Две силы
- -
- 100%
- +
Снова эти грязные, вонючие туннели. Редкие мостики, среди каналов, заполненных грязной жижей. Поднимается от них это мерзкое зловоние. Капает сверху грязная вода, пытаясь попасть за шиворот. Пищат где-то в глубине крысы. Висят корни какой-то мерзкой растительности, пролезая через щели в потолке.
Пройдя по шатким деревянным мосткам и скользким каменным бортикам, они добрались до уже знакомой разбухшей двери.
Фенрис ударил по ней плечом, упёрся в пол и, скользя сапогами по камням, с трудом сдвинул её. Настолько, что они смогли пролезть внутрь.
– Ага! Вернулись! – выпалил Чизман, вскакивая на ноги, – живой!? – заорал он, подходя к Валере. Хлопнул его по плечам и утвердительно заверил, – живой! А мы тут с ума сходим, – махнул головой в сторону Ивори. Та, была ещё печальнее, чем обычно. Глаза красные, даже та непонятная тушь, которой она их красила, потекла.
– Рад видеть, – донеслось из другого угла. Парень глянул туда и в полумраке заметил Пьера, сидевшего на каких-то тряпках. Толстяк осунулся и был весь перемазан грязью. Взгляд у него какой-то затравленный.
– Сработали эти ваши снадобья, да?! – прищурился программист, – ух, полазили мы, чтоб их найти.
– Нет, всё зря, – небрежно отмахнулся Фенрис. Плюхнулся на табуретку, запустил руку в рюкзак. Нащупав там какой-то сухарь, он вытащил его и принялся грызть, – они не понадобились.
– А, – протянул Чизман, – по касательной задело? Или вообще не зацепило?
– Нет, – отрешённо покачал головой Валера, огляделся, нашёл какой-то табурет и уселся на него. Его слегка мутило. То ли от последствий ранения, то ли от этой мерзкой вони, от которой он уже отвык. Парень устало выдохнул, поднял глаза и принялся рассказывать, – я сам не заметил, как подставился под удар. Бах и всё. Смотрю – торчат вилы в животе. По самую поперечину. Потом мужик этот выдернул их и сбежал. Меня нашел кто-то из инквизиторов и притащил в лечебницу…
– Погоди, – программист вытянул из сумки фонарик и посветил ему прямо на голый живот, – ничего же нет, – он даже поднялся и подошел ближе, – даже шрамов не осталось!
– Вот именно, – Валера поднял на него глаза, – меня исцелил ангел!
– Кто?! – Чизман слегка отшатнулся и нервно засмеялся, – что за бред?! Какой ещё ангел?! – фыркнул он, – тебе, наверное, почудилось это. От тех гадостей, которыми тебя поили в лечебнице. А следы…. – тут программист замялся. Глянул в сторону Теллари, будто бы ища поддержки. Та посмотрела на него.
– В общем, – после недолго молчания заявила она, – мы вам ещё не всё рассказали….
– Что значит не всё? – тот упёр руки в бока, – в каком это смысле?!
– Ну, дело в том, что у святош есть ангел. Он появился совсем недавно, – она как-то смутилась, – это якобы посланник их бога. Творит тут всякие чудеса, является перед верующими. Но почему-то больше всего он общается с верхушкой Святой Церкви. Если вообще чуть ли не руководит ими.
– Так, – программист отошёл в сторону и осторожно присел на корточки, – ангел?! Что это вообще значит? – он нахмурился.
– Эх, – вздохнула Теллари, поморщилась, – ну, как бы тебе сказать…. В общем, он вроде бы из света весь. У него есть чудесные божественные силы…
– Я вот думаю, – вдруг влез Фенрис, – это посланник истинного бога. Он здесь, чтобы поиздеваться над их верой. С тех пор, как этот «фонарь» явился сюда, Святая Церковь начала меняться. Отступать от своих стандартов….
