Пилот Империи

© Макс Крайм, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Космос окружает меня.

Звёзды словно яркие светлячки усеяли неизмеримо далёкое чёрное панно.

За два тысячелетия человечество шагнуло далеко по млечному пути. Не малый срок, чтобы освоить сотни звёздных систем, тысячи планет с той первой далёкой звёздной эпохи. Она подошла к своему завершению, когда человечество, освоив полёты на сверхсветовых скоростях, смогло наконец выйти за пределы родной Солнечной системы. С тех пор мы неустанно расширяли свои территории, и делаем это по настоящее время. Конечно и жизнь самого человека стал длиннее ровно в два раза.

Когда были открыты секреты гравитационных перемещений, закончилась вторая звёздная эпоха световых скоростей и началась третья. Используя скачкообразный перенос внутри гиперпространства, колонисты смогли за короткое время преодолеть гигантские расстояния и практически мгновенно расселились по галактическому кусочку вселенной, который нам казался огромным, но в космических масштабах так и остался неизмеримо малым. Иногда между колониями пролегали сотни и тысячи световых лет, а иногда – всего пара десятилетий.

Мы были не одиноки во вселенной и людям дали это понять совершенно ясно. Иные – так мы их теперь называем, вступили в контакт с человечеством ещё в двадцать первом веке. Они имели облик схожий с нашим. Истинный он был или нет, знали только сами пришельцы с неведомых звёзд на своих диковинных кораблях. Именно тогда они появились открыто самый первый раз и рассказали, что не в их интересах мешать распространению человеческой искры. Выразившись именно так, они ушли в недосягаемую для людской расы даль космоса. Шло время. Иные сдержали слово. То появляясь, то исчезая, и всегда не мешая – дав нам пространство развивать свою культуру, технологию, экономику, возможность творить свою собственную историю по своему разумению и желанию. За всё время становления людской расы в космосе ни один из кораблей иных никогда не начинал и не вступал ни в один из многочисленных военных конфликтов, что всегда сопровождали нашу расу. Порой чужие корабли словно наблюдали за нами издалека, но всегда избегали открытых столкновений. Всегда недосягаемые. Всегда упорные в желании сохранить инкогнито и собственную неприкосновенность. Людям было известно лишь одно – все те передовые достижения, которыми мы так гордились, были в распоряжении у Звёздных Странников уже давно. Но как бы там ни было, а человечество росло, развивалось, осваивало новые системы и планеты, строила космические колонии, и никто никогда не препятствовал нам в этом. Как долго будет продолжаться такое положение вещей остаётся загадкой и до сегодняшнего времени.

Давно это было – первый выход человека в космос. Ушли в небытие Первая и Вторая эпохи покорения родной галактики. Третья эпоха, получившая название Эпохи Колонистов, тоже готова была подойти к концу. Знамением этого стала назревающая война.

Война, назревшая как раковая опухоль между удалёнными колониями и земным электоратом. До этого момента все заселённые планеты подчинялись объединённому правящему совету, в котором основной вес имела Солнечная система. При таком режиме управления интересы дальних колоний учитывались мало.

Громадные корабли всё ещё бороздили космос, осваивая его отдалённые уголки, а территории человечества были готовы расколоться на две враждующие фракции. И это произошло. Ядром восстания и движущей силой, выступающей против диктата Земного управления, являлась относительно небольшая, но более всего плотно заселённая звёздная туманность – Эрклидия. Она располагалась на большом удалении от других более старых зависимых колоний, обладала повышенным содержанием природных и космических ресурсов, при этом являясь лишь четвертью всех заселенных территорий. Удалённость от бюрократичных центральных миров, громадные возможности для дальнейшего развития в свое время привлекли в эту часть галактики не только стойких и изобретательных терраформистов, но и многих талантливых ученых, инженеров, бизнесменов, программистов, военных – громадное количество думающих специалистов различных направлений и мастей. Обширные звёздные скопления с пригодными для заселения мирами, богатые астероидные поля позволили человечеству здесь развиваться как никогда быстро.

