- -
- 100%
- +
– Мне очень нужно, у тебя ведь есть связи, пожалуйста… – всхлипываю я в трубку.
– Очень срочно?
– Очень, – киваю я, хоть брат и не видит.
– У тебя точно нет проблем?
– Точно. Мне бы узнать, кому принадлежит сим-карта…
– Ладно, скидывай.
– Спасибо, братишка!
– Как что-то выясню – звякну.
Отправляю брату неизвестный номер, с которого несколько дней назад я получила обличительное смс. Обратный звонок мне ничего не дал, абонент выключен или вне зоны действия сети. Сама я не в курсе, как можно разведать, кому принадлежит номер, и понять, кто вовремя подсуетился, прислав мне информацию. Поэтому я решила обратиться к Акраму.
И не прогадала: уже спустя два часа я получаю сообщение, что номер «свежий», лишь на днях зарегистрированный на некую Гильманову Анну Артуровну.
Ничего большего в итоге не открылось. Я попробовала еще раз позвонить, но нет. Неудачно.
Точно знаю, чего ожидаю от разговора. Спросить зачем. И почему сейчас. Ах да, еще пожелать удачи с Аязом, потому что я не особо-то и претендую, пусть без меня разбираются.
– Гелена Ильдаровна, – раздается бодрый голос сразу после уверенного стука, – можно?
Я оборачиваюсь в недоумении. Быстренько чиркаю недовольным взором по циферблату, фиксируя время.
– Я тут… сзади… лопатка немного… я, в общем, плечо потянул, что ли, – заявляет сбивчиво господин «это мое место», вдруг напуская на себя жалостливый вид. Смотрится это, конечно, забавно: здоровенный чернявый детина, руки, как кувалды, мощные плечи, чувственные губы в легкой усмешке и хитринка в бездонном взгляде.
– А массажиста наверняка уже нет на месте? – предполагаю я, вздыхая. Вот что он ко мне прицепился?! Вечерок скоротать не с кем? Глядя на этого Аполлона, сложно поверить в сие возмутительное предположение.
– Вы правы, – скорбно соглашается Роберт, уже успевший занять собою весь дверной проем.
– В это время специалист еще у себя, пойдемте вместе заглянем, – решительно заявляю я, шагая ближе к посетителю.
– А-а… Его там нет, – поспешно заявляет «посетитель», выглядя при этом очень убедительно. – Я только что оттуда. Мне сказали, он пораньше уехал.
Чертыхаясь про себя, подхожу к рабочему стационарному телефону. Звоню на ресепшн для уточнений. Да, действительно. Николай сегодня отпросился на полтора часа раньше.
– Убедились, Гелена Ильдаровна? – темные брови насмешливо сдвигаются над переносицей.
– Рассказывайте, – отвечаю я, больше не желая вступать с ним в дискуссию.
– Не посмотрите, а?
– Да с удовольствием, – цежу я сквозь зубы. – Ложитесь на кушетку животом, сделаю, что смогу.
Мужчина играючи занимает предложенное место. Даже не поморщился. Ну что ж. Сам напросился.
– Снимайте майку, – подтруниваю я и начинаю медленно поглаживать широкую спину, плавно разогревая мышцы. Пальцы у меня сильные, массаж я делаю вполне себе сносно. Аязу, во всяком случае, нравилось.
– У вас потрясающие руки, Гелена Ильдаровна, – тает от моих прикосновений Роберт.
– Я в курсе, – насмешливо отзываюсь и начинаю прощупывать мышцы. Ощутимо прощупывать!
– О-й, так… – он прочищает горло: в этот момент ему неприятно, – тоже ничего.
– Вы уверены? – сладкой патокой осведомляюсь я.
– Да… аа-а, – вырывается у Роберта, а я крепче смыкаю губы, чтобы не расхохотаться.
– Это хорошо, значит, так вам тоже понравится, – глотая смех, я продолжаю работать с «клиентом», заставляя его прочувствовать в полной мере неприятные ощущения. – И так тоже нравится? – усердствую я, намеренно жестко проминая мышцы.