– Это очень занимательная теория, – процедил Чизман, постучав пальцем по грязному полу. Его злобный взгляд скакал между этими двумя.
– Ну, это ещё не доказано, – пожала плечами Теллари, – наших он не трогает. К людям относится хорошо, в отличие от той же инквизиции. В общем, просто есть и всё….
– Да мне, честно говоря, плевать! – вдруг рявкнул программист, поднимаясь на ноги, – всё это время, – начал распаляться он, – я думал, что вы тут боретесь с выдуманной религией, под покровительством вашего этого бога…. – он прошёлся по комнате, свирепо размахивая руками.
– Ну да! Всё верно! – недоуменно протянула Теллари, – мы знаем настоящую истину. Знаем, что Святая Церковь ложь и просто обманка выдуманная людьми. Конечно, может быть это Его воля. Чтобы такая организация существовала, собирала верующих дураков….
– Дело в том! – снова выпалил Чизман, поднимая вверх указательный палец. Он медленно повернулся к ней и, усмехнувшись, заявил, – что всё это время я думал, что здесь одна высшая сила. И она ваша, – злобно процедил он, – ваша! Да, рассказы о вашем боге какие-то странные. Я что-то никогда не слышал подобного и прочее, прочее, прочее, – программист махнул рукой, – мне было плевать. Я думал, раз уж так есть, то пускай. Но! Теперь оказывается, что здесь ДВЕ СИЛЫ! – рявкнул он, – тут две всемогущие силы, которые спорят между собой. И им явно плевать, о чём вы думаете и что считаете! Проклятый ангел бродит здесь и исцеляет всех подряд! Что ещё он может?! Испепелить нас взглядом?! Или махнуть огненным мечом и снести половину города?! Это ли не доказательство существования бога?! Да даже Иисус, превращающий воду в вино, на фоне такого выглядит шарлатаном! Целый грёбаный ангел из света и вы такие – подумаешь! Бывает!
– А кто такой Иисус? – отозвался Фенрис, – вино в воду, вот это придумка! – хмыкнул он. Чизман хотел что-то ответить, но просто махнул рукой.
– Нет! Это всё хитрый план! Тебе же сказали! – спешно развела руками Теллари.
– Да? Как вы вообще собираетесь бороться с таким? Что если он прилетит сюда на своих крыльях, – программист глянул в сторону Валеры, – у него же есть крылья? – тот молча кивнул, – а потом начнет рубить вас налево и направо! Почему вы вообще решили, что сможете с ним тягаться?!
– Ты не понимаешь! – воскликнула девушка, – мы знаем истину! Настоящее устройство мира! А всё остальное это… – она огляделась по сторонам, – это фальшь! Святая Церковь была придумана людьми. Она ложна! Есть один истинный бог и у него нет имени….
– Я не хочу копаться в истории, – Чизман рубанул рукой воздух, – и спорить о происхождении и развитии ваших религий. Меня волнует совсем другое, – он оглядел всех вокруг, – как вообще во всем этом выжить? Если начнется битва этих двух сил, что тогда? Здесь будет самый настоящий апокалипсис! От этого надо держаться в стороне! Зачем вообще в это лезть!?
– Ну, – Теллари мрачно усмехнулась, – что-то ты задумался об этом слишком поздно. Ты уже в это влез.
– Меня затащили! – фыркнул тот и тут же ткнул пальцем на Валеру, – и его тоже!
– А кого из нас не затащили? – донёсся из угла мрачный голос Ивори.
Все вокруг смолкли. Чизман так и стоял посреди этой комнаты, уставившись в пол. Остальные расселись по углам. Только капавшая с потолка вода нарушала эту тишину.
Валера осторожно погладил свой живот. Всё целое. Даже не болит. Ничего не чувствуется, никакого дискомфорта. Только лёгкий голод. Он прикрыл глаза, задумался обо всём этом. Затащили. Их всех затащили. Просто не оставили никаких шансов. А его, его вообще принялись перетягивать, как канат. Будто бы два ребёнка не могут поделить игрушку.
