Сгорающий в ночи

Глава 2

Артен поражался сам себе. Выбор Ернодска же совершенно верен, и почему он об этом не подумал ещё ночью? Да, Арсон в городе, но это пока. Почему из всех наёмников-ликменов он не смог найти именно его? Потому что его и надо было искать! Он знает, за что ему стоит прятаться, и прячется. И потому он сбежит из города при первой возможности! Но куда бежать убийце, когда его след взяли? А куда бегут люди, когда всё становится плохо? Домой. Он отправится в столицу королевства Матесун, в город Ернодск, и найдёт там защиту.

За последние двадцать пять лет ликмены со всего мира нашли себе прибежище в новообразованном королевстве. После Мировой Войны Орков эльфийское государство и Белое Королевство с севера настояли на отчуждении земель от Шэхирка и передаче их ликменам в качестве награды. Так образовалось первое национальное королевство ликменов.

Правда, это же объясняет, почему суда так редко ходят из порта Шэхирка в Матесун. Сейчас с Ернодском их связывает лишь один пассажирский корабль, ходящий раз в месяц. И, к несчастью, последний ушёл из порта три недели назад. До нового оставалось ещё целых семь дней. Семь дней в доме, где от него почти все отвернулись. И хоть времени до отъезда у него было ещё много, он решил собрать свои вещи в первый же день.

Агат предлагал юному князю свою помощь, но Артен отказался. Он всё должен был сделать сам. Он набивал сундуки повседневной одеждой и безделушками. Взял нарядный кафтан и свои личные сбережения, а на самую глубину он упрятал костюм поджигателя. Всё равно он на неделе ему не понадобится. И пока он занимался всем этим, он даже не успел понять, что в комнате он больше не один.

Вдруг Артена что-то ударило в спину и отскочило в сторону. Юному князю не было больно, но он моментально отскочил в сторону кровати, принял оборонительную стойку и зажёг огонь в своей руке. И лишь тогда до него донёсся голос.

— Поиграем…

В рамках одного слова Вайрон прошёл путь от задорного предложения до испуга. Он только начал свою учёбу и не успел отточить реакцию, как старший брат, потому он застыл на месте. Он никогда не боялся Артена и чувствовал себя в безопасности рядом с ним. И даже сейчас он испугался не огня, он испугался за брата.

Артен быстро потушил огонь и почти прыгнул к маленькому Вайрону и заключил в объятия. Он чуть не спалил его. Он направил на него огонь! Это было недопустимо.

— Прости, прости, — прошептал Артен.

Через пять минут Вайрон сидел на столе в комнате старшего брата и болтал ногами. Он не спрашивал о только что произошедшем, будто ничего и не было. Он больше делился подробностями из школы и просто наблюдал за сборами. Вот только огонь действительно горел, и память об этом навсегда останется отпечатком. Пусть не в голове Вайрона, но в сознании Артена.

— …а потом началась демонология, и птичку Карсона просто поджарили.

— Поджарили живую птичку?!

— Нет, бумажную! Ты совсем меня не слушаешь…

Вайрон печально посмотрел на пол.

Раньше братья любили проводить время вместе и делали это почти каждый день. Артен мог рассказывать истории, а Вайрон их слушал. Вайрон играл со своими каменными солдатиками, а Артен участвовал в его сражениях. Временами они выезжали с матерью в загородный особняк и играли в яблоневом саду. Они бегали, лазали по деревьям, а потом всего стало становиться меньше. Чем старше становился Артен, тем отстранённее он был, но прежде он всегда находил время для веселья, лишь последние несколько месяцев изменили расклад. Вайрон остался совсем один. Он пытался найти контакт со старшим братом, но тот лишь отгораживался, потому что самому было больно. Всегда сложно признавать неправоту, а попытаться исправить ошибки — ещё сложнее.

— Ты уезжаешь от нас? — тихо, почти шёпотом спросил Вайрон.

— Да.

— А я?

— Останешься дома с мамой, няней и отцом. Продолжишь занятия.

