Посланники Нибиру

Глава 4. Первое открытие

Группа планетологов ступила на поверхность черной планеты сразу после расшифровки сообщений ботов – поверхность оказалась пригодной для посадки. Твердый и сыпучий грунт представлял собой мелкий порошок из диоксида кремния. Кристаллики были опасны только тем, что оседали на поверхность скафандра, забивались в стыки и фильтры, и безжалостно их портили. Но на этот случай была предусмотрена специальная силиконовая защита на стыки. Планетологи в ней напоминали древних антропоморфных роботов и выглядели нелепо, но зато вполне уверенно продвигались вперед, скользя над поверхностью в специальных гравитационных ботинках.

Грэмм и Айса направлялись к единственному возвышению, обнаруженному сканерами. Не гора, что было само по себе любопытно. Оно было в форме брошенной на бок усеченной пирамиды, с чуть скошенными, будто обточенными ветром, ребрами. И не выглядело созданным природой.

Курган или что это было оказался достаточно широким у основания. И все это само по себе вызывало вопросы. Еще больше вопросов вызывало углубление, обнаруженное в основании возвышенности. На снимках углубление представляло собой подобие пещеры с квадратным входом и глубиной больше пятисот метров – дальше луч сканера не доходил.

– Дыра может быть насквозь? – предположила Айса. Ей не столько хотелось обсудить собственные догадки, сколько развеять царивший вокруг мрак живыми голосами.

– Вроде как у бусины? – Грэмм, шедший рядом, охотно подхватил предложение поболтать. – Тогда бы отверстий было два, разве нет? И мы это заметили – перед нами же поработали дроны.

«Разумно», – отметила Айса, но сдаваться не собиралась:

– А второе могло чем-то завалить…

Грэмм скептически хмыкнул:

– Не уверен, что такую дыру можно чем-то завалить… Отверстие гигантское. В него спокойно войдет крейсер и не затронет стен. Да и сканер бы показал завалы.

Айса не стала спорить. Черная планета была неуютной, не располагала к расслабленным разговорам. Датчики движения подмигивали, сообщая, что группа идет по безопасному маршруту, а если идти по обозначенному в грунте следу протектора вездехода, то мелкая взвесь почти не поднималась из-под ботинок.

По краям проложенной тропы лежали небольшие, аккуратные валуны. По оплавленным краям Айса на глаз определяла вероятный материал. «Обсидиан», – предположила она. Конечно, это было не точно, но зато красиво и очень романтично – планета из темного обсидиана. Сравнение с бусиной стало более навязчивым.

«Валуны какие-то больно одинаковые, – отметила про себя. – Вроде пуговок». Мысль о пуговицах ее позабавила. Девушка присмотрелась внимательнее – интригующая загадка тут же рассыпалась: валуны не выглядели абсолютно одинаковыми, а форма выглядела правильной лишь на вид. Обычные камни.

– Это здесь, – сообщил Грэмм, останавливаясь перед пирамидой. Она видела такие на снимках с древних раскопок, они попадались у многих культур народов Единой галактики. Островерхие, скошенные, усеченные, выполненные из камня и ледяных глыб, они часто были предметом культа, частью особых, погребальных архитектурных ансамблей.

Чему могло служить это сооружение, оставалось только гадать. Но то, что перед ними – не природное, а рукотворное строение, она почти не сомневалась.

Зачем кому-то возводить нечто подобное на астероиде она не знала, но намеревалась выяснить это как можно быстрее.

– Запускаем вездеход? – спросила, указав затянутой в перчатку рукой на черный провал входа.

Грэмм вздохнул и склонился над приборной панелью на крыше небольшого аппарата. Введя код команды и сверив траекторию с теми данными, которые уже были получены от ботов, выстроил циклограмму обследования объекта.

