Звериное начало. Том II

Глава III

– Ты не можешь обвинять во всем Рэ, она не отвечала за себя тогда, – вступился Нэ за сестру, как обычно.

– Ее происхождение не может оправдывать ее вечно, – отрезал предводитель, и для того, чтобы придать своим словам значимости взмахнул руками, – Мне жаль, что я не могу облегчить твою жизнь, Рэ, но твоя первоочередная обязанность – научиться контролировать себя. Ты должна понять, как находить общий язык со зверем или когда-нибудь твои вспышки ярости приведут к печальным последствия. Я не хочу, чтобы ты пострадала, чтобы ты лишилась семьи, Общины, всего того, к чему ты привыкла.

Перевертыш очень хотела верить вожаку, но не могла. В последнее время происходило слишком много всего, одно событие быстро сменялось другим, не хватало времени поскорбеть об утрате брата или обдумать, что произошло в Приустье. Снова бегство, снова долгий путь, новые задания, утомительное исцеление, очередные неотрекающиеся, и весь этот коктейль еще и щедро приправлен бесконечными пустыми разговорами ни о чем. То есть беседы, может, и были нужны, вот только ни к чему толковому они не приводили. Эйэ избегал разговоров, а прежде, чем получить ответы, нужно было хотя бы сформулировать соответствующие вопросы. Но хотелось ли на самом деле получать эти ответы?

Привычный мир рушился, и Рэ не могла доверять даже самой себе. Никогда ранее подобных проблем с самоконтролем, за исключением полнолуний, у нее не возникало. Пусть на это и повлияли темные силы, легче от осознания ничуть не становилось. Недостаточное оправдание.

Подчинив свои инстинкты однажды, полукровка надеялась совладать с ними снова, однако в этот раз все оказалось значительно сложнее. Привычные методы не работали, зверь рвался наружу столь сильно, словно она вернулась в детство или ее заразили. Подобное состояние встречалось у грязных перевертышей поначалу на протяжении всех дней. После первых полнолуний, особенно после того, как им поясняли, что и как делать, они обучались смирению. У Рэйары же звериная сущность отступать не хотела.

– Я понимаю… – едва узнавая собственный голос, прохрипела женщина. Кашлянула, чтобы комок перестал давить на голосовые связки, – Может, безопаснее будет, если я покину вас?

– Нет-нет-нет! Ты не можешь от нас уйти, мы нужны тебе, а ты нам, – Наэм тут же схватил Рэ за руку, как будто она могла без этого раствориться в воздухе или моментально убежать, – Я не могу отпустить тебя. Никто из нас не отпустит, я прав? Ведь прав?

– Одиночество – не лучший выход, тебе может стать только хуже, – заметил Таэль. Он постоянно выступал за то, чтобы отдать Рэ на растерзание Верхушке, твердил, что не желает жить бок о бок с чудовищем, подшучивал над женщиной и всячески пытался уколоть ее, а тут решил выступить на стороне сестры. Скорее всего, это была плата за поддержку несколькими минутам ранее. Если нет, то стоило признать, что шпион сильно изменился в лучшую сторону. Наверное, хоть полукровка и ворчала сама на себя за это, но стоило признаться – по Таэлю она бы тоже скучала.

– Я тоже не вижу смысла в твоем уходе, – согласился Фэ, – Если мы не пойдем с тобой, то будем уродами, а если пойдем – то что это за одиночество?

– Бегство – выход, – неожиданно возразил Алорэ. Природник уже открыл рот, чтобы наругать брата, но тот чуть поднял руку, таким образом он и привлекал внимание, и просил помолчать, – Отличный выход, но только тогда, когда ты бежишь из города или от тех, кто тебя обижает, принуждает, унижает… От самой себя ты не убежишь, как бы ни старалась. От нас тебе тоже не скрыться. Куда бы ты ни пошла, чего бы ни натворила и ни сказала, мы отправимся за тобой. Что бы все мы ни делали, как бы ни ругались и ни спорили, какие бы задания нам ни давали, мы не оставим тебя. Будем прятаться, неумело следить, но не оставим. Смирись, наконец, что ты не одна. И ты, Эйэ, тоже. Ты выкручиваешься, придумываешь. как оправдаться перед Общиной, что им сказать и все это – не посвящая нас и в гордом одиночестве. Мы можем помочь. Подумать, посоветовать, что-то исправить в твоих речах. Вы жалуетесь, что мы не действуем как одна команда. Команды не будет, пока мы не начнем доверять друг другу по-настоящему.

