Против Кремля. Берии на вас нет!
- -
- 100%
- +
Война с Ираком: 8,5 миллиарда долларов за один 1991 год
Операции в Юго-Западной Азии 1991–2001 гг.: 9,9 миллиарда долларов.
Всё это могло быть истрачено на возведение новых городов, благоустройство сёл и деревень по всему миру, на воспитание здоровых, развитых, образованных поколений землян. И всё это было истрачено на развалины, на массовые смерти и горе, всё улетучилось гарью пожаров и пороховым дымом.
Вот цена, уже уплаченная и всё ещё уплачиваемая человечеством золотому тельцу. Человечество платит её мировой «элите» как цену за свою цивилизационную леность и трусость… За то, что оно не нашло в себе сил избавиться от капитализма в тот момент, когда капитализм начал превращаться в живой труп, в главную и, по сути, единственную причину дурацкой, никчёмной жизни «золотого миллиарда» землян и ещё более дурацкой, жалкой, полурастительной и растительной жизни остальных миллиардов.
Пусть читатель попробует отгадать – где и когда происходило описанное ниже?
Итак:
«Никто больше даже не беспокоится и не обращает внимания на множество трупов, валяющихся на улицах. Жители целых деревень выглядят так, как будто они только что вышли из Бельзена (гитлеровский лагерь смерти)… Старики высохли как мумии, дети рахитичные, со вздутыми животами и голодными глазами. Люди питаются через день… картофелем, если его удаётся достать…»
Это – не описание голода в русском Поволжье в 1921 году. Это – фрагмент из статьи, опубликованной в номере лондонского журнала «Экономист» от 15 июня 1951 года о голоде в Индии – давней английской колонии, ещё не оправившейся от прелестей английской «цивилизации». «Экономист» писал тогда, что количество жертв голода может достигнуть пяти миллионов человек и что «на Западе это вызвало бы политический взрыв».
Однако на Западе о таком предпочитали помалкивать – голод ведь был в Индии, не в России. «Экономист» же – издание не для «электоральной скотинки», а для «элиты».
С того голода в Индии прошло полвека. Но на планете по-прежнему ежегодно умирают от голода миллионы людей. Причина всё та же – сохранение в мире капитализма.
Все больные проблемы человечества, абсолютно все: оскудение окружающей среды, истощение природных ресурсов, экологические катастрофы, социальные кризисы, терроризм, голод и голодные смерти ежегодно десятков миллионов людей, преступность, наркомания, разрушение нравственности, СПИД и другие болезни – всё это имеет своей первопричиной тот факт, что человечеству не хватило решимости расстаться с мировым капитализмом уже после Первой мировой войны, которая впервые обнажила звериную отныне сущность капитализма, или хотя бы – после Второй мировой войны, которая ещё ярче выявила антиобщественный характер капиталистического кадавра.
В результате миром правит живой труп.
Спрашивается, каким же в этом случае может быть мир, если не таким, каков он есть, то есть извращённым и гибнущим?
Катастрофа Японии 2011 года стала результатом на первый взгляд чисто стихийного бедствия. Однако если бы человечество уже было объединено в единую социалистическую семью, то, скорее всего, стало бы возможным, во-первых, создание системы гигантских волноломов вдоль цунамиопасного побережья Японии, а во-вторых, более рациональное расселение народов на территории Планеты. Ведь в мире мирового социализма тем же японцам принадлежали бы не Японские острова, а принадлежала бы вся Планета – в той мере, в какой она же принадлежала бы всем остальным народам мира.
Владимир Жириновский – фигляр, однако нередко говорит очень неглупые вещи. Вот почему интересен факт его предложения японцам селиться, приняв российское гражданство, в Сибири, на Урале и т. д. Жириновские не могут не извращать даже здравые идеи, тем не менее, как умеющий держать нос по ветру политикан, даже Жириновский учуял, что приходят времена, когда народам мира должны принадлежать не те или иные куски Планеты в виде национальных территорий, а вся Планета во всей её целостности. Другое дело, что создать такое положение вещей без нарастания межнациональной напряжённости, без конфликтов и т. д. может лишь мировой социализм, который в рамки узкого лба жириновских не укладывается.