— Но это ведь совсем не то! А как же наша война за Восточный Оплот? А сад горгон? Ты помнишь, ты обещал сводить меня туда!

— Ну… Ещё успеем.

Вайрон насупился. Он поднял ноги на стол, что всегда гувернантка запрещала делать, и обнял их руками. Он чуть не плакал.

— Ты говоришь совсем как они. «Найди себе занятие, Вайрон! Ты должен уметь развлекать себя сам, Вайрон! Не шали, Вайрон, ты что не видишь, что мы заняты?!»

— Я не говорю так.

— Нет, говоришь! Говоришь, прям как папа, пытаясь сделать всё, лишь бы я отстал.

И не успел Вайрон закончить, как Артен подхватил его за плечи и бросил на кровать. Братья сцепились, пытаясь защекотать друг друга.

Артен не задумывался над тем, как младший брат видит всё это со стороны. Вся семья знала, что Вайрон с раннего детства был очень восприимчивым к эмоциям. Он ощущал чувства других и видел мир через эту призму. И это было так нехарактерно для княжеской династии Нонмортов, что никто не мог и на секунду представить себя на его месте. Артен подумал: может быть, попытаться объяснить ему, что творится. Объяснить, почему так отстранён отец, что тот решает проблемы города и страны? Почему их мать так тревожится последнее время? И почему Артен сам отдалился от него? Рассказать про Айху и про всё! Но потом отбросил эту мысль. Всё это не для двенадцатилетнего мальчика. Вырастет, сам поймёт.

Братья провозились на кровати минут пять, а потом Артен встал, взял со стола замок и повесил его на собранный сундук.

— Обещаю тебе, что сегодня вечером мы ещё поиграем. В конце концов, уезжаю я ведь не сегодня. Так что время есть.

— А как же сад горгон?

— Ну, сад изваяний же ещё не открыли после реставрации? Так вот, туда сходим, как я вернусь из поездки. Уверен, она не продлится долго, я быстро со всем покончу.

Вайрон посмотрел на брата слезящимися глазами и крепко его обнял.

Выходя через час из дома, Артен даже не заметил очередного предложения Агата о помощи. Дворецкий был готов сам заняться покупкой билетов, но юный князь был слишком погружён в собственные мысли. Его беспокоили слова Вайрона. Как он мог быть похож на отца? Он совсем другой, он не может вести себя так холодно и отстранённо. Отец вечно занят делами. Отец вечно ставит работу на первое место. Даже сейчас он отсылает Артена подальше, чтобы самому не приходилось больше расхлёбывать последствия жутких смертей. Он был уверен, что это всё капитан Фирине, так замотал отца вопросами, что тот, чтобы тень не упала на княжескую персону, решил выгнать из дома собственного сына. И мать это, похоже, тоже устраивало! Артен злился. Он пообещал себе очень давно не превратиться в своего отца. И разве его гнев не доказывает, что он другой? Так почему же Вайрон их сравнил?

Артен шёл, погружённый в свои мысли, не замечая ничего вокруг. Он не видел, как стражники крутили руки уличному художнику, изобразившему на стене огненного дракона. Не видел, как столкнулись повозки на перекрёстке. Не видел перепалку двух пьянчуг из-за беспризорного орчонка. Город сходил с ума, но он не замечал. Ему не надо было смотреть по сторонам, ноги сами несли его.

У здания центрального управления портом была толпа. Люди стояли в очередях часами. Одно административное здание на порт, где каждый день останавливаются суда. Сотни грузов привозят и отвозят, тысячи людей и не только приезжают и уезжают. Одного здания уже давно стало мало Шэхирку, но открывать новое никто не спешил.

Артен видел толпу людей, выстроившуюся в единый ряд, но не придал ей значения. Какое ему дело до того, как кто-то убивает своё время. Он прошёл вдоль очереди к центральному входу. Люди кричали ему что-то вслед, но он не оборачивался, а потом внезапно ощутил тяжёлую руку на своём плече.

— В очередь, сынок.