– Знаете, – он нервно сглотнул и продолжил, – тот ангел сказал мне…. Он исцелил меня, а потом заявил, что я должен примкнуть к церкви. Что второй шанс дан мне, чтобы служить этой вере.
– К Святой Церкви?! – сразу напряглась Теллари, – он так сказал?
– Угу.
– Отлично, – Чизман пнул какую-то трухлявую доску, полетели щепки от неё, – и что теперь делать?! Эта сила… Она тоже будет заставлять его? Да?
– Не знаю….. – девушка опустила рогатую голову, – такого ни разу не было и….
– Я должен был умереть, – пробормотал Валера, – но мне дали второй шанс. Может быть, мне действительно нужно примкнуть к Святой Церкви?! – рассеяно пробормотал он.
– Ну, там, наверное, будет лучше, чем здесь, – фыркнул программист.
– Послушайте, – вдруг заявила Ивори из своего угла, – есть только один истинный бог. Всё. Он везде и во всем. Даже в Святой Церкви, хоть она и придумана людьми. В любом случае, вы уже видели, что творят святоши. Хотите к ним? Верно служить и помогать им во всех злодеяниях?
Валера посмотрел на неё и задумался. Он видел инквизиторов, видел храмовый квартал изнутри. В верхушке Святой Церкви не было хороших людей, но они были внизу. Вроде того старика, который спас его. Но даже этот ангел исцелил раны только ради этакого пиара, как сказали бы современные люди. Да и пришёл он в лечебницу, чтобы помочь инквизитору. Тому, кто разгонял бунт, рубя направо и налево.
– Нет, – заявил он, – я не хочу. Надеюсь, от этого со мной ничего не случится, – сказал и криво усмехнулся.
– Правильно, – процедил Чизман, – нахрен эту церковь. И вашего бога тоже! – бросил он в сторону Теллари.
– Ты так ничего и не понял, – покачала головой та, – никакого выбора тут нет. Мир устроен так, как он есть. И никуда от этого не деться.
– Ну, – пожал плечами программист, – я вот как раз хочу куда-нибудь свалить. Желательно, подальше от всего этого. Есть идеи, как выбраться из города?
Вновь наступило тягостное молчание. Фенрис захрустел своим сухариком. Слышно, как тихо сопел Пьер у стены. Вода всё так же падала с потолка. Ивори, вся грустная и печальная, сидела в своем углу, уставившись в пол. Её подруга тоже опустила голову. Только Чизман стоял, оглядываясь по сторонам.
– Есть кое-что…. – вдруг заметил Валера, проматывая в голове ту встречу в лечебнице, – тот ангел сказал, что прибыл сюда недавно. Из Каменора.
– И? – недоуменно спросил программист.
– Так может, это его вина, что ваш символ не загорается, – парень слегка замялся, понимая, что его предположение слишком пугающее, – вдруг эти силы действительно враждуют?
– Я… – Теллари подняла голову и тяжко вздохнула, – может быть и так. Но мы действительно ничего ему не сделаем. Как его выгнать отсюда?
– Он сам уйдет. По его словам, в Каменоре ещё остались какие-то дела. Не знаю, что там происходит….
– Туда пришла Святая Церковь, – отозвался из своего угла Пьер, – спешно строятся соборы, король Ричард учится плясать под их дудку, – толстяк презрительно фыркнул, – только чудес там никто не творит. Наоборот. Скоро там будет такой же порядок, как и здесь. Гордая инквизиция, рубящая всех несогласных своими мечами.
– Отлично! – радостно выпалил Чизман, – тогда, всё что нам нужно, это дождаться, пока этот ваш «фонарь» свалит отсюда! Так?!
