Последний дракон. Сборник рассказов

– Как же быть, отец? Неужели их невозможно остановить, неужели они непобедимы?

– Побеждает тот, кто лучше подготовлен. Кто лучше узнал навыки и тактику своего врага. Тот, кто изучил противника досконально и придумал, как с ним бороться. И на этот раз, это знание принадлежит не нам.

– Нужно влезть в их шкуру и понять, как они мыслят и как готовятся к бою. И тогда использовать их силу против них самих?

Отец гордо посмотрел сверху вниз в искрящиеся задором первооткрывателя, голубые глаза своего чада. Мурашки пробежали по его спине, он восторгался своим творением, ещё столь малым, но столь на многое способным.

– И я бы не сказал лучше! – Твёрдым голосом похвалил сына отец. – Поняв их силу можно придумать, как её использовать против них. – Мужчина с грустью посмотрел на окрашенные заходящим солнцем, красные шпили когда-то непреступных башен города восьмиконечной звезды, и продолжил.

– К сожалению нельзя воспитать воинов Аркана заново, и у нас нет того времени, что потребуется на подготовку.

Верховный маг убедительно кивнул и закончил внушающим надежду громким и уверенным голосом.

– Но у тебя оно есть. Верь мне, у тебя оно ещё есть!

Он бежал, прижимая сына к груди, а за спиной где-то за полуразрушенными стенами города шёл бой. Звонкий лязг стали о сталь, топот сотен сапог и цокот железных подков, свист летящих стрел и грохот бьющих о стены башен и домов десяти пудовых камней – выпускаемых из сотни требушетов вражеской армией. Всё это громыхало за спиной отчаянно бегущего с сыном на руках раненного мага. Однако всё это было уже не важно, всё это уже прошлое, а он знал, что прошлое изменить нельзя. И лишь действуя в настоящем можно изменить будущее.

Они миновали десятки домов и площадь собраний в центре древнего города звездочётов. Каменная кладка с восьмиконечной звездой из белого мрамора сотрясалась под ногами мужчины. Сандалии предательски заскользили по гладкому камню. И тогда он скинул обувь и побежал босиком. Оставалось немного, оставалось совсем чуть-чуть.

– Папа. – Мальчик смотрел на голубое небо, такое же голубое как цвет его ясных глаз.

– Всё хорошо сын. Мы всё успеем. У нас получится! – Маг не смотрел на ребёнка, он сосредоточил всё внимание на дороге. Он боялся, что после ещё одного падения он уже не сможет подняться.

– А мы увидим звездопад?

Маг остановился и нежно посмотрел на сына. Искра надежды мелькнула в глазах ребёнка и отразилась пламенем праведного гнева в глазах отца. Гнева на судьбу и на ушедшую мирную жизнь, гнева, на армию захватчиков пришедших с далёкого юга, и ярость на собственное бессилие в защите своего дома. Уголка земли, на котором теплилось пламя любви, и зиждилась уверенность в мерно текущей сущности бытия маленького человека.

Как будет расти сын? Что уготовано ему, познать, в чём разочароваться и что полюбить? Отцу не суждено теперь узнать! Но он знал одно! Он знал, что он даст своему сыну, какой последний отцовский вклад сделает в его воспитание, и что оставит ему в наследство после себя.

Пламя гнева угасло в глазах мага, но твёрдым камнем застыло решительное намерение. Он ещё раз взглянул в глаза ребёнка.

– Ты увидишь! Я обещаю, ты всё увидишь! И этот момент будет прекрасен, наполнен красотой и останется в твоей памяти воспоминанием, из которого ты будешь черпать силы.

– Хорошо отец. – Ребёнок отвёл взгляд. Маг сорвался с места. До дома оставался один шаг.

Двустворчатые деревянные ворота были распахнуты настежь, во дворе никого не было видно. Маг пробежал по выложенной кирпичом тропинке к порогу из трёх ступеней и остановился.

Дверь в дом, как и ворота, была распахнута настежь. При этом стальной засов валялся на полу в дверном проёме, а место где он крепился тремя скобами к двери, было проломлено и зияющая полукруглая брешь, по краям ощетинилась щепками.

Мужчина осторожно взошёл по ступеням к дверям и прислушался. Из строения не доносилось ни звука.

– Что там отец? – Мальчик повернул голову к дому. Его высокий голосок эхом откликнулся в пустом помещении.

– Тише, тише! Говори шепотом сын. – Забеспокоился маг, и даже инстинктивно покачал ребёнка на руках, так как делал, когда тому не было ещё и года.

– Почему? – Зашептал мальчик. – Я никого там не вижу. И если мама дома, нужно сказать ей что мы пришли.

– Если там никого нет, значит и говорить не зачем. – Убедительно аргументировал мужчина и сделал шаг в дверной проём.

Лишь мгновение он смотрел вглубь дома. Смотрел мимо прихожей, где под двумя узорно вырезанными скамейками, по стеночкам притаились несколько пар летних сандалий и осенних сапог, в широкий зал на крутую лестницу, шедшую на второй этаж и расходящуюся на две стороны от небольшого пролёта посередине. Маг с трудом сдержал стон скорби, подкативший к горлу из глубины его тела. Он резко прикрыл сыну глаза ладонью.