Обнимая вечность

Глава 5. Жертва голода

– Сорелл!? – Орал Глен Бошам, невысокий полноватый мужчина, уже начинающий лысеть, что как он считал, являлось следствием его нервной работы, тряся перед собой ещё пахнущей свежей типографской краской, но уже изрядно помятой газетой. – Ты меняешь материал о художественной галерее на материал о Сорелле в последний момент, перед выпуском и ничего мне об этом не сообщаешь?

– А что же ты хотел? Чтобы материал вообще не попал на этой неделе в печать? – Эва уселась в кресло перед его столом и скрестила руки на груди, еле сдерживая собственные эмоции, словно ураган рвавшиеся наружу. – А так бы и было, если бы я принесла его тебе.

– Серьёзно? – Казалось, мужчина о чём-то подумал и что-то для себя решил, заговорив более спокойно, вперив в неё свой колючий ледяной взгляд. – Так значит, это правда, Лермонт?

– Что именно правда? Не совсем понимаю, о чём ты.

Эва рассматривала шефа новым взглядом, на самом деле совершенно не понимая, о чём он, ссылаясь скорее на чувство голода вновь появившееся, едва она вошла в редакцию, где было слишком много людей. Которые пусть и пахли по-разному, но все довольно аппетитно, что у неё во рту сами собой начали вытягиваться клыки. Она решила эту проблему единственно возможным способом – старалась реже дышать. Но тут появилась ещё одна, вообще не понятная проблема – в голове начали неярко вспыхивать какие-то странные образы. Картинки полные крови и насилия, а так же закрадывалось какое-то странное чувство чего-то неправильного.

Всё это и запахи и картинки крайне мешали сосредоточиться на том, что происходит вокруг. И Эва гнала от себя будоражащие образы, стараясь внешне выглядеть как обычно, не привлекая внимания. Расслабилась она только в кабинете редактора, решив, что его запах не такой уж и аппетитный. Но уже спустя пару минут безумного ора, что казалось, его слышали даже в здании напротив, поняла, что ошиблась.

Успокоившись, Бошам открыл ключом, висевшим у него на шее верхний ящик своего стола, и бросил ей через стол пачку фотографий.

– Это Люк вчера снял. – Пояснил он, увидев на её лице взметнувшуюся вверх бровку.

Эва протянула руку и пролистала снимки, ещё с самого первого поняв что там.

– Почему-то мне казалось, что Сорелл не даёт себя снимать.

Она задержала взгляд на последнем фото, на котором она с Юлианом выходила из Атлантика. Это был её последний день человеком. Усмехнувшись, она отделила эту фотографию, засунув её в сумочку, а остальные сложила и вернула их редактору.

– Так и было. – Глен Бошам подозрительно следил за девушкой, которая вела себя крайне странно. – А вчера, когда Люк снова решил последить за его домом, уже раз пятнадцатый за этот месяц, обнаруживает вас влюблено смотрящих друг на дружку. Потом Люк поехал за тобой, а точнее за вами Атлантику, где вы мило воркуете за столиком. И в тот момент, когда он стал искать глазами охранника, чтоб его очередной раз не избили и не разломали фотоаппарат, тот подошёл сам и сказал, что Люк может сделать пару кадров. Ты это себе представляешь?

– Ага. – Со скучающим видом согласилась девушка, продолжая изучать свой казавшийся раньше идеальным, маникюр, ожидая когда у Бошама закончится желание обсуждать эту тему.

– Так может, ты мне всё-таки скажешь, как ты добилась интервью, да ещё и разрешения снимать?

– Нет.

– Тогда ты не могла бы сделать мне парочку снимков его дома?

– Нет.

– Тогда хотя бы скажи, что у вас за отношения? – Не унимался Глен Бошам, несмотря на явную неохоту девчонки отвечать. – Ты его очередная пассия?

– Нет. – Так же спокойно ответила девушка, хотя внутри у неё уже от его слов вспыхнул огонь.

Ибо она задала себе этот вопрос сама. А что, если Бошам прав и она очередная? Ведь в действительности она ничегошеньки об этом человеке, а точнее вампире, не знала. Только маленькие несвязные моменты проскакивали в голове, словно в старой испорченной киноплёнке. При чём, после предварительного анализа ощущений, она поняла, что началось всё только здесь в редакции. В доме Юлиана такого не было.

