Дональд Трамп: везучий неудачник. Как создать иллюзию успеха

Оригинальное издание: LUCKY LOSER

How Donald Trump Squandered His Father’s Fortune and Created the Illusion of Success

Это издание публикуется по соглашению с Elyse Cheney Literary Associates LLC and The Van Lear Agency LLC

© Susan Dominus, 2025

© ООО «Издательство АСТ», оформление

Пролог

За неделю до президентских выборов 2016 года Дональд Трамп сделал перерыв в предвыборных выступлениях, чтобы присутствовать на торжественном открытии своего отеля в нескольких кварталах от Белого дома. Под вспышки фотокамер в новом Президентском банкетном зале Дональд, его жена Мелания и четверо его взрослых детей разрезали длинную красную ленту с именем Трампа церемониальными ножницами.

Дональд Трамп-младший, Иванка и Эрик, которым было за тридцать, к тому времени уже имели большой опыт в перерезании лент. Все они присоединились к бизнесу своего отца, когда тот стал главной звездой реалити-шоу «Ученик» и благодаря новообретенной известности сделал основным направлением деятельности компании выдачу лицензий на использование его имени. Дети Трампа не один год разъезжали по всему миру, позируя с лопатой или ножницами рядом с застройщиками, которые платили за использование имени Трампа. Трампы называли эти здания своей «работой». Но бремя работы – принятие решений, надзор за строительством, все финансовые риски – ложилось на плечи других компаний.

Этот день ознаменовал собой возврат к тому времени, когда имя Трампа на здании означало, что оно было построено Дональдом Трампом. В 2012 году Трампы выиграли тендер на аренду и реконструкцию здания Старой почты, богато украшенного в стиле романского возрождения, с часовой башней, пронзающей горизонт города. Они обязались выделить не менее 200 миллионов долларов на реконструкцию и платить базовую арендную плату от 3 миллионов долларов в год. Предложение Трампа было столь солидным, что потрясло правительственного чиновника, наблюдавшего за процессом, и вынудило других участников тендера, в основном крупные гостиничные сети, протестовать. Они утверждали, что только наивный человек может поверить, что он когда-либо получит прибыль от этой сделки.

В то время Трамп признал, что «слишком много платит за Старую почту». Но теперь, стоя в новом банкетном зале в роли кандидата от Республиканской партии, он назвал работу своей семьи над отелем свежим примером того, почему его следует избрать президентом. «Сегодняшнее событие – это метафора того, чего мы можем добиться для нашей страны, – сказал Трамп во время церемонии. – Мне очень повезло, и я прожил прекрасную жизнь, – добавил он. – Теперь я хочу вернуть долг стране, которую я так люблю и которая была так добра ко мне».

Личные записи Трампа долгие годы хранили правду о том, что на самом деле скрывалось за этой метафорой. Он добился лишь того, что потратил на этот проект столько, что никогда не смог бы сделать его прибыльным. Ему придется отправлять миллионы долларов в год на счета отеля, чтобы покрыть убытки. К тому времени это стало уже характерным паттерном его карьеры, хотя все еще и неизвестным внешнему миру. В конце концов ему придется продать здание, но и это, казалось бы, неожиданное богатство окажется не таким, как можно было бы ожидать.

На протяжении всей предвыборной кампании Трамп чаще всего приводил аргументы в пользу своей кандидатуры, опираясь на свой карьерный путь, который он представил как триумфальный взлет человека от скромных начинаний. Своего отца, Фредерика Криста Трампа, который построил десятки тысяч прибыльных домов и квартир в двадцатом веке, он, как правило, приводил в пример как уменьшенную версию самого себя или миниатюрный контраст своей собственной грандиозности. В ходе первых дебатов Трампа с кандидатом от Демократической партии Хиллари Клинтон она отошла от вопроса об экономической политике и мягко высмеяла Трампа как дитя богатства.

«Дональду очень повезло по жизни, что оказалось ему весьма на руку», – сказала Клинтон. Трамп не обиделся на Клинтон, когда она назвала его экономическую политику «липовой политикой просачивания сверху вниз». Однако он не мог смириться с намеком Клинтон на то, что какие-либо факторы, кроме его собственного гения, привели к тому, что он стал настолько богатым, чтобы размещать свое имя на полях для гольфа, жилых домах, казино, отелях и рубашках.