Понятно, что земной электорат не мог позволить себе потерять столь значимый кусок своих владений. Они построили мощный военный флот и послали его для усмирения восставших. Однако этот флот, собранный под командованием мощных кораблей из Солнечной системы встретился с не менее серьёзной армадой боевых кораблей, созданных в короткие сроки в новом межзвездном государстве, названном не много ни мало – Эрклидиум.

Встреча двух сил произошла в отдалённом секторе Конкиста. Лишенный звёзд и планет кусочек космоса, который располагался между территориями Земного содружества и колониями туманности. Всё это вылилось в длительное противостояние, но без стрельбы. Главнокомандующие с каждой стороны, командиры военных судов, пилоты и солдаты – все видели, во что может вылиться подобное сражение. В случае открытия боевых действий обе стороны могли потерять минимум по две трети своих военных сил. Возможно даже, Земное Содружество могло и победить, так как общее количественно кораблей у них все же было больше. В этом случае оно безусловно вернуло бы свою власть над мятежными территориями. Но какой ценой! Для поддержания своего прежнего влияния без мощного флота у Земли явно не хватило бы сил даже на подконтрольные старые колонии. Что уж говорить об Эрклидиуме?! Конечно, их суда во многом превосходили земные в технологическом плане, но даже так быстро возведенные фабрики и верфи по изготовлению космических линкоров не смогли полностью обеспечить массовость земных, куда более медленных производств.

Так или иначе – война грозила откинуть обе стороны далеко назад. На уже освоенных планетах могла начаться смута и анархия, системы рисковали потерять связь между собой, а пираты и бандиты, до этого остававшиеся в тени, словно волки снующие по окраинам галактики, смогли бы не опасаться закона и ввергнуть человеческую расу в еще больший хаос.

Тёмные времена в тот момент подступили очень близко. Мир настороженно ожидал испепеляющего пожара войны, который к счастью так и не наступил. После полутора месяцев открытого противостояния, редких локальных, и практически ничего незначащих стычек – Земное Содружество вернуло свой флот назад и признало независимость Эрклидиума, но на обратном пути на-корню задавило готовящиеся мятежи в остальных своих колониях. Но выстоявшим это было уже безразлично. Новорожденная Империя праздновала свою первую победу.

Так восшествовала четвёртая эпоха – Время звёздных держав.

Новое государство туманности испытало множество трудностей, особенно сразу после получения независимости. Основным бичом для неё стали те-же пираты и преступные синдикаты. По слухам негласно эти структуры поддерживались богатыми выходцами из старого Земного правительства. Но все-же, это была цена свободы. Вскоре, благодаря быстрым мерам, грамотному управлению и сильному флоту освобождённые колонии справились с пиратами и преступностью и гордо встали на ноги. И хотя на то, чтобы навести полный порядок ушло полвека, новое галактическое государство стало процветать. Центром его стала современная и развитая планета Сторм, люди избрали себе правителя и нарекли его Императором, само государство получило название – Империя Сторм. Однако в ходу по-прежнему оставалось более близкое людям – Эрклидия. Или как называли в Содружестве сначала презрительно, потом с уважением, а порой и со страхом – Эрклидиум.

Хотя это была именно Империя – законы для обычных людей в ней были как при золотом веке демократии. Да Император распоряжался звёздным флотом и войсками, и безусловно стоял у власти на протяжении двадцати пяти лет (мог и более), но управлял он своим государством при помощи совета министров, а в этот совет избирались свободные люди подчинённых ему планет и лишь с их согласия выпускались новые законы – никак не ущемлявшие свободу, волю и права простого народа. Если личные амбиции Императора перевешивали его долг перед гражданами – властелин мог легко потерять власть, что и произошло, но лишь однажды в течение первых пяти не долгих сотен лет существования государства. Всего раз Второй Император попробовал ограничить волю народа с тем, чтобы упрочить свою власть и обокрасть, сделать из подданных рабов – против него восстала собственная армия и поднялись все планеты туманности… Он был свергнут и низко пал вместе со своими немногочисленными сторонниками. Его имя было преданно забвению.