– С Рэ мы разобрались, и она никуда от нас не сбежит, – выступил Наэм после короткой паузы, во время которой Эйэ только кивнул, – Теперь давайте решать и другие моменты. Кто-то на кого-то зол? Наши цели отличаются, так было всегда, и я не вижу в этом ничего плохого, а вот то, что мы друг другу не доверяем, мешает. Я согласен, что так больше нельзя. Итак, Эйэ…

Рэйара шумно выдохнула, ей не нравилось, к чему начинал вести разговор древесный волшебник. Чтобы не участвовать в этом, женщина с удовольствием бы сменила облик, вот только ей этого делать не позволяли. Конечно! Вдруг из-за одной трансформации Рэ снова выйдет из себя, начнет убивать каждого встречного и обязательно навлечет неприятности.

Любая эмоция легко выводила из хрупкого равновесия животную составляющую и тело реагировало на это в мгновение ока. Отвары перестали помогать, ночи становились самым тяжелым испытанием, особенно после долгого и наполненного событиями дня. Регулярные нападения не прибавляли уверенности и тоже нервировали перевертыша. Эйэ наверняка опасался и потому старался контактировать как можно меньше, зато природник, почувствовавший слабину в предводителе и растерянность сестры, перестал стесняться.

Раньше Рэ думала, что если Эйэ станет оказывать ей знаки внимания, она будет счастлива, но в последние дни общество спокойного и флегматичного Алорэ нравилось ей куда больше возможной эмоциональной встряски из-за любовных отношений. Покой – вот что требовалось на самом деле.

– Помнишь наш разговор на барже перед тем, как нам помешали? – продолжал Наэм, – Потом у нас все время не получалось продолжить, но сейчас мы решили открыть все карты, верно? Теперь-то ты поведаешь нам то, что не открывал раньше? Ты помнишь мой вопрос, Эйэ?

– Помню. Ты хочешь знать не использую ли я вас. Я думаю, что использую, – Рэ обижено выпятила губу, совсем как ребенок. На ее лбу проступила шерсть, а нос потемнел. Алорэ похлопал ее по плечу, и женщина поборола приступ, – Я хочу, чтобы вы были на моей стороне. Чтобы в случае чего вы выступили за меня, сражались за меня и прикрывали меня. У меня есть те, с кем я хочу поквитаться, в том числе и за смерть Жужа. Они находятся во Вратах, не все, но некоторые, поэтому да, я продолжу использовать вас, если смогу. Что же касается твоего ухода, Рэ, то я тоже считаю, что это излишне. Я понимаю, что тебе страшно идти в Морские Врата…

– Это самоубийство для нее! – тут же согласился Наэм, – Перевертыш в городе, где ненавидят всех перевертышей только за их происхождение. Она не контролирует себя и может пострадать в первые же дни.

– А может научиться управлять собой. Стимул появится. В лесу не страшно открывать себя. – хмыкнул Эйэ, – Во Вратах есть хороший друид, он уже встречался с подобными явлениями, насколько я помню. Он может помочь Рэ не только держать себя в руках, но и раскрываться в полной мере, полностью контролируя ситуацию. Если он никуда не перебрался, я свяжусь с ним. Думаю, он не откажет.

– Ты не только многое скрываешь, Эйэ… Мне это не нравится. Ты ведешь себя слишком… Слишком, – теперь подала голос уже женщина. Она выпрямилась и лекарь тоже, чтобы продолжать обнимать ее за плечи. Это и правда успокаивало, – Иногда мне кажется, что ты знаешь все наперед, но не хочешь делиться, а иногда – что ты придумываешь на ходу. Мне не нравится, что я не понимаю всего. Ты можешь доверять нам и рассказывать обо всем. И о своих планах и желаниях тоже.

– Я не говорю вам не потому, что не доверяю, а потому, что боюсь, что вы воспримите их не так или осудите меня. А еще потому, что я не хочу вот таких бесконечных разговоров. Во Вратах нам придется много разговаривать, убеждать, проявлять себя, я готов к этому, но рассчитывал отдохнуть. Вы же предпочитаете тут же бросаться обсуждать каждый момент, даже когда требуется действовать. Вот и сейчас мы попросту тратим время. Почему? Зачем мы собрались и десятый раз возвращаемся к одной и той же теме.

– Потому, что Таэль правильно сказал. Мы все с разными целями и вопросами друг к другу, – заступилась за шпиона-свэта полукровка, – Нам будет очень тяжело так жить среди врагов.

