#Некнига. Сборник №1. Фантастика
- -
- 100%
- +
СОЛНЫШКО НА КРЫШКАХ
«Что счастье? Чад безумной речи?
Одна минута на пути,
Где с поцелуем жадной встречи
Слилось неслышное «прости»?
Или оно в дожде осеннем?
В возврате дня? В смыканьи вежд?
В благах, которых мы не ценим
За неприглядность их одежд?..»
И. Анненский «Что счастье?..»
А представьте себе, что однажды Его Величество Прогресс достиг своей наивысшей точки… Все ресурсы человечества распределены равномерно, а на работу ходить уже никому не нужно. У всех есть всё… В мире, где дома – огромные железные башни – строятся едва ли не до самого зенита небес…
Жалко только, что уже не видно этого милого солнышка на крышках… Того самого, обнимающего город в утренний или вечерний час и напоминающего о том, что когда-нибудь всё будет хорошо…
***
Дети искали счастье… Искали его повсюду, перескакивая через все существующие (скорее существовавшие) рамки здравого смысла и морали.
С чего это вдруг?
А просто в этом мире у всех уже было всё, и нечего было больше делать. Потому что когда есть всё, не хватает лишь одного – счастья.
«Почему именно дети?» – вероятно, спросите Вы. Ведь многие взрослые с такой трогательной, почти детской наивностью полагают, что все дети делятся либо на абсолютно счастливых, либо на несчастных, но к размышлениям о счастье не способны ни те, ни другие. Я уважаю Ваше мнение, почтенный читатель, каким бы оно ни было, но уверяю, что здесь суть не в этом.
Вот так, именно дети, потому что о взрослых мира, представленного здесь, я ничего не могу писать. Что-то было испорчено. Утрачено. Нечто очень важное…. Поэтому о них предпочту скорее молчать.
Посмотрите лучше на девочку Алису, что порхает (конечно же, в переносном смысле этого слова) по улицам и собирает разноцветные железные крышки от пива. А их на улицах много. Когда люди получают всё, окружающий мир часто терпит побочки. У всего свои последствия.
Крышки сверкают на солнышке, точно драгоценные камушки. А солнышко так заботливо дарит свой свет. И так это непривычно, ведь в мире, где каждый может купить всё, что нужно, никто больше ничего не дарит. Да и что ж ещё дарить? У всех уже давно есть всё.
На одной из этих улиц, в огромном железном человеческом шифоньере, в среднестатистической квартире, в серой комнате с давящими стенами у Алисы есть открывающийся пуфик, ставший для неё сундуком с драгоценностями. Она собрала уже полный пуфик разноцветных крышек.
У неё нет друзей. У неё проблемы в семье – у родителей ведь теперь есть всё, а от этого всего они так устают. Но у неё есть свое сокровище, и так уж получается, что это всё, что сейчас у неё есть…
В серой комнате крышки не сверкают как на солнышке, но ведь не в блеске вся их ценность! Они такие разные… От разных фирм, ведь и Его Владычество Маркетинг некогда тоже достиг своего наивысшего развития. И из них можно собрать горстку, например, желтых, как солнышко, и горстку зеленых (какой редкий в этом мире цвет!), разложить на полу и играть в них, как в шашки. Осталось только найти, с кем… осталось только найти друга. А ведь мир такой большой…
И что же может знать маленькая девочка об этом огромном мире, где Госпожа Цивилизация достигла своей наивысшей точки? Именно наивысшей, потому что некуда стало идти.
И главный вопрос… Так что же такое счастье?
***
«…Ты говоришь… Вот счастья бьется
К цветку прильнувшее крыло,
Но миг – и ввысь оно взовьется
Невозвратимо и светло…»
И. Анненский «Что счастье?…»
(XIX век – время, когда еще мало у кого было всё).
Виктор Краснов
Доброго тебе времени суток, дорогой читатель! Пусть твои мечты исполняются, а на смену им приходят новые. И береги себя, ладно?
VK: /vikprinciple
Krasnof.ru
Красноярск. 30 лет.