– Это всё хорошо звучит, – заявил Фенрис, пытаясь нашарить в своем мешке ещё еды, – но где мы будем ждать? Нас ищут по всему городу, а после того, как мы увели из-под их носа чудесно исцеленного больного…. Думаю, всё станет ещё хуже, – угрюмо процедил он.
Словно в подтверждение его слов, в глубине коридоров послышались шаги.
– Прячемся! – воскликнула Теллари, – хватайте тряпки! Падайте на пол! К стенам, к стенам!
Вся их компания спешно принялась растаскивать кучу тряпья. Валера тоже схватил что-то грязное и рваное. Прижался к стене и накинул эту тряпку на себя. Затаился, почти не дыша. Остальные тоже укрылись. Даже Пьер накрылся, хотя размеры всё равно выдавали его.
– Эх, это не поможет, – прошипел Чизман, доставая из сумки пистолет. Прижавшись к стене, он направил оружие на дверь.
– Сработает, – шепотом отозвалась Теллари, – думаешь, им хочется таскаться по канализации и залезать во все углы? Увидят кучи мусора и нос отвернут!
От тряпки мерзко пахло. Она так пропиталась всеми ароматами канализации, что Валере даже дышать не хотелось.
А шаги приближались. Кто-то отделился от основной толпы и подошёл совсем близко и всё стихло. В комнате тоже молчали. Чизман напряженно замер, готовый выстрелить в любой момент.
Дверь вздрогнула от мощного удара. Но не поддалась. Разбухшее дерево, которое они всеми силами утрамбовывали обратно в косяк, крепко застряло в камне. Ударили ещё раз. И ещё. Но доски, словно приросли к стене.
– Бросьте! – крикнул кто-то. Голос эхом разлетелся по туннелям, – она разбухла и застряла! Её уже лет десять не открывали! Это невозможно!! Пошли уже! Здесь воняет дерьмом!
Сапоги затопали по каменному полу, удаляясь прочь. Патруль инквизиции отступил. Но все, кто был внутри, понимали – это ненадолго.
Глава девятая. Эсмеральда.
– А, это ты, Артанис, – Лорд Инквизитор сгорбился на своем кресле, будто бы под тяжестью невидимого груза, – заходи и закрой за собой дверь.
– Слушаю и повинуюсь, – Старший Инквизитор покорно склонился. Задвинул засов, развернулся, – вы говорили с Ним?
– Дважды, – угрюмо ответил тот, ещё больше помрачнев.
– И… У нас проблемы?
– Сначала Он просто был недоволен. А потом посетил лечебницу…. И уже после увиденного пришёл в ярость.
– Почему?
– Сам понимаешь. Все эти погромы. Смерти «невинных» горожан, – презрительно поморщился Томас де Торгда, – ты же знаешь, что Ему не нравится такое.
– Да уж. Беглые еретики вызывают слишком много проблем, – процедил Артанис, покачав головой.
– Не они, – резко поправил его Лорд Инквизитор, – а мы. Закрытие города многих вывело из себя. Народ возмущён и протестует, а россказни про чуму уже не помогают, – он тяжело вздохнул, уставился в окно, – кажется, придется отказаться от карантина….
– Нет! – гневно выпалил Артанис, выступая вперёд, – у нас здесь кое-что похуже чумы! Ересь! Она заражает умы. Тело можно вылечить, но разум… Его зачастую уже не спасти!
– И что ты предлагаешь? – Лорд Инквизитор поднял голову, угрюмо взглянул на него, – У нас есть время…. Он пока улетел обратно в Каменор. Но когда вернется…. К этому времени мы уже должны разобраться со всем этим. Иначе будет плохо.
– Поэтому прошу вас! Доверьтесь мне! – яро начал Старший Инквизитор, от этого у него даже затрепетало в груди, – я разберусь с ними!
– И как же? – с интересом спросил Томас де Торгда.