– Ты хочешь направить внутрь ботов? Они будут ковыряться часа три, а потом все равно придется осматривать вручную…

Грэмм посмотрел на нее – из-за щитка скафандра блеснули его глаза:

– И что ты предлагаешь? Наплевать на инструкции и сунуться без предварительного осмотра объекта? А если там обвал? Ядовитые газы? Зыбучие пески?

Айса с тоской вздохнула:

– Как будто у нас нет на этот случай оборудования и защиты… Что нам тут делать эти три часа, пока боты будут разведку проводить?

Грэмм выпрямился, погрозил указательным пальцем, напомнив:

– Между прочим, никто не просил спускаться на поверхность, могли бы вездеход и с борта направить. Или ты с самого начала намеревалась сунуться в пещеру?

Айса отвела взгляд.

– Скучно ты живешь, Грэмм… Это может быть сенсацией! Представляешь, мы с тобой открыли следы нового обитаемого мира. Или следы погибшей цивилизации…

– Ты фантазерка, Айса, – он беззлобно усмехнулся и полез отсоединять от базы ботов-разведчиков. – Поэтому я и потащился с тобой. Я здесь для того, чтобы ты не натворила глупостей. Поэтому сперва бот, потом вездеход и точная картография этого углубления, чем бы оно не оказалось, с замерами диаметра и состава поверхности…

– А потом мы с ранцами? – Айса, конечно, знала, что ответит Грэмм, но ей нравилось его дразнить. В конце концов его подозрения в намерении Айсы нарушить инструкцию подарили ей лишни три часа наедине с Грэммом. Она чуть склонила голову к плечу – если бы не жесткий скафандр для работы в открытом космосе, напарник заметил бы сарказм девушки.

Грэмм покачал головой – блик его налобного фонарика моргнул. Мужчина усмехнулся:

– Неправильно угадываешь, напарник. Потом мы запустим андроида… И только после положительного анализа и обнаружения чего-то интересного подключимся мы с ранцами.

Айса вздохнула:

– Надо было остаться на катере, хотя бы нашла, чем заняться. Пообедали бы…

– Теперь сиди, не будем же мы туда-сюда санобработку проводить.

Девушка кивнула.

– Сижу… – Она послушно присела на подножку вездехода и огляделась по сторонам. – Можно я пока с андроидом окрестности осмотрю? Я далеко не буду отходить.

Грэмм, подумав, согласился.

– Сходи. Воспользуйся скутером, поверхность в том квадрате мы не проверяли.

– Есть, шеф! – Айса отсалютовала, сняла закрепленный к вездеходу скутер и бросила его вниз – сверкнули серые огни по периметру доски, и та зависла над черной пылью. Оглянувшись, девушка поманила за собой робота. – Пойдем, будешь фотографировать.

– И связь не отключай! – в спину крикнул ей Грэмм, пробормотав: – Я хочу знать, что ты делаешь.

Проводив взглядом девушку, пока ее затянутая в скафандр фигура не скрылась за углом, он вернулся к работе с техникой.

Айса мягко планировала над поверхностью черной планеты. Гравитационная подушка позволяла плавно скользить над поверхностью, силовое поле чуть тревожило черный песок, оставляя на нем упругие борозды. Позади остались прожектора вездехода, блики от него серебрили поверхность. Было красиво. Мрачно и жутковато, но красиво.

Девушка вытянула из сумки портативный сканер, закрепила его на стойке скутера и активировала его. Прозрачный веер лучей рассек мрак перед носом аппарата, уткнулся в поверхность и послушно заскользил по ней. На экране появились очертания рельефа местности, первичные данные обследования грунта, его плотность, температура, примерный состав. Для более точного и полного анализа, нужно брать пробы, но пока это было не интересно – ничего примечательного сканер не обнаружил.

«А чего ты, собственно, ожидала?» – усмехнулась Айса, еще раз оглянувшись на выступающую над горизонтом усеченную пирамиду.

Глупо скрывать от самой себя – она надеялась найти следы органики. Ну, хоть какой-нибудь наипростейшей инфузории. Но ее окружала мертвенно черная обсидиановая пустота.