Проф. араб., англ. и франц. переводчик. Аспирант. Связист, сержант запаса. Автор десятка опубликованных книг и нескольких научных статей. Люблю экспериментировать, изучать и создавать нечто новое, что кажется невозможным. Коллекционирую монеты, развожу цветы, воспитываю интеллигентную кошку, разрабатываю собственные учебники.
ПРОЕКТ А312
Глава 1
Худощавый мужчина в заляпанных красными пятнами джинсах и потной футболке жёлтого цвета поставил пачку молока в холодильник, так и не решившись её открыть, нахмурил брови и вернулся к окну.
Пожарные бригады смогли справиться с огнём – дыма уже не было видно, хотя минут десять назад пламя, отсвечивая, плясало яркими искрами зайчиков на соседней многоэтажке.
Костя перевёл взгляд на стену и внимательно вгляделся. Моргнул пару раз. Стена покрылась тёмными пятнами, задрожала и исчезла. Точнее, сама стена-то осталась на месте, но вместо старомодных обоев появилось изображение одной из аудиторий университета, находившегося в доброй полусотне километров.
Ещё раз взмахнув ресницами, мужчина приблизил картинку, сфокусировав её на третьем ряду от лектора. В груди приятно засвербело. Темноволосая девушка в синей блузке грызла карандаш. Левой рукой она прикрывала диктофон, запущенный на электронном браслете.
Полюбовавшись той, что войдёт в его жизнь уже сегодня, Костя улыбнулся и, храня воркование микроворобушков в груди, вернулся к проекту приусадебного участка. Теперь он был уверен в своём будущем и в смысле своей жизни.
***
Олеся сосредоточенно глядела на ветку берёзы, пытавшуюся дотянуться до оконного стекла. Мысли девушки были очень далеки от занятия. Ещё утром она узнала, что через некоторое время сестру обнаружат мёртвой в добравшемся до конечной точки АБСе (автономная беспилотная система). Не один раз она прокрутила на планшете это событие, но всё ещё не могла понять, можно ли что-либо исправить.
Проект «Генезис» не допускал ошибок, предсказанное будущее всегда сбывалось. Оставалось странным только то, почему универсального оракула не использовали для предсказания погоды. Это было бы самым удачным его применением.
Лектор перестал транслировать изображение на виртуальную доску и синхронизировался с планшетами в аудитории.
– Практическое задание! – прозвучал голос профессора, знакомого студентам ещё с 2020-х годов, – будет следующим: найти…
Звук отразился от стен и через динамики подкрался к каждому нечётному ряду.
Олеся прошла процедуру «генерирования» совсем недавно.
Тело поместили в паутинчатый наэлектризованный кокон. Практически сразу подсоединили электроды. Зажужжало позади.
Волны мозговой активности были обработаны и объединены с трансмутированным эфиром – тем веществом, из которого в 2098 году группой учёных под руководством профессора Измайлова был получен бесконечный источник информации. Именно тогда было доказано, что любая мысль буквально витает в воздухе, и на неё просто нужно настроиться.
***
Холодильник моргнул и запищал. Костя удивился. Сигнал означал одно: в программе произошёл аппаратный сбой, и некий продукт не мог быть напечатан. Такое было прописано в инструкциях. Телепорты ведь пока были лишь опытными образцами, потому все основные виды еды печатались на старом добром «три-дэ» принтере с добавлением биодобавок и модификаторов вкуса. Если не обращать внимания на одинаковость продуктов по форме и размеру, то и отличить их было невозможно от естественных и натуральных, хотя противников технологии нашлось предостаточно. Одни грозили раковыми опухолями и смертью от асфиксии, другие приплели библейские заветы о созидании себе подобного. Нашлись и те, кто припоминал уничтожение предыдущей развитой цивилизации Стоунхенджа ядерным оружием.
Индикатор продолжал мигать, пищевая масса явно была неоригинальной. Выскочило предупреждение о том, что использование контрафактного кибертеста может повлечь за собой не только несовместимость с организмом, выраженную в банальной диарее, но ещё и возможную гибель этого самого организма.
Костя шумно вздохнул и моргнул, чтобы щёлкнуть по кнопке. Тем самым он подтвердил, что ознакомлен с предупреждением.
«В целях защиты рекомендуем провести калибровку устройства, проверить уровень чернил и отправить информацию в сервисный центр» – высветилось на электронной панели.