Однако, что случилось раз, больше никогда не повторялось. Правители учли опыт неудачливого предшественника и оставили своим людям ту свободу, которая им так была нужна. И всё же не стоит недооценивать роль государя в его державе. Император был лицом Империи и прежде всего – представлял её внешние интересы, вмешиваясь во внутреннее устройство, когда сами её жители не могли преодолеть многочисленные трудности, одними из которых по-прежнему являлись пиратство, наркомания, рабовладение. Проклятые синдикаты, с которыми, одно время казалось было покончено, таились в тени, устраивая базы на мёртвых планетах, и спустя четыреста лет снова показали свои жала – захватив несколько свободных систем. Полиция и оборонная система тех планет не справилась с нападением, и жители попали во власть преступников на несколько недель. Вот тогда против угрозы выступил имперский флот и обновлённая армия. Потерпев поражение в целом ряде стычек, крысы вновь попрятались в глухие сектора Империи. Но космический флот с тех пор был вновь на страже, а Императором была учреждена внутренняя секретная служба для борьбы с пиратством и преступностью вдобавок к обыкновенной полиции.

Шёл пятьсот тридцатый год со времени основания империи в Эрклидии. Четвёртая космическая эпоха была в самом разгаре. Военный флот отлавливал пиратов и уничтожал пиратские базы, совместно с десантом воевал с синдикатами, изредка вступал в стычки с Содружеством. Первое межзвёздное человеческое государство зачастую предпочитало расходиться если не мирным путём, то по крайней мере малой кровью, а вот преступники как раз наоборот. Они всегда стремились получше спрятаться, затаится, выждать и напасть – все время, всегда жили разбоем. Когда же силы флота находили их укрепления и базы – неизменно был бой. До последнего корабля. Отчасти виновата была в этом сама Империя. Правительство очень не жаловало пиратство и всех оставшихся в живых, не важно сдались они по собственной воле или нет, ждало либо пожизненное с исправительными работами, либо высшая мера – смерть в вакууме. В такой ситуации, любое ужесточение, только разжигало ненависть и жажду наживы в этих людях. Грабежи торговых караванов, налеты на слабо защищённые планеты часто поражали своей жестокостью и наглостью. Порой банды оставляли за собой лишь огонь и пепел. Требовалось предпринять нечто действительно радикальное, чтобы раз и навсегда покончить с внутренней угрозой. Предлагались различные варианты, но действенного решения так найдено и не было. Правительственный аппарат не желал идти на уступки тем, кто был не готов ни подчиняться, ни следовать букве закона. Чего конечно пираты делать не собирались никогда.

Крайне непросто управлять Звёздным государством, насчитывающим сотни систем и тысячи планет, с массой неисследованных секторов. Так было всегда.

И именно таким было истинное положение вещей в Империи на тот момент, когда мой орбитальный истребитель завис на высокой орбите, проходя свой третий оборот вокруг планеты.

Впереди был нелегкий бой. Я ждал и подготовился.

Если расчёты верны, противник должен был вот-вот показаться из-за горизонта. Выведя свой небольшой корабль на орбитальный курс, я заранее отключил большую часть электроники и все двигатели. Таким образом меня нельзя было отследить по электрическим импульсам или тепловому следу.

Заверещал запущенный в пассивный режим сканер. Расчёт удался. В обзор обычной световой оптики попала вспышка от идущего на форсаже корабля сравнимого размерами с моим. Штурмовик, или тоже истребитель? Он поднимался не вертикально вверх, но по дуге постепенно набирая высоту. Значит придётся иметь дело с истребителем. Всё верно – лучший и максимально оправданный для подобного судна выход на орбиту, это не таранить слои воздуха, преодолевая с перегрузками притяжение планеты, а аккуратный подъём на крыльях вверх. Наверняка пилот включил форсаж в последнюю минуту, когда сопротивление воздуха ослабло. Сейчас он начнёт более крутой подъём. Следует подловить его в тот момент, когда он только покинет стратосферу, но ещё не выйдет на около-планетарную орбиту.