«Очень романтично», – девушка коротко рассмеялась, представив, как она будет рассказывать внукам о первом свидании с их дедом посреди этой самой обсидиановой пустоты. Собственные нескромные мысли заставили покраснеть и отмахнуться – какое еще свидание, Грэмм Сво даже не смотрит на нее как на девушку, вечно придирается. Она заставила переключить внимание на исследуемую планету.

Идеально круглый шар – это было само по себе удивительно. На черной поверхности не наблюдалось кратеров, следов хоть какой-то геологической активности, эрозии, хотя бы в прошлом, хотя бы слабенькой. Только вездесущая кремниевая пыль.

Такого не бывает во вселенной. Все живое – не идеально. Все взаимодействует с окружением.

Айсу мучило предположение – перед ними искусственный объект. Спутник или станция. Вероятно, давно опустевшая и не используемая. Может быть, даже со времен войны с Коклурном. Коклурн, кстати, черную планету не видел. Значит, она выплыла прямиком из глубин Выжженного поля. А это… увлекало.

Айса мечтала открыть неизвестную планету. Ну или хотя бы найти давно забытую или считавшуюся пропавшей.

– Чего молчишь? – раздалось в наушниках: она отлетела достаточно далеко, чтобы Грэмм начал беспокоиться.

– Пока ничего интересного. Или я по-твоему должна болтать без умолку, восхищаясь местными видами? Так их нет, видов этих.

– Совсем?

– Ты удивляешься, будто не видел снимки дрона-разведчика.

– Видел, но надеялся, что ты окажешься удачливее его… – Он говорил расслабленно, очевидно попутно всматриваясь в данные сканирования. – Тогда, может, возвращайся? У меня тут обнаружилось интересное…

Айса чуть не упала со скутера от неожиданности. Сканер метнулся на пару градусов левее, осветив соседний квадрат – луч выхватил из темноты обломки.

– Здесь обломки! – воскликнула девушка. Подлетев ближе и направив на них свет, она разглядела покореженные останки гравитационной пушки и маркировочные знаки «МГ–12». – Это части корабля…

Перед ней, действительно, лежал потерпевший крушение военный корабль. Небольшой, судя по размерам бортового вооружения, скорее штурмовой катер – Айса в этом плохо разбиралась. Очевидно, он взорвался над поверхностью, а фрагменты фюзеляжа разметало по поверхности на десяток метров друг от друга. Поднявшись повыше и увеличив обзор, девушка теперь могла видеть носовую часть катера.

– Это катер, Грэмм… Он здесь очень давно.

Айса направила луч вдоль поверхности: на значительном расстоянии друг от друга, присыпанные тонким слоем черной пыли, были разбросаны фрагменты обшивки, фюзеляжа, а чуть дальше – почти на линии горизонта – полупрозрачный корпус не то капсулы, не то колпака исследовательской станции.

– Грэмм, тут такое… Тут какой-то инопланетный корабль. – Она подлетела ближе и ахнула – внутри оказались зажаты три мумифицированных тела в серебристых скафандрах. – И в нем три трупа.

Она икнула и стала часто-часто дышать, надеясь выровнять дыхание – трупы она видела впервые.

– Ого… Я думал, что я тебя удивлю, а ты меня определенно обошла.

Девушка насторожилась.

– А что у тебя?

– Внутри пещеры корабль, по номенклатуре фрегат класса «Рид–4».

Глава 5. Опасные договоренности

Анатолий Духов придирчиво осматривал раздетого по пояс пациента. Влад Чайка, расставив широко руки, медленно крутился перед ним.

– Может, на запястье, под креоник? – предложил сидевший тут же на стуле Глеб Корсаков, придерживая в руках короб с загруженным биочипом-шпионом.