Перед ним стоял суровый мужчина лет сорока. Он выглядел как простой рабочий. Артен уважал их труд и всегда считал, что такие люди заслуживают уважения, но это не повод грубить.

— Отпустите, я всего лишь пройду и куплю билет.

— Как и многие. В очередь!

Внутри у Артена заскребло. Будто бы кто-то только учился играть на скрипке, но уже пытался сыграть музыкальный шедевр. Это злило. Его разум выдавал подходящие ещё реплики диалога, но они лишь больше провоцировали конфликт. Он начал замечать и чужое недовольство.

На втором этаже с грохотом распахнулось окно, и из него показался пухлый мужчина.

— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство! Я здесь наверху! Проходите, проходите скорее. Я уже выслал к вам свою помощницу, она проводит в мой кабинет. Многоуважаемая публика, не беспокойтесь, мы всех сегодня примем ещё до заката, у нас достаточно сотрудников!

Янган Лэива был начальником городского порта уже двенадцать лет. И по его собственным соображениям, он превратил его в настоящий рай. Пусть ремонтом двухэтажной администрации никто не занимался и оборудование в порту порядком износилось, но прибыль росла. Во многом это была заслуга внимательности Янгана. Он всегда знал, откуда дует ветер, и подмечал особых гостей. Таким для него был и Его Сиятельство князь Южных Земель Артен Нонморт. Сидя в своём кабинете и разглядывая свои владения, он заприметил юношу и быстро достал из памяти всю информацию о нём и его роде. В основном она касалась наследственного состояния.

Помощница Янгана, блистательная блондинка, проводила Артена прямо до предложенного ему места. Юный князь оглядел кабинет и, не найдя ничего интересного, поприветствовал хозяина порта.

— Янган Лэива, начальник порта, Ваше Сиятельство. Вы, должно быть, меня не помните, но полтора года назад мы оба были на приёме в честь новой книги графа Тэта Миценгейта.

Артен слегка поморщился, услышав знакомое имя, но быстро взял себя в руки.

— Рад видеть Вас вновь, господин Лэива, но я не думаю, что моё дело столь важное, чтобы отвлекать вас от работы. Мне всего-навсего надо купить билет.

— О, что Вы? Какие могут быть у меня дела? Да и билеты тоже по моей части. Может быть, чаю или вина?

— Не думаю, что Вы принимаете так каждого из той очереди, — Артен аккуратно указал рукой на окно.

Господин Лэива разразился диким хохотом.

— Конечно, конечно, нет, Ваше Сиятельство. Но все важные документы я утверждаю лично. Я подписываю декларации, утверждаю перевозимые грузы, подписываю каждый лист с пассажирами. Так что это в любом случае прошло бы через меня.

— Что ж, хорошо, — недолго подумав, сказал Артен. — Мне нужен билет на ближайший корабль до Ернодска.

— Отправляетесь исследовать мир?

Янган тихо посмеялся и тут же окунулся в бумаги. Среди множества листов, не очень аккуратно сложенных на его столе, начальнику порта удалось достать нужный. Он изучил его внимательно и покачал головой.

— Знаете, кажется, все каюты вашего класса уже заняты… Вы же знаете этих превращенцев[1], их всех так и тянет вернуться к своим. Должен признаться, они свои буклетики и у нас в порту раздавали. «Ликменам лучше держаться вместе!» — ну что за бред?

— А что насчёт классом ниже?

Янган скривился.

— Не думаю, что они Вам подойдут, Ваше Сиятельство. Там надо делить пространство с неизвестными. Даже свой сундук нельзя спокойно оставить! Пусть Ваша дорога и не слишком дальняя, но я бы не стал рисковать.

— Что же делать?

— Ну, я бы дождался следующего рейса через 35 дней. Не самое долгое время ожидания, и мы бы выписали сразу лучшую каюту для Вас.

— Нет, столько я ждать не могу.