В этот момент ей захотелось это с кем-то обсудить, но врятли это стоило делать со своим истеричным редактором.

– Послушай, Глен, чего ты хочешь от меня? – Решила Эва сменить тему. – Я же написала первоклассную статью.

– Это ты так думаешь! – Буркнул мужчина, потирая подбородок.

– И вообще, разве не ты мне говорил, что настоящий журналист даже в ад сходит, чтобы у сатаны спросить, правда ли его жена спит с его лучшим другом?

– Возможно, ты как раз это и сделала, только вот какой ценой? А? И если ты послушаешь моего совета, то прекратишь водить шашни с этим человеком. Хоть ты, похоже, и провела ночь в его доме, это ещё можно исправить, Лермонт. Пока всё не зашло слишком далеко. – Глен смотрел на неё совершенно серьёзно и Эва вдруг почувствовала, что он говорит вполне искренне, в то время, как она всегда считала его полным кретином. – Одумайся, ты же слышала байки, которые ходят про этого типа. Хоть ты и ржавый гвоздь в моей бедной заднице, но даже ты не заслуживаешь такого.

– Спасибо тебе, Бошам, за твои отеческие наставления, но я в них не нуждаюсь. – Бросила Эва и вылетела из его кабинета, под злобные взгляды своих коллег, которые она сейчас ощущала, почти как телесные прикосновения.

А в свете жуткого голода, внезапно накатившего от огромного количества довольно аппетитных запахов и проносящихся в мозгу картинок, эти взгляды безумно раздражали, ибо она уже чувствовала, как во рту снова удлиняются клыки в надежде проткнуть чью-то кожу, дабы оттуда хлынула эта потрясающая жидкость. Едва она села в машину к Сэму, он тот час обернулся, уставившись на неё с обеспокоенным видом.

– Мне кажется, тебе стоит перекусить. – Он покачал головой. – Нельзя же такой голодной ходить среди людей.

– Это так сильно бросается в глаза? – Эва глянула на себя в зеркальце, но ничего особенного не заметила. Если конечно не улыбаться.

– Не для людей, мисс Эва. – Водитель, наблюдая за ней в зеркало заднего вида, вырулил на дорогу. – Я просто чувствую ваш голод. Это нормально для новорождённого вампира. И я вам скажу – вы ещё вообще хорошо держитесь.

– Я правда очень странно себя чувствую, Сэм. – Спокойно произнесла девушка сама поражаясь своему спокойному голосу, когда её эмоциональное поле двигалось, кипело и бурлило. – Но когда думаю о еде, понимаю, что есть не хочу.

– Это не тот голод. – Мужчина улыбнулся, сверкнув белоснежной улыбкой. – Тебе нужна кровь.

– Для начала мне нужно заехать в агентство на примерку. – Она глянула на часики у себя на руке. – Я и так опаздываю, а Пьер думаю, сегодня не в духе, ибо вчера на показе так и не появилась Ирэн.

– Ты можешь в агентстве и перекусить. И учитывая, что мне велено тебе помогать, я тоже там перекушу. – Хмыкнул он и обогнал очередную машину, которая, по его мнению, ехала слишком медленно. – Хотя мне не нравится вкус ваших девчонок. Люблю более упитанных особ, не злоупотребляющих травкой, экстази и алкоголем. У них и крови больше, она намного слаще и ароматнее.

– Я смотрю ты гурман.

Девушка увидела, как он пожал печами и рассмеялась, думая о том, что столько времени провела по ту сторону жизни, где была одной из таких девчонок, которых рассматривали, как возможный обед или ужин, пусть и не очень аппетитный. И хотя, ощущать себя охотником, а не дичью было приятно, всё-таки закрадывалось чувство какой-то нереальности, неправильности происходящего, усиливающееся от сумятицы в голове.

– О, Лермонт. Неужели хоть ты соизволила явиться? – Пьер драматично развёл руками, словно выступал на сцене оперного, а не стоял посреди гримёрки.

– А что случилось? – Как можно беспечнее спросила она, проходя стойкам одеждой и разыскивая свой номерок.

– Ирэн! – Заорал тот, последовав за ней, словно нашёл кому пожаловаться. – Ты знаешь, почему эта дрянь вчера не явилась? Она видишь ли залетела! И ко всему прочему, не смотря на доброту её любимого Пьера, который согласился оплатить ей аборт, эта уличная девка решила рожать!