– Забавно, прошивка от старого «эйч-пи» до сих пор встаёт на все устройства из их линейки. Отказываюсь! Я что, похож на дурака, который может подтвердить, что у него нелицензионка?
– Вы похожи на персонажа из комиксов старика Майкла Фаффа, – ответил ему томный голос.
– Ты мне ещё тут поговори! – Костя пригрозил пальцем застывшему у окна роботу-домохозяйке.
– Скучно тут. Мои познания позволяют заглянуть за грань материальной вселенной, а я выполняю работу пылесоса.
– Слушай, Алиса, философию я уже три раза защитил. Давай уже забудем о кибернетике пространств?
– Робота обидеть может каждый, – в ответе почудилась грусть.
***
За последние годы статистика свиданий стала стремительно снижаться. Правительство не придало проблеме должного внимания, однако со временем выяснилось, что молодым людям просто незачем было общаться с девчонками. Дерсу справлялись с задачами стирки-уборки, глажки, готовки получше любой девушки, ведь последние не особо следили за своим развитием. Сами девушки наращивали ногти, превращались в ужасающие произведения искусства, создававшие себе внешность и продававшие тела за бешеные деньги старикам-развратникам. По сути, проституция была легализована, пусть и в несколько ином виде. Это снизило количество жертв изнасилований и педофилии, процветавшей в ранней истории, практически до нуля.
Политика президента была неоднозначна, ведь он был биороботом, который управлял системой удалённо. После всеобщей вакцинации это было проще сделать – в организм людей внедрили послушных наноботов, которые дремали до определенного периода, а в случае любых явных недостатков начинали изнутри вызывать различные заболевания. Об этом узнали случайно – вначале грешили на обыденные вещи вроде аппендицита, который приходилось устранять хирургически. Государство проводило политику «заботы» о человеке и преуспевало в этом. Боль устраняли, попросту деактивируя ботов. И наоборот – активизировали их в необходимых случаях, и те боролись с вирусами, причём весьма успешно.
Странности начинались, когда люди выходили на стихийные собрания – у некоторых внезапно открывалась диарея, тошнота, у самых непонятливых симптомы были куда хуже. После первой волны «прозрения» люди начали скупать так называемые «антирадары». Костюмы, сделанные из материала, покрытого фольгой. Так называемые «фольгвосстания», (от немецкого «фольк» – народ), стали всё большей проблемой для государства. Обман вскрылся, когда узнали про общую вакцинацию военных и, чтобы избежать гражданской войны, правительство быстренько свалило в закат, бросив президента и народ.
Были мародёрства. Куда без них? Но скоро власть восстановилась. Президент обратился по прямой линии и стали выдвигать кандидатов от народа. Пользы от такого правительства было значительно больше, хотя не обошлось без инцидентов. Так, например, через неделю выгнали с позором министра образования. Оказалось, что в своё время она проходила ускоренные дистанционные курсы профпереподготовки и каким-то образом из повара-кондитера перевоплотилась в учителя русского языка и литературы.
На первом же партсобрании она перепутала Воланда с Волдемортом, назвала Есенина беспробудным пьяницей и позором нации, не заслуживавшим уважения…
***
– Так, что у нас там интересного? Сходить что ли куда, пока в отпуске? Даша, покажи киноафишу.
По стене пробежала лёгкая рябь и, вместо обоев, на ней появился светло-кремовый экран.
– Даша, покажи новинки. Пусть будут «Путешествия во времени».
На экране появилось несколько окошек с анимированными картинками. Парень махнул рукой, – на запястье блеснул еле заметный огонёк, изображение на экране пролистнулось. Затем раскрыл ладонь и сжал её в кулак – одна из картинок развернулась на весь экран, тут же свернулась и улетела в папку, появившуюся сбоку «Посмотреть позже».
Даша, заведи машину.
– Есть возможность заказать АБС со скидкой. Согласно календарю, у вас сегодня назначена встреча.
– Эмм-м… Я не планировал. В отпуске же.
– Нокиа – коннектин пипл, – послышался от окна голос неожиданно «проснувшегося» робота-домохозяйки. – Мы заботимся о вас.
