Затворник в Горной Твердыне

Глава одиннадцатая. Настоящий затворник.

– Рыбка-рыбка! – тихо позвал он. Вошёл в воду. Осторожно опустил руки. Главное тут терпение. Нельзя дёргаться. Вообще не надо торопиться. Всё плавно, тихо, спокойно.

Пусть рыбка сама заплывёт в руки. Ей ведь интересно. А она такая вкусная и сытная.

Маленькая серебристая спинка мелькнула рядом с ним. Куснула за волосы на ноге. Он чуть-чуть покачал пальцем, чтобы заинтересовать.

Та подплыла, и он плавно начал сводить руки. А вот теперь нужна жесткость! Вцепился в чешуйчатое тело и выбросил её на берег. Хорошо!

– Трех хватит. Мне и Пёрышку, – довольно просипел он. Потопал по воде обратно. Вышел на песчаный берег. Отжал рваные штаны. Чтоб не текло. Рыбки бились на берегу. Тяжело дышали. Он стянул верёвку с пояса, крепко обвязал им хвосты. Снова просунул её в штаны, подпоясавшись. Теперь болтаются три тушки у него на боку.

Пустился в пляс. Всё равно один – Пёрышко сейчас далеко. Да и до гнезда ещё дойти надо. А тут в темноте здорово. Шлёпали его дырявые сапоги по песку. Вытекала из них через рваные края вода.

Настроение у него было хорошее. Еда есть и это главное! Пожалуй, в его жизни других удовольствий и не было. Совсем.

– Поем, поем, поем! – пробурчал он себе под нос. А потом вдруг что-то услышал в глубине пещеры. Сразу весь напрягся. Беззаботность слетела прочь. Из глубины выплыли воспоминания, ведь когда-то сам шёл с той стороны. Обламывал торчащие пики, которые хрустели под подошвой…. И вот снова этот хруст. Кто-то там идёт…

Он пригнулся к земле, двинулся в сторону. Тут, у стены, была палка. Когда-то он хотел ей рыбу глушить, это потом уже понял, что проще руками ловить, чем молотить по воде.

Но теперь она пригодится, чтобы отбиться от того, кто шёл навстречу. Он схватил дубину, сжал в руках и зашагал в темноту. Глаза его уже привыкли к полумраку. Сейчас покажет им. Всем покажет….

– Раааа! – заорало неизвестное чудовище и угрожающе замахало здоровой палкой прямо перед собой.

– Стоять! – Чизман оттолкнул Валеру в сторону и выставил перед собой кулаки, – ты кто такой?

– Вы! Кто! Такие?! – истерично проревел в ответ незнакомец, в котором смутно угадывались черты дворфа, – вас прислал Затворник?!

– Нет, – парень выскочил вперёд, вытягивая руки, – это мы сбежали от него! Через врата!

– Какие врата? А, врата!? – дикарь схватился за голову, – вспомнил! – тяжело дыша, он опустил оружие, – а пароль?

– Мэллон! – резко ответил ему программист.

– Откуда вы его знаете? – сразу смутился незнакомец, – я не понимаю…

– Знаем и всё. Сам кто такой? – всё ещё не опуская кулаки, спросил Чизман

– Я? Фарог моё имя. Главный Оружейник, Великий Мастер, – чумазый дворф утёр нос. На нём были какие-то обрывки штанов, теперь похожие на модные дырявые бриджи. На ногах сапоги – пальцы из них торчали наружу. Разросшаяся борода закрывала грудь вместо рубахи. Лицо у несчастного всё в вековой грязи, руки тоже. Ногти обломаны. И на поясе болтается связка из трех рыбин.

– Что-то ты какой-то не главный и не великий, – насмешливо усмехнулся Чизман, – тебя тут заперли?

– Да. Затворник закрыл. Хотел получить технологии древних. Но я не дал. Вот и оказался в пещерах. Чудом сбежал. Но хоть жив, – Фарог развернулся и потопал обратно, волоча за собой дубину. В ту сторону, откуда только что прибежал, – я думал он хороший, – бурчал он себе под нос, – талантливый парень. Молодец. Но запер меня. Если б не Пёрышко, я б не выжил. Совсем. Умер бы, – тихо удалялась его фигура во тьму. Будто бы тот совсем забыл о них.

– Эй! Стой! – программист шагнул вперёд, – куда ты пошёл?

