Лера хочет замуж

Часть I

Девушка с золотыми волосами идет по пресыщенной загадочными незнакомками Оболонской набережной. На ней черное платье за тысячу долларов. На ее безымянном пальце пусто. Но разве ей есть до этого дело?

Взгляды всех проходящих мужчин прикованы к ней. Ее большие карие глаза сияют. Ее пухлые губы приоткрыты.

Глядя на ее изящную спину с осанкой герцогини Кембриджской…

Вдруг я спотыкаюсь и едва не падаю носом на розовую поблескивающую плитку набережной, но вовремя хватаюсь за парапет. Вот уж размечталась! Оказывается, дорогая одежда имеет свойство внушать своей владелице самомнение Перис Хилтон, иначе как объяснить то, что я иду и слагаю о самой себе пятничный пост для выпуска светской хроники?

Выгляжу я сегодня и в самом деле на миллион – платье от Chloe, дорогие туфли, цепочка с бриллиантовым кулоном, а еще мои золотистые волосы уложены волнами в стиле старого Голливуда, на моем лице – броский макияж в стиле ранней Мадонны, а на руках – алый маникюр в стиле поздней Диты фон Тиз. Почему бы и нет, если есть повод?

И не удивлюсь, если именно сегодня эти столичные снобы сочтут меня владелицей как минимум трехкомнатной квартиры где-нибудь на холмах Печерска, с бело-сиреневой спальней в стиле «прованс», и сотрудницей офиса какой-нибудь престижной международной компании со стеклянными стенами и безлимитной кофемашиной. В мегаполисах ведь встречают по дизайнеру твоей одежды.

Но знали бы они!

Я загадочно улыбаюсь и мечтательно гляжу на залив, пока очередной видный мужчина, идя под руку с юркой тараторящей дамой в красном брючном костюме, изучает мой идеальный профиль. Но вот он уже где-то позади меня, а я продолжаю идти и источать свое обаяние в пустоту.

Кто же я?

Слайд 1. Моё прошлое.

Хорошая, послушная девочка, мечтающая петь и выступать. Закончила экономический в родном небольшом городке Сумы. Отработала год в крошечной сумской полиграфической фирме. Познакомилась через чат Bizarre с зеленоглазым киевлянином. Переехала в Киев к нему и его родителям. Нашла работу аккаунт-менеджером в столичной шарашкиной конторе. За пять лет сменила 5 мест работы. Специализация – маркетинг и реклама.

Слайд 2. Мое настоящее.

С киевлянином мы расстались. Пару недель назад.

Я собрала свои кипы вещей и укатила в ночь на не желтом такси, по пути глотая злые слезы и раздумывая, куда же податься. Выручила киевская тетя моей сумской лучшей подружки – пустила пожить в свою шикарную квартиру на Оболони. Правда, только на месяц. А сама пока укатила к родственникам в зеленые Карпаты.

Работаю я нынче менеджером по рекламе. Ежедневно тащусь через весь город в обшарпанный офис в серых недрах Лукьяновки. Зарплата… Не смешно.

Слайд 3. Моё будущее.

Я и без магического шара знаю, что через две недели мне придется перебраться в какую-нибудь съемную убогую квартирку на окраине. И очень сильно выкручиваться, чтобы и дальше покупать новые платья. И, может, все-таки начать петь?

Слайд 4. Сегодня.

Сегодня у меня день рождения. Мне исполняется тридцать. Это ужас. Это просто нелепо. Я согласна лишь на 18 с небольшим плюсом. Кто угодно – загляните в мою голову, проверьте меня на опытность, практичность, мудрость и самостоятельность! Zero: Zero: Zero: Zero! Какие тридцать?!

Слайд 5. Планы на вечер.

Пары у меня теперь нет. Зато есть дизайнерское платье, и приедут любимые подружки из Сум. Будем отмечать.

О нем. Я должна все же рассказать о нем.

Его зовут Леон. ЛЕ-ОН. Как два удара сердца.

Ведь все это было не просто так. Знакомство в чате… Вроде бы, такой бросок на удачу. А потом встреча на зимнем Киевском вокзале. Прогулка в Мариинском парке. Празднование нового года на даче у его друзей. Первый поцелуй в щечку.

А потом сонные поездки в плацкарте из Сум в Киев, из Киева в Сумы. Долгие ночные разговоры по мобильному. Ожидание встречи. Нежные, полные любви выходные. И снова расставание.

Первое признание в любви…

И вот мы вместе, под одной крышей. Дни, недели, месяцы. Годы. Ссоры и примирения.

Все как у всех, наверное.

И постепенное угасание пылкости. Появление упреков. Игра в молчанку.

А потом несколько обид, одна за другой. И два неосторожных слова. Моих.

– Я уйду!

И его.

– Ну, вперед!

Сказано это было в сердцах, я знаю. Но ведь мы прожили вместе пять лет. Пять лет! И вот так взять и разойтись…

Да, ушла именно я. Но он даже не попытался меня вернуть. И даже ни разу с тех пор не позвонил. Словно только того и ждал, когда же я, наконец, освобожу свою половинку шкафа.