– Вообще кайф, – сдавленно шепчет Роберт, но экзекуцию терпит.
– Хотите, поскорее закончим? – наивно уточняю я. Честное слово, смотрел бы мужчина на меня, я еще бы и ресничками хлопнула для пущей убедительности.
– Не-не, не надо, все в порядке, – гордо заявляет Роберт, сцепив челюсти.
– Оу, ну как скажете.
Наверное, он планировал поговорить, но в его положении это сложно: ему приходится стойко выдерживать «мягкие и нежные» касания.
Какой крепкий орешек, смотри-ка, даже не пискнет. Я усердствую еще немного. Надо же! Удивил. Все вытерпел!
Ладно, нельзя так сильно и долго издеваться над человеком.
– Ну как? Теперь полегче? – я отхожу в сторону и тянусь за черной спортивной борцовкой Роберта. Подаю, зажимая между пальцев. На самом деле ему должно стать значительно легче.
Мужчина тихо прочищает горло и… глубокий чернющий взгляд опасно сковывает мои движения. Я не могу пошевелиться.
РОБЕРТ
Девчонка неповинно разглядывает меня.
Очевидно, в устремленном на нее взгляде она все же успевает рассмотреть что-то, потому как настороженно делает шаг назад.
В ее глазах превосходство, а я не понимаю, какого хрена так цепляет. Я рассчитывал на абсолютно другой эффект. А тут… она изо всех сил старается от меня избавиться. Удивительные новости. Вообще-то это я собирался ее шокировать нестандартным подходом.
Девчонка меня уела. Смелая какая.
Тут надо бы поразмыслить. Очень хочется ее украсть после работы и подстроить все так, чтобы она была вынуждена провести со мной вечер.
Но уже в который раз с ней ничего не срабатывает. Интересная девочка. Но ничего. Я и не с такими задачками справлялся.
У нее звонит личный телефон. Она тянется к металлическому корпусу, нетерпеливо на меня поглядывая. Ждет, что я поскорее свалю отсюда. Хм! Как бы не так, девочка!
– Ты можешь ответить, я не побегу жаловаться.
Девчонка смеряет меня презрительным взором и торопливо принимает вызов.
– Что?! Объясни коротко, – вдруг выдает она командным голосом. – Все будет хорошо! Соберись! – дает наставления Гелена. – Все были готовы!
Она слушает ответ собеседника и горячо возражает:
– Шансы всегда есть. Успокойся. Выдохни. Я бы сорвалась к тебе, но не могу с работы отлучиться. Прости, пожалуйста… С ней врачи, – взволнованно продолжает объяснять она, а я тщательно прислушиваюсь к разговору: вижу, у девчонки дрожат пальцы. Она переживает, и очень. Новость выбила ее из колеи. Я бы сказал, нанесла удар. – Они сделают все возможное. Поверь, в истории медицины есть случаи и похуже. У нас все прекрасно. Врач сам дал отмашку, что пора. Да, было бы лучше, если бы все осталось под абсолютным контролем, но иногда что-то может пойти не так. Это не значит, что все пропало. Это значит, что нам всем придется пройти через дополнительные сложности. Но все получится. Поверь, братишка.
О как. Брата успокаивает. А сама на нервах. Молодец. Крепка. Лицо держать умеет. Это похвально, мне такое нравится.
Дальше девушка сбивчиво отвечает, что «малышку» поместят в специальный бокс – уход, присмотр и все такое. Кажется, у ее брата родилась дочь и у нее проблемы со здоровьем. Или слишком маленькая. Гелена обещает брату, что девочку выходят, успокаивает как может, а у самой глаза на мокром месте.
– Я приеду после работы, – обещает ему. – Давай сориентируемся по факту. Держи меня в курсе. Как только получишь какую-то информацию – сразу звони мне, договорились?