Янган развёл руками. Артена начинало тревожить. Он не мог оставаться в Шэхирке, хотя чувствовал, что убийца всё ещё в городе. И он не мог уехать туда, где мог бы расставить ловушку. Всё было слишком сложно и непонятно.

Вдруг господин Лэива вскинул палец вверх и хлопнул в ладоши.

— Точно!

— Что точно?

— Я знаю, как мы поступим. Обычно так не делается, но я вижу, что для Вас это важно. Мы отзовём один из билетов в лучшие каюты и отдадим её Вам. Придётся принести извинения одному из господ и возместить его издержки, но ради Вас, Ваше Сиятельство, я готов на это.

— Но это как-то неправильно, человек уже оплатил, он рассчитывает.

— Я с ним договорюсь и выкуплю билет. Уверяю Вас, никаких проблем с этим не будет.

Артен сразу улыбнулся. Всё складывалось как нельзя кстати. И с чем здесь хотел помочь Агат, непонятно. Всё уладилось в течение пятнадцати минут. Оставалось лишь утрясти маленькие детали, проявить княжеское достоинство.

— Что ж, это замечательно, — произнёс Артен и пожал руку Янгану. — Я готов выделить Вам нужные для перекупа средства. Сколько это будет стоить?

— О, всего 25 асеров.

Артен, не задумываясь, достал из кармана полученный мешочек и отсчитал монеты.

— Ещё раз признателен Вам, господин Лэива.

— О, что Вы, мне в радость.

Артен остановился в дверях. Что-то его беспокоило. Он чувствовал, что что-то идёт не так, но не мог объяснить. А ещё что-то важное вертелось в голове, но он никак не мог ухватиться за эту мысль.

— Напоследок… Вы что-то упоминали про список пассажиров?

Юный князь Нонморт, идя на закате вдоль порта, думал всё о прочитанных именах. Он не знал, много или мало было отдать 40 асеров за билет и информацию, но зато он точно был уверен, что убийцы не будет на ближайшем рейсе. Там были Клес Иргесс, Расон Алеомэст, Корт Бишоп и множество других, но не было Арсона Олематэса. Ничего похожего. Может быть, директор был прав и его давно нет в городе?

Когда Артен дошёл до конца очереди, огонёк в его подсознании разгорелся. Ветер направлял его взгляд. Он посмотрел мимо капитанской кареты, остановившейся неподалёку. Посмотрел сквозь моряков, тягавших груз, посмотрел сквозь седовласого старика. Артен замер. Нет, это был не старик. Да и седина имеет иной отлив. Волосы были серебряные.

Раздался звук колокольчика стражи. Поджигатель бежал и знал, что бежали и за ним, но он не мог его упустить. Он чувствовал его. Он верил, что Арсон в городе, и был прав. Не может быть так много людей с общей необычной деталью. Он гнался за ним сквозь толпу. Он бежал сквозь моряков и погрузчиков, догоняя цель впереди. Он загонял жертву в угол.

И вот поджигатель стоял на пирсе меж двух кораблей. Здесь были ящики, много ящиков и ни одной живой души. Он никого не видел. Серебровласая тень растворилась. И всё же поджигатель чувствовал жертву. Искры сверкнули в руках.

— Князь, куда мы так спешим? Увидели что-то интересное?

Артен обернулся. Его окружили три запыхавшихся стражника. Их руки лежали на рукоятях мечей. Они ждали его хода. Голос внутри шептал, что рано останавливаться, но он становился тише. Искры угасли.

— Лёгкая пробежка с препятствиями, капитан, ничего стоящего.

— Правда?

Мужчина тридцати лет в офицерском снаряжении подошёл к Артену и заглянул за плечо князя. Он быстрым взглядом окинул окрестности и, не найдя ничего по-настоящему интересного, дал отмашку подчинённым.

— Вас подвезти до дома, князь? — не меняя серьёзного тона, спросил капитан.

— Это было бы любезно.