Все трое уместились в кабинете Духова, уйдя за ширму. Корсаков чувствовал себя неуютно: здесь было слишком тесно даже для двоих, слишком светло и глянцево-белоснежно. А еще было странно не понимать назначения и половины приборов, установленных в кабинете медика. Кушетка для пациентов, обитая мягким дендрога́лем с узкими лиани́новыми полосками на местах крепления диодов и фиксации человека, многосекционный монитор с прозрачными вставками сенсоров, небольшой пульт – пожалуй, это то немногое, что Глеб хотя бы узнавал. А вот назначение тех серебристых колб, закрепленных на стенной панели и источавших тонкий, словно комариный писк, звук, он не мог понять.

Влад отрицательно качнул головой:

– Если поймают, то креоник снимут в первую очередь.

– А за ухо? – снова предложил Глеб.

Теперь уже отрицательно качнул головой начмед:

– Наш беспокойный оперативник в драке получит в ухо, и все, каюк нашему чипу… Я поэтому и говорил – фигня эта ваша идея.

Глеб цокнул языком:

– И какие тогда варианты?

Духов остановил неторопливо крутившегося вокруг своей оси Чайку и привлек к себе, надавив на плечи и заставив присесть на корточки – Влад был сильно выше Духова. Раздвинув пряди волос на затылке оперативника, он достал из кармана маркер и поставил крест на коже Влада.

– Вот сюда будем ставить, благо шевелюра отросла. Зона болезненная, но ничего, потерпишь, раз уж ты такой герой.

Влад задумался. Осторожно, будто боясь стереть поставленную отметку, коснулся подушечками пальцев отмеченной медиком точки.

– В принципе, норм, – он повернулся к Глебу: – Если руки окажутся связаны, смогу активировать, прислонившись затылком к стене или там еще как… Долго заживать будет после установки?

Последний вопрос он адресовал начмеду. Тот пожал плечами:

– Да чему там заживать? Пара швов, капля антисептика… Основное время уйдет на подключение чипа и адаптацию. Ты ж понимаешь, что это не игрушка?

– И сколько?

Духов фыркнул. Он повернулся к монитору, активировал его. Забрал коробку с чипом у Корсакова и, введя код, подключил дополнительную панель, из гнезда которой выглядывал полигласовый стержень. Именно с его помощью будет внедрен биочип, предназначенный для вживления оперативнику. Получив команду начмеда, программа приступила к загрузке базовых параметров и биотелеметрии Влада. Духов повернулся к гостям, подбоченился:

– У нас сорок минут на то, чтобы передумать.

Глеб и Влад переглянулись.

– Мы не передумаем, – тихо, но твердо сообщил Чайка.

– А Теон?

Парни снова переглянулись, но заговорил Чайка:

– Теон, можно сказать, согласился… В том смысле, что я все равно не остаюсь на «Тольде».

Начмед задумчиво кивнул:

– А так он будет хотя бы знать, где искать твое тело… – Он вздохнул. – Я так и думал, что к этому все придет… Я так и думал…

После встречи с послом Креониды Флаксом Топером, Сыырхад вернулся на свой корабль. Пару дней он избегал встреч с Филином, ссылаясь на занятость, а самого «гостя» удерживая в отведенном для него жилом блоке.

– Я пленник? – наконец, спросил тот.

Сыырхад усмехнулся:

– Ты мой гость, Инвар. Но корабль у нас особенный, а поэтому я прошу тебя не вмешиваться в его дела… как и в мои.

Они говорили по корабельной видеосвязи: один – из жилой каюты медблока, второй – с капитанского мостика. Филин уперся ладонями в стену около глазка видеокамеры, приблизил бледное лицо.

– Я надеюсь, что ты не лжешь. Потому что если в твоих словах есть ложь, я обнаружу ее и тогда… – он криво усмехнулся, на дне бесцветных глаз полыхнула ярость. – Тогда меня не остановят двери и выставленная охрана.