Но даже Владимир Жириновский – человек политически гнилой и исторически невежественный (по сей день он хвалит царскую Россию и считает Октябрьскую революцию несчастьем для России), заявляет, что мировая экономика «должна повернуться к человеку». А ведь к Человеку, а не к участнику шопинга и потребителю телевизора, может повернуться только мировая социалистическая экономика!
Но вряд ли это когда-либо жириновские поймут.
Поймёт ли – вовремя – Россия?
Да и остальной мир…
Конечно, даже если все страны мира завтра же дружно возьмутся за строительство нового социализма, не исчезнут в одночасье бедность, болезни, общественные пороки. И при всём желании мы не сможем использовать на созидательные проекты те десятки триллионов долларов, которые истрачены на цели разрушения за последние сто лет существования живого трупа частной собственности.
Но чем дольше этот труп будет править миром, тем больше мир будет этим трупом отравлен.
А уж Россия и сейчас им наполовину отравлена.
Бывший активный соратник Ельцина, его министр печати и информации Михаил Полторанин в 2011 году в своей книге «Власть в тротиловом эквиваленте» написал:
«Ведь не с бухты-барахты лёг на общинную Россию ельцинский олигархат – бесчеловечная людоедская система. Лёг и держится на штыках по сей день. Всё более укрепляясь, наглея и дожёвывая страну».
Это не Кремлёв так сказал, это бывший верный ельцинец Полторанин так сказал о нынешней России – новом подданном живого капиталистического мертвеца.
И в данном конкретном случае Кремлёв с Полтораниным полностью согласен.
Глава 3
Ленинский шанс для России
Даже после Первой мировой войны народы мира не смогли объединиться в своих собственных интересах, и мировой капитализм сохранился. Лишь один народ сумел подняться до понимания необходимости установления нового строя жизни, в которой нет места живому трупу частной собственности и его приверженцам. Этим народом оказался русский народ, под руководством Ленина совершивший Великую Октябрьскую социалистическую революцию.
И тогда – в годы революции и Гражданской войны, и сейчас – почти сто лет спустя, на Ленина, на его идеи и его дело выливались и выливаются ушаты грязи. Кто-то грязнит Ленина, отрабатывая антисоциальный заказ, кто-то – не от большого ума. Уже помянутый выше бывший член КПСС и крупный партийный журналист Михаил Полторанин об исторической роли и значении Ленина пишет так: «…юрист Владимир Ульянов (Ленин)… создал ГУЛАГ и утопил пол-России в крови…»
Здесь нет и слова правды. Владимир Ленин спас Россию, и это доказывает не только жизнь Ленина, но и его смерть. Россия хоронила Ленина так, как она никогда не хоронила никого ни до, ни после, кроме второго великого народного вождя – Сталина. В лютые январские морозы 1924 года на пути похоронной процессии от Горок до Москвы стояли десятки тысяч людей, сотни тысяч проходили перед гробом, а десятки миллионов плакали. Ленинский призыв дал России 250 тысяч новых коммунистов, а в 1924 году билет члена ВКП(б) означал не привилегии, а дополнительные обязанности и новую ответственность.
Любая хула на Ленина – лжива. Правда же заключается в том, что Ленин увёл Россию от судьбы полуколонии, если не колонии Запада. Внешние долги, образовавшиеся за время Первой мировой войны, никакой иной судьбы капиталистической России не оставляли.
Царизм развалил страну уже к началу 1917 года. К концу 1916 года государственный долг царской России составлял 64 миллиарда золотых рублей (более 50 процентов национального достояния!). Внешние долги «тянули» на 16 миллиардов, причём 9 миллиардов (три государственных бюджета) были долгами краткосрочными.
Бездарные «временные» «правители» за полгода своего «правления» положение лишь усугубили и к царским долгам прибавили новые.