«Мой отец дал мне очень небольшой кредит в 1975 году, и я превратил его в компанию, стоимость которой составляет многие, многие миллиарды долларов, с одними из крупнейших активов в мире, – заявил Трамп. – И я говорю это только потому, что именно такой тип мышления необходим нашей стране».

Мы – Сюзанна Крейг и Расс Бюттнер из команды журналистов-расследователей «Нью-Йорк Таймс» – исследовали это утверждение с тех пор, как в начале того же года Трамп вырвался на авансцену многолюдной Республиканской партии. Расс освещал неудачи Трампа в управлении казино и полями для гольфа, Сюзанна – его натянутые отношения с Уолл-стрит и долгах в сотни миллионов долларов. Затем, за несколько дней до первых дебатов, в почтовый ящик Сюзанны в офисе «Таймс» попал анонимный конверт из крафтовой бумаги. Открыв его, она обнаружила там несколько страниц налоговой декларации Трампа за 1995 год. Итоговая сумма доходности представляла собой ошеломляющую цифру, слишком неожиданную, чтобы казаться правдоподобной: –915 729 293 доллара.

На выходных после первых дебатов «Таймс» опубликовала статью, над которой мы работали с другими коллегами, об убытках Трампа почти в один миллиард долларов. Возможно, это заставило некоторых избирателей серьезно задуматься о том, действительно ли деловая карьера Трампа отражает тот тип мышления, который нужен нашей стране. Как бы то ни было, шесть недель спустя достаточное количество избирателей в достаточном количестве штатов выбрали Трампа, чтобы он стал сорок пятым президентом Соединенных Штатов.

В целом политических репортеров широко критиковали за то, что они не смогли признать популярность и стремительное продвижение Трампа. Что ж, это справедливо. Но верно также и то, что ни один крупный кандидат от партии в современную эпоху не дошел до дня выборов с такой минимальной проверкой биографических данных. По нашему мнению, это вполне равнозначный повод для критики. И дело тут не в том, что не было желания провести эту проверку. Во многом это было связано с уникальными характеристиками Трампа и его кандидатуры.

Почти все кандидаты в президенты жили на виду у общественности и занимали государственные должности на протяжении десятилетий. Каждый их шаг подвергался тщательному анализу. Они подавали декларации о своем финансовом положении. Большинство из них почти не зарабатывали денег вне государственной службы, и их управление финансами было, как правило, довольно простым. Трамп был аномалией на нескольких уровнях.

Он был, пожалуй, самым известным бизнесменом в стране, о котором достоверно почти ничего не было известно. На протяжении десятилетий Трамп совмещал роли крупного бизнесмена и знаменитости-героя желтой прессы. К нему относились скорее как к занятному второстепенному персонажу, чем к влиятельному человеку. Он приобрел национальную известность благодаря тем же средствам массовой информации, которые возводили богатых и успешных на новый уровень славы. Бесчисленные восхищенные статьи в более серьезных изданиях, включая «Таймс», послушно цитировали его заявления, которые могли оказаться совершенно ложными. Казалось, что принцип, на котором строилась журналистика, заключался в следующем: «Даже если Дональд Трамп лжет о себе, какая разница?» Он всегда охотно шел на контакт, пытаясь очаровать журналистов, которые могли обеспечить ему внимание, в котором он нуждался больше, чем в еде и воде. Его громкие заявления становились отличным материалом для газетных статей и телевизионных передач, десятилетиями повышая телерейтинги и продажи газет. Часть нации охотно проявляла к нему солидарность, очевидно, жаждая верить в фантазии обаятельного богача. Все это не имело никакого значения. До определенного момента.

Прежде Трамп никогда не баллотировался на государственные должности, но публично несколько раз озвучивал эту идею, прощупывая почву в 1988, 2000, 2003 и 2013 годах. Кампания 2016 года началась как очередная бесплодная попытка, возможно, предназначенная для привлечения внимания, которое можно было бы монетизировать. Трамп стал ведущим кандидатом слишком поздно, и времени, чтобы разузнать скрытые от посторонних глаз подробности его семейного бизнеса, было недостаточно. Главы публичных корпораций сталкиваются с безжалостной оценкой каждые 120 дней, но Трампа оценивал только сам Трамп. Только отчеты небольшой компании, основанной его отцом почти век назад, могли бы пролить свет на правдивость его утверждения о том, что его деловой опыт отражал тот самый «тип мышления», который спасет Америку.