– Для начала надо усилить патрули. Пускай рыщут везде. Канализация, переулки, крыши. Пусть постоянно проверяют все углы. А ещё будем устраивать облавы, – Артанис спешно заходил кругами, с каждым шагом распаляясь всё больше и больше, – выловим всех, кто может быть причастен к ереси. Устроим каждому из них допрос с пытками. Никакой вежливости, никаких правил – они лишь мешают. Если это не поможет, тогда начнем казнить причастных, – он вдруг на секунду замер, – впрочем, лучше сразу начать с этого. Скорее всего, подобный метод сразу даст результаты. Страх перед смертью многих заставит передумать. Только выжигая ересь и всех, кто причастен к ней, только так мы сможем спасти этот город! И всю Священную Империю!
– Погоди, Артанис! – Лорд Инквизитор поднял руку вверх, – Посланник уже в ярости от случившегося! А то, что ты предлагаешь, разозлит его ещё сильнее! Нет, нужен другой путь. Иначе гнев Его обрушится на наши головы….
– Именно поэтому, я считаю, – Артанис злобно скривился и наклонился вперёд, нависнув над столешницей. Его руки в бархатных перчатках коснулись её лакированной поверхности, – что нам следует действовать быстро и решительно! Выловим всех еретиков до его возвращения. Вы же знаете, – ухмыльнулся он, – победителей не судят.
Глава инквизиции уставился в окно. Он думал. Но Артанис знал, что у него нет выхода. Ересь опасна. А эти беглецы разносят её так, что скоро весь город будет заражен. Да что там город! Вся империя может вспыхнуть.
Но не вспыхнет. Ведь Старший Инквизитор приложит все усилия, чтобы остановить это. Всё, ради того, чтобы выжечь ересь.
– Ладно. Я доверюсь тебе, – недовольно процедил Лорд Инквизитор, – даю разрешение на любые методы. Делай что хочешь, но поймай этих еретиков до Его возвращения! Иначе, нам обоим конец. Помнишь, что случилось с императором?!
– Я клянусь, что добьюсь цели, – отозвался Артанис и мрачно добавил, – любыми средствами!
Старший Инквизитор развернулся и вышел из кабинета. У него теперь было очень много дел….
Валера проснулся от лёгкого толчка в плечо и, не открывая глаз, потянулся за своей тряпкой. Шесть беглецов прятались в канализации почти несколько суток и уже привыкли к нежданным гостям. Поэтому заслышав чьи-то шаги в туннелях, они тут же прижимались к стенам, накрывались всяким тряпьем и ждали пока патруль Святого Воинства пройдёт мимо. Но словно назло им, каждый раз находился особо ретивый рыцарь, который пытался вломиться в эту комнату. Чизман даже выстругал из обломков досок небольшой клин, чтобы подпирать им дверь. Однако надеяться на трухлявую деревяшку было нельзя, так что несчастные всё равно продолжали изображать кучи хлама.
Положение у них всё так же было безнадежным. Город снаружи был наполнен патрулями инквизиции, озлобленными горожанами и бунтующими простолюдинами. Вылезать на улицы было опасно и днём и ночью, а еда у них начинала заканчиваться. Тех запасов, что Фенрис утащил из кладовой Фанфика, надолго не хватило. И сам здоровяк сыграл в этом совсем не последнюю роль.
Теллари постоянно рисовала на полу этот символ. Но он по-прежнему не загорался. Девушка не сдавалась, хотя видно было, как с каждым днём тает в ней надежда.
Однако сейчас было слишком тихо. Парень приоткрыл глаза. Темно. Решётка в узком колодце над их головами не светится. Значит, снаружи ночь. А патрули в это время сюда не лазили. Кто же его тогда разбудил и зачем? Он приподнялся и увидел в полумраке торчащие рожки. Ивори.
– Проснулся? – тихо спросила она, – пойдем. Мне нужна твоя помощь…
Валера поднялся со своей лежанки. Он понятия не имел, что ей могло понадобиться. Глянул по сторонам – все остальные спали. Даже Чизман похрапывал, прижавшись к стене у двери. В руках программист сжимал пистолет.