Я был спокоен. У моего перехватчика была фора по высоте и скорости, кроме того я видел противника, а вот он вряд ли мог это сделать – мешал свет от огромной и яркой звезды, висящей у горизонта. Мой курс был проложен так, чтобы оказаться именно в этой точке, невыгодной для соперника. Я прикрыл глаза и попробовал дотянуться до разума соперника, понять его замысел… Не удалось, то ли расстояние велико, то ли сил маловато. Дар открылся лишь недавно…

Темно-зелёный корабль увидел меня в последний момент, когда я, отследив его вектор подъёма, повёл свой истребитель на перехват. Двигатели ровно зашумели за спиной, я опустил стекло пилотного шлема и заставил компьютер подсветить цель. Запустил систему наводки ракет. Перекрестье захватило темно-зелёный корпус и уже не отпускало. Теперь самое главное сохранить своё преимущество, упрочить его и умножить.

Сами собой вспомнились уроки в академии. Как меня и других учеников готовили к тому, что однажды предстоит выслеживать и сражаться с врагами Империи – на сегодняшний момент это были многочисленные пиратские эскадры, прячущие свои базы и корабли на ещё не открытых планетах и даже мёртвых астероидах.

Вступить в бой с головорезами вольного братства, как они сами себя величали, означало поставить на кон свою жизнь. Похоже момент настал, сейчас мне предстоит доказать самому себе, что я готов.

Выждав три секунды, пока автоматика полностью зацепилась за всё ещё поднимающийся корабль, я нажал гашетку, диапазон времени раздельных залпов составил по удару сердца на каждый. Четыре ракеты отделились от корпуса и начали сближение со своей, яростно полыхающей дюзами, целью.

Расчётное время до столкновения составляло полторы минуты плюс минус десять секунд. Зелёный корабль всё ещё не мог взять предельную скорость – мешали верхние разряженные пласты воздуха. Специальная оптика внутри шлема показывала, как четыре светящиеся точки, неровными зигзагами, приближались к жертве. Вдруг, один из цветков пропал – противник включил систему противодействия. Скорее всего, это был луч электронного деструктора.

Мигнул сигнал внутри шлема. Пришел отчет: «Гарантированное точечное разрушение электронной начинки одной из ракет».

Потери приемлемы. Таким способом ему сбить все снаряды не удастся, больно уж по непредсказуемым траекториям они приближаются. Каждый выстрел деструктора это потерянное время. пока электроника настроится на рваный ритм…

Противник увеличил скорость, его защитный экран из синего стал наливаться по краям оранжевым цветом. Что он делает? Хочет оторваться от ракет ценой выгоревшего защитного поля!? Слишком дорогая цена! Я тоже увеличил скорость, но соблюдал прежнюю дистанцию. Пожалуй, необходимо зарядить ионную пушку, если он оторвётся от ракет, то при этом потратит практически весь свой запас энергии и защиты – я намеревался обездвижить вражеский истребитель и взять его пилота в плен. После нехитрых манипуляций с кнопками на штурвале индикатор заряда пополз вверх.

Ещё одна ракета пропала с обзорного монитора, но две уже были совсем рядом, наверняка пилот мог видеть их уже без помощи систем наведения. Две извивающиеся смертельные петли с двух сторон, приближающиеся к его кабине. Ещё совсем немного и…

Вражеский аппарат окутала сеть ярких вспышек – он пропал с моего экрана наведения. Дело дрянь! Обе ракеты взорвались, но цель не повредили, наоборот, та сама нашлась очень скоро. Зелёный корпус совершенно неожиданно и стремительно пронёсся мимо в каком-то десятке метров впереди. Близко!

Что именно сделал противостоящий мне лётчик, в последний момент выдернув свой истребитель из-под ракетного залпа, я не заметил. К сожалению… Просто понял это, исходя из собственных теоретических знаний и скромного опыта. На это ушло время, но ещё до того, как он вновь появился на боевом дисплее, в слепую мне удалось предпринять антимеры. Момент неожиданности был упущен, оставалось сражаться используя имеющийся арсенал.