– Домой, в гнездо! – бросил в ответ оборванец, – в гнезде уютно. Тепло. Рыбку поем. Да. Рыбка вкусная. Вот ты самая. А ты на потом останешься. Но не обижайся, я тебя тоже съем! – он принялся гладить свою добычу.

– Кажется, он с катушек съехал, – рассеяно протянул Валера, глядя ему вслед, – должно быть, долго тут сидел в заточении.

– Жаль, но он наша надежда. Идём, – Чизман резко зашагал за оборванцем.

Фарог тащился, едва переставляя ноги. Шлёпал по камням и песку, шмыгал носом. Иногда замирал на месте. Будто бы подвисал.

– Карту прогружает, что ли? – усмехнулся Валера. Но его спутник был серьёзен и терпеливо ждал, пока их новый друг очнется от ступора.

Наконец, впереди показался солнечный свет. Пробивался он через дыру в потолке большого зала. Дыра была так высоко и далеко, что туда никак не добраться. Чтобы вылезти наружу, нужно было уметь летать. Других выходов из этой пещеры не было, так что их надежды вылезти отсюда снова оказались разбиты в пух и прах. Но теперь у них была хоть какая-то вода и еда. А ещё компания этого дикаря.

Их новый товарищ по несчастью затопал по своей пещерке. Он радостно подпрыгивал прямо на ходу, что-то бурча себе под нос.

Здесь, возле дальней стены, у него действительно было гнездо. Надежное такое. Но самое главное, что оно было из веток. Некоторые из них были ещё с зелёными листочками. Значит, выход отсюда всё же был.

Куча эта была с человеческий рост высотой, а в ширину, наверное, метров пять. Чего там только не было. Ветки, солома, доски, какие-то брёвна и палки – всё это свалено вместе и тщательно перемешано.

– Хм, может, у него верёвка есть, – Чизман задрал голову к потолку и прищурился, – как-то же он вылазит отсюда?

А Фарог полез прямо в эту кучу. В центре там было обустроено целое лежбище, размером с двуспальную кровать. В общем, этот дикарь неплохо устроился. Он забрался туда и развалился, будто бы на диване.

– Эй! – дворф высунулся оттуда, – давайте ко мне!

Программист тяжко вздохнул и полез туда. Валера поглядел на него и двинулся следом. Парень растянул ветки руками, поставил ногу на одно из торчащих брёвен и перевалился через край. Он рухнул прямо на солому. Что-то под ней хрустнуло. Основой гнезда были ветки и брёвна, а сверху уже накидано всякое. Поэтому ноги то и дело проваливались в недра этой конструкции. Ходить здесь было нельзя, только переползать, цепляясь за всё подряд.

Оба добрались до дворфа и повалились рядом. Сидеть здесь было неудобно. Ветки кололись, трещали под ними, ноги и руки проваливались куда-то внутрь, а при каждом движении гнездо угрожающе начинало трястись. И у них ещё одежда плотная была, а этот оборванец вообще сидел тут почти голый! Но его зад, видимо, успел закалиться за все прошедшие годы.

– Ладно, – Чизман устало рухнул на прутья, – рассказывай! Как ты тут живёшь-то?

– Нормально, – пожал плечами мастер Фарог, – сейчас вот рыбки поем.

И он сорвал с пояса ещё живую рыбину. Та дёрнулась, чуть не вырвалась из его пальцев. Поэтому тот долбанул её об брёвнышко, что торчало рядом. А потом дворф потянул рыбу прямо в рот.

– Погоди! – остановил его программист, выдернул добычу из рук, – давай лучше её пожарим! Ага?

– Нет, – тот брезгливо поморщился и попытался отобрать еду. Но у него ничего не вышло – программист ловко поднял рыбу над головой. Тогда дворф вытащил из-за пояса длинное разноцветное перо, выглядело оно, словно, тот его у орла украл. Фарог ткнул им прямо в лицо своему соседу и завопил, – Пёрышко не любит дыма!

– Пёрышко? Это твой друг? – прищурился Чизман, вертя рыбину в руках, – как бы её разделать-то? – пробурчал он, – есть у тебя нож-то?

– Ножа? Нет. Камень есть. Камень острый, – тот ткнул пальцем куда-то за гнездо.

– Ладно. Сейчас что-нибудь придумаем….