– Мне порой кажется, что ваш искусственный разум чересчур уж развился. Не издеваешься ли ты?
– Машина у входа, – прозвучал безэмоциональный голос дворецкой Даши, – желаете добраться на автолифте?
Костя глянул в сторону металлического цилиндра, блеснувшего огнями в углу комнаты.
– Сам дойду… Надо ноги размять, а то совсем засиделся. Давай, велосипед лучше закажи на вход.
– Велосипед мужской, одна штука, ожидает вас на парковке через 3 минуты. Код согласования Максим, четыре сотни пять, Виктор, Борис, – на стене высветился номер, похожий на древние автомобильные номера исчезнувшей страны.
– Хорошо, да, и закажи цветы на послезавтра. Заеду к сестре. Что-нибудь простое, в пределах пятисот рублей, неяркое.
– Информации недостаточно для индивидуализации заказа.
– Ну, посмотри её соцсети, что она любит, чего тупишь?
– Страницы соцсетей закрыты, информация недоступна.
– Да чтоб тебя! Возьми ромашек. Девять штук. В пергаменте. Да, и проследи, чтоб были свежими.
– Заказ составлен, варианты будут представлены после получения… Данные получены от 34 агентств, занимавшихся ранее…
– Хорошо, давай, выбирай, до встречи!
– Не задерживайтесь, сегодня были сообщения об увеличении количества аварий. Старайтесь не заезжать на трассу для АБС.
– Это ты намекаешь на что-то? Система безопасности уже давно на высшем уровне.
– Что вы, я просто предостерегаю.
– Ну-ну, шмакодявка полупластиковая…
Продолжение следует…
Побег предков в космос
Анастасия Кораблёва
Что я могу сказать о себе? Люблю истории о космосе, прогулки на природе и Питер. Создаю миры и наблюдаю за их развитием. Мечтаю написать свою книгу
А дальше в голове перекати-поле и корова мычит
СТРАННИК
Не помню, как это произошло. Кажется, это было во время метеоритного дождя. Словно законченный мечтатель, молил у неба исполнить лишь одно моё желание: подарить мне способность путешествовать среди звезд. И оно, как ни странно, сбылось.
Да, этот Дар стал частью меня. Я мог перемещаться туда, куда хотел. Стоило лишь посмотреть. Возможности ограничивало лишь необходимость видеть цель, чтобы достичь её. Поэтому перемещался я скачками.
Изучил Землю вдоль и поперек. Для меня не было закрытых дверей или невозможных целей. Я был везде. За день мог побывать в нескольких странах, полюбоваться ледниками, подняться на Эверест. Мог пешком гулять по дну океана. В этом мире для меня не осталось секретов. И мне стало скучно. Серьёзно. На этой прекрасной, наполненной жизнью планете мне стало скучно.
Однажды ночью, разглядывая звёздное небо, я решился допрыгнуть до луны. Сосредоточившись, я сделал шаг и… Мои подошвы коснулись серой поверхности спутника, подняв в воздух облачка пыли. Невероятно! Это было настоящим чудом.
Я обошел её всю. Заглянул в каждый кратер, погулял на каждой равнине. Скромная подруга Земли была простой и понятной. Исследовав спутник, я набрался смелости на более дерзкий поступок.
Выбрав звёздочку поярче, сделал шаг. И очутился на другой планете. Она была удивительна, совсем непохожа на родину. Цветастые камни переливались в свете алой звёзды. Небо то тут, то там озарялось всполохами полярных сияний. Всё словно состояло из драгоценных камней.
Я ликовал. Передо мной открывались невероятные возможности. Мерцающий удивительный мир, словно глоток свежего воздуха. С новыми силами я отправился изучать окружающие меня красоты. Рассматривал загадочные каменные растения, любовался сияющими небесами, наблюдал за движением чужого багрового солнца.
Наигравшись в первооткрывателя, я оглянулся на звёзды и понял, что не знаю, где мой дом. Звёзд было так много. Ужас липкой паутиной оплёл мою душу. Ужас, таящийся в глубине каждого человека. Ужас, с самого детства ожидающий своего выхода на сцену. Я потерялся.
