Уроки приручения, или Моя несносная команда. Часть 1

Глава 4

Маркус Саргон

Я медленно поднял взгляд на отца, который как ни в чём не бывало точил свои ножи и время от времени смотрелся в них, как в зеркало. Утреннее солнце, отражаясь в идеально отполированной поверхности, то и дело светило мне прямо в глаз.

– Что значит отчислен? – тихо проговорил я, а потом резко встал, так ударив кулаками по столу, что одна из ножек покосилась, и проорал: – Какого хрена вы устроили?!

Отец меланхолично поймал покатившийся по сломанному столу карандаш и заправил его за ухо:

– Я тебя предупреждал: не бросишь свои игры – крутись, как хочешь.

– Так я этого и хочу! – продолжал орать я, чувствуя, как кровь приливает к вискам. – Чтоб вы отстали от меня и дали спокойно играть!

– Вот и играй на здоровье, – ответил отец. – Теперь можешь делать, что хочешь.

Я ударил по столу, отчего ножка сломалась окончательно, и столешница с грохотом завалилась одной стороной на пол.

– Как я теперь буду играть, если отчислен?! Кто меня в академию пустит?!

Всегда поражался выдержке своего отца. Будучи чистокровным драконом, рождённым ещё до Великих Перемен, он давно усмирил свой пыл. Но сейчас его спокойствие только ещё больше бесило.

– Марк, – он встал из-за стола и принялся раскладывать свои ножи в футляры. – Мы не раз это обсуждали. Не хочешь жить по правилам клана – живи вне клана. А значит, финансирования со стороны клана тоже не будет.

Я опешил.

– Меня что, изгнали из клана?

– Пока нет, – отец бросил на меня короткий взгляд через могучее плечо. – Да и не станут тебя изгонять только за то, что гонять мяч для тебя важнее, чем приносить пользу делу клана. Однако комиссия согласилась с тем, что тебе нужно преподать урок.

Он осторожно закрыл дверцы шкафа и, приблизившись, заглянул мне в глаза:

– Чистокровных Саргонов очень мало. Ты нужен клану. А клан нужен тебе. И чем быстрее ты это поймёшь, тем быстрее всё встанет на свои места.

Я выдержал его взгляд и криво усмехнулся:

– Значит, клан принял решение отобрать у меня титьку. Так и быть. В таком случае, ноги моей в этом доме больше не будет.

И вышел из гостиной под долгим взглядом отца.

Ещё чего удумали, шантажом меня взять. Манипуляцией. Я – Саргон! В моих жилах – огонь! И этого огня достаточно для того, чтобы построить свою жизнь и без отцовских связей, и без денег клана! А потом, когда я всё-таки стану самым известным игроком в драгонбол, они сами захотят меня обратно.

И вот тогда мы поговорим.

Вернувшись в свою комнату, я собрал всё самое необходимое: немного одежды, спортивную форму и обувь, зубную щётку и порошок, кусок мыла в деревянной мыльнице. Сначала руки потянулись за учебниками и конспектами, но потом вспомнилось письмо с уведомлением об отчислении. Теперь даже пропуск не сработает. Я даже войти не смогу, не то что учиться!

И всё это прямо перед чемпионатом. Как невовремя!

Достав кошелёк, я пересчитал то, что в нём оставалось и досадливо выдохнул небольшое облачко дыма. Способ прорваться в академию без пропуска я, быть может, и найду, но для начала надо позаботиться о крыше над головой, тем более что совсем скоро начнётся сезон дождей. Идти и напрашиваться к кому-нибудь из друзей мне не позволит гордость: не может чистокровный дракон оказаться в такой ситуации!

Нет. Я должен сам позаботиться о том, как и где мне жить. А потом всё остальное.

Закончив сборы, я последний раз замер посреди комнаты, размышляя, какие ещё есть варианты, но, не придумав ничего нового, перемахнул через подоконник и направился к задней калитке.

Мишель Миллерс

– Эй, Миллерс, это правда, что ты теперь в команде?

