люди, среди них были как соседи, так и просто зеваки со всего поселка.

К дому подъехал черный автомобиль. Увидев его, сотрудники полиции замешкались.

– Это, походу, он, – почти шепотом произнес старший лейтенант и дернул за рукав стоящего рядом майора.

– Ну, иди, встречай тогда, – сказал ему майор.

– А что сразу я! Ты старший, ты и иди! – возразил старлей.

– На твоей территории произошло. Твой косяк! Вот иди и рассказывай все как есть.

Почувствовав свою вину в произошедшем, старший лейтенант пошел встречать гостя. Из машины вышел мужчина лет тридцати с темными волосами, на лице проступала двухдневная щетина. Одет он был в черное пальто, которое было расстегнуто, под ним виднелся черный пиджак.

– Здравствуйте, – растерянно произнес старлей и протянул руку.

– Здравствуйте, – в ответ произнес мужчина и пожал руку.

– Старший лейтенант Васильев Николай Игоревич, я – участковый.

– Так, значит, это на вашей территории такое творится, – сказал мужчина и строгим взглядом посмотрел на участкового.

– Кто бы мог подумать, что в нашей глуши такое произойдет, – оправдывался Васильев.

Они подошли к майору.

– Здравия желаю, – произнес майор и протянул руку.

– Взаимно, – ответил гость.

– Не сочтите за грубость, но, прежде чем я допущу вас к месту происшествия, хотелось бы установить вашу личность, – сказал майор.

– Конечно, – невозмутимо сказал собеседник и показал удостоверение.

– Ну что, Александр Александрович, рад познакомится. Теперь к делу. Я так понимаю, раз подобное ведомство будет заниматься сопровождением уголовного дела, все серьезно. Короче, фабула следующая, два трупа в доме, еще два были закопаны в огороде. Трупы в доме обнаружил Васильев при обходе.

– В огороде при осмотре места происшествия нашли? – сказал Александр Александрович.

– Да, все верно. Опера помогали при осмотре, вот и наткнулись. Тела закопаны не глубоко, так, засыпаны слегка. Сильные дожди лили почти два дня, вот грядки и размыло, – говорил майор.

– Личность убитых установили?

– Не всех, местных только, кого в лицо знали. Все убитые – мальчики от 10 до 14 лет. Кроме бабки Тамары, она собственником дома является.

– Одна жила?

– Нет. Внук у нее гостил, и фельдшер комнату снимал.

– Фельдшер? – переспросил Александр.

– Ну да, приехал к нам пару месяцев назад, – ответил майор.

– Значит, подозреваемый есть. Это хорошо. Я тогда в дом, осмотрюсь там, – сказал Александр. – А вы, пожалуйста, поручите собрать данные о личности этого фельдшера.

– Я вам все подготовлю, я о нем достаточно знаю, – сказал участковый, догоняя Александра.

– Хорошо, буду рад, если вы поможете. Скажите, при каких обстоятельствах вы обнаружили тела?

– Ну, это… Жалобы были от соседей, что Тамару давно не видно. Болела она, по словам фельдшера, ухаживал он за ней. А тут и он пропал. Прихожу я к дому, дверь дергаю, а она открыта. Зашел во двор дома, а там уже смрад чувствуется, в дом прошел, а там вот тела… Тамары и внука ее Игоря. – вздрогнув, продолжал говорить участковый. – От увиденного мне до сих пор не по себе.

– Сразу вызвали следственную группу?

– Да, сразу. Пока ждали, мы с напарником оцепили территорию, соседей опросили. Нас тут двое участковых. Через два часа из города следователь приехал с операми. Потом им позвонили, сказали ничего не трогать, кто-то из областного центра должен был приехать. Через пять часов они приехали и начали работы. А потом сказали, что еще и вы приедете.

– Следователь в доме?

– Да, все еще, осмотр проводит с криминалистами.

– Хорошо, я тогда в дом, – произнес Александр.

Познакомившись со следственной группой, он решил первым делом осмотреть трупы и прилегающую территорию, а потом уже подробно всех опросить.

Комната, в которой находилось тело пожилой женщины, была вся в лужах запекшейся крови. На полу и стенах были царапины. Окно было заколочено, по всей видимости с того момента, когда комната стала тюрьмой для Тамары. Под окном лежал грязный матрас, предназначенный как спальное место для узницы. Судя по обстановке, мебель комнаты недавно была куда-то перенесена, чтобы освободить помещение. В углу комнаты стояла собачья миска, предназначенная для Тамары.