Прошло уже две недели с тех пор, как мы расстались. А я все еще иногда сижу и плачу, глядя на равнодушно молчащий телефон.

Все. О грустном достаточно. Ненавижу грустить.

Я все еще эффектно иду по Оболонской набережной, направляясь к ресторану, где, собственно, и состоится празднование моего круглейшего юбилея. Развлекаюсь тем, что принимаю равнодушный вид при виде каждого маломальски симпатичного мужчины. А еще вспоминаю, что я делала сегодня утром.

А вы занимаетесь этим?

Обычно свои желания я записываю перед новым годом. Но в 30-й день рождения можно сделать исключение и дополнительный раз попытаться взяться за ум. Ведь говорят же – записывайте свои желания, и тогда они сбудутся.

Хочу замуж! – написала я под номером один в новеньком чистом блокноте с рифленой серебряной обложкой.

Да, хочу. Уже пять лет хочу. И пышное платье, как у принцессы. И двухэтажный торт. И свадебный танец в вихре из лепестков роз.

И Леона в качестве жениха – мелькнуло у меня в мыслях прежде, чем я успела это себе запретить.

Еще я решила, что хочу новую работу.

Я уже давно прихожу в офис в девять утра понедельника только затем, чтобы поскорее дождаться шести вечера пятницы. И это в век неограниченных возможностей для самореализации в любой сфере! Чего же я жду? На что надеюсь? Что хорошая работа сама на меня свалится?

Нужно срочно будить себя от спячки и ковать свое будущее. Искать, спрашивать, узнавать и найти, наконец, интересное творческое занятие. И чтобы мне за него еще и хорошо платили.

Под цифрой 3 я сообщила вселенной, что жажду отправиться на морское побережье. Правда, зря старалась – этот вопрос уже решен. Билеты на поезд до Симферополя для меня и моих подружек давно куплены и ждут своего часа.

Море, я скоро увижу тебя! И окунусь в прохладную искрящуюся воду со стайками рыбок… Ах!

Но перед поездкой на курорт придется заняться поиском жилья. И это – пункт четыре.

Четыре пункта – четыре желания – четыре цели. Как их называть – не столь важно. Главное – сфокусироваться и осуществить.

Отвлекшись от стратегических размышлений, я останавливаюсь в пяти шагах от входа в ресторан. Смотрю на время. Мои любимые подружки уже должны быть внутри.

Сейчас я войду, и они упадут в обморок от логотипа на этикетке моего платья.

Об этом платье стоит сказать отдельно. Это мой главный подарок самой себе на тридцатилетие. Оно черное, с серебристым отливом. Ткань бархатистая и шелковистая одновременно. Плечи и спина открыты, декольте скромное, но с маленькой игривой выемкой в форме тюльпана. Длина – в пол, и есть даже недлинный прозрачный шлейф.

Это платье дорого стоит, и дорого выглядит. Из одежды это моя самая дорогая покупка – пришлось выложить почти тысячу долларов. Для меня это не шутки, я откладывала деньги несколько месяцев.

– Смотри, это Chloe! Обалдеть! – слышу я шепот проходящих мимо женщин в коралловых летних свитерах. Само собой, они выгуливают интерьерных собачек. Оболонские снобы.

С победным видом иду к двери ресторана, чувствуя, как позади развевается шлейф. Держу спину прямо, величественно подняв подбородок.

Оглядываюсь, чувствуя чей-то пристальный взгляд. Симпатичный мужчина, гуляющий со своей дамой, глядит в мою сторону жгучими карими глазами. Посылаю ему воздушный поцелуй.

– Пусть теперь благоверная скажет тебе пару ласковых слов. – с усмешкой бормочу я и отворяю дверь. И тут же забываю обо всем.

Есть просто рестораны, в которые изредка заходишь посидеть с друзьями и коллегами. А есть Рестораны с большой буквы, куда такие простые смертные, как я и мои подружки, ходим раз-два в десятилетие. Даже по меркам столицы здесь все очень дорого. Но язык не поворачивается возмутиться. Фасад, интерьер, обслуживание, кухня, и даже аура здесь – просто безупречны и восхитительны. Безоговорочный высший класс. И треть моей зарплаты за скромный ужин без учета бокала вина. Но раз в десять, а тем более в тридцать лет такую роскошь себе позволить можно.

В холле ресторана журчат водопады. На альпийских горках зимнего сада россыпи кремовых цветов и невысокие зеленые деревца. Синий полупрозрачный пол натерт до блеска и напоминает реку, в нем можно увидеть свое отражение. А вместо потолка над головой – мерцающее звездное небо.

Гляжу на все это великолепие с открытым ртом, но, миновав холл, у арки, украшающей вход в зал ресторана беру себя в руки и принимаю невозмутимый вид. Метрдотель приветствует меня и предлагает провести к столику.