– Среди врагов нам, как раз-таки, комфортно. Мы ни разу не ссорились и не спорили во время бед или сражений, зато в мирное время не находим для себя иных развлечений. Нет-нет, я понимаю, что ты имела в виду, Рэ. Я согласен с тобой и с Тэ, цели у нас разные, желания отличаются, но так было всегда. Я готов рассказывать вам, что мы делаем и зачем, чтобы вы чувствовали себя спокойнее, но вам придется напоминать мне, когда именно рассказывать и что. Вам явно не очень интересны цели Общины и способы их достижения. Надеюсь, теперь вы успокоились, и мы можем продолжить путь? Пока на нас снова никто не напал. Или вы хотите потратить еще времени на болтовню?

– Нет, уже темнеет, нам и правда следует добраться до города. Во Вратах нам будет когда поговорить, – миролюбиво согласился Фэйэн. Он был готов соглашаться со многим и с удовольствием проголосовал бы за то, чтобы его учителя линий раз не сердили и не трогали. Злой, взвинченный и нервный свэт-заклинатель ничему не желал обучать, зато постоянно комментировал, понукал и сомневался в способностях избранного в последователи. Фэ не нравилось снова и снова доказывать, что он в состоянии справиться с чем-то сложнее простых фокусов и ждать, когда же наличие способного времени и желания передавать знания совпадут.

– Времени будет немного, – предупредил Эйэ, – Впрочем, как и всегда. Прежде, чем мы отправимся я хочу знать – сможете ли вы мне доверять. Это очень важно для меня и для тех дел, что ждут нас. Сможете ли вы заставить себя делать то, что я скажу? Тогда, когда я скажу. Сможете ли довериться и не задавать вопросов, если дело будет срочным?

– Да, – тут же, не особо задумываясь, ответила полукровка.

– Да, – привычно кивнул Фэ, а Алорэ молча улыбнулся, поддерживая таким образом ответ.

– Думаю, да, – согласился Таэль. Только Наэм некоторое время молчал. Он смотрел то на Эйэ, то на Рэйару и думал; не сложно было догадаться, о чем.

– Наверное, – наконец выдавил он, – Но я не знаю, изменится ли это с течением времени. Я попробую понять тебя.

– Благодарю. А теперь давайте, наконец, доберемся до Врат. У меня не очень хорошее предчувствие, думаю, ночью на нас могут снова напасть, и туман с болот начинает подниматься. Это не лучшее место для ночлега.

Заклинатель снова отправился к площадке расставлять кристаллы. Порой Рэйара удивлялась сколько всего на самом деле умеет Эйэ, а иногда ее посещали мысли, как сейчас, что, несмотря на мощь, предводитель очень зависим от своих рун, камней, кристаллов, порошков, слов и движений. В то же время как зубы не дают осечек, не требуют никаких дополнительных компонентов и понятны в использовании, волшебникам приходится усиливать свои заклятия и перенаправлять энергию из предметов, пропуская через себя.

Как работает магия, Рэ не знала раньше, но братья поведали ей обо всем, о чем только могли. Женщина не разобралась и в сотой части, но некоторые вещи стали для нее понятнее. В том числе и способы борьбы с заклинателями, если таковые встретятся на пути. Лишить врагов их способностей, большей части, довольно легко. А если вырвать им язык или оторвать руки, то они и вовсе почти ничего не смогут, кроме простеньких заклинаний. Скорее всего с оторванными руками враги и вовсе долго не проживут, но все равно это вселяло уверенность.

Кристаллы снова стояли на своих местах и Эйэ повернулся спиной к компании. Он заводил руками в воздухе, выгибая пальцы, а после схватился за ничто́ и с усилием стал раздвигать его. В центре площадки появился овал, в котором прозрачный обычно воздух выглядел ребристым и покрытым фиолетовой дымкой. Рэ знала, что если встать под определенным углом, то получится рассмотреть дыру в пространстве, а через нее помещение или место, в которое собираешься перемещаться. Дважды она находила нужную точку, а в этот раз никак не удавалось.

– Мне приятно, что вы любуетесь моими способностями, но держать порталы для других тяжеловато, – на лбу свэта выступило несколько капель пота. Одна медленно-медленно скатывалась вниз.

Фэйэн безропотно шагнул вперед, он уже научился перемещать себя на небольшие расстояния, обычно не более трехсот шагов, и в полной мере прочувствовал на собственной шкуре, насколько может быть сложно учителю. Рэйара заметалась, когда пришла ее очередь, чего делать было категорически нельзя. В портал жизненно необходимо ступать с определенной целью, шагать только вперед и желательно ни о чем не думая. Магия нередко пугала полукровку, а город, в котором ненавидят перевертышей – и подавно.

– Эйэ, Рэ нервничает. У нее снова вырос хвост. Сейчас это совсем не к добру…

Слова Нэ заставили полукровку вздрогнуть и мотнуть хвостом. Появляться в таком виде опасно! Женщина перепугалась пуще прежнего, едва успев наполовину пройти через окно в пространстве, она начала пятиться назад.