Ивори осторожно обошла спящего и выдернула клин. Потянула дверь на себя. Та с трудом поддалась.
– Погоди! – прошипел парень, – куда ты!?
Она не ответила, лишь юркнула в щель. В туннели они выходили только чтобы справить нужду. Хоть смысла в этом было мало – в комнатушке воняло так же, как и во всей канализации, но терять последние крохи цивилизованности не хотелось. Причем даже привыкнуть к этой вони было сложно. Валеру до сих пор воротило от этого запаха и от того, что сам он будто бы пропитался им.
Когда парень вылез наружу, девушка уже шагала прочь, в глубину туннелей. Он подумал, что надо взять пистолет, но было уже поздно. Вяло подергал дверь, надеясь прикрыть её за собой, но та совсем застряла. Валера махнул на неё рукой и побежал за Ивори, которая уже скрылась за углом. Слышно было лишь цоканье её копыт, что эхом разлеталось от стен.
Пробежав по каменному склизкому бортику, парень догнал девушку. Вид у неё был мрачный и напряженный.
– Эй! Что случилось? – тихо спросил он, – что-то серьёзное?
– Нет. Я просто хочу найти нам убежище, – она печально взглянула на него, – кажется, есть одна идея…
– И какая же?
– Увидишь, – ответила Ивори, продолжая цокать по туннелям. Повороты, ответвления, коридоры и каналы с мерзкой жижей. Блуждали они долго, пока не оказались перед каменными ступенями наверх. Здесь туннель обрывался, лишь решетка отделяла их от поверхности. Валера с опаской уставился туда. Мало ли, что там могло ждать их. Блин. Всё же нужно было взять с собой оружие…
Но девушка, словно, ничего не боялась. Приоткрыла скрипучую дверь и начала подниматься наверх. К тёмному небу.
Этот выход был на краю большого церковного кладбища. Кажется, прямо за большим собором, здоровые башни которого возвышались вдалеке.
Валера вылез наружу и огляделся. Всюду куда не глянь – торчали мрачные кресты, отбрасывая чёткие тени в лунном свете. Где-то вдали возвышались ряды каменных склепов. Редкие деревья, все какие-то кривые и увядшие, угрюмо нависали над могилами. Это кладбище было просто гигантским. Будто бы четыре футбольных поля. Хотя неудивительно – город-то вроде бы большой был.
Кованный чёрный забор виднелся где-то на фоне всего этого. До него было далеко, они вылезли чуть ли не в самом центре этого места. Это было хорошо. Здесь их вряд ли кто-то мог заметить.
– Мрачновато здесь, – поёжился Валера, подходя к Ивори.
– Надеюсь, нас никто не застукает, – грустно улыбнулась та, – идем.
– Слушай, – парень напрягся, – а это точно того стоит?
– Думаю, да, – кивнула девушка, – нам же нужно другое убежище. И если всё получится…. – она слегка замялась, – это будет просто здорово.
– Ладно, – кивнул он. Ему самому надоело сидеть в этой канализации и бояться любого шороха. Вся эта вонь, грязь, слизь. Там даже дышать противно. Так ещё и носу нельзя высунуть из этой комнаты. Всюду патрули ходят, каждый выход караулят. Даже эта их вылазка уже была опасной и безрассудной.
Валера подумал, что Ивори пойдет в сторону города. Там какие-то дома виднелись. Хорошо им, наверное, жить напротив кладбища….
Но девушка пошла в другую, противоположную сторону. Туда, где высились башни большого собора. Там был целый храмовый комплекс. Валера плохо разбирался во всех этих зданиях. Для него всё со шпилем увенчанным крестом было просто церковью, собором или храмом. И ему казалось, что разница там только в размерах.