Вскоре они сидели вдвоём в карете капитана Ярхона Фирине. Артен не единожды за прошедшие четыре месяца встречался с начальником городской стражи, и ни разу это не было случайностью. Впервые Артена добросил капитан после смерти Айхи, дело о котором вёл лично капитан. Тогда юному князю офицер показался человеком, которому не чуждо сострадание, но после начала поджогов их мнение друг о друге изменилось.

Они сидели напротив, и периодически их взгляды пересекались. Капитан достал перо, записную книжку и небольшой флакончик чернил. Он раскрыл свои бумаги и стал аккуратно что-то записывать, стараясь не отвлекаться на тряску.

— Князь, Вы слышали, что сегодня ночью случилась очередная трагедия?

— Вы про смерть ещё одного наёмника в огне? Да, слышал.

— Очень безрассудно разжигать расовую ненависть сейчас, когда мир и так находится на грани. Не находите?

Артен посмотрел в окно. Город проносился мимо, будто сновидение. Он провёл пальцем по холодному запотевшему стеклу.

— Не уверен, насколько это можно назвать расовой ненавистью. В пожарах за последние несколько месяцев погибли не только ликмены. Было же ещё дело графини Миценгейт…

— Князь, мы это уже обсуждали. Эти два дела не мог совершить один и тот же преступник. Вы сами отмечали, что графиня погибла от зелья, а тут мы имеем дело…

— С драконом, — интуитивно ответил Артен. — По крайней мере, так писали в газетах после первых трёх жертв.

— Газетчики не располагают всей информацией.

— Раз так уверен, вы скоро поймаете виновного, — со злобной насмешкой произнёс юный князь и посмотрел капитану в глаза.

— Есть некоторые преграды.

— Как обычно.

Капитан Фирине прикусил перо. Он смотрел на улыбку юноши, и она его раздражала. Уже много дней он хотел свести её с лица, но каждый раз шанс ускользал от него. Он уже не мог вспомнить, когда в последний раз спал в своей кровати.

Карета завернула за угол и выехала на родную для Артена улицу. До дома оставалось совсем чуть-чуть.

— А, капитан, хотел Вам сообщить. Вы знаете, через недельку я уезжаю.

Флакон с чернилами вздрогнул и оставил каплю в записной книжке. Капитан интуитивно попытался её стереть, но лишь сильнее размазал. Улыбка Артена стала искренней.

— Как? То есть Вы же свидетель… по делу смерти графини… Мы не можем просто так дать Вам уехать.

— Не знаю, — разглядывая пятно, произнёс юный князь. — Думаю, всё с разрешения Его Величества, короля Фаенга Второго.

Карета чуть резче обычного остановилась, но чернила остались во флаконе. Артен кивнул головой и открыл дверцу.

— Прощайте, капитан.

— До свидания, князь.

Артен оставил капитана Фирине осмыслять всё произошедшее в собственной карете. Ярхон ничего не мог сделать. Как понял юный князь, он вообще редко когда что-то мог. Вот и теперь у него не было абсолютно никакого выбора. Артен подозревал, что капитан уже обращался к королю с предложениями по делу поджигателя, но они ни к чему не привели, так почему же сейчас всё должно быть иначе?

Дверь в фамильный особняк Артену отворил Агат. Он делал это всегда за мгновение до стука и никогда не опаздывал. Юный князь продемонстрировал дворецкому выписанный билет и с утверждением, что всё было не так уж и сложно, прошёл наверх.

Было уже затемно. Артен медленно и тихо двигался по коридорам, словно тень, стараясь никого не разбудить. Лишь в одной комнате до сих пор горела свеча — это была детская игровая зала. Юный князь заглянул в распахнутую дверь и увидел младшего брата, спящего среди каменных солдатиков. Он аккуратно подошёл к нему и взял на руки. Вайрону не следовало оставаться здесь. Хоть завтра и не надо было идти в школу, мать точно не обрадовалась бы, найдя его спящим в холодной комнате на полу. Вот только стоило Артену сделать шаг за порог, как мальчишка открыл глаза. Они засияли в ночной тени как две звёздочки.

— Артен! Артен, я так рад, что ты пришёл!