После разговора девушка долго смотрит в крохотное оконце. Я оказываюсь рядом, но молчу. Вижу, она переваривает информацию, размышляет.
– Я был бы рад оказаться на месте этого телефона, – пытаюсь пошутить и слегка разрядить обстановку. Но выходит как-то криво.
– Простите, я задумалась. Чем-то еще могу помочь?
– Гелена, я случайно стал свидетелем разговора. Может быть, вам с братом помощь нужна? Я от чистого сердца. Ты только скажи.
Сам не понял, как перешел на ты.
– А? – выныривает она из своих мыслей. – Нет, Роберт. Мы справимся. У меня племянница вот-вот родится. Там просто… небольшие осложнения.
– Я понял. Если что, ты можешь мне позвонить. Чем смогу помогу.
– Я поняла спасибо.
В зале я вымотался по полной, ожидая, когда же у Гелены наступит конец рабочего дня. Она заканчивает довольно поздно. И мне это неприятно. Сейчас светло, лето почти. А зимой? Холодно, темно. А она так поздно домой добирается. Не дело.
Бегу к ней в кабинет, но там заперто. Ох ты ж! Неужто просмотрел?! Черт.
Девушку я нахожу уже на улице. Она открыла капот и что-то там внимательно разглядывает.
– Новые проблемы? – осведомляюсь я, вальяжно опираясь о дерево плечом. Да-да, тем самым, которое якобы болело.
– Все нормально. Извините, Роберт, я очень спешу.
– Что мешает поехать?
– Да с машиной что-то. Ааай… я в этом не разбираюсь, – машет она рукой. На ней лица нет. Даже у меня на душе становится как-то печально.
И одновременно радостное воодушевление охватывает.
– Так, – ловлю ее за руку. – Ты уже показала, что очень стойкая и упрямая девушка. Но давай все же, когда реально надо, ты побудешь слабой и перестанешь со мной спорить, договорились? Пойдем, я тебя отвезу к брату. В больницу куда-то ехать?
– Да. Его жене внепланово операцию делают. Он очень переживает, – кривит губы Гелена, сама с трудом сдерживается, вон слезу украдкой смахивает. – Мне к нему срочно надо.
– Меньше слов – больше дела. Прыгай ко мне.
Глава 14
Гелена с сомнением косится на мою тачку – ту самую, которой я подпер ее машину несколько дней назад. Растерянно переводит на меня взгляд.
– Думаешь, мы вдвоем там не поместимся? – хмыкаю я.
– Нет же, – наконец сладко улыбается Гелена, – просто до сих пор простить вам не могу ту подставу.
Еще и смех у нее мелодичный, приятный. Нежный.
Я распахиваю дверь переднего пассажирского сиденья, приглашая гостью.
Девушка уже не отказывается, занимает предложенное место и пристегивается. Не пугливая, правда, ведет себя немного напряженно – уверен, сказываются семейные переживания.
Я пытаюсь хоть как-то поддержать разговор, но Гелена неохотно идёт на контакт. И вдруг она вскидывает голову, глядит на меня испуганно.
– Что? – даже я слегка охреневаю.
– Я… я… черт, – сокрушается она. – Я брату налила чай с мятой и забыла термос на работе. Вот идиотка. Поторопилась…
Не проронив ни слова, я резко разворачиваюсь. Хорошо, недалеко отъехали.
– Возвращаемся? – взволнованно уточняет.
Непослушные локоны падают на ее лицо, не позволяя оценить весь спектр женских эмоций.
Гелена носит черную резинку для волос на запястье. Второй раз уже подмечаю.
Мне интересно наблюдать за ней, открывать для себя такие вот мелочи. И главное, захватывает же, ё-моё. Что там еще хранится в этом ящике Пандоры?..
– Да нет проблем.
Ей неудобно, отчетливо это вижу, а я чувствую себя рыцарем, что спасает прекрасную принцессу. Давненько не испытывал подобного.
Подъезжаем к фитнес-центру, девушка торопливо выскакивает из тачки, обещает поскорее забрать вещи.