Но здесь этих шпилей было столько, что аж глаза разбегались. Массивные купола, торчащие колокольни, какие-то остроконечные башни, тупоконечные, двускатные крыши с арками, двускатные крыши без арок…. Все здания вокруг были украшены резьбой, везде стояли статуи, резные дуги, витражные окна. Валера подумал, что даже в Ватикане, вроде бы как целом государстве, принадлежащем католической церкви, нет такого скопления храмов. Хотя, может, это в его мире так выглядят только церкви. А здесь, здесь это могли быть вполне обычные жилые здания. Может, у них просто стиль такой.
Впрочем, думать ему об этом было некогда. Ивори уже далеко ушла. Поэтому пришлось догонять. Копыта её мягко шуршали по гравийной дорожке, что вела среди могил.
– Нам точно туда? – с ходу спросил он.
– Угу, – мрачно ответила та. Парень напрягся.
– Ты как? В порядке? – осторожно поинтересовался он, взглянув на грустную спутницу, – а то столько всего пришлось пережить…
– Да уж. Слишком много, – уныло протянула та и с грустью добавила, – знаешь, иногда я думаю, – она остановилась и подняла глаза к ночному небу, – что мои счастливые дни остались далеко позади.
– Как-то безысходно это прозвучало, что даже не верится, – Валера попытался улыбнуться и чем-то отвлечь её, – знаешь, я вот даже не знаю, чем ты вообще занималась? Ну, до этого….
– О, – Ивори мотнула головой, закутанной в шаль, – я владела целым поместьем. Была богатой дамой, – её губы скривились в усмешке, – жила в свое удовольствие и особо ничего не делала…
– Да? Просто дома сидела? – спросил он, шагая рядом, – в пустой комнате?
– Нет, – всё-таки засмеялась та, – я устраивала такие пышные приёмы! Пиры, когда целая куча блюд на столах. Самое лучшее вино! И всякие разные развлечения! У меня был такой большой лабиринт из живой изгороди, – она закрыла глаза, будто бы пытаясь вернуться в то время, – ах, а каждую ночь обязательно фейерверк! Красивый пышный…. Словно огненные цветы распускаются в небе…. Обожаю его!
– Хм, – парень с грустью вздохнул, – тебе бы в наш мир. Там по любому празднику такое шоу устраивают! И снопы искр запустят, и всякие шары яркие, и даже фигуры в воздухе рисуют. А иногда так пульнут, что будто бы всё небо горит.
– Эх, – девушка печально покачала головой, – что ж. Теперь буду мечтать попасть в ваш мир, – она грустно улыбнулась ему и зашагала дальше.
– А раньше ты о чём мечтала? – влез он, снова догоняя её.
– Ну, – сразу замялась Ивори, – это смотря когда. Если ещё до того, как получила наследство, то о богатом особняке. А если после всего этого, – она развела руками в стороны, – после этого я стала мечтать о том, чтобы найти того, кто полюбил бы меня, – девушка скромно улыбнулась и натянула шаль, стыдливо скрывая лицо, – такой, какой я стала.
– Знаешь, это тоже хорошая мечта, – попытался поддержать Валера, – думаю, лучше её оставить, чем мечты о другом мире.
– А мне кажется, что если уж и искать такого человека, то в вашем мире. Там, где к таким как я спокойно относятся….
– Эх, – парень снова вздохнул, – на самом деле у нас тоже не всё хорошо. Сам-то я не знаю, но есть другие люди. И они жалуются, что их притесняют.
– Да?
– Угу. Ну, там, на работу не берут. Или просто смотрят косо, притесняют, в общем, – начал рассказывать он, – ну, например, одни люди не любят других. Плохо о них говорят. И вот первым это не нравится, – ему пришлось постараться, чтобы уйти от прямых примеров. Всё-таки сложно это объяснить…
– Ты сейчас шутишь? – она резко повернулась к нему, – издеваешься?
– Нет, – Валера опешил, – такое правда есть. Они даже стараются, чтобы их поддерживали всяко…. Парады устраивают, протесты…