Я медленно оторвала взгляд от учебника и подняла его на драконицу, которая сидела на парте прямо передо мной. Она закинула ногу на ногу, отчего бёдра виднелись чуть не до самых тазовых косточек. Никогда не понимала эту моду подворачивать юбки на поясе до такой степени, чтобы осталась одна набедренная повязка. Отец говорит, драконы так самовыражаются. Не знаю, в человеческой академии, куда я ходила до поступления сюда, девчонок, которые так одевались, называли вполне конкретным и не самым приятным термином. А драконы, кажется, наоборот считают за ненормальных тех, кто не выражает свою сексуальность самым очевидным образом.

– Правда, – моргнула я. – А что?

Девчонки переглянулись и почему-то рассмеялись.

По воле случая, в этот момент как раз между рядами мимо них прошёл Дэн, которого они встретили заинтересованным взглядом.

– Привет, Дэнчик, как тренировка прошла? – спросила одна из дракониц с пышной копной мелких фиолетовых кудряшек и особенно пухлыми губами.

– Пришлось попотеть, – сказал он и сел рядом со мной.

Я как могла незаметнее сдвинула свои вещи в сторону. Ещё никто в этой академии не садился со мной рядом.

– Ты главное контрольную по совмещению стихий не завали, а то турнут тебя из команды, – томно протянула другая.

– А мне Миллерс поможет, – усмехнулся Дэн и подмигнул. – Он теперь делает всё для блага команды, так что мне бояться нечего! Да, Миллерс?

Я робко кивнула. И уткнула взгляд в столешницу, будто так они не будут меня видеть.

Как назло, девчонки явно мной заинтересовались.

– Миллерс же у нас умный, да? – третья девчонка, Сьюзи Варгас, у которой одна из белых прядей была выкрашена в розовый, легла на мою часть стола и заглянула мне в лицо. Потом похлопала ресницами и сказала умоляющим тоном: – Постарайся сделать так, чтобы Дэна не выгнали, ладненько?

– Х-хорошо, – кивнула я.

– Вот и умничка, – она неожиданно ласково улыбнулась и коснулась указательным пальцем кончика моего носа.

Я моргнула от неожиданности.

Тут в аудиторию вошёл профессор, и девчонки быстро разбежались по своим местам. А оставшаяся передо мной Сьюзи обернулась на меня и подмигнула.

– Это уже популярность, – шепнул Дэн. – Так что держись крепче за свою девственность, если хочешь её сберечь.

Я покраснела и принялась нервно перекладывать предметы на столе перед собой. Благо, сразу после этого началась контрольная, и тема была закрыта… на время. Всю последнюю пару Дэн старательно списывал у меня, а препод делал вид, что ничего не видит, поэтому из аудитории мы вышли почти одновременно – за десять минут до конца пары.

Выходя из аудитории, я краем глаза видела, как Дэн поспешно подписывает свою работу, и совсем не удивилась, когда он догнал меня на крыльце академии.

– Никогда я ещё так быстро не справлялся с тестом! – выдохнул он, хлопая меня по плечу. Его рука при этом оказалась такой тяжёлой, что я едва удержалась на ногах. – Ты и в самом деле сокровище! А парни не верили.

Он усмехнулся и, засунув руки в карманы, расслабленно зашагал рядом. С его длинными ногами даже если я начну бежать, ему будет достаточно только ускорить шаг, так что для того, чтобы держаться одного со мной темпа, ему пришлось буквально ползти, посвистывая и глядя по сторонам.

– Ты так и будешь за мной идти? – спросила я через некоторое время, потому что территорию академии мы уже покинули, но он продолжал идти рядом вдоль узкой улицы.

Он пожал плечами:

– Мне торопиться некуда.

– Ты разве не на авто?

Дэн поморщился:

– Не люблю я все эти понты. Зачем мне самоходка, если я могу просто расправить крылья?

Я этим вопросом тоже постоянно задавалась, потому что подавляющая часть драконов предпочитали использовать современные самоходки, которые стоили бешеных денег не только потому, что являлись писком моды и последними разработками людей и грозовых драконов, но также потому, что для их работы требовалось много электричества. А значит, заправлять их могли по большому счёту только грозовые драконы. Можете себе представить, какую они сумму выкатят за то, чтобы влить в железку столько силы, сколько копить придётся потом весь день.

– Так что пройдусь с тобой немного, а потом на крыло. Кстати, тебе в какую сторону?