В панике метался от планеты к планете. От системы к системе. Уже не понимая, в своей ли я галактике. Раз за разом закрывал глаза и представлял дом. Стараясь вспомнить все, даже мельчайшие детали. Нарисовать идеальную картину. Но этого не хватало, чтобы вернуться.
Как я тосковал по родным. Друзьям, семье. Да и по людям вообще. Я бродил по вселенной, всё больше путаясь. Надежды вернуться становилось всё меньше.
Темно. Как же темно. Несмотря на мириады звёзд, космос оставался непроглядно тёмным, холодным, неприветливым. Новые миры больше не радовали меня. Щемящая сердце грусть и тоска по дому затмевали радость от открытий. Я остался совсем один.
Шло время. Планеты сменялись одна за другой. Я видел, как уплотняются туманности, как рождаются и погибают звёзды, как создаются и разрушаются миры. Возможно, моей родной Земли уже и не существует. Я обречён провести свою вечность, в одиночестве странствуя по вселенной.
Грезил о новых мирах? Что ж я получил своё. Не зря говорят, что мечтать нужно с осторожностью.
Начинался метеоритный дождь. Такой же, как когда-то в детстве. Снова и снова падали звёзды.
Подняв взгляд к чужим небесам, я загадал желание, закрыл глаза и сделал шаг.
Сергей Штуренков
Родился и вырос в Санкт-Петербурге. Творчеством увлёкся с 18 лет и небольшими шагами пришёл к писательству в июле 2016.
Играет на гитаре, поёт песни, пробовал себя в озвучке. Имеет свой строительный бизнес. Человек добрый, искренний и всегда готовый помочь. В общем и целом, это не писатель, а всеобщий друг, которому легко написать, и он всегда найдёт для вас время.
БЕЗЖИЗНЕННЫЙ МОДУЛЬ
Меня зовут Джонатан Уайт, мне тридцать восемь лет. И завтра исполнится мечта всей моей жизни. Я стану первым космическим туристом, который отправится на Луну. Я не в силах описать свои чувства, ведь с раннего детства мечтал оказаться на безжизненном спутнике нашей планеты. Что-то тянуло меня туда, и справиться с этим желанием не было сил.
Каждый раз с замиранием сердца я смотрел в небольшой телескоп, подаренный мне отцом на окончание третьего класса.
«Мечты сбываются!» – говорил он мне перед сном, – «Главное – научиться в них верить!» И в какой-то момент я поверил. Я стал отчётливо понимать, что всё в этом мире реально. И что мы сами строим себе границы, которые загоняют нашу жизнь в чёрный ящик.
Нам с детства внушают сомнения, превращая великих и сильных людей в потерявшихся кукол. А ведь таких миллионы. И мне печально осознавать, но вряд ли кто-то из них поднимет свою голову к небу. Слишком тяжёлый груз висит на их тонкой шее, который с годами превращается в неподъёмный камень.
Я выключил свет и ещё долго смотрел в потолок. Сложно сказать, в котором часу уснул, но, когда прозвенел будильник, я мгновенно пришёл в себя. Сегодня я просто обязан быть в форме. Сегодня самый великий день в моей жизни.
Через полтора часа за мной прислали машину. И, устроившись на заднем сидении, я погрузился в свои мысли. В последний год я вообще не замечал ничего вокруг. За окном поплыл городской ландшафт и, словно прощаясь, я посмотрел в сторону дома.
У частного космодрома творилось что-то невероятное. Тысячи папарацци, стоя в смертельной давке, пытались сделать свой триумфальный снимок. С большим трудом нам удалось въехать на закрытую территорию. И меня тут же отправили на комиссию по предполётной подготовке.
Ровно в шесть часов вечера, после заключительной проверки лунного модуля первого космического туриста и двух опытных астронавтов аккуратно проводили в стартовый отсек. Зафиксировав наши скафандры ремнями безопасности, модуль проверили на герметичность, и я услышал, как начался обратный отсчёт.
После слова «Пуск» меня с такой силой вдавило в сидение, что я едва не потерял сознание. Мне казалось, что наш модуль вот-вот разлетится на мелкие части. Но через восемь минут давление начало постепенно восстанавливаться, и дрожь в кабине в какой-то момент просто исчезла. Я вопросительно посмотрел на коллег.