– Пьер, но это её выбор. – Возмутилась Эва. – Ты не прав.

– А ты ещё поуказывай мне. – Буркнул он, ткнув в её сторону тонким пальцем с перстнем. – Тоже ничуть не лучше.

– Ну что ты. – Она картинно закатила глаза. – Я ведь ещё не решила рожать или нет.

После этой её фразы вокруг стало безумно тихо и лицо Пьера позеленело.

– Ты ещё скажи, что ты тоже. – Начал он, подходя к ней.

– О нет, дорогой, я не беременна. Просто знаешь, мне тоже уже не шестнадцать. Давно пора задуматься о продолжении рода. – Расхохоталась Эва, ощущая всеми клеточками кожи, как сильно злится модельер.

Забывшись, она вдохнула воздух, тут же ощутив, как во рту стали вытягиваться клыки от безумно аппетитных запахов. Тут же прикрыв рот ладошкой, она замолчала и Пьер, решив, что она сдалась, остановился.

– Вот доведёте вы меня все! – Он картинно схватился за сердце и сел в кресло, стоящее посреди этого шума. – Давайте уже одевайтесь. И так двоих нет на главной примерке.

– А кто ещё залетел? – Усмехнувшись поинтересовалась Эва.

– Надеюсь, что Линда не залетела, но эта точно напросится на увольнение. Хочет приходит, хочет не приходит. – Тут взгляд Пьера упал на дверь и как-то сразу прояснился. – А ты кто?

Энжел обернулась к выходу, заметив Сэма, подпиравшего плечом косяк двери и без стеснения разглядывающего одевающихся девчонок. В костюме и рубашке он смотрелся вполне симпатично, особенно с точки зрения модели.

– Это мой водитель. – Ухмыльнулась Эва, снимая одежду и надевая платье с вешалки со своим номером, всё-таки поданное девочкой-помощницей.

– А звать вас как? – Не унимался Пьер, поднявшись из своего любимого кресла и медленно приближаясь к темнокожему парню.

– Сэм. – Усмехнулся тот, на настолько неприкрытый интерес со стороны модельера.

– Сэм, а не хотите ли попробовать подработать моделью на моём следующем показе?

– Нет, благодарю. – С достоинством отказался он. – Мой непосредственный босс не оставляет мне так много свободного времени.

– Жаль. – Пьер окинул того реально печальным взглядом и вернулся к созерцанию своих моделей, примеряющих его новые творения. – Хей, Клара, на зелёном нужно подтянуть грудь и немного укоротить. А в голубом наоборот больше свободы в области талии, которой у мисс Зеты нет.

Зета же даже не обратила внимания на реплику модельера, подставив помощнику руку на которой тот обречённо застёгивал бесчисленные пуговки.

Эва также стояла, ожидая пока девочка-швея примеряла платье на её фигуру, делая пометки где убрать и где добавить. Как услышала позади тихий голос Сэма.

– После этого сборища, когда ваш горе-диктатор пойдёт к себе – иди за ним.

– Зачем? – Она чуть обернулась на мужчину.

– Ты уже не хочешь кушать? – Удивился он.

– Но что мне с ним делать? – Зашептала девушка в ужасе. – Как подойти так близко?

– Эва, поверь, ты сейчас намного сильнее физически, чем он. Да и сила в тебе не только физическая. Люди на много уровней слабее тебя в ментальном плане. Если не можешь его заставить не двигаться женскими чарами – просто посмотри в глаза и прикажи не двигаться.

– Он гей. – Отмахнулась Эва. – Какие женские чары?

– Ты не поверишь, что порой творится в мужской голове. – Хмыкнул Сэм. – В любом случае, ты сможешь ему приказать. И он не сможет двигаться.

– А если сможет? – Она бросила растерянный взгляд в сторону Пьера. – Если у меня всё-таки не так много сил?

– Главное поверь в то, что получится. – Подмигнул ей темнокожий. – Но если всё-таки сможет – просто не дай ему закричать.

– И как же, интересно?

– Сверни шею.

– Что?! – Эва обернулась, но мужчины уже и след простыл. Она лишь как эхо услышала его тихий смешок.