– Сейчас – к Маркусу. Исходя из того, что мне о нём известно, он не из тех, кто несерьёзно относится к драгонболу.

– Это да, – вздохнул Дэн. – Тогда я с тобой! Адрес есть?

Я полезла в портфель и достала из него ежедневник, в котором был записан адрес. Отыскав нужную страницу, протянула Даниэлю. Он внимательно прочитал, потом сощурился, глядя куда-то на крышу соседнего дома, покачал головой, что-то прикидывая в уме, и, наконец, кивнул:

– Ага, ну, я знаю, где это находится.

– Я уже тоже знаю. Нам нужно сначала сесть на омнибус…

– Нет-нет-нет! – дракон так замотал головой, что кудряшки захлопали по его лицу. – Так мы полдня добираться будем, это же за городом, у подножья Лилинотты, – он указал в сторону едва виднеющейся над крышами домов горной вершины. – Давай лучше на крыльях.

– Как? – нахмурилась я.

Дэн немного замялся:

– Вообще, ты такой мелкий, что тебя и на руках можно донести, но у меня принцип: я только девушек на руки беру. Так что остаётся второй вариант.

– Какой именно?

Он знаком велел мне стоять на месте, огляделся и отошёл чуть в сторону, остановившись прямо посреди улицы. А потом обернулся драконом. Тем самым не очень большим, но длинным и гибким голубовато-фиалковым драконом, который поразил меня на тренировке своей скоростью и ловкостью.

– Садись, – прорычал он низким, гулким драконьим голосом и подогнул все четыре лапы, распластавшись на булыжной мостовой.

– А где твоя сумка? – я озадаченно огляделась, медленно шагая к дракону.

– В безопасности, – он выдохнул тонкую струйку дыма. – Там же, где и одежда. Если залезешь на меня в момент оборота, то тоже дематериализуешься.

Я недоверчиво повела головой, и дракон лающим звуком рассмеялся:

– Шучу! Дематериализовываются только неодушевлённые объекты и строго до определённого веса.

– Поэтому ты не носишь учебники? – усмехнулась я. – Начинаю понимать, почему драконы предпочитают использовать самоходки: так с собой много не унесёшь.

Это была правда. Дэн появлялся на парах, но сидел при этом с одной только тонкой тетрадью и перьевой ручкой. Больше у него никогда ничего с собой не было.

– Сумку всегда можно взять в лапы, – хмыкнул дракон. – Ну? Ты будешь залезать или нет? Сам не сядешь – понесу тебя в лапах!

Угроза прозвучала вполне убедительно, и я, затянув покрепче лямки портфеля, послушно залезла на твёрдое чешуйчатое тело. Легла между головой и крыльями, обхватила его шею руками, а ногами – где-то чуть выше плеч.

– Только не быстро, – попросила я тихо и не узнала свой голос, дрожащий, слишком высокий. – И не высоко… а!

Я взвизгнула, когда подвижное туловище подняло меня в воздух. Он встал на задние лапы, передними схватил меня за запястья, а потом подпрыгнул, оттолкнувшись задними лапами, и с такой силой ударил крыльями, что прыжок получился сразу несколько метров в высоту. Я завизжала и зажмурилась.

Сердце упало в пятки, а потом и вовсе вылетело, оставшись где-то на земле. Я со всей силы сжимала шершавую драконью шею, пальцами забиралась под крупные чешуйки, хватаясь за них, как за выступы в скале. И жмурилась. Да мне в жизни не было так страшно! Я, в отличие от них, не родилась с крыльями и не обладала регенерацией, которая справилась бы с падением с большой высоты!

Ветер бил в лицо, задувал в разрез на спине драконьей тренировочной формы, забирался, казалось, под самую кожу, но я совсем не чувствовала холода. Наверное, это всё от шока. Немного привыкнув к необычным ощущениям, я рискнула приоткрыть глаза, щурясь от потоков воздуха, – и тут же закрыла их обратно. Дракон скользил над самыми крышами домов, огибая шпили и выступы, словно на тренировке, когда ему приходилось лавировать между ледяных скал. Я, конечно, попросила лететь пониже, но не настолько же!..

– Смотри! – рыкнул он, и я вновь приоткрыла глаза.