На крыльце она действительно показывается довольно быстро, в руках ее белым пятном горит небольшой термос, что в другой – никак не рассмотрю.
И только когда усаживается рядом со мной, понимаю, что это треугольная упаковка с сэндвичами.
– А это ты меня решила угостить? – лыблюсь я, ожидая ее ответа. Как она будет выкручиваться на этот раз?
– Ой, – Гелена округляет глаза. В самом деле считает, что я покушаюсь на ее бутерброды? – Да это я брала перекус себе, просто столько работы было… я не успела. А сейчас уже, – на этих словах желудок ее громко заявляет о себе, – уже не хочу.
– Ммм, – тяну я расстроенно. Девчонка голодная, а я даже накормить ее не в состоянии. Потому как «ей некогда». Ужас. Стыд и позор мне. Я бы даже сказал, позорище. – Совсем не хочешь, да?
Подбородком я упираюсь в кулак, а локтем – о руль. Лениво разглядываю свою спутницу.
Ее желудок возмущается еще громче, и я начинаю хмуриться.
– Нет. Поехали?
– Поешь спокойно, – настаиваю я. – Пока доедем, пока там… Ты ж совсем голодная.
– Я для брата захватила, он на стрессе, о еде наверняка даже и не вспомнил. А я уж дома… да и вообще, вредно мне так поздно ужинать, – гордо объявляет Гелена.
– Ну-ну, – смеюсь я и ищу глазами ближайший магазин. На кафе или ресторан все равно у нее времени нет, я все понимаю.
Мне повезло. На пути нас приветливо встречает супермаркет, и я заезжаю на парковку.
– Я на десять минут. Подождешь?
Подождёт, конечно, куда ж ей уже деваться.
На скорую руку набираю полкорзины разных сэндвичей, Гелене еще беру пирожное. Такое, чтобы удобно было есть в машине, холодный чай с лимоном. И даже замечаю на выходе автомат, где можно приобрести горячий кофе.
Покупаю для девушки самый большой стакан латте и довольный выдвигаюсь из магазина.
– Так, – командую я, занимая хозяйское место. – Это наш сегодняшний ужин, я тоже дико голодный. Брату сразу отложи, накормишь парня. Кофе, – протягиваю ей бумажный стаканчик. – Осторожно, горячий. Эклер – тебе.
– Роберт… – сверкает глазами девчонка, оглядывая все это великолепие. Я прям в студенческие голодные годы вернулся, честное слово. Тогда подобный пир был моей мечтой. – Вы волшебник.
– А давай на «ты», а? – предлагаю я, громко сглатывая слюну. Жрать хочу, как волк! – Мне откроешь какой-нибудь?
Резко трогаюсь с места.
– Конечно! – она выполняет просьбу, протягивая мне вскрытую упаковку. Я же одной рукой предусмотрительно держу чай, второй – рулю.
Я расплываюсь в улыбке.
Ну простите, кому-то придется меня кормить.
– Спасибо, только у меня руки заняты, – я поджимаю губы, чтобы себя не выдать, но, видимо, бесполезно, с Геленой такие номера не проходят.
– Намек поняла, – смеется девчонка, все понимая, и вытаскивает треугольный бутерброд так, чтобы мне было удобнее откусить. – Ну как?
– С твоих рук вкуснее, – лыблюсь от удовольствия.
Вот вроде и мелочь! А как же приятно.
– Я очень благодарна.
– Специально на работе есть не стала, – догадываюсь я. – Брату оставила.
– Да, разъезжать уже некогда. Да и поздно, темно. А он там один, еще операция не закончилась. Представляю его состояние. Я посижу с ним недолго и…
– И я тебя домой отвезу. Без разговоров.
– Ну что вы! – пытается возражать она, но под моим пристально-осуждающим взглядом замолкает. И сразу же исправляется. – Ты и так меня очень выручил, я сама доберусь домой.