Брови Сыырхада надменно изогнулись:

– Ты угрожаешь мне? Напрасно. Пока я – твой единственный союзник. Не испытывай судьбу, Инвар.

Сказанное мятежником ГорГоррой было правдой – глава «Новой эры» Кродо Тиамат все еще не ответила и очевидно уклонялась от контактов. Сыырхад уже сомневался, что получит от всесильной корпорации ответ, отличающийся от слов посла Креониды. И если за Инваром Сабо не осталось никаких сил, то нужен ли он самому Сыырхаду?

Мужчина вздохнул и поторопился отключить связь. Ему нужен был еще один запасной вариант. Нет, не тот, в котором он сдает Филина криминальной полиции, это безнадежно испортит его имидж борца с режимом и ограничит ассигнования. Он задумался, вглядываясь в распахнувшийся транзакционный коридор, уносивший «Концо́р» в отдаленную часть Единой галактики. Здесь, в стороне от транспортных потоков, он планировал выиграть время для маневра. А заодно встретиться с давним спонсором, диктатором Нунбы Сарнаком Ат-Атаком.

Кродо появилась на мониторе его креоника почти в полночь по среднегалактическому времени.

– Кродо, – Сыырхад улыбнулся, приподняв бокал ледяного клириканского эля, который только что откупорил. – Уже не чаял, что ты ответишь.

С последней встречи с креонидянкой та стала еще холоднее и напыщенней. Сыырхад мысленно представил, как однажды Кродо лопнет от собственного величия, но усмешку скрыл.

Женщина оправила серебристо-белую тогу, сложила руки в замок и одарила холодной улыбкой.

– Ты же не ждешь, что я стану оправдываться и объяснять тебе?

– Ни в коем случае. Ответа от тебя я готов ждать вечность.

– Безусловно. Особенно, учитывая, сколько «Новая эра» платит тебе за сотрудничество.

Сыырхад рассмеялся, впрочем, на душе у него было невесело – разговор определенно шел не туда, а инициативу он упустил. Что ж, иногда надо сделать шаг назад.

– «Новая эра» и лично ты получаешь взамен не меньше выгоды. Как там прииск на Фобосе?

Это белы недавняя и очень важная лично для Кродо следка. Креониду лихорадило, в Совете шли глобальные перестановки, голову поднимало новое поколение политиков, не связанное с «Новой эрой» ни обязательствами, ни общим прошлым. И во главе этой новой, стремительно набирающей силу волны, стоял сопляк Агнар Тибо[5]. Кродо полоснула собеседника взглядом, но проговорила ласково:

– Хвала богам, прииск работает исправно и приносит немалый доход.

Сыырхад удовлетворенно поднял вверх флягу с элем, будто поднимая тост за сказанное.

– Ты просил о встрече. Я догадываюсь, в чем ее предмет.

«Отлично, посол уже доложил Тиамат о Филине», – отметил про себя ГорГарра и, подавшись чуть вперед, поставил фляжку на стол.

– Все так. Знаю, Инвар – ваш человек.

– Он вышел из-под контроля и доставил немало хлопот…

– Но он все еще полезен? – Сыырхад посмотрел в упор. – Не так просто найти исполнителя, столь же талантливого, сколь лишенного сострадания и готового пожертвовать собой ради поставленной цели.

Кродо задумалась.

– Если цель осталась актуальной, конечно. – Тень улыбки скользнула по ее губам. – Но – да – Инваром я не готова пожертвовать сейчас.

Это была хорошая новость. Сыырхад выдохнул с облегчением.

– Что хочешь ты за то, чтобы удержать его на своем корабле еще какое-то время?

– Флакс Топер задерживает двенадцать грузовиков для работы на Таурусе. Мне они нужны в ближайшие семь дней.

– Ты получишь их. Что-то еще?

– Ответ на вопрос, – Сыырхад помолчал прежде, чем заговорить: – Каковы гарантии, что вы не сдадите меня Теону за укрытие государственного преступника?