Валера заёрзал на своем месте. Что-то мешалось там, внизу, под соломой. Так неприятно в ногу давит. Он попытался пересесть, но нога предательски рухнула вниз, прямо через все эти ветки. Парень провалился в недра гнезда почти по шею. Да и застрял лишь потому, что упёрся в бревно коленом. Одна нога здесь торчит, другая где-то там внизу, чуть ли не до камней достает.

Он попытался вытащить себя, цепляясь за ветки вокруг. Но нет. Сапог, там, внизу, зацепился за какой-то сучок. Парень кое-как освободил другую руку и полез вниз, чтобы отцепиться. Что-то посыпалось ему прямо в голенище. Какие-то ветки, камушки, ещё что-то холодное и противное. Чтобы освободиться несчастному пришлось повозиться, но он всё-таки выбрался из этих веток.

А Чизман всё сражался с дворфом за эту рыбину. Тот держал хвост и никак не хотел его отпускать.

– Да дай уже! – взревел программист, – а то леща получишь!

– Нельзя костёр! – махнул на него рукой Фарог, – испугаешь Пёрышко!

– Ничего ему не будет! Засунь в штаны и не парься, – фыркнул тот, закрываясь локтём от его нападок, – зато вкусно будет! Не жрал, наверное, уже лет десять нормальной еды! Вот и бесишься!

Валера кое-как уселся обратно. Запустил руку в сапог, чтоб вытряхнуть всю гадость. И так ходить неудобно, всё грубое, жесткое, а теперь ещё и насыпалось туда. Нащупал и выкинул пару веточек, травинки. Камушек выцепил, что-то ещё там было…. Мешалось.

– Так. Ладно. Отложу пока, – пробормотал Чизман, глянул в сторону, – студент! Я сейчас вылезу и найду камней с острыми краями. А потом костёр разведем. Покарауль пока рыбу от этого, ага?

– Нельзя огонь! Нельзя! – начал вопить Фарог, схватился за палки, как бешеный орангутанг и затряс всё свое гнездо.

– Всё, всё, – спешно закричал программист, успокаивая того, – не будет костра. Давай так посидим пока. Вот тебе рыба. Держи.

– Угу, – тот схватил серебристое тельце и вцепился в него зубами. Начал рвать мясо и жевать.

– Фу, блин, – поморщился Валера, продолжая ковыряться в сапоге, – гадость.

– Угу, – кивнул Чизман, а потом уставился на оборванца, – слушай, ты, значит, главный оружейник?

– Ухум, – спешно жуя, буркнул в ответ дворф.

– А Затворник твой ученик?

– Был, – тот проглотил кусок.

– Знаешь, что он теперь там всем рулит?

– Да?! – отшельник уставился на программиста, – он плохой. Я думал – хороший, а он не хочет, как предки жить…

– Он такого там понастроил, – покачал головой Чизман, – жуткие орудия. Хочет мир захватить.

– Эх, – Фарог отложил рыбу. В нём будто бы сознание проснулось, – мы жили просто, – начал он, – пещеры, грибы, ничего не было. А потом…. Потом пришел дух предков. Дворф, как мы. В сияющих доспехах, – его грязный палец утёр слезу, – он показал мне тайны предков. Как они жили. Рассказал, что их погубило. Они делали жуткие штуки. Слишком увлеклись. И зло утянуло их. Теперь и Затворник поддался ему….

– Злу? – недоуменно спросил Валера.

– Именно. Он начал делать ошибки предков! Я пытался говорить с ним, ругать, – дворф вытер нос, – но Затворник не понимал. Он продолжал делать. Но в тайне. Я узнал об этом. Хотел показать ему духа предков, чтобы тот объяснил ему. Рассказал, – Фарог скривил лицо и расплакался, – но он запер меня. В доме предков! Бросил умирать….

– Ну, ну, – программист погладил того по плечу, – хватит.

– Если бы не Пёрышко! Я бы умер, – отшельник снова вытянул из-под себя перо. Погладил его.

– Понятно. Знаешь, мы должны вернуться туда. Помочь тебе отбить это место! Или сбежать, – Чизман наклонился к нему, – нам надо выбраться отсюда!

– Мне некуда идти, – со скорбью покачал головой Фарог, – мне нигде нет места.

– Там, – программист ткнул рукой в сторону туннелей, – там твой дом. Надо вернуть его! Покажи нам выход, и мы поможем тебе!