– Ничего не знаю. Я тебя дождусь, тем более мы уже вместе ужинаем. Как тебе? Романтично? – веселюсь.
– Да, на самом деле здорово.
Вместе мы уминаем все. Гелена заботливо складывает в сумку два сэндвича. Для брата.
К клинике подъезжаем не так уж и быстро, но Гелена удивляет:
– Ты не мог бы встать или на дороге, или…
У нее такой растерянный взгляд, что мне хочется внести еще большую сумятицу, но я сдерживаюсь. И так все понимаю. Но девчонка принимается объясняться:
– Просто брат если увидит, не поймёт, а мне объяснять долго.
– Ты там что-то про мужика какого-то говорила. Ну своего, – ржу я, насмешливо обрисовывая рукой круг.
Какой мужик позволил бы ей мотаться так поздно с работы? Ни забрать, ни позвонить.
А тут еще и такие семейные сложности. Сразу видно: на все класть человеку. Иначе он был бы первым, к кому Гелена обратилась за помощью.
– Говорила.
– Боишься, до него дойдёт?
– Боюсь, – отрезает она недовольно. Ладно, ок. Согласен, не мое дело.
Ну как не мое. Знать-то хочется.
Паркуюсь, как она и просила. Без палева. Тоже молодец, что озвучила. Уважаю.
– Я жду, – заявляю я не терпящим возражений тоном.
И сколько бы она ни противилась, до дома я ее тоже подкину.
Глава 15
ГЕЛЕНА
Обнимаю братишку на прощание и, не сдерживая улыбки, выбираюсь на улицу.
Роберт успел уже скинуть мне два предупредительных смс. В первом сообщил, что он меня ждёт и чтобы я не уезжала без него. Во втором – что он решительно против моих передвижений в такое позднее время. Настаивает написать ему, когда мы с Акрамом закончим. Он встретит меня на полпути.
От брата тоже пришлось долго отбиваться: и он намеревался меня проводить. До моей машины. Ага. Мне бы еще понять, что с ней не так. Если требуется срочный ремонт, дела мои плохи.
– Ну какая же самостоятельная леди, – по-доброму иронизирует Роберт, ожидающий меня в нескольких шагах от машины брата.
Я не привыкла прятаться. Вроде и ситуация не та, но объясняться перед кем-либо нет желания.
Решаю промолчать, и мы в тишине нога в ногу обходим здание.
Я не ощущаю неловкости и лишнего напряжения рядом с этим мужчиной.
А еще он такой высокий, что немного непривычно. Даже в школе я была самой высокой в классе и всегда первой стояла в шеренге на физкультуре. С Аязом мы одного роста – жених не отличается высотой и могучей фигурой, так что с Робертом… как-то удивительно. Я интуитивно расправляю плечи, ощущая себя маленькой и хрупкой.
Открываю рот, чтобы поблагодарить и намекнуть: дальше мне бы не хотелось его задерживать, но мужчина опережает меня:
– Да у тебя на лице все написано. Нет, – кратко отвечает он на мое невысказанное предложение. – Поехали.
Я послушно сажусь в машину. Стресс коснулся и меня своим невесомым, но жалящим крылом. Брат вообще в ступоре. В ломке, связанный по рукам и ногам. Мне даже пришлось разок как следует отвесить ему оплеуху, чтобы вытянуть из нервных раздумий.
А саму трясет. Операция у Зорины была очень сложная.
– Что в итоге? Как там твои? – искренне интересуется Роберт, прежде чем включить зажигание.
– У меня племяшка родилась! – с облегчением выдыхаю, наконец-то позволяя себе немного расслабиться. Эмоции бурлят и кипят в крови. – Все так переживали. Очень сложная беременность.
– Я рад. Правда. Поздравляю.
Роберт улыбается и кажется в это мгновение мальчишкой.
– Спасибо, – расцветаю я.
– Адрес назовёшь? Или придется гадать?
На этот раз мужчина не торопится. Несмотря на свободные дороги, скорость держит невысокую.