– Вышли в открытый космос, все показатели в норме. – Брайан по инструкции передал на Землю полётную информацию. И всё равно после его слов я ещё долго не мог расслабиться.
Итан начал снимать свой скафандр, взглядом давая понять, что можно смело повторять его действия. Я отстегнулся от кресла и, провозившись со своим костюмом около двадцати минут, наконец-то оказался свободен.
– Джон, посмотри какая красота. – Брайан показал на иллюминатор.
– Не так-то просто до тебя добраться, – сказал я ему, с трудом адаптируясь к невесомости.
Около часа я неотрывно смотрел в иллюминатор. Странное состояние было у меня внутри. Будто впервые за всю свою жизнь я оказался дома. Земля постепенно становилась всё меньше, и, на минуту прикрыв глаза, я ощутил состояние блаженства.
– Джон, Земля интересуется твоим состоянием! – Итан вернул меня в реальность.
– Передай им, что мистер Уайт наслаждается раем, – я усмехнулся и стал пробираться поближе к своим коллегам.
Я долго рассказывал ребятам о своей жизни. И о давней детской мечте, поверив в которую я оказался с ними на одном борту.
Полёт до Луны занял около трёх суток. А за час до посадки они помогли мне надеть скафандр и, пристегнув ремнями к сидению, занялись собой.
Тут-то и возникла первая проблема. Какой-то прибор начал активно выдавать ошибку.
– Всё в порядке? – взволнованно спросил я.
– Земля! Слышите меня? – проигнорировал мой вопрос Итан. – Генератор подачи кислорода вышел из строя. Ошибка пятнадцать ноль семь.
– Переходите на ручное управление блоком! Немедленно! – дал команду голос с Земли.
– Есть проблема! Мы заходим на посадку! До поверхности не дотянем, а сажать модуль непристёгнутыми верная смерть.
– Иначе погибнет весь экипаж! Немедленно переходите на ручное управление! Это приказ! – закричал незнакомый голос.
Брайан отстегнул свой скафандр и стал пробираться к блоку ручного управления. Дышать стало просто невыносимо. Я вцепился руками в кресло и изо всех сил сжал свою челюсть. По всему телу проступил холодный пот.
«Вы перешли на ручное управление систем жизнеобеспечения. Подача кислорода восстановлена!» – произнёс механический голос.
И, только я собрался перевести дух, как наш модуль ударился о поверхность Луны. Брайан, не удержавшись за тонкую ручку, ударился головой об один из приборов и, открыв рот, закатил глаза.
– Земля, – отрешённым голосом произнёс Итан, – Брайан Митчелл погиб при посадке.
– Действуйте по протоколу семьдесят восемь, – произнёс голос с Земли, – и ещё… – невидимый диспетчер сделал небольшую паузу. – Мне жаль, что так получилось, Итан. Но у вас не было другого выхода.
Ничего не ответив, мужчина отключил связь. Говорить ему совсем не хотелось.
В тот момент я почувствовал себя лишним, ведь Итан и Брайан были знакомы ещё с первого курса. Им многое пришлось пережить вместе. Плечом к плечу они шли навстречу своей мечте, пока случайная трагедия не разделила их долгую дружбу.
Просидев в тишине пятнадцать минут, Итан, наконец, заговорил.
– Мне нужна твоя помощь, – он посмотрел на меня, ожидая ответа.
Я кивнул, давая понять, что сделаю всё, что в моих силах.
– На случай подобных обстоятельств, тело погибшего космонавта изолируют в специальный отсек, – Итан стойко сдерживал свои эмоции, – нам нужно аккуратно поместить его в аварийное кресло и пристегнуть ремнями безопасности.
Задача оказалась куда более непростой, чем я думал. Мы потратили на эти действия около сорока минут. Итан в последний раз посмотрел на своего товарища и закрыл аварийный отсек.
– Не хочу тебя пугать, но, похоже, при посадке мы повредили одну из опор, – Итан взглянул на приборы и, кивнув, дал понять, что в нашем модуле есть серьёзные повреждения, – нам придётся выйти наружу и осмотреть корабль.