Противник чуть ранее поступил просто гениально и сумел просчитать мои действия на несколько шагов вперед. Для начала, сбросил ослепляющую вспышку на миг засветив мою оптику, против ракет совершенно бессмысленный ход, но для них у него был готово другое решение. Ослепив экраны моего звездолёта, он резко развернулся и на форсаже сбросил компенсаторы инерции, пожертвовав ими. Никогда бы не рискнул предположить, что на свой корабль он установит именно это оборудование. В результате, в состоянии временной невесомости двигатели смогли придать кораблю противника мгновенное ускорение и избежать ракет, разминувшись с ними буквально в метре и в каких-то долях секунды. Компенсатор же поглотив инерцию крутого разворота, разрядился на две приближающиеся ракеты, уже вне опасной зоны для зеленого истребителя. Управляемые снаряды конечно же не выдержали критических перегрузок, потеряли цель и взорвались.

Гениальный ход. Теперь пилот враждебного корабля лишён искусственной гравитации, но на орбите ему это не особенно и требуется. Не сомневаюсь его кресло оборудовано ремнями безопасности, древним, но всё ещё надёжным изобретением.

Лишь только на щитке шлема загорелась алая надпись, я резко бросил свой истребитель в сторону, уходя с линии атаки. Заработав пару прямых попаданий в синий защитный экран, я потерял преимущество, но смог сохранить боевую машину.

Как две смертельные опасные осы мы стали кружить друг напротив друга, ни на миг не прекращая бешеной пальбы. Крутые пике и финты осуществляла автоматика, мы лишь старались по возможностям корректировать её поведение, и прилагали не мало усилий просчитать следующий ход противника… В какой-то момент ионное орудие заявило о своей готовности. Выждав, когда враждебный корабль в очередной раз на секунду попадёт в перекрестье, я разрядил излучатель. В тот же момент отследил мгновенное попадание и все… Больше ничего не успел сделать, как прогремел ракетный залп по правому борту.

«Вас уничтожили!» Красная надпись на зелёном фоне обзорного щитка внутри шлема сигнализировала о сокрушительном поражении. Твою же-ж!

– Макс.. Макс, алё? Ты меня слышишь?! Я потерпел поражение, вся электроника отключилась! Ты достал меня последним выстрелом…

Смех в наушниках – он даже не обескуражен, в отличие от меня!

– А я попал или мимо?

– Марат, ты гад! Все-таки попал!

Смех грянул с новой силой, я не выдержал и тоже улыбнулся. Спустя мгновение мы с Маратом Банингом ржали по коммуникатору вдвоем.

Хороший бой… когда ни кому не приходится умирать.

Зачет!

Шёл пятый год как я поступил в Высшую Военную Академию планеты Сторм. На курсы по подготовке военных звёздных пилотов всегда много желающих. Совсем чуть-чуть и мне предстояло стать офицером, отправится в первое самостоятельное космическое путешествие.

Моя мечта, получить в руки штурвал космического корабля дальнего действия, была очень близко. Межзвёздный А-крейсер, двухместный рейнджер или на худой конец обычный истребитель – совершенно не важно. Однажды в детстве я заболел космическими перелётами и так и не смог от этого оправиться. Со временем болезнь привела к тому, что я пошёл учиться на военного лётчика.

Отсмеявшись, мы перевели свои корабли из обучающего режима и задали автоматике курс на посадку. Результаты боя записаны и практически сразу после обоюдного поражения были переданы в центр наблюдения на космодроме академии.

Тридцать минут спустя, и мы оба уже радостно обнимались на поверхности Сторма. Подошли ещё ребята с курса. Вперёд пробились наши приятели Дик и Рауль.

– Ну что, кто кого на этот раз? – нетерпеливо спросил Рауль Ванкштейн. Высокий и задиристый тип, как всегда он один из первых интересовался результатами космических схваток.

Марат пожал плечами и улыбнулся:

– Ничья.

– Как опять?! – Рауль растерянно и зло пожал плечами. – Черт возьми, я проспорил Дику свой завтрак!