– Я, кстати, договорился, завтра твою машину сможет осмотреть мастер.
– Ничего себе, какой ты быстрый.
– Мне несложно.
– Роберт, это неправильно.
– Да я ж ничего не сделал.
– Сделал и сам это понимаешь. А я не могу принять. Извини. Но… правда не могу. Я сама с машиной разберусь.
Роберт выглядит дико довольным, его лицо озаряется внутренним светом.
– Пффф. Сама, – расслабленно он выворачивает руль. – Я-то думал, за тебя кто-то другой разбирается, тем более ты так громко об этом вспоминаешь, я и не вклиниваюсь уже. А сама-то это ж другое дело.
– А тебе что, не за кого больше разбираться? Не верю.
– Конечно, есть люди, за которых я безусловно в ответе. Но это совсем другое, – и колко возвращает мою же фразу, останавливаясь возле моего подъезда. – Ты ведь это и сама понимаешь. Идём, провожу.
И уже у двери меня вдруг осеняет:
– А как ты угадал, где мой подъезд? – роняю я челюсть.
– Никак, – смело заявляет Роберт. – Просто на автомате сюда встал. К себе не пригласишь, конечно?
– Конечно нет, – отрезаю я с милой улыбкой. – Я не вожу домой мужчин.
– Я так и знал, – наигранно сокрушается он. – Номер тоже не оставляешь кому попало?
– Ты угадал.
Распахивается дверь, мы выпускаем парня с девушкой.
– Спасибо за по… – благодарю я мужчину, пока он придерживает для меня дверь, и вдруг он с тихим ругательством одергивает от нее руку. И я подмечаю кровь на его коже.
– Вот же… – вновь тихо ругается он и пытается стряхнуть кровь с руки. Кривится и косится на дверь. – У вас тут гвоздями, что ли, дверь приколачивали?
– Не знаю… – сдержать удивление мне не удается, – я не замечала раньше.
Глазами нахожу «преступника». Да, действительно. Гвоздик горделиво торчит. Длинный. Как Роберт себе полруки не распорол – неизвестно.
– Дай посмотрю.
– Что там смотреть? – отнекивается мужчина, отводя руку в сторону. – Все нормально.
– Да где нормально?! С тебя кровь капает!
– Ну значит, не всю ее еще у меня выпили, – лыбится стоит. И так хорош в этот момент: зубки скалит, дьявольски хитрые глаза горят. Ну точно чертяга!
– Роберт, – стараюсь погасить веселую улыбку. – Это не смешно.
– А что? – иронично дергает он бровью. – Ты передумала и приглашаешь меня в гости?
– Нет, – строго прищуриваюсь. – Но рану обработать надо. Доставай аптечку.
– Я сам. Не волнуйся. Иди со спокойным сердцем.
– Да знаю я вас мальчишек. Ничего ты обрабатывать не будешь. Пойдём.
– Обойдусь, – капризничает Роберт.
– Я серьезно. Повреждение тканей, должно быть, довольно глубокое. Нужно продезинфицировать рану.
– Да я тебя умоляю, какое повреждение! Это пустяк!
– Хватит мне тут глаза закатывать!
– А что, я должен, как последний кретин, в истерике биться? Из-за какой-то царапины?
– Все. Пойдём, – хватаю его ладонь, крепко сжимая, и тащу обратно к машине.
– Не, ну если со всеми удобствами… – ерничает он, переплетая наши пальцы, а я даже не успеваю отреагировать, – тогда я согласен.
Теперь уже он тянет меня за собой. Заботливо усаживает, включает подсветку.
Послушно достает аптечку из багажника, позволяет мне по-хозяйски в ней покопаться.
Пока я осторожными плавными движениями оттираю кровь с кожи и прохожусь антисептиком, Роберт не сводит с меня завороженного взгляда.