Словно прочитав мои мысли, дракон взмыл выше, позволяя городу раскинуться перед нами, как на ладони. Впереди дома становились всё реже и всё ниже, постепенно сменяя городскую архитектуру расположившимися за городом фермами, а дальше уходила вдаль зелёная живописная расщелина между двух горных хребтов – Долина Синих Бабочек. По правую руку от нас возвышался Храм Золота, обитель Богини-Праматери и Золотых драконов. По левую руку – гора Лилинотта. К ней-то и свернул Даниэль и стал плавно спускаться в сетку красивых ухоженных улочек.

Наконец, под драконом оказалась твёрдая земля. Он выпустил мои запястья, и я с трудом заставила себя разжать мёртвую хватку и выпустить фиалковые чешуйки. А потом перелезла через его спину, почти скатилась на трясущиеся, подгибающиеся ноги.

По телу дракона пошла рябь, несколько небольших молний пробежало по его туловищу, прежде чем он обернулся человеком. Раскрасневшимся, и даже с испариной на лбу.

– Прости, тебе, наверное, было тяжело… – пробормотала я, но Дэн только рассмеялся:

– Не льсти себе! Тебе бы на белок налегать и в качалку ходить, хотя вам, человекам, это не особенно помогает. Так, ладно, куда нам теперь…

Он упёр руки в бока и огляделся, после чего выбрал направление и, призывно мне махнув, пошёл направо.

– Ты здесь ориентируешься? – я догнала его широкий шаг и снова вытащила ежедневник, чтобы свериться с адресом.

– Не то чтобы очень, но вон там виднеется перекрёсток, а на нём должны быть указатели.

– Как ты тогда выбрал место для посадки?

– Я ведь по городу на крыльях перемещаюсь, каждый район помню, как он выглядит на карте, а сверху особенно удобно соотносить реальные улицы с нарисованными на листе бумаги. Кстати, почему ты всё ещё в тренировочной форме? Тебе разве не во что переодеться?

Я устремила взгляд в ежедневник.

– Школьная форма не просохла, а надеть мне больше нечего. Так, нам нужна улица Мотыльков…

– Тебе великовато, – усмехнулся он.

Я скривилась. Тоже мне, новость.

– Может, ты ещё растёшь? – продолжил Дэн, задумчиво приложив пальцы к подбородку. – До какого возраста люди растут? Тебе вообще сколько, кстати? Прости, я не много общался с людьми и плохо знаю, как у вас всё устроено. И, кстати, что у тебя с шеей?

Я поспешно поставила воротник куртки так, чтобы он прикрыл заднюю часть шеи, спрятав всё ещё саднящий шрам.

– Мне двадцать, как и всем нормальным людям, поступающим в высшую академию.

– Да ты же ребёнок совсем! Мальчишка!

Я еле сдержалась, чтобы не поправить его насчёт мальчишки, но здравый смысл всё же возобладал.

– По степени зрелости мозга и физического развития человек в двадцать лет соответствует тридцати годам полукровок и восьмидесяти годам чистокровных драконов. Так что это ты здесь мальчишка.

Действительно, Дэн для дракона был очень молод – двадцать семь лет, самый молодой в команде и, судя по тому, что мне довелось сегодня лицезреть – не самый сообразительный, хоть Мару и считаются самыми умными среди драконов. Но при этом его резерв силы и умение использовать его поражают настолько, что вокруг Дэна быстро начала появляться толпа заинтересованных дракониц.

Я бы, наверное, посчитала его самовлюблённым болваном, если бы не одна черта: он всегда приходил на помощь другим. В том числе и мне.

… Впервые мы с Дэном встретились на второй день учёбы. На паре по управлению стихиями я не смогла рассчитать движение частиц, и небольшой тренировочный шарик, который нужно было удерживать в воздухе на определённом расстоянии от поверхности, улетел прямо в люстру. Люстра была старая, и использовалась не столько для освещения, сколько для тренировок управления стихией огня. С неё посыпались свечи, а я, не успев среагировать иначе, только закрыла голову руками, но удара не последовало. Свечи застыли у меня над головой, остановленные магией Дэна. Окружающие смеялись. Шутили надо мной. А он просто поймал свечи и, поставив стул под люстру, вставил их на место, а мне вернул алюминиевый шарик. Потом подмигнул и вернулся в свою компанию.