Другая комната не представляла большого интереса, поскольку являлась спальней фельдшера. Все свои вещи он забрал, а вещи собственника дома не несли в себе никаких следов. Однако третья комната оказалась просто ужасающей. В ней посередине комнаты стоял хирургический стол, по краям – освещение. Возле него стояли железные ящики, которые используются в медицинских учреждениях. С краю стоял старенький диван, застеленный белой простыней.

На хирургическом столе лежал труп внука Тамары. Александр подошел к телу поближе, его лицо в ужасе скривилось. Он, конечно, многое видел в своей жизни, но к такому привыкнуть явно не мог. Тело мальчика было изуродовано. У него были ампутированы обе ноги по колено, отсечена кисть левой руки. Судя по наложенным швам на животе, ему неоднократно вскрывали брюшную полость. Правый глаз был удален, судя по всему уже после наступления смерти мальчика.

– Ужасающе! – раздался голос позади Александра, отчего тот вздрогнул.

– Одна из самых отвратительных картин, что я видел в своей жизни. Не зря меня сюда послали, – пробормотал Александр и повернулся к стоящему за его спиной человеку.

Это был руководитель следственной группы подполковник Парфенов.

– Мы в огороде почти закончили работу, – сообщил он.

– Понял вас, скоро подойду, – ответил Александр.

– Александр Александрович в этом нет смысла, я и так вам все расскажу. Все материалы потом будут в вашем распоряжении. Я знаю, зачем вы здесь, вам нельзя терять времени, эта мразь может быть с каждым часом все дальше отсюда. И так столько дней потеряно, – произнес Парфенов.

– Вы правы, не будем терять время, – согласился с ним Александр.

– Тела в огороде подвержены разной степени разложения. У всех удален правый глаз, как и у этого парня.

– То есть они там уже давно лежали? – удивился Александр.

– Нет, перенесли их туда недавно. Возможно, их выкопали и перенесли из другого места. Или этот тип хранил их где-то, возможно, с собой возил. Говорят, он ездил на старом микроавтобусе, – продолжил Парфенов.

– Не исключено, что глаза забирал как трофеи. Конечности у остальных тоже ампутированы?

– Нет. Но имеются швы. Скорее всего, у них удалялись внутренние органы. Также есть предположение, что они подвергались изнасилованию. Подробно скажет судмедэксперт, – ответил Парфенов.

– Что уже успели изъять?

– Следы обуви, следы рук, следы крови. Много чего, уже целый день тут. Но самое интересное, это ящики для хранения и перевозки органов, а также жареную руку.

– Этот как – жареную? – поморщился Александр.

– Вот так! Этот псих пожарил отрубленную руку парня. И попытался скормить его убитой. Мы ее нашли в миске, в той комнате. Он ее избивал и морил голодом. Но женщина к такому блюду не притронулась.

– Значит, у нас полный набор! Потрошитель органов, педофил и людоед.

– Людоед, вряд ли. Не похоже, что он поедал жертв. Это похоже на издевку или эксперимент над бабкой. Не понимаю, почему он ребенку только одну руку оставил.

– Я скажу почему, смотрите, – сказал Александр и указал на стоящий диван. —Чтобы пристегивать его было за что. Я тут осмотрелся и увидел много колб от морфия, видимо, он накачивал им своих жертв.

– Возможно, – протянул Парфенов.

– Осталось узнать, за кого он себя выдавал. Скорее всего, он не тот, кем представлялся.

– Мы на вас надеемся, найдите его побыстрее, пожалуйста. Нам ведь еще с ним работать, много следственных действий проводить, не хотелось бы следствие на год затягивать.

– Не беспокойтесь, вам не придется его допрашивать, – проговорил Александр.

– Что, как? – возмутился Парфенов.

– Вот так. Что бы это ни значило. Дело будет засекречено, со всех, кто участвует, нужно взять расписку о неразглашении. Даже у тех, у кого есть доступ к секретке. То есть это касается вас и оперативных работников.

– Кто будет допрашивать?

– Никто, это не понадобится, – загадочно сказал Александр и вышел из комнаты.

Осмотр места происшествия и опрос соседей проводился до глубокой ночи. Естественно, пожилые соседи о произошедшем ничего внятного пояснить не могли. О найденных в огороде телах и безумствах, происходивших в доме, Александр Александрович попросил сотрудников не распространятся, чтобы не шокировать местное население. Все трупы были вывезены в областной центр для проведения экспертизы.