«Россия, вероятно, была бы заложена иностранным банкам», – писал американец Б. Хоппер в 30-е годы. Вот от этого Ленин Россию и спас, дав ей шанс на свободу, независимость и всестороннее развитие.
Ленин и большевики не обещали народу молочных рек в кисельных берегах, а прямо говорили, что Россия находится в состоянии разрухи и надо много работать, чтобы её преодолеть. Ленин писал:
«Война дала горькую, мучительную, но серьёзную науку русскому народу – организовываться, дисциплинироваться… Учиться работать – эту задачу Советская власть должна поставить перед народом во всем её объёме. У нас есть материал и в природных богатствах, и в запасе человеческих сил, и в прекрасном размахе, который дала народному творчеству великая революция, чтобы создать действительно могучую и обильную Русь.
Русь станет таковой, если отбросит прочь всякое уныние и всякую фразу, если, стиснув зубы, соберёт все свои силы, если напряжёт каждый нерв, натянет каждый мускул…»
Вот как говорили с народом большевики.
И только большевики могли поднять Россию с давно пролёжанного бока и прочно поставить её на ноги.
Иногда подтверждение этой мысли находишь весьма неожиданным образом… В русской сатирической литературе есть недооценённое, но самобытное и даже в некотором отношении одинокое (если не считать Салтыкова-Щедрина) имя – Пантелеймон Романов. Писатель умный и едкий, он и до 1917 года, и после 1917 года был склонен к описанию исключительно отрицательных черт русского национального характера, но не потому, что не любил Россию, а именно потому, что любил её и хотел, чтобы она развивала великие черты своего национального характера, изживая отвратительные.
В 1916 году – до революции – Пантелеймон Романов опубликовал грустно-точный этюд «Русская душа», где главный герой, профессор Московского университета Андрей Христофорович Вышнеградский, приехав к гости к брату Авениру в деревню, говорит ему:
– Ты знаешь, когда оглянешься кругом и видишь, как вы тут от животов катаетесь, а мужики сплошь неграмотны, дики и тоже, наверное, ещё хуже вашего катаются, каждый год горят и живут в грязи, когда посмотришь на всё это, то чувствуешь, что каждый уголок нашей бесконечной земли кричит об одном: о коренной ломке, о свете, о дисциплине, о культуре…
Как видим, это всё очень созвучно мыслям большевика Ленина.
Об уровне развития дореволюционной России можно судить и по воспоминаниям американского профессора Сэмюэля Харпера (1882–1943), изучавшего Россию более сорока лет и впервые приехавшего к нам в 1903 году.
После поездки в Тверскую губернию, уже после революции 1905–1906 годов, Харпер писал:
«…крестьяне в деревнях жили поистине примитивной жизнью… Это было моё первое знакомство с русской деревней, и… впечатление было весьма гнетущим…»
А вот более поздние записи:
«В деревнях всегда была опасность подцепить какую-нибудь болезнь. Клопы и блохи были обычным явлением… Ездили мы и по районам, где была распространена холера в слабой форме. Меры предосторожности против кожных болезней и сифилиса не всегда носили эффективный характер, что причиняло беспокойство…»
Так жили социальные «низы» России. Что же до «верхов», то можно привести иной пример. Харпер, как корреспондент американских газет, вместе с представителем Ассошиэйтед Пресс Бичем Конджером присутствовал на придворной церемонии в Петергофе по случаю женитьбы шведского кронпринца на великой княжне Марии, племяннице царя. Когда Харпер и Конджер вернулись в столицу, Конджер коротко сказал: «Это было ужасное сборище слабоумных». Но эти слабоумные обладали огромными богатствами, владели всей Россией.
В начале ХХ века на среднего жителя Российской империи приходилась в день одна чайная ложка сахара! Крестьянин сахара не видел вовсе. В докладе Пятому съезду уполномоченных объединённых дворянских обществ 1909 года его автор В. Гурко писал:
«Вывоз хлеба происходит не от достатка, а от нужды, происходит за счёт питания населения. Наш народ, как известно, вынужденный вегетарианец, то есть мяса почти никогда не видит».