Мы решили докопаться до правды. Начали собирать массу публичных документов, связанных с карьерой его отца Фреда: его акты, ипотеки, судебные записи и показания в Конгрессе. Тщательно проанализировали детали финансовых отчетов, которые его сестра была обязана подавать, находясь на должности федерального судьи. Нашли непосредственных свидетелей событий, которые работали с Фредом Трампом и Дональдом Трампом.

Одно судебное дело, в частности, имело большой потенциал. После смерти Фреда взрослые дети умершего брата Дональда обвинили своих тетю и дядю в неправомерном исключении их из наследства Фреда. Во время судебной тяжбы некоторые финансовые записи Фреда были переданы Мэри Трамп и Фреду Трампу III, племяннице и племяннику Дональда.

Собрав предварительные данные, мы предположили, что Фред Трамп III, известный как Фриц, продолжал поддерживать близкие отношения с его дядями и тетями и, вероятно, зависел от них. Сюзанна взяла на себя инициативу выяснить, не может ли Мэри Трамп быть заинтересована в том, чтобы поделиться полученными ею записями о финансах своего деда. На несколько первых предложений о встрече Мэри Трамп ответила отказом, после чего она все же открыла Сюзанне дверь. Вскоре после этого мы все – Мэри, Сюзанна, Расс и наш коллега из «Таймс» Дэвид Барстоу – сидели в гостиной Мэри и обсуждали потенциальные разоблачения, которые сулил архив ее адвоката. Мэри мало знала о бизнесе своего деда, но она понимала, как важно, чтобы избиратели узнали больше об истории ее семьи. Осознавая возможные риски, она все же решила продолжить начатое.

Немало удивив нас таким приглашением, Мэри позвала всех нас на новый фильм Стивена Спилберга «Секретное досье» о драматичных усилиях, которые «Вашингтон пост» приложили для публикации документов Пентагона, раскрывающих секретную историю участия США во Вьетнаме. Мы вчетвером встретились в кинотеатре на Тридцать четвертой улице в будний вечер и смотрели, как на экране красивые репортеры и редакторы изучают записи, встречаются с конфиденциальными источниками и противостоят внешнему давлению.

После фильма Мэри спросила нас: «Вы будете делать что-то в этом роде?» Мы переглянулись. «По большей части да», – ответили мы.

Одним дождливым осенним вечером вскоре после этого Мэри приехала в офис своего адвоката на арендованном фургоне, наполнила его коробками с записями и вернулась в свой дом на Лонг-Айленде, где ее ждали мы. Затем мы перевезли эти коробки в секретный офис «Таймс», где нам предстояло провести немало времени, анализируя около ста тысяч страниц отчетов с финансовым аудитом, налоговых деклараций, банковских записей, общих бухгалтерских книг и юридических документов.

Все это легло в основу материала, опубликованного в октябре 2018 года, в котором впервые было заявлено, что Дональд Трамп получил от отца эквивалент более 400 миллионов долларов по большей части через мошеннические схемы уклонения от уплаты налогов. Эта статья опровергала давнее утверждение Дональда Трампа о том, что его отец не дал ему ничего, кроме «небольшой» ссуды в 1 миллион долларов. За нашу работу по раскрытию истинного состояния финансов Трампа нас удостоили Пулитцеровской премии.

Мэри Трамп призналась в сотрудничестве с нами в своем бестселлере о дяде «Слишком много, но всегда недостаточно». По мере того как наше расследование продолжалось, мы обрастали информаторами из вселенной Трампов, многие из чьих имен мы не можем раскрыть. Не обошлось без тайных встреч в укромных местах и бесед по одноразовым телефонам. На некоторых из встреч информаторы предоставили нам корпоративные и личные налоговые декларации Дональда Трампа за несколько десятилетий. Результатом проделанной работы стали несколько длинных статей-исследований в «Таймс».

Тем не менее газетные статьи редко позволяют рассказать историю жизненного и карьерного пути, историю семьи в той мере, которую они заслуживают, особенно такие уникальные и значимые, как у Дональда Трампа. Поэтому мы начали работу над этой книгой. Мы готовили ее в течение трех лет, опираясь на наши предыдущие расследования, проводя сотни новых интервью и получая дополнительные документы, в том числе конфиденциальную переписку, внутренние документы телешоу «Ученик» и неопубликованные мемуары.

Эта книга содержит беспрецедентные сведения о центральном факторе идентичности Трампа: его деньгах. Раскрывая истинные источники его богатства и то, как именно он потерял большую его часть, мы пролили свет на новые детали и общую картину того «типа мышления», которое он проявлял в деловой сфере и шоу-бизнесе. Финансовые отчеты впервые открыли нам глаза на хаотичный поток ложных утверждений и уловок Дональда Трампа.

Наша работа рассказывает читателям эпическую американскую историю, разворачивающуюся на фоне масштабных экономических и культурных перемен, от которых, возможно, Дональд Трамп выиграл больше, чем кто-либо другой.

Семейное состояние, с которого начался путь Дональда Трампа, было построено на правительственных программах, нацеленных на облегчение страданий, которые принесли Великая депрессия и Вторая мировая война, и на помощь ветеранам, возвращающимся с фронта. Его отец вытянул миллионы дополнительных долларов из этих программ, исказив регламенты. Когда его поймали на этом, он был одержим своей репутацией, опасаясь, что публичное упоминание о том, что он зарабатывает миллионы долларов, повредит его репутации честного бизнесмена.

Этот эпизод подчеркнул одну из многих черт характера, из-за которых Фред и Дональд могут выглядеть полными противоположностями. Фред опасался, что, если люди будут считать его слишком богатым, это может негативно сказаться на его репутации. Дональд, напротив, считал, что чем богаче его будут считать, тем лучше для его репутации. Фред предпочитал заявлять о своих проектах, когда у него все уже было подготовлено – земля, финансирование, разрешение на застройку – и он был готов начать продавать квартиры или дома. Это было привлечение внимания ради продаж.

Дональд заявлял о своих мечтах и фантазиях, будто они уже были решенным делом, еще до того, как он начинал какую-либо подготовку к их осуществлению. Привлечение внимания ради внимания.

В большинстве случаев подобные заявления ни к чему не приводили. Но зато Дональд Трамп попадал на страницы газет, получая свою порцию бесплатной рекламы и создавая впечатление, что он повсюду. День расплаты, когда репортеры и публика осознавали, что его заявления – не более чем попытки выдавать желаемое за действительное, наступал редко.

Были и более существенные различия в деловой практике отца и сына. Фред рассчитывал расходы и прибыльность своих проектов с точностью до доллара. Он никогда не ошибался. Дональд еще на первых порах решил, что любой проект с его именем на фасаде будет достаточно прибыльным, чтобы покрыть все, что он в него вложил. Он часто ошибался. Некоторые из ошибок Дональда стоили его отцу миллионов долларов. Тем не менее Фред всегда, не раздумывая, оказывал ему поддержку, и это было одним из важнейших факторов, благоприятствующих Дональду Трампу на его пути.

Для Фреда созданная им империя недвижимости была его главным достоянием. Ему нужен был наследник, который бы управлял ею и развивал дальше. Из всех претендентов таким наследником практически по умолчанию являлся Дональд. Проигнорировав двух дочерей и разочаровавшись в своем старшем сыне, Фред передал бразды правления вместе с доступом к своим финансовым и политическим связям двадцатидвухлетнему Дональду. Фред никогда не ставил под сомнение решения Дональда, даже когда у того все шло наперекосяк.

Люди, работавшие с Трампами в 1970-х, с удивлением отмечали, что Фред никогда не критиковал усилия и идеи своего сына, что было чуть ли не традицией среди людей, добившихся успеха самостоятельно, по отношению к наследникам, которые получили все по праву рождения. Даже когда Дональд специально приуменьшал значение империи недвижимости своего отца, чтобы создать впечатление, что он начал с нуля, Фред не возражал. «Все, к чему он прикасается, превращается в золото», – начал говорить о нем Фред еще до того, как Дональд успел прикоснуться хоть к чему-то.

Наше расследование показало, что черты характера, которые будут больше всего ассоциироваться с Дональдом Трампом во время его президентства, сформировались в его двадцать с лишним лет вследствие того, как развивались его отношения с отцом. Его инстинкт упорно бороться, даже если это стоило ему немалых денег, времени или вредило репутации, подавать судебные иски с энтузиазмом, присущим скорее какому-нибудь разгневанному наследнику, чем бизнесмену, умеющему оценивать риски и выгоду. Его ожидание лояльности и преданности со стороны других, на которое не обязательно нужно отвечать тем же. Его склонность видеть себя жертвой зависти и несправедливости. Его уверенность в том, что лучше полагаться на собственные интуитивные суждения и видение событий, чем на обоснованные выводы и анализ специалистов. Все это проявилось в его отношениях с любящим, но эмоционально отстраненным отцом.

Невозможно рассказывать о жизни Дональда Трампа, ни разу не выразив восхищения его уникальной врожденной харизмой. На протяжении десятилетий Дональд Трамп притягивал взгляды телезрителей и людей, которые просто хотели прикоснуться к его костюму. Все это могло обусловить, по крайней мере, из циничных соображений, готовность давать ему место в прессе и время в эфире. На протяжении жизни Дональда Трампа ценность, которую Америка придавала такому роду харизмы, продолжала расти. Фред Трамп снискал известность благодаря строительству обширных жилых комплексов с присущей ему военной точностью. Но в Америке середины двадцатого века Фред вряд ли бы мог сделать состояние на одной лишь известности. К тому времени, когда Дональд Трамп стал телевизионной знаменитостью, известность сама по себе, в отрыве от любых других востребованных талантов и навыков, стала высокооплачиваемым призванием.

Марк Бернетт, телевизионный продюсер, который сделал Трампа звездой, не просто дал ему ключ к богатству. В монтажной студии умелые руки создавали новую версию Дональда Трампа – старательного, взвешенного, вежливого, но авторитетного, – которая, может, и не существовала в действительности, но хорошо продавалась. Они умалчивали о ситуациях, когда Трамп работал не в интересах шоу, чтобы заполучить еще несколько долларов на стороне, и случаях, когда его недостаточная внимательность или жадность оскорбляли спонсоров.

Слава от шоу принесла Трампу рекламные и лицензионные контракты на сотни миллионов долларов, для выполнения которых от него мало что требовалось. Мы увидели, как Трамп из-за своей недальновидной неорганизованности и погони за крупным чеком заключал лицензионные сделки, которые заканчивались провалом, скандалом и судебными процессами, ставя под угрозу ценность бренда, созданного редакторами и писателями Бернетта.

Иногда, вопреки себе, Дональд Трамп получал свое состояние из источников, в основном не имеющих отношения к его способности управлять бизнесом. Секрет его жизни, который проявляется в сотнях значительных и мелких моментов, заключается в том, что чем меньше он был вовлечен в принятие решений, тем выше были его шансы на финансовый успех.

Качества, которыми оказался наделен Дональд Трамп, могут многое сказать о том, что придает уважение и статус в современной Америке. Наше восхищение знаменитостями. Наша склонность путать атрибуты богатства с экспертизой и способностями. Наше желание верить, что люди с заметным статусом не будут нам лгать. Наша неспособность отличить плоды тяжелого труда от плодов чистой удачи. В этом и заключается настоящая цель этой книги. Это история о Дональде Трампе, его семье, богатстве, неудачах. Но это также история о нашей стране и о том, как мы оказались в этой точке, где Дональд Трамп в третий раз является ведущим кандидатом в президенты.

Трамп цепляется за свою сказку о тяжелой борьбе. По его словам, его отец создал «крошечную, прекрасную компанию» и «не оставил большого наследства». Наибольший вклад его отца в успех сына – это превосходные гены, знания и воля к победе. И благодаря этому скромному дару он одолел череду завистливых негодяев и презрительных скептиков. Он так старательно скрывает правду, возможно, даже от самого себя, что способен вычеркнуть счастливые случайности из своей чрезвычайно удачливой жизни.

«Мне было нелегко», – сказал Трамп.

Часть 01. Отец

«Недвижимость не может быть потеряна или украдена, ее нельзя унести. Приобретенная со здравым смыслом, полностью оплаченная и управляемая с разумной осторожностью, она является, пожалуй, самой безопасной инвестицией в мире».