Разместили Александра в небольшой квартирке в двухэтажном доме, предоставленной администрацией поселка. К тому времени участковый Васильев приготовил характеризующий материал на фельдшера и всучил его Александру прямо у входа в подъезд.

Зайдя в квартиру, он ее внимательно осмотрел. Бросив предоставленные ему материалы на кровать, он начал раздеваться. На его теле было множество шрамов, как свежих, красных и выпуклых, так и почти заживших, белых, но два из них были особо приметные. Они находились на спине в области лопаток и представляли собой два вытянутых овала, выглядящих так, как будто у него на этом месте раньше были крылья.

Наутро сыщик решил посетить место работы фельдшера. Он уже обладал информацией, что фельдшером в местном приемном пункте работал Иброгимов Святослав Дмитриевич, он же предполагаемый преступник. Переехал в поселок два месяца назад. Сначала жил в своем кабинете, где принимал пациентов, затем снял комнату у покойной Тамары Ивановны. Вместе с ним работала медсестра Раиса Васильевна. Все документы, представленные при трудоустройстве, диплом об образовании и паспорт оказались настоящими. Что-то здесь было не так. Слишком он казался хитрым, чтобы так просто раскрыть свою личность.

– Здравствуйте! – громко поздоровался Александр, входя в здание медицинского пункта.

Тут же из процедурной комнаты выбежала полноватая дама лет 40 на вид.

– Ой, здравствуйте, – сказала она в ответ.

– Вы Раиса Васильевна?

– Да это я, – подтвердила медсестра и тут же почесала затылок.

– Я хочу задать вам пару вопросов.

– Да. Конечно. Вы, наверное, следователь, меня предупредили, что вы придете. Такая трагедия.

– Это будет не допрос, вас еще на него вызовут. Я просто хочу вас опросить в устной форме.

– Хорошо. Пойдемте, присядем. Я вам все расскажу, что знаю, – сказала медсестра.

Они зашли в кабинет, Александр сел на стул, а Раиса уселась на кушетку.

– Вы давно знакомы с Иброгимовым Святославом Дмитриевичем? – спросил Александр.

– Два месяца или около того. На работе и познакомились. Человек он очень хороший был. Людей так любил, а детей особенно. С душой относился. Жалко его.

– Вы сказали, что вам его жалко. Почему?

– Как почему? Убили же! Разве вы не по этому поводу? – удивленно спросила Раиса.

– Нет. Его не убивали. Убита Тамара Ивановна и ее внук, – нахмурив бровь, ответил Александр.

– Я думала, он тоже мертв, там вроде больше двух тел вывозили, говорят… – удивилась медсестра.

– Скажите, пожалуйста. Было ли в нем что-нибудь подозрительное? То, что вас могло насторожить? – уточнил Александр.

– Не, обычный мужик. Рассказывал, что из другой деревни переехал, там больницу закрыли, – задумчиво произнесла Раиса.

– Есть у вас его фотография? Возможно, вы фотографировались когда-нибудь.

– Слушайте, фотографии нет. Он не любил этого, его как-то пытались на доску в администрацию сфотографировать, чтобы жители знали его. Он такую истерику закатил, странно это было.

– Скажите, это он? – спросил Александр, протягивая ксерокопию паспорта.

– Да, это он! – воскликнула Раиса.

Теперь было понятно, кого искать, можно было использовать фотографию паспорта для объявления в розыск. Александр решил проверить все медицинские учреждения, которые были закрыты за последний год. Их оказалась не так много. Однако ни в одном из них Иброгимов не работал. Так же установлено, что объявленный в розыск микроавтобус тоже принадлежал ему.

Через несколько дней Александру поступил звонок.

– Александр Александрович, нашли. Мы нашли его! – с восторгом говорил подполковник Парфенов.

– Когда? Иброгимова? – удивился Александр.

– Да, его родимого. В областном центре задержали. На микроавтобусе ехал. Его пока в изолятор временного содержания посадили, а транспорт осматриваем.

– Понял вас. Выезжаю, – резко сказал Александр и повесил трубку.

Через четыре часа Александр уже прибыл на место, куда доставили задержанного. На посту оперативного дежурного он предоставил служебное удостоверение. Дежурный с изумление посмотрел на него и без лишних вопросов пропустил внутрь. Там его встретил Парфенов и отвел в кабинет, где уже допрашивали Иброгимова.