Всё оставшееся время пока Эву одевали-раздевали, пока над ней работали швеи и визажисты, выполнявшие приказы Пьера, она как могла сдерживала голод, который казалось с каждой минутой становился в сотни раз сильнее. И уже начали появляться особо нелепые мысли, что ещё минута и она прикажет Пьеру самому идти к себе в кабинет. Но всё-таки эта пыточная примерка, спустя два бесконечных часа была объявлена законченной. Наконец одевшись и даже не смыв грима, Эва быстро дошла до кабинета модельера и даже не постучавшись, зашла.

Пьер сидел за столом, рассматривая сделанные на примерке фотографии к каждой подписывая свои комментарии. Невысокий, симпатичный, сорокалетний мужчинка, атлетического сложения, с начинающим проявляться животиком и маленькой ямочкой на подбородке. Выглядел как амурчик, только немного увеличенный, да и вообще хороший человек, хоть и гей.

– Лермонт? – Он глянул на неё мельком, снова вернувшись к созерцанию фото. – А тебе что ещё?

– Да так. Зашла поболтать.

Эва обошла вокруг стола и остановилась прямо рядом с ним, видя, что мужчина не испытывает ни капли подозрения. И даже к своему большому удивлению, впервые заметила его заинтересованный взгляд на собственных ногах. И вспомнились недвусмысленные слова Сэма о том, что творится в мужских головах. Похоже, в голое Пьера тоже были свои сюрпризы.

– И о чём же ты хотела поговорить?

Эва подумала и о том, что ещё говорил Сэм – посмотреть в глаза? И приказать? Нет, к этому она пока была не готова. Поэтому просто повернулась к дизайнеру.

– Можно мне присесть? – Тихо спросила она, кивнув на его колени. И к её удивлению тот кивнул и отъехал от стола, словно приглашая.

– А вот это уже интересно, Лермонт. – Хмыкнул он, когда она плавно опустилась на его коленку.

– Почему же? – Спросила Эва, рассматривая его лицо вблизи, и слыша участившееся сердцебиение и расширенные зрачки, что явно говорило о том, что Пьер и правда был заинтересован.

– Ты впервые так себя ведёшь. – Заявил мужчина, обняв её за талию.

– А ты можешь не двигаться? – Тихо попросила она, вдохнув его запах и чуть не зарычала от нетерпения.

– Могу. – Усмехнулся тот.

Эва не сдержавшись, наклонила его голову и, отодвинув шарф, впилась в его шею, почувствовав, как он под ней дёрнулся. Но не издал ни звука. Когда она насытилась, Эва отстранилась, но из раны на шее модельера продолжала сочиться кровь.

– Залижи ранки. – Раздался над ней голос Сэма.

– И давно ты здесь? – Спросила она, лизнув шею Пьера и наблюдая, как затягивается её укус.

– С самого начала представления. – Ответил Сэм, усевшись на край стола. – Мне было велено присматривать за тобой и если что, помочь тебе прибраться.

– Что происходит? Почему посторонние у меня в кабинете? – Наконец заворчал мужчина под Эвой.

– И что теперь с ним делать, Сэм? – Облизнув губки, спросила девушка.

– Теперь он твой. – Рассмеялся Сэм, увидев недоумевающую физиономию дизайнера. – Что бы ты ему ни сказала – он сделает.

– И что мне ему сказать? – Эва без особых усилий держала крайне послушного Пьера в кресле.

– Для начала, полагаю, будет уместно попросить его забыть, что тут происходило. – Подсказал тот. – Скажи ему, что ты просто приходила поговорить.

Девушка медленно глядя в накрашенные глаза Пьера, повторила слова Сэма и тот с довольным видом кивнул.

– Всё? – Удивилась она. – Мы можем идти?

– Почти. – Сэм бесцеремонно стащил шарф с шеи модельера, вытерев остатки крови на его шее, а затем вытер им же губы девушки. – Научись убираться за собой. Не должно быть ни единого следа. Потому что если у твоего «корма» сильная воля, в его памяти могут сохраниться, так сказать «следы» твоего преступления. Он будет видеть их во сне, например. И чтобы он не смог обнаружить никаких материальных доказательств, когда проснётся. Поняла?

– Конечно. – Послушно кивнула она, поднимаясь и даже не глянув на ошалевшего Пьера, вышла вслед за Сэмом. Поэтому так и не заметила взгляда, полного обожания, брошенного ей в спину.

