Что вам снится? Учимся понимать язык сна

Шейн Миллер в своей статье «Рекомендации Кейса по работе со снами» пишет:

«Основная мысль, высказанная Кейсом, состоит в следующем – любой человек, независимо от того, обладает ли он тонкой, чувствительной психикой или нет, записывая свои сны так же постоянно, как совершает молитву, сможет однажды понять целиком и полностью завершенную реставрацию сновиденческих способностей. (Сновиденческие способности в настоящем кажутся останками долгой, бесполезной и не пользующейся доверием функции высшего разума.) Любой сон, содержащий конкретную историю удовлетворения или настроения, особенно если сон цветной, должен быть изучен. Необходимо выяснить, что является совершенной предпосылкой, которая, если верящий последует ей, может принести новое измерение в опыт кого-либо, кто придерживается этого утверждения!»

В этом отношении сновидение может быть посланием Всевышнего, выраженным символическим языком подсознания. Расшифровав символику сновидения, мы сможем прочитать письмо от Бога. Это обмен корреспонденций между вселенскими силами, сформировавшими нас, и нашей индивидуальностью, получившей форму, тем, что мы называем нашим собственным «я». То есть это диалог между Богом и нами.

Вероятно, понятие Бог для многих имеет религиозный и потому отталкивающий подтекст, от которого они стремятся откреститься. Они могут, таким образом, упустить нечто очень важное в идее, представленной Кейсом. Возможно, другая теория, полученная в результате слияния нескольких либеральных идей о сновидениях, покажется таким людям более привлекательной:

«Сознание является следствием смешения различных энергий, вместе принимаемых как наше существование. Например, мы присутствуем на современной операции на мозге, цель которой – выяснить, потеряет ли человек способность мыслить, если будет удалена небольшая часть его мозга – таламус. Другая, большая часть может быть утрачена или разрушена без «потери» человеком сознательности. Кажется весьма вероятным, что сознание зависит от таламуса, связаного с телом. Но из информации о другом эксперименте это оказывается неверным выводом. Правильнее будет сказать, что таламус отвечает за способность сознания выражаться. Таким же образом электрический огонь позволяет электричеству выразить некоторые из его возможностей. Если кто-либо удалит таламус, или огонь, это не уничтожит сознание или электричество, но отделит их от механизма выражения.

С этой точки зрения мы можем думать о сознании как всегда активном, но вовсе не обязательно выражающем все свои потенциальные возможности. Это утверждение дает нам совершенно иную концепцию сна. В организме спящего человека происходит частичное изъятие сознания от органов его выражения и погружение в его более глубинные уровни существования. Таким образом, человек во время сна будет перемещен на изначальный уровень бытия, который существовал даже до его или ее рождения. Если сознание является именно тем, как я его представляю, оно, как электричество, является принципом природы и существовало задолго до изобретения аппарата, с помощью которого нашло свое воплощение в физическом мире. Таким образом, сновидение может быть всего лишь реакцией, выраженной в образах, сознательных аспектов своего «я», встретивших изначальные и вечные проявления природы. Сон, в таком случае, может напомнить нам искру, возникающую между двумя электрическими зарядами разного потенциала, когда они после прикосновения приходят в равновесие. Сновидение может быть выражением «разницы зарядов» между личностью и ее истоками. С помощью сна человек может понять, как он связан с целым».

Слова Ницше дополняют это утверждение, придавая ему несколько иной оттенок. В «Человеческом, слишком человеческом» он пишет: «Я предполагаю, что сегодня человек видит сны по тем же причинам, что и тысячелетия назад… Этот древний элемент человеческой природы все еще проявляется в наших сновидениях, оказываясь основанием для утверждения, что есть высшая причина, развивавшаяся и развивающаяся в каждом человеке. Сновидение отсылает нас назад, в первобытное состояние человеческой культуры и заставляет понять его».

Как уже упоминалось, Д.А. Хэдфилд написал за свою жизнь множество книг и статей для того, чтобы помочь каждому человеку прийти к пониманию внутреннего опыта всего человечества. Его собственная точка зрения в обобщенном виде выглядит так: «Согласно тому, что мы можем назвать Биологической теорией сновидений, функция сна состоит в том, чтобы отражать неразрешенные жизненные переживания и таким образом заставить человека обратить на них внимание и найти способ решения этих проблем».

Во-первых, действие сновидений происходит там, где мы пережили то или иное испытание. Так, заставляя нас переживать ощущения и трудности того дня в воображении, они освобождают нас от необходимости пройти сквозь настоящее испытание страхом и угрозой, и таким образом спасают от великого множества бедствий. Совершенно очевидно, таким образом, что сновидения служат тем же целям, что и идеационный процесс, во многом как мы упражняемся в обычном мышлении в повседневной жизни.

Также каждый конкретный человек обладает определенными способностями его природы, всем, что не просто находится в поиске собственных личностных проявлений, но каждый и все из них содействуют существованию личности как единого целого. Но в течение жизни многие из этих возможных способностей подавляются. В аналитическом отношении мы пытаемся воплотить эти подавляемые эмоции и направить их на пользу жизни, для чего они и были предназначены. И таким образом сделать личность целой. Но сновидения совершали те же действия задолго до того, как был придуман аналитический анализ, и следовательно, сновидения также, путем воплощения подавляемых чувств и эмоций, стремятся к решению наших проблем и возвращению личности к эффективной функциональности как единого целого.