– Нет, выхода нет, – поднял на него заплаканные глаза дворф, – только Пёрышко может помочь! – снова в его пальцах задрожало облезлое перо.

– Как же оно нам поможет?

– Унесет вас ввысь! – тот поднял его над собой и замахал им в воздухе.

– Кажется, он совсем больной, – устало выдохнул Валера. Глянул на Чизмана. В сапоге по-прежнему что-то мешалось, парень сунул туда руку, – слушай, даже если мы выберемся – у нас ни оружия, ни патронов! Ничего нет!

– Это да, – программист потёр подбородок, – мы очень сильно потерялись, – протянул он. Огляделся по сторонам. Рядом Фарог хныкал и чавкал рыбиной.

Валера осторожно откинулся на солому, стараясь снова не провалиться. Глянул на небо, которое маячило в дыре. Такое далекое и недоступное. Прикрыл глаза.

– Вот бы случилось чудо, – пробормотал он, шаря рукой в сапоге. Уже почти поймал эту штуку. Какой-то камешек, продолговатый такой. Холодный. Подцепил, вытащил, глянул…

– Чизман, – просипел он, едва переводя дух. Аж дыхание перехватило, – это ж патрон от Калашникова!

– Где? – сразу оживился тот, выхватил этот предмет у него из рук и уставился на него, – ну да. Только толку-то от патрона? Ну, завалялся один где-то у тебя…. – он как-то осёкся. Карманов-то на их куртках не было. И патроны они с собой так не таскали, – стоп. Откуда он взялся? – изумился программист.

– Не знаю, – развел руками Валера, – в сапоге был. Как-то попал туда.

Смутная догадка пронзила его мозг. Но это было просто нереально. Совсем нереально. Ну, не может быть такого. Парень пригнулся, раздвинул ветки и сунул руку в недра гнезда. Тянулся, тянулся…

Пальцы коснулись холодного камня, Валера едва доставал до него, хотя уже и так мордой в жухлой соломе лежал. Он растолкал плечом ветки, чтобы сползти ещё ниже и нащупал край валуна. Ещё ниже. Теперь его рука нащупала что-то холодное и металлическое. Мелкое. Целая россыпь. Нагрёб полную горсть, сжал в кулак и вытянул наружу.

– Смотри! – только и смог выдохнуть парень.

Из кулака торчали концы патронов. Чизман, всё ещё не веря, протянул ладонь. Парень высыпал на неё всё что нашёл. Программист, буквально несколько секунд смотрел на перепачканные в земле и ещё какой-то липкой гадости гильзы, а потом небрежно отбросил их в сторону.

Он вскочил на ноги, схватился за ветку с края гнезда и потянул на себя. Вырвал её и откинул в сторону. По воздуху веером полетела гнилая солома.

– Пёрышко расстроится! – сразу же завопил Фарог, подскакивая на месте, схватился за Чизмана, пытаясь заломать ему руки. Но тот развернулся и оттолкнул от себя дворфа, тут же дал ему пинка, да такого, что тот вывалился из гнезда. Следом за ним полетели остальные палки и ветки. Сухие листья разлетелись по полу пещеры.

А программист не останавливался и продолжал раскидывать это гнездо по частям. Отшельник внизу рыдал и причитал, собирал веточки, пытаясь снова втыкать их в стенки гнезда.

– Нашёл! – гордо воскликнул программист. Он нырнул в солому с головой и вытянул из неё ящик. Пластиковый, черный. В таких обычно всякие мастера таскали инструменты. Но в этом не было никаких инструментов – угол у него был разломан, а оттуда сыпались патроны. Летели они прямо на солому в гнезде, стукались об ветки и, звеня, падали вниз.

Чизман размахнулся, и ящик полетел прочь. Грохнулся он на пол пещеры, разлетелись желтые цилиндрики во все стороны золотым дождем. Ха! Золотым! Для них это было дороже всего золота. Оружие! Патроны! То, благодаря чему они смогут выжить.

А программист принялся рыться дальше, словно пёс учуявший добычу. Он вытащил громадный сундук – иначе не скажешь. Тоже пластмассовый, но куда более серьёзный. Валера пододвинулся ближе. На стенке кодовый замок. Не электронный, а механический. Такой, где цифры крутить надо.