– Это еще кто? – спросил Александр Александрович.

– Как, кто. Иброгимов, – ответил Парфенов.

– Это не он… – доставая из портфеля ксерокопию паспорта, сказал Александр и указал пальцем на изображение. —Вот он.

– Тут форма №1 на гражданина. Это точно он, – Парфенов протянул бумаги.

Данные на бумагах совпадали с паспортными, однако на фотографии был совсем другой человек. Перед ним сидел полноваты мужчина в очках и не был даже отдаленно похож на разыскиваемого.

– Вы документы теряли? – повернулся к задержанному Александр.

– Так точно! Терял, – ответил тот.

– Когда? Где? – спросил Парфенов.

– Пил с другом около полугода назад. Видимо в баре оставил сумку, как точно, не помню, пьяный был. Заявление о пропаже не подавал. Обращался за заменой документов, – нервно потирая ладонь, говорил задержанный.

– Каких? И почему еще не заменили? – спросил Александр.

– Паспорт, полис. Диплом об образовании еще был с собой, на новую работу устраивался.

– Кем работаете? – уточнил Парфенов.

– Медиком, я туристические группы сопровождаю, все время в разъездах. Фельдшер по образованию, – ответил, заикаясь, задержанный.

Александр и Парфенов переглянулись.

– Когда приехали? – задал вопрос Александр.

– Три дня назад. У меня алиби есть! Я все еще не понимаю, за что меня задержали! Адвоката все еще нет, а меня допрашивают.

– Вы не в том положении, чтобы так разговаривать. В вашем авто нашли ДНК. И что-то мне подсказывает, что они совпадут с ДНК мертвых мальчиков, погибших насильственной смертью.

– Вы что такое говорите! У меня у самого дети, – возмутился Иброгимов.

– Есть у кого-нибудь доступ к вашей машине? – спросил Александр.

– Да. Я оставлял ее другу.

– Что за друг? Где живет? – резко спросил Парфенов.

– Одногруппник. Мы с ним учились вместе. Иногда видимся. Он в одной деревне работал фельдшером, больницу закрыли, и он куда-то хотел устраиваться. Говорил, что машину на время надо, вещи перевезти. Я ему и дал. Я все равно в отъезде был два месяца.

– Имя! – грубо сказал Парфенов.

– Капкин Виталик. Отчество, вроде, Федорович.

– Это он? – Александр протянул копию паспорта задержанному.

– Да, это он! – воскликнул Иброгимов.

– Где живет, знаете?

– Знаю. И даже покажу. Я ему доверял, а эта скотина у меня документы сперла. Еще и мной прикидывался.

Парфенов и Александр вышли из кабинета.

– Слушайте, я даже не знаю вашего имени, – сказал виновато Александр.

– Мы так и не познакомились нормально, меня зовут Сергей Сергеевич, – сказал Парфенов.

– Интересно. А я – Александр Александрович Молотов.

– Слушай, Саня. Давай на ты, – предложил Парфенов.

– Хорошо. Я не возражаю, – кивнул Александр.

– Тут такое дело. Я так понимаю, его отпускать надо. Допрошу его как свидетеля, а потом вместе на адрес рванем с группой.

– Тут без вариантов, держать его смысла нет. Можем поехать, конечно, вместе, но в деревне разделимся.

– Зачем? – с удивлением спросил Парфенов.

– Ты хочешь его задержать, только дома его не будет, скорее всего. Тебе все равно нужно будет провести обыск в доме подозреваемого. Пока ты этим занимаешься, я проверю одно место, на всякий случай, вдруг он там прячется. Лучше разделится, а то упустим.

– Ну да, в этом есть логика. А ты куда поедешь? – спросил Парфенов.

– Осмотрю брошенную больницу. Где Капкин раньше работал, – пояснил Молотов и направился к выходу.

Деревня была примерно в ста километрах от областного центра и в сорока от места преступления. Выдвинулись уже ближе к вечеру, до утра ждать было нельзя. Колонна из машин преодолела грунтовую дорогу и оказалась в деревне.

Деревня была расположена на холмистой местности. Она состояла из 5 улиц и примерно 50-ти домов. Жилых домов оставалось примерно с десяток.

– Сергей, вы тогда к дому, а я в больницу. Если в течение часа не выйду на связь, отправь двоих за мной. Мало ли, что там может случится, – обратился к Парфенову Молотов.