Наши лица довольно близко друг к другу, меня это немного нервирует. Роберт не один из равнодушных пациентов, спокойно ожидающих окончания процедуры. Он меня гипнотизирует, разглядывает, скользит заинтересованным плавным взором по моему лицу, дотошно изучая каждую черточку.
– Ну вот теперь я спокойна, – освобождаю его руку, но мужчина не спешит отодвигаться – даже, наоборот, подается еще немного вперед, наклоняясь.
– Спасибо. Благодарен. А в лечение больше ничего не входит?
– Не входит, – роняю я насмешливо, укладывая ладонь Роберту на грудь – он придвинулся недопустимо близко.
– А лечебный поцелуй смог бы мигом поднять меня на ноги, – он всего лишь шутит, но воздух в салоне мгновенно электризуется. – И еще очень хочется заблокировать двери и украсть тебя.
Я даже позволяю себе рассмеяться от такой наглости.
– Сначала женись. А уж потом лечебные поцелуи, – весело отмахиваюсь я, шуткой отвечая на шутку.
Тут нас ослепляет светом фар проехавшей рядом машины.
– Ммм, – невозмутимо реагирует Роберт, прилипая жадным взглядом к моим губам. Что-то животное мелькает в его глазах. Хищное. – Делаешь мне предложение?
– Вообще-то я…
Договорить не успеваю. Рядом со мной резко распахивается дверь, и боль обжигает плечо. Неизвестная сила настойчиво тянет меня из салона. Уже оказавшись на улице, я поднимаю пылающий диким возмущением взгляд, и… воздух застревает в легких.
– Это ты так с работы едешь?! – летит от Аяза свирепое замечание.
Он в бешенстве.
Глава 16
Вглядываюсь в его злющие глаза, не в силах найтись с ответом.
Обычно я за словом в карман не лезу, но Аяз застал меня врасплох: ситуация двоякая, со стороны я действительно выгляжу странно.
Неосознанно улавливаю тихий хлопок сбоку, и это приводит меня в чувство.
– Ты мне сейчас руку вывихнешь, – заявляю я с нажимом, но достаточно тихо, чтобы не привлекать внимания прохожих, и пытаюсь вырваться.
– И что это мы здесь делаем, пташки? – голос Аяза звенит возмущением.
– Разговариваем, – доносится до нас глубокий голос. Ох, нет! Это был не хлопок, это Роберт вышел из машины, тихо прикрыв дверь.
– А я не к тебе обращаюсь, – продолжает кипятиться Аяз.
– Разумеется, не ко мне. Ко мне так не обращаются.
Жених округляет глаза и поворачивается в мою сторону, опять дергая на себя:
– Я тебя спрашиваю, это что такое. С мужиками катаешься? – выходит крайне зловеще.
– Ну не с тобой же ей кататься, – вновь настойчиво влезает Роберт, и я громко сглатываю. О-оу…
Аяз снова реагирует:
– Слушай, ты б ехал отсюда, а, по-хорошему.
– Подождите! Подождите! – в панике перевожу растерянный взгляд с одного на другого и наконец мне удается вырваться. – Аяз! Перестань! Зачем так грубо? Простите, – обращаюсь уже к Роберту, – это недоразумение…
Глупо, конечно, оправдываться, но я не знаю, что еще сказать.
– Да я так и понял, – насмешливо соглашается Роберт, оглядывая соперника. – Недоразумение.
– Что в твоей машине делала моя невеста? – не унимается Аяз.
– Сидела, а что, ты сам не догадался?
– Аяз, пойдем! Простите еще раз, мне очень неудобно. Нам пора!
– Может, я всё-таки провожу? – дергая бровью, подливает Роберт масла в огонь. Аа! Ну неужели он не мог промолчать?!
РОБЕРТ
Сдерживаюсь как могу: и смеяться хочется оттого, как Гелена изумленно округлила глаза, и охладить пыл одного невменяемого недоразумения. Вот «оно» и есть жених?!
– Мужик, ты нарываешься.
Ой как страшно. Мама дорогая. Он решил концерт при всем честном народе собрать?