Но его спутнику было плевать. Он долбанул ногой прямо по чёрному пластику. Раз. Два. Три. Пошла трещина. Ещё раз врезал. Всё так же суетливо схватил какую-то ветку, просунул в щель и навалился. Пластик не выдержал. Он, конечно, не совсем китайский был, но под таким напором не устоял. Чизман разломал обломки, сунул внутрь руку.

– Да это же пила! – заорал он, радостно расхохотавшись, – нам просто нереально повезло!

– Пила? Ты радуешься пиле? – изумился Валера, – нам бы чего-нибудь посерьёзнее!

– А что есть что-то серьёзнее, чем «M249 SAW»? – спросил тот и с дикими глазами вытащил из обломков ящика американский пулемёт.

– Блин, – протянул парень, – вот это да!

– Пёрышко расстроится! Вы не понимаете! – ползал внизу Фарог, продолжая истошно причитать. Дворф поднялся с колен и полез к ним в гнездо.

Чизман дал ему ещё пинка, чтоб тот вывалился обратно. Потом подхватил ящик и кинул на пол пещеры.

– Лезь вниз! – он протянул Валере пулемёт, – сейчас мы тут всё разберём! Весь этот тайник! – программист махнул парню рукой, – давай, вылазь, будешь принимать ящики!

– Ага, – довольно протянул парень. Перевалился через край и спрыгнул на пол пещеры. Положил пулемёт на камни.

А его спутник уже копал дальше. Вытащил на свет ещё ящик. Передал ему. Валера поставил его в сторону. Что-то очень тяжелое. Круто. Теперь они действительно заживут! А Чизман вытаскивал очередной сундук из чёрного пластика …

Вскоре возле гнезда уже была целая гора этих ящиков. Были они всех форм и размеров. Одни большие и здоровые, другие мелкие и лёгкие. Похоже, под ветками скрывался целый арсенал.

Фарог всё путался под ногами, пытался хоть как-то починить своё любимое гнездо. Оборванец собирал соломинки, притаскивал мелкие веточки, запихивая их между бревен.

Валера усмехнулся. Блин, дворф и в гнезде. Парень схватил очередной ящик. Надо же. Кто бы мог подумать! Может, они и раньше так жили? В своих пещерах? Целая цивилизация бородатых, низких и широкоплечих ребят, живущая в гнездах. Может, они ещё яйца откладывают? Это была такая абсурдная мысль, что он аж рассмеялся.

– Чего, тоже радуешься пополнению запасов? – довольно спросил программист.

– Да нет. Просто смешно, что этот себе гнездо устроил, – заявил парень, принимая следующий ящик. Развернулся, шагнул к куче и с усмешкой бросил через плечо, – в них же обычно всякие пернатые живут, – протянул он, – птицы, гарпии, – и всё ещё улыбаясь, добавил, – грифоны.

Ящик выпал из рук и грохнулся на пол.

– Блин! – разнеслось по пещере. Валера обернулся к своему спутнику. Тот стоял среди остатков разоренного гнезда. Чизман цокнул языком и скептически оглядел дело своих рук.

– Пёрышко очень расстроится, когда увидит этот бардак, – протянул Фарог. Дворф сидел на заднице и раскачивался взад-вперед, обнимая свои колени, – очень сильно расстроится. Пёрышко любит своё гнездо…

– Мне сейчас захотелось бегать и орать одно слово, которым мы только что накрылись, – тихо произнёс программист. Упёр руки в бока, – студент. Быстро хватай камень и ломай ящики. Ищи патроны к пулемёту! Глянь ещё, вдруг надписи есть. Пометки какие-нибудь. А я пока срочно утащу всё это подальше. В туннели.

– Угу, – кивнул парень.

– Эй! – спрыгивая на пол, окликнул отшельника Чизман, – когда Пёрышко вернётся домой?

– Пёрышко? Утром улетает, в обед прилетает. Скоро будет! – отозвался тот. Схватил палку, полёз в гнездо. Снова начал пытаться чинить.

– Не поможет, – цинично бросил в его сторону программист, – лучше с ящиками помоги! – он подхватил один из них и потащил подальше от гнезда.

Валера же сел рядом с кучей и постарался найти хоть какие-то надписи. Но ничего не было видно. Просто чёрные грязные ящики. Ни наклеек, ни этикеток. Странно вообще, что в этой пещере откуда-то появилась целая гора оружия.