Глава 6. Фатальная ошибка

Прошло уже четыре дня, как Пьер вёл себя словно преданная псина после того первого ужина. Сэм сказал, что это худший вариант, когда жертва слишком сильно привязывается к вампиру. И это именно тот случай, когда стоит изобразить самоубийство. А ещё он говорил, что ей надо много питаться, но проблема была в том, что ей не хотелось. Вот и что с этим делать?

Эва с выражением крайней апатии на лице, наблюдала за своим дизайнером. Как и в тот злосчастный день в его кабинете, так и последние четыре дня, она питалась только его кровью. Чему он, кстати, был только рад. И к собственному удивлению, она поняла, что это невероятно раздражало.

И вот сейчас, Пьер сидел с ней за кофейным столиком в доме Юлиана. И с улыбкой идиота смотрел, как она мешает кофе с мороженным, даже не подозревая, что она сейчас пытается решить его судьбу.

Эва не понимала, почему задерживается Юлиан. Они созванивались вчера и он обещал приехать, как только решит вопросы. Он бы помог ей справиться с неразрешимой проблемой преданно смотрящего на неё модельера. В этот момент она вообще не понимала, зачем выбрала именно его своей первой жертвой. А точнее не она сама, это сделал Сэм, но результат всё равно сидит именно перед ней с преданным взглядом. И вот ведь задачка – ей совершенно не хотелось его убивать.

– Эва, ну почему ты не даёшь себя обнять? – Прозвучал его голос, выведший её из состояния оцепенения. – Иногда мне кажется, ты не против быть со мной, а иногда ты ведёшь себя странно.

Девушка обречённо вздохнула, подумав только о том, что никогда не думала о том, что способность вот так просто поменять сексуальную ориентацию человека будет доставлять ей неприятности.

– Мне казалось, что ты не любишь женщин. – Осторожно произнесла девушка.

– А я и не люблю женщин. – Он расплылся в широкой улыбочке. – Только тебя, детка.

– Не говори глупости Пьер. – Взмолилась она. – Вспомни – ты же любишь парней.

– Не хочешь – не буду говорить. – Послушно ответил тот. – Только вот я из-за тебя в последнее время сон потерял, и хоть сам не понимаю почему, но кажется, я не могу без тебя. Ты нужна мне.

Эва склонила голову на бок и посмотрела на мужчину, пытаясь увидеть его со стороны, а не привычным взглядом. Голубые глаза, крашенные рыжие волосы и подкрашенные ресницы, в сочетании с тонкими длинными пальцами на ухоженных руках, с профессиональным маникюром. По всем приметам он мог быть только дизайнером одежды, коим и являлся. И он действительно любил не женщин, а мужчин. И это его пристрастие к ней самой, жуткое пристрастие, Эва сейчас объясняла, как следствие её укуса. Но он не плохой человек, почему он должен умирать? Опять прозвучали нотки жалости в её голове.

– Знаешь, Эва, я вот сейчас придумал новую линию.

«А что, если…» – Зазвучали как будто чужие мысли в её голове.

– Называться она будет Адам и Ева.

«…я сделаю тебя вампиром…»

– И ты будешь там невестой, то есть Евой. – Продолжал разглагольствовать мужчина, не представляя, что за мысли блуждают в её голове. – Эвой.

«…так же, как меня сделал Юлиан и будешь жить». – Девушка вдруг рассмеялась, захлопав в ладоши оттого, что она решила-таки терзавшую её проблему.

– Я рад, что тебе нравится. – С восторгом произнёс Пьер, пододвинувшись ближе к девушке и обняв её.

– Пьер, а ты не хочешь жить вечно? – Загадочно поинтересовалась она.

– Хороший вопрос и достаточно философский, не замечал раньше в тебе, но, по-моему нет в мире человека, который бы ответил, что не хочет жить вечно.

– Тогда сиди спокойно.

Девушка скривившись, порезала себе запястье подарком Сэма, который сегодня с утра повесила себе на шею. Это теперь было так просто – порезаться и всё срасталось почти на глазах, она была словно из пластилина. Задвинув лезвие обратно, она направила кровь, полившуюся ей на платье, в рот испуганно смотрящему на неё Пьеру.

– Пей, это не страшно. – Произнесла она тем голосом, которого Пьер слушался безоговорочно последние дни, и он стал пить.