Вхожу в зал. Здесь всюду фонтаны, камни и орхидеи – черные и бледно-розовые. В хрустальных нишах среди камней и цветов стоят прозрачные столики. На каждом в специальном углублении, словно в невесомости, парит белая орхидея.

Я поражена. Создает же кто-то такую красоту! Как? Как они это делают? Как жаль, что я не художница и не дизайнер интерьера. Эти люди творят волшебство наяву.

Лишь спустя минуту пребывания во всей этой хрустально-цветочной невесомости, замечаю подруг. Они уже ждут меня за нашим столиком, как и было условлено. Улыбаюсь и иду к ним. Отлично, наш столик – у огромного окна с видом на людную набережную. Нас с улицы обязательно увидят прохожие. Есть шанс почувствовать себя верхушкой общества.

Я наслаждаюсь каждым своим шагом по блестящему полу. Мои любимые сумские подружки Алиса и Милана замерли в изящных позах. По их лицам вижу, что они бы сейчас с радостью бросились ко мне с поздравлениями, но царящая здесь атмосфера аристократической сдержанности вынуждает вести себя соответствующим образом. Потому девчонки остаются на своих местах. Я тоже шествую к столику очень важно, не спеша, а дойдя, наклоняюсь и чинно целую подруг в обе щеки, не касаясь губами.

– Лерочка, поздравляю! – все же, не выдержав, провозглашает Алиса, миниатюрная красавица с идеальной фигуркой и длинными светлыми волосами. У нее большие глаза чайного цвета, глядящие из-под густых ресниц, изящный нос горбинкой и небольшие губы. Одевается она всегда в стиле Коко Шанель – слишком элегантно для своей кукольной внешности. На мои советы надеть розовые лосины, белый топ и ботильоны с шипами Алиса всегда морщится. Ее конек – свободные платья, скрывающие фигуру, приталенные пиджаки и классические туфли на шпильке. И никакой бижутерии – только золото. Сейчас на ней тоже сияют золотые украшения. Одета она в белое атласное платье, неброское и элегантное, с шифоновым цветком-брошью на левом плече.

Алиса очень нравится мужчинам, характер у нее мягкий, а ум – практичный. Я уверена, что когда-нибудь она станет любящей женой олигарха, идеальной мамой и умелой хозяйкой огромного дома.

– С днем рождения, красотка! – добавляет Милана, моя лучшая подруга еще с времен школы. Гордость Миланы – ее роскошная грива медных волос, которые вьются от природы. Лицо ее необычное, треугольной формы. Тонкий нос придает ему изящества, а округлые брови – сходства с какой-то мультяшной героиней. Милана всегда может выслушать, эту ее черту я ценю превыше всего. Она отлично разбирается в технологиях и цифрах. Работает финансистом в банке. Характер у Милаши неоднозначный. Она мягкая и женственная, но иногда выпускает коготки. Бывает, мы поддеваем друг дружку. Но за пятнадцать лет столько пережили, что на нашу дружбу ничто не влияет.

Сегодня Милана неподражаема. Она научилась укладывать свои волосы аккуратными локонами с помощью геля, и теперь у нее прическа, как у принцессы. На ней изумрудное платье в обтяжку, заказанное из Англии. Милана уже давно перешла на интернет-покупки и обзавелась отличным гардеробом за смешные по меркам столицы деньги.

– Спасибо, мои хорошие! – отвечаю я на бурный поток поздравлений и пожеланий и усаживаюсь на мягкий удобный стул с перламутровой бархатистой обивкой. Лучший стул, на котором я когда-либо сидела.

– Вы прямо как эльфийская принцесса Галадриэль и Бель из «Красавицы и чудовища». – говорю я.

– Ну, мы же старались, чтобы тебе понравиться. – восклицает Алиса и аккуратно поправляет свои светлые волосы. – Зато ты – как Мерилин Монро.

– Серьезно? – довольно мурлычу я. – Вот бы мне еще и успех у мужчин такой же.

Стол богато сервирован. Огромные прозрачные бокалы для воды и вина, сверкающие серебряные столовые приборы, белые фарфоровые тарелки и накрахмаленные белоснежные салфетки. Роскошь в чистом виде. Я глубоко вдыхаю, словно стараясь наполнить легкие всей этой дорогой красотой.

– Ну что, ladies, мы все-таки это сделали! – восклицаю я. – Пришли в шикарный ресторан в шикарных нарядах, как и планировали еще год назад.

– Хоть одна радость от этой даты, – причитает Алиса, которой тридцать стукнуло еще в прошлом месяце.

– Не только. – говорю я. – Во-первых, на тридцать никто из нас не выглядит. И это при том, что мы особенно ничего для этого не делаем, по спа-салонам и фитнесс-клубам не ходим.

– А я бы походила, – вставляет Алиса. – Если бы кто-то это оплатил, – она обводит взглядом зал, явно в поиске перспективных женихов. Но на горизонте пока пусто.

– И еще, – продолжаю я. – Мне удалось отыскать в