– Рэ, не мечись, нет, не отступай! – крикнул предводитель отряда.

Рэйара успела обернуться, протянуть к нему руку, надеясь, что мужчина вытащит ее. Что бы она сама и братья не говорили, но в любой подобной ситуации, когда женщина ничего не понимала и боялась, она искала поддержки у предводителя. Верила, что он справится, и снова и снова будет спасать сестру. Эйэ что-то говорил, но его голос прерывался и полукровка никак не могла разобрать.

– Не… Ищи… Мы… Бойся… Контроль…

Фиолетовая вспышка на секунду ослепила Рэйару, и портал, в котором она слишком долго находилась, с силой вытолкнул ее из себя.

***

Как кожа пытается вытолкнуть мелкую занозу, портал отторгал совершенно неспособную к магии женщину – полукровка, хоть в нее и вкладывали время и силы, никак не могла освоить простейшие вещи. Что-то, несомненно, начало получаться, но это была не ее заслуга, а труд Эйэ. Пожалуй, при желании и должном количестве времени, заклинатель сумел бы обучить даже камень или ком земли. Скорее всего, они продвигались бы по пути магии быстрее, чем перевертыш.

Рэйаре повезло, она оказалась на крыше какой-то лавки, или, вернее, в полуметре от выступающего козырька. Хорошо, что плоского и без острых элементов. Приземление не было особенно болезненным, спуститься женщина тоже сумела без проблем и, уже оказавшись на земле, отдышалась, прокручивая в голове то, что произошло. В какой-то момент ей захотелось заплакать от радости – совсем немного, и она могла бы застрять в этой крыше или в самой стене, а могла и транспортироваться не целиком, а по частям.

Боль в руке отрезвила перевертыша, как только страх чуть отступил. Все же глупое поведение отразилось на состоянии – большая рваная рана красовалась от самой кисти до плеча! В ней виднелись кости, а значит, уже не так плохо, как могло бы быть. Восстановиться после такого ранения не сложно, тем более со снадобьями Алорэ. Лекарь словно предчувствовал беду и наварил своих чудодейственных отваров в последнюю ночь. Большую их часть Ал вручил Рэйаре, вероятно потому, что она чаще других попадала в неприятности.

Женщина почесала руку рядом с дыркой, поморщилась и огляделась. Здание, которое она приняла за лавку и правда таковой являлось. Впрочем, оно могло бы быть и трактиром. Вывеска «Брюхо-набивуха» не очень помогала идентифицировать заведение. Кто знал, что за фантазия у его хозяев? Может, это приятное место с сытным обедом, а может – кузня, где делают мечи или обитель мастера-лучника? Набить брюхо стрелами или кинжалами до отказа тоже можно.

Заколоченные досками окна, тяжелая дверь, отсутствие освещения, разбитые глиняные кувшины у порога и, кажется, чья-то кровь на ступенях совсем не радовали. Полукровка против воли принюхалась, это давно стало привычкой, порой, спасающей жизнь – она не ошиблась, пахло кровью и другими жидкостями из человеческого организма.

Рэ с силой почесала нос.

Надо было уходить от неприятного места куда подальше, вот только куда? Улица вокруг выглядела ничуть не лучше. Рэ не нравились понатыканные всюду деревянные домики в один, два или три этажа, лишь некоторые из которых были окружены остатками забора, и лишь один целым, приличным, сделанным из толстых досок, с выломанной с мясом калиткой, которая лежала посереди дороги. Кровавые следы, ведущие то ли из дома, то ли к нему, отсутствие света и поскрипывающая от порывов ветра поломанная дверь, чудом удержавшаяся на петлях, прельщали еще меньше. Грязные вывески, огромная лужа посередине узкой дороги, совсем рядом с калиткой, полудохлые лошади, тянущие повозки, на козлах которых восседали представители самых разных народов, одетые в весьма потрепанные жизнью и временем одежды… Перевертыш уже видела подобное и прекрасно понимала, куда попала – в этом месте проживали нищие. Если портал не отправил ее в какой-то другой город, то сейчас она находится либо в Загородье, либо в Нижнем городе.

Вытащив из сумки пузырек с желтовато-розовой жидкостью, Рэ встряхнула его и поспешно вылила на руку. Рана постепенно переставала болеть, благодаря стараниям Алорэ кровь остановится, и дыра в теле, неминуемо в другом случае превратившаяся бы в уродливый толстый витиеватый шрам, теперь заживет без последствий и в разы быстрее.