– Да возьми тогда сразу людей, – предложил Парфенов.

– У вас вероятность застать его выше, он может оказать сопротивления. А я как-нибудь сам справлюсь.

Последняя фраза Александра Молотова прозвучала с какой-то злобой.

– Ладно, господин чекист, удачи тебе, – прокричал ему вслед Парфенов.

Уже стемнело, однако Александр смог сориентироваться на местности и найти здание, где раньше располагалась сельская поликлиника. Она представляла собой двухэтажное здание зеленого цвета. По стене шла трещина, крыша от проседания стен немного накренилась. Здание внутри было нетронуто, видимо, мародеры не успели про него прослышать.

Александр надел кожаные черные перчатки, достал из кобуры пистолет, находящийся на груди, и снял его с предохранителя. Зайдя в здание, он прислушался. Было темно. Однако Александр не стал включать фонарь, хотя он у него и был.

Подойдя к выключателю, он попробовал включить свет, но ничего не произошло. Видимо, здание уже успели обесточить. Следуя по коридору, он заглядывал в каждую комнату. Проходя мимо очередной комнаты, Молотов вдруг резко остановился. В коридоре запахло жженным, как будто только что потушили свечку.

– Капкин! Выходи! – командным голосом сказал Молотов.

Ответа не последовало.

– Слышишь, я знаю, что ты в этой комнате, – снова сказал он.

Вдруг справа от него послышался звук разбивающегося стекла. Молотов тут же бросился на шум. Вбежав в комнату, он увидел мужчину, который пытался вылезти в окно.

– Стоять, гнида! Буду стрелять без предупреждения! – закричал Александр и направил на него пистолет.

Мужчина слез с подоконника. Он был одет в спортивный костюм, фигура худощавая, даже тощая, лицо – вытянутое и худое, на голове почти отсутствовали волосы.

– Стреляй, – фыркнул мужчина. По его лицу расползлась неприятная улыбка.

– Не переживай, успею еще. У меня нет задачи задержать тебя, – спокойно говорил Александр.

– Ты всего лишь еще одна жертва. Я успею выпотрошить тебя до того, как ты выстрелишь. Как того участкового. Да, да. Меня нашли вчера. Васильев меня вычислил. Приехал один ко мне, в мое логово. Будто барашек на бойню.

– Что? Где он? – спросил Молотов, целясь психу прямо в голову.

– Все, что от него осталось, у меня дома, – отвратительно рассмеялся фельдшер.

В этот момент Молотов, прицелившись, нажал на спусковой крючок. Произошел выстрел, однако пуля не настигла цели. Капкин как будто растворился в воздухе. В этот же момент Молотов почувствовал, как что-то прорезает одежду на руке. Отскочив в сторону, он кое-как успел увернуться от скальпеля, который был в руке у появившегося из ниоткуда Капкина. Выронив пистолет, он схватил маньяка и отбросил его в сторону, однако тут же получил удар скальпелем в ладонь.

После этого Капкин опять пропал. Александр поднялся и вышел в коридор.

– Капкин, интересный ты человек. Расскажешь, откуда такая скорость. Явно не с рождения, – говорил Александр, снимая прорезанную перчатку, которая уже пропиталась его кровью.

– Конечно, – послышался голос из глубины коридора. – Походу, с тобой придется повозится, я даже запыхался. Пока отдыхаю, можно и поговорить.

– Рассказывай! Кто хозяин? Что за ритуал? – крикнул ему Александр.

– Ого, а ты осведомлен. Я удивлен. Это все человек в рясе, темный пастырь. Это он рассказал про ритуал и про то, как построить алтарь. Какие жертвы нужны, и как они должны страдать.

– Органы для этого вырезал?

– Да, да, органы мальчиков для этого. И глазики, глазики тоже были нужны. Я завершил ритуал и получил силу. Теперь я могу нести свою темную паству. Еще больше мальчиков будут страдать, а я – наслаждаться.

– Алтарь тут? – уточнил Молотов.

– Здесь, здесь. Посмотри в комнате с номером 22.

Александр прошел чуть подальше и нашел дверь с этим номером. Чуть приоткрыв дверь, он увидел в комнате стоящий напротив окна стол со свечами, рядом с которым были расславлены банки с заспиртованными органами.

– Здесь мне все понятно, – сказал Александр и вышел в коридор больницы.

– Что тебе понятно? Расскажи же? – прошептал голос из темноты.