Обращаясь, наконец, к Фрейду и Юнгу, попытаюсь обобщить их особую точку зрения на толкование сновидений. Начинаем с Фрейда. Мы не можем уяснить положения его теории без понимания определения «либидо». Если взять образ из ранних утверждений, мы можем понять либидо как энергию, находящуюся за пределами нашего жизненного процесса. Если мы рассматриваем тело как эффективно работающий механизм, тогда, возможно, либидо может быть понято как электричество или энергия, которая заставляет машину работать. Но эта энергия, выступающая как движение или функция, лежит сверх наших инстинктов, эмоций, сексуальных побуждений, желаний социального статуса и признания, нашего интеллектуального любопытства и всех других аспектов жизни. Рассматривая либидо как поток энергии, проливающийся сквозь нашу сексуальность, интеллектуальную, эмоциональную и другие виды деятельности, мы видим наше психологическое здоровье в полном выражении этой энергии. Как бы то ни было, если часть этого потока на входе нашей сексуальной активности не находит воплощения, это становится причиной внутреннего давления, того, что мы называем неврозом, или комплексом. Это может привести к различным заболеваниям или найдет свое воплощение в таком неприемлемом виде, как, например, гомосексуальность.

По Фрейду, сновидение является возможностью воплотить эти скрытые желания, которые, как он утверждал, обычно бывают сексуальной природы. Сон, в данном отношении, является способом сделать осознанными неприемлемые желания. То есть если человек хочет избавиться от влияния своего отца или переспать со своей матерью, но не может выразить это даже в словах из-за непозволительности своего желания, он может сделать это во сне. Как бы то ни было, согласно факту, что подобные желания становятся причиной чувства глубокой вины, мы не можем желать открытого выражения их даже во сне. То есть сновидения одновременно выражают и маскируют желания. Так, например, Фрейд высказывает мысль, что, если человек видит во сне, как он совершает половой акт с пожилой женщиной, это замаскированное сновидение, относящееся к его собственной матери. Или же, вставить ключ в замок символизирует половой акт.

Далее, мы видим, что индейцы сенека придерживались примерно той же идеи. Они верили, что сновидения имеют одновременно скрывающее и проявляющее содержание; это скрытое или трудное для понимания значение, находящееся за пределами очевидных событий сна. Также Фрейд утверждал, что все сновидения потенциально объяснимы. Они все возникают по каким-то причинам, и если мы установим или обнаружим эти причины, то сможем объяснить сон. Но конечно же это вовсе не означает, что все сновидения понятны.

Фрейд утверждал, что все сновидения выявляют скрытые побуждения, тесно связанные с нашей сексуальной природой. Позднее эта идея была дополнена мыслью о желании дать выход подавляемой агрессивности.

Юнг, последователь учения Фрейда и Адлера, утверждает, что «сновидение показывает нам, в каком направлении подсознание ведет» человека, видевшего сон. Также он говорит: «В попытке толкования сна мы спрашиваем, какое осознанное отношение делает сновидение возможным». То есть сновидение, согласно Юнгу, указывает на факт существования в человеческом сознании процессов, о которых он не знает, стремление осуществить или воплотить собственное «я» в конкретном направлении. Растение, к примеру, скрывает внутри себя возможность развития стебля, листьев, цветков и плодов. Этим оно стремится к воспроизведению. Похожим образом, человек обладает способностью дальнейшего развития сознания, осуществления возможностей и желаний, которые могут стать причиной сознательных стремлений. Например, человек может обладать скрытыми артистическими способностями, которые не находят своего воплощения из-за сознательной настойчивости в чисто логических и приносящих прибыль действиях. В таком случае в сновидении проявляются иррациональные действия, совершаемые этим человеком, что компенсирует его «слишком прагматичные» сознательные действия. Также Юнг – основоположник направления, характеризующего сновидения как поиск человеком собственной целостности, не только в плане сексуальной жизни, но во всех проявлениях. Наши сексуальные мотивы, наши желания обладать властью и достичь определенного социального статуса, наше интеллектуальное любопытство, наше сокровенное стремление познать себя и установить гармоничные отношения с окружающими нас людьми и жизнью в целом – все это находит свое отражение в сновидениях.

В своей работе «Человек и его символы» Юнг пишет о Боге: «Христиане часто задают один и тот же вопрос, почему Бог не говорит с ними так же, как, по преданию, говорил в прежние времена. Когда я слышу подобные вопросы, я всегда думаю об одном раввине, которого спросили, как это может быть, что Господь часто являлся людям в прежние времена, но в наши дни его никто не видел, на что раввин ответил: «Сегодня не встретишь ни одного покорного человека».

Этот ответ подобен внезапной вспышке молнии. Мы настолько очарованы и запутаны в нашем субъективном сознании, что совсем забыли тот факт, что в древние времена Господь обращался к человеку главным образом через сны и видения. Буддисты отвергают мир неосознанных фантазий как бесполезную иллюзию. Христиане ставят свою церковь и Библию между собой и своим сознанием, и рациональное мышление уже не знает, что его сознание еще не его полная душа («я»)».

В итоге, возможно, мы можем прийти к выводу, что ни одна из этих теорий не может быть отвергнута. Как отметил один писатель, несколько человек, смотрящих на один и тот же пейзаж, могут описать и даже «ощутить» его по-разному. Геолог воспримет его совершенно иначе, чем художник, который, в свою очередь, испытает иное чувство, чем фермер, и так далее. Во время сна мы можем обращаться к некоторым внутренним пейзажам, представляющим нашу целостность, скрытые качества нашего собственного бытия. Сны используют нашу собственную символику, наши эмоции, нашу способность понимать, наши собственные возможности. Со всем этим сновидение рисует истинный образ нашей личности, который мы называем сновидением. Конечно же это стоит того, чтобы его понять.

Примечания