Дик Донован, спокойный и несколько мрачный парень с постоянными и твёрдыми взглядами на жизнь, подошёл и одобрительно хлопнул меня по плечу:

– Молодец! Отлично справился.

Рауль естественно сразу надулся, но спорить не стал. Скоро подошел инструктор и вручил нам распечатки показателей сражения. Пластиковый лист провис в моей руке. Быстро пробежался взглядом по колонке цифр.

– Проклятье, уступил три очка!

В этот же миг лицо Ванкштейна посветлело, но Дик поднял указательный палец вверх, охлаждая его одухотворенный порыв.

– Уговор был про разрыв в пять очков, а на три – я всё равно ем твой, вернее уже мой завтрак!

– Донован, про разрыв в пять очков ты не говорил ни слова! Я же говорил про фактическую победу, а про пять очков так – ляпнул – не подумав!

Рауль протестовал, но наш общий друг был неумолим:

– Вот именно, – проговорил Дик веско, когда мы уже направлялись на рейсовом аэробусе с космодрома в здание общежития при академии. – Ты не подумал, но сказал! А я согласно промолчал, признавая тем самым твои условия! Ты выразился предельно ясно: «Пять очков и лучшим в бою будет Банинг…» – это твои слова, один в один!

Они могли препираться друг с другом подобным образом довольно долго. Донован рассудительно, основательно и спокойно убеждал приятеля. Рауль как всегда горячился и пытался протестовать. Как оычно без видимых успехов. Я же был сосредоточен на своих ощущениях – некоторое расстройство в связи с небольшим, но проигрышем. Марат, видя мою кислую мину, не преминул пихнуть меня лоетем и поддержать:

– Ну же Макс! Брось киснуть, три очка это так – ерунда! Вспомни, как на четвёртом курсе ты проигрывал целых пятьдесят – и ничего! Наоборот ты был целеустремлён и жаждал превзойти меня. Сегодняшний бой я считаю равным во всех смыслах.

Он пожал плечами.

– Жаль, но ты давно уже не тот неопытный кадет, с которым мы познакомились в баре. Честно говоря, всегда завидовал твоему упрямству и стойкости, мне бы их столько же. А эти числа, – Марат потряс распечаткой, – Полнейшая ерунда! Впредь, в реальном бою я остерегусь с тобой сражаться и обязательно запомню сегодняшнее поражение.

Невероятно, но этот парень всегда обладал особенностью приводить меня в чувство и, похоже – он тоже считал сегодняшний учебный бой своим проигрышем.

Я улыбнулся и вполсилы ткнул его кулаком под рёбра, мстя за локоть. Банинг аж подпрыгнул.

– Считай это расплатой за минус три очка, а на татами я сегодня тебе тоже добавлю.

Банинг сжал кулак.

– Ага, сча-з! Это я возьму преимущество на три… Нет – на пять, … Да что там 10 баллов!

Как только он это произнес, то поймал взгляд Дика. Тот бросил свой спор с Раулем, кажется-таки он отстоял свой удвоенный завтрак.

– Знаете ребята, – сказал этот мрачный крепыш, – У меня предложение. Давайте никогда не встречаться на поле боя и сражаться всегда на одной стороне!

Марату эти слова явно пришлись по душе, он тут же протянул кулак в центр нашей четверки.

– Давайте! Клянусь никогда не поднимать руки на своих друзей и товарищей!

Эти слова я запомнил на всю жизнь…

Мы все в свою очередь тоже выбросили кулаки в центр. И едва не хором, повторяли их за нашим признанным лидером.

– Клянемся! Никогда не поднимать руки на своих друзей и товарищей! Биться на одной стороне, и быть верными Императору даже в смерти!

Как только мы проговорили последнее слово клятвы, и расцепили кулаки, Марат повернулся ко мне и обличающе указав своим перстом на свой бок произнес.

– Но на татами тебе достанется за рёбра! Это будет дружеский бой!

Я ухмыльнулся, все же он невероятный парень и что-то словно проснулось внутри. Словно пламя загорелось. Ни в чем ему не уступлю, никогда!

– Посмотрим, кому больше, Марат. Я принимаю бой!