Когда мужчина со стоном оторвался от её руки, Эва расстроено осмотрела своё платье, залитое её же кровью. Видя, что Пьер откинулся на спинку дивана и уже точно не соображал что происходит, она поняла, что процесс начался. Зашторив окна в гостиной и в холле, девушка поднялась наверх, в комнату сестры Юлиана, где обитала последние несколько дней. Переодевшись в чистое платье, она услышала какие-то странные звуки внизу.

Неужели Юлиан наконец-то вернулся? Последний раз глянув на себя в зеркало, Эва сбежала вниз. В холле никого не было, а необыкновенную тишину нарушали стоны Пьера и звук подъезжавшей машины. Девушка направилась в гостиную, чтобы закрыть дверь, но так и замерла у входа. Над Пьером склонилась огромная мужская фигура, одетая так, словно этот человек собирался на пробежку. Спортивные штаны, кроссовки и байка.

– Ты кто такой? – Опомнившись, окликнула Эва, уверенная, что не видела его в свите Юлиана.

На повернувшемся к ней лице, она увидела довольную ухмылку и капли крови, оставляющие яркий след на подбородке огромного незнакомца. Внезапно он приложил руку к груди, как будто поклонившись, и в два прыжка преодолев расстояние между диваном и почему-то открытым окном, ловко выскочил в него. Каким-то шестым чувством, девушка поняла, что случилось что-то ужасное, но она, похоже, в силу своей неосведомлённости не могла понять, что же именно. Юлиан во вчерашнем разговоре сказал – она должна была увидеть всё ещё первой ночью, почувствовать все их законы, что можно делать, а чего нельзя. Однако ни той ночью, ни следующей она не смогла ни заснуть, ни что-то почувствовать. Было такое ощущение, что кто-то ей постоянно мешал увидеть нечто очень важное. Выбежав из дома на задний дворик, она увидела возле припаркованного лимузина темнокожего водителя, игравшего на телефоне в гоночки, судя по доносившимся из него звукам.

– Сэм, Сэм!

– Что случилось, мисс Лермонт? – Спросил он, увидев её испуганное лицо, но тут же исправился. – Прости, Эва?

– Там был чужой человек. – Эва пыталась говорить ровно, но почему-то не получалось. – Он пил кровь Пьера, когда я отошла переодеться.

Сэм, отбросив телефон на сидение лимузина, вместе с девушкой бегом вернулся в гостиную и застыл над диванчиком, на котором с жуткими стонами метался мужчина. Темнокожий вампир медленно перевёл взгляд на девушку.

– Мисс Эва, а вы случайно не видели, этот чужой вампир, он что, напоил вашего Пьера своей кровью? – Дрогнувшим голосом спросил он.

– Нет, Сэм, это я напоила его своей кровью.

Эва внезапно ощутила резкий острый запах и он ей очень не понравился, ибо что-то подсказывало ей, что это был запах страха. Сэм был чертовски испуган. Она увидела, как задрожали его руки, как собственно и голос.

– А когда вы это сделали? До или после того, как этот кто-то пил его кровь?

– Конечно до. Да какое это имеет значение, Сэм?

– О, Боже. – Тёмная до этого кожа мужчины, казалось, приобрела серый оттенок. – Мисс Эва, вам нужно бежать отсюда, срочно бежать.

– Зачем бежать? – Недоумевая, пробормотала девушка, глядя в расширенные от ужаса глаза Сэма.

– Мисс Эва, вы не понимаете. – Он помотал головой, принявшись сбивчиво рассказывать. – Если это был чужой вампир, а это скорее всего было именно так. Потому что здесь пахнет чужим, а раз так, то скорее всего, он проник сюда, в дом главы нашего клана намеренно, а это значит, что кто-то из чужого клана послал его. А это значит, что сейчас другой клан будет знать о нашем всё. Мисс Эва, абсолютно всё.

– Из-за того, что проник в дом? – Девушка пыталась разобраться в мыслях, но они словно живые сами разбегались, не позволяя кусочкам сложиться в целую картину.

– Нет. Из-за того, что попробовал вашей крови, мисс Эва. – Тихо ответил он. – Нашей крови.

– Ну и что из этого? – В шоке девушка села на спинку дивана, наконец, начиная понимать, что именно ей пытается сказать Сэм. – Это же просто кровь.