Вайрон постарался быть тише, но ему это удалось не сразу. Он соскочил с рук старшего брата, схватил его за рукав и затянул обратно в игровую.

— Нам надо столько всего сделать! Отстоять форт, спасти Барабена и… Кажется, надо заменить свечу.

Глубоко ночью княгиня Рамина проснулась в холодной постели от испуга. Ей часто снились не самые приятные сны, но она усмиряла их прежде. Последнее время это давалось ей всё труднее. Она встала с кровати и пошла за водой. Обычно Сект приносил графин в их спальню, но сегодня он ушёл в ночь и не сказал, когда вернётся.

Она шла по коридорам тихо, чтобы не разбудить мальчиков, а потом услышала звуки. Она хотела позвать Агата, но что-то внутри её отговорило. Княгиня увидела отблеск от свечи в коридоре и аккуратно пошла к нему. Чем ближе она подходила, тем яснее ей слышались голоса. Сперва только детский мальчишеский, а за ним более грубый, но такой же радостный.

Приблизившись к закрытой комнате, княгиня аккуратно на щёлочку отворила дверь. Картина, увиденная ею, вернула её на три-четыре года назад, а потом и на все восемь. Она бы смотрела на них вечно. И как бы хотела она оставить всё так, как в ту дивную ночь.

[1]Превращенец — оскорбительное наименование расы ликменов. Существ, способных оборачиваться в обличье той расы, которую видели вживую.

Глава 3

Тик-так. Тик-так.

Князь Сект раскладывал бумаги в королевской приёмной. Всё должно было быть готово к завтрашнему совещанию. Союзный проект, предложенный вампирским царством, требовал детального рассмотрения. Сект не мог допустить, чтобы их в третий раз за тридцать лет втянули в войну. Южное королевство было сложно вытащить из прошлого кризиса, не хватало нового.

Ему казалось, что впервые за полгода он мог полностью отдаться делу. Никаких пожаров, никаких внутригородских проблем. Остался только он и работа, как должно быть.

Его Величество, Чёрный король магии, владыка южных земель Фаенг Второй, должен был вернуться с переговоров утром. Его конвой уже видели на границе, оставалось совсем мало времени.

В пустых коридорах ночного замка раздались звонкие шаги. Это была солдатская походка. Цоканье пяток, тяжёлые сапоги, ритмичный ход — всё строго по уставу. Звук шагов приближался. Князь Сект отложил папку с планом экономического развития, надел пенсне. Он посмотрел на часы. Никого не должно было здесь быть в столь поздний час.

Шаги прекратились. Дверь без стука распахнулась, и за ней показалось лицо капитана Фирине. Князь пригляделся, заметил папку в руках офицера и убрал пенсне в карман. Ярхон молча зашёл в приёмную и сел на один из гостевых диванчиков. Сект продолжил заниматься документами.

Тик-так. Тик-так.

Капитан посмотрел на свои часы, затем сверил время с королевскими и убрал свои обратно.

— Вы не имели права его отпускать.

— Неужели? Его Сиятельству не пристало сидеть в четырёх стенах. Он и так там порядочно задержался.

— Князь, Вы прекрасно знаете, о чём я говорю. Он неуравновешенный, опасный… Его место в Загорье или даже…

Князь трижды постучал пальцем по столу.

— Если у Вас, капитан, есть конкретные обвинения, выдвигайте их. Посмотрим, что скажет Его Величество.

Капитан улыбнулся и положил папку себе на колени.

— У меня хватит улик.

— Косвенных. Ваша карьера не выдержит такого необдуманного удара.

— А Ваша, князь?

Сект не ответил. Капитан покрутил в руках папку, заглянул в неё и начал перечитывать. Он вертел в руках помятое гусиное перо и то разминал его, то скручивал. Часы пробили два часа ночи. Князь покончил с сортировкой документов и накинул на плечи свой зелёный камзол.

— Помните, капитан, политика — это не охота за преступником, тут редко выпадает второй шанс. А вот поджигателя у Вас ещё есть шанс поймать.