При царе хлеба вывозили много за счёт голодного брюха крестьянина, а не за счёт крупного товарного производства зерна. Когда началась Первая мировая война, эта слабость русского сельского хозяйства проявилась очень быстро. И не большевики, а царское правительство 29 ноября 1916 года впервые ввело понятие «принудительная продразвёрстка», выпустив постановление «О развёрстке зерновых хлебов и фуража».
Чтобы понять правоту Ленина и спасительность для России большевизма, достаточно знать, как оценивал ситуацию такой выдающийся сын России, как Владимир Ефимович Грум-Гржимайло (1864–1928), крупнейший металлург России.
В 1924 году в частном письме за границу он писал:
«…Главы революции, конечно, знали, куда они шли, и теперь медленно, но неуклонно жмут и жмут публику, заставляя лодырей работать. Трудна их задача, так трудна, что надо удивляться их терпению и выдержке. Процесс длительный, мучительный, но необходимый. От благополучного его разрешения зависит, останется ли Россия самодержавным государством или сделается, к восторгу наших «друзей», колонией и цветной расой, навозом для процветания культурных народов.
Я потерял во время революции буквально всё, что имел. В войсках Колчака я потерял сына и племянника. Тем не менее я ни на минуту не сомневаюсь, что победа красных и провал Колчака, Деникина, Юденича, Врангеля и проч. и проч. есть благо. Больна была вся нация, от подёнщика до министра, от нищего до миллионера – и, пожалуй, интеллигенция была в большей мере заражена, чем простой народ. Она была распространительницей этой заразы лени и лодырничества. Железный закон необходимости заставляет нас учиться работать, и мы выучимся работать. А выучимся работать – тогда будем и богаты, и культурны. Тогда мы благословим революцию и забудем всё то горе, которое она принесла нам с собой.
Я считаю современный строй исторически необходимым для России. Империя Романовых воспитала в русском народе болезнь, которая кончилась взрывом – революцией. Современное правительство медленно, но неуклонно ведёт русский народ к выздоровлению. Лечение всегда мучительно, лекарство всегда горько, но надо его принимать и делать то, что приказывает доктор.
Я всегда боялся… что иностранное вмешательство помешает русскому народу исцелиться от той болезни, которою заболел русский народ под глупым управлением последних Романовых. Как ни горько нам приходится, я вполне уверен в том, что переживаемые нами бедствия сделают нас великим и смелым, культурным народом-тружеником».
Грум-Гржимайло писал это в частном письме, а Ленин писал в «Правде» о том же для всей страны:
«Идти вперёд, собирать камень за камушком прочный фундамент социалистического общества, работать… над созданием дисциплины и самодисциплины, организованности, порядка, деловитости, стройного сотрудничества всенародных сил – таков путь к созданию мощи военной и мощи социалистической. Нам истерические порывы не нужны. Нам нужна мерная поступь железных батальонов пролетариата».
В этой идеологии уже был зародыш нового общественного сознания и совершенно нового, высшего типа русского патриотизма – советского социалистического патриотизма.
А в новом патриотизме был залог создания и развития новой, небывалой ещё России. Между прочим, и для сегодняшней России актуален вопрос: «В чём залог нашего умного и уверенного будущего – в опереточных казаках, в христианско-квасном «расейском» «патриотизме» или в возрождении советского патриотизма?»
Глава 4
От России Ленина к СССР Сталина
Ленинская программа строительства новой России укладывалась в четыре слова: «Индустриализация, коллективизация, культурная революция». В начале 20-х годов это было смелой мечтой, смелой настолько, что английский писатель-фантаст (!) Герберт Уэллс назвал Ленина в 1920 году «кремлёвским мечтателем». Однако мечты Ленина уже через двадцать лет стали реальностью в СССР Сталина.
Вот свидетельство со стороны. В ноябре 1932 года американский журнал «The Nation», издававшийся в Нью-Йорке с 1865 года, писал:
«Четыре года пятилетнего плана принесли с собой поистине замечательные достижения… Лицо страны меняется буквально до неузнаваемости… Это верно относительно Москвы с её сотнями заново асфальтированных улиц и скверов, новых зданий, с новыми пригородами и кордоном новых фабрик на её окраинах. Это верно и относительно менее значительных городов…
Советский Союз организовал массовое производство бесконечного множества предметов, которых Россия никогда раньше не производила: тракторов, комбайнов, высококачественных сталей, синтетического каучука, шарикоподшипников, мощных дизелей, турбин… телефонного оборудования, электрических машин для горной промышленности, аэропланов, автомобилей, велосипедов и нескольких сот типов новых машин… Впервые в истории Россия добывает алюминий, магнезит, апатиты, йод… и многие другие ценные продукты. Путеводными точками советских равнин не являются больше кресты и купола церквей, а зерновые элеваторы и силосные башни. Колхозы строят дома, хлева, свинарники… Рабочие учатся работать на новейших машинах. Крестьянские парни производят и обслуживают сельскохозяйственные машины, которые больше и сложнее, чем то, что видела когда-либо Америка. Россия начинает «мыслить машинами». Россия быстро переходит от века дерева к веку железа, стали, бетона и моторов».
Это – индустриализация, причём только её начало. К 1941 году Советская Россия изменилась неузнаваемо и мощно по сравнению с собой же десятилетней давности.
Коллективизация… Без коллективизации сельского хозяйства было невозможно накормить новую индустриальную страну. Частник, кулак, накормить её не мог, да и не хотел. Американец доктор Эмиль Джозеф Диллон немало поколесил по свету, жил в России с 1877 по 1914 год, преподавал в российских университетах, ездил по стране, имел широкие знакомства от аристократов и министров до революционеров. Русского кулака доктор Диллон оценивал так:
«Из всех человеческих монстров, которых я встречал когда-либо за время путешествий, я не могу назвать другого такого же злобного и отвратительного, как русский кулак».
Кратко и точно. Царский неудавшийся «реформатор» Столыпин видел опору старого строя как раз в кулаке. Что же до Сталина, то даже историк-эмигрант Георгий Федотов в январе 1936 года писал:
«Сталин широко распахнул дверь в жизнь практикам-профессионалам… Подлинная опора Сталина – это тот класс, который он сам назвал «знатными» людьми… В этот новый правящий слой входят… чекисты, командиры Красной Армии, лучшие инженеры, техники, учёные и художники страны… Новый советский патриотизм есть факт, который бессмысленно отрицать. Это есть единственный шанс на бытие России».
В этом и была сила Сталина – в новых людях, в массе российских патриотов высшей формации – советских патриотов. А сами эти патриоты стали возможными в результате огромной преобразующей культурной и воспитательной работы большевиков и всех здоровых сил новой России.
Культурная революция в России стала третьей точкой опоры новой власти. Только новые, образованные и развитые люди могли строить новую, могучую страну.
Успехи новой России – при всех её ошибках и просчётах, неизбежных в грандиозном и небывалом деле, – были очевидными. За счёт чего можно было добиться этого в ещё недавно полуразрушенной двумя войнами, полуразграбленной интервентами и слабо развитой стране? Кто сделал это возможным?
В своё время, в реальном масштабе времени, этими вопросами удивлённо задавался весь мир. А большевики-марксисты не скрывали секрета своих успехов, раз за разом публично разъясняя, что народ, избавивший себя от разлагающего и разобщающего влияния частной собственности, народ, работающий не на хозяина, а сам ощутивший себя хозяином, способен на сказочные свершения в фантастически короткие сроки.
Вполне реальные перспективы были при этом ещё более захватывающими и головокружительными.
Сила Сталина и сила советского патриотизма проявились уже в годы социалистической реконструкции России, но особенно ярко показали себя эти две силы в годы войны. Эпоха Сталина обеспечила Русской Державе величие, и обеспечила не за счёт ГУЛАГа, заградительных отрядов и страха, а за счёт доверия к созидательным, творческим силам народа, во главе которого стоял Сталин.
25 июня 1945 года на приёме в Кремле в честь участников Парада Победы Сталин произнёс тост, который нам надо знать и помнить:
«…Я хотел бы выпить за здоровье людей, у которых чинов мало и звание незавидное. За людей, которых считают «винтиками» государственного механизма, но без которых все мы – маршалы и командующие фронтами и армиями, говоря грубо, ни черта не стоим. Какой-либо «винтик» разладился – и кончено.
Я подымаю тост за людей простых, обычных, скромных, за «винтики», которые держат в состоянии активности наш великий государственный механизм во всех отраслях науки, хозяйства и военного дела. Их очень много, имя им легион, потому что это десятки миллионов людей. Это – скромные люди. Никто о них ничего не пишет, звания у них нет, чинов мало, но это – люди, которые держат нас, как основание держит вершину.
Я пью за здоровье этих людей, наших уважаемых товарищей!»
Это говорил вождь народа с гордостью за народ.
Сегодня «демократы» заявляют, что «возродить Сталина невозможно», что «тем, кто выступает за это, надо по капле выдавливать из себя раба».
Какая антиисторическая глупость! Может ли быть тиран озабочен образованием народной массы? Развитой народ для тирана – смерть! А в эпоху Сталина была создана лучшая в мире система и народного, и высшего образования. Это она заставила Соединённые Штаты после запуска первого советского спутника Земли пересмотреть собственные подходы к образованию!
В своей последней работе «Экономические проблемы социализма» Сталин писал в 1952 году:
«Необходимо добиться такого культурного роста общества, который обеспечил бы всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей, чтобы члены общества имели возможность получить образование, достаточное для того, чтобы стать активными деятелями общественного развития…»
Вот как! Сталин считал образование народных масс главным «нервом» общественной жизни. В образовании народа Сталин видел не просто средство обеспечения его экономического процветания, но прежде всего средство создания интеллектуально и социально активного общества!
Сталин в 1952 году писал:
«Было бы неправильно думать, что можно добиться такого серьёзного культурного роста членов общества без серьёзных изменений в нынешнем положении труда. Для этого нужно прежде всего сократить рабочий день по крайней мере до 6, а потом и до 5 часов (выделено курсивом автором. – С.К.). Это необходимо для того, чтобы члены общества получили достаточно свободного времени, необходимого для получения всестороннего образования.
Для этого нужно, далее, ввести общеобязательное политехническое обучение, необходимое для того, чтобы члены общества имели возможность свободно выбирать профессию и не быть прикованными на всю жизнь к одной какой-либо профессии…»
Похоже это на мысли тирана, диктатора?
Сталин был не теоретиком-публицистом. Он обладал огромным общественным весом, был главой могучего государства. И если он писал о необходимости перехода в будущем к пятичасовому рабочему дню, то это было не благое пожелание мечтателя, а перспективная задача для общества.
Государственная директива на будущее!
Россия Сталина должна была стать – в его представлении – страной, где гарантией подлинной свободы будет массовое фундаментальное образование. При этом Сталин оказался единственным в мировой истории главой государства, кроме Ленина, который практически ставил грандиозные социальные задачи, условием, а не следствием выполнения которых был пяти(!)часовой рабочий день!
Сталин прекрасно понимал, что «нужно пройти ряд этапов экономического и культурного перевоспитания общества, в течение которых труд из средства только поддержания жизни будет превращён в глазах общества в первую жизненную потребность…»
Сталин говорил не о принуждении общества, а о его перевоспитании! Так мог говорить лишь великий гуманист, и Сталин был им! Он был практическим гуманистом, утверждающим права гуманизма в мире наиболее весомым образом – делом строительства России как Державы Добра.
Не его вина, что Россия и внешний мир не оценили по достоинству тот потенциал мирового исторического развития, который был заложен идеями и делами Сталина и усилиями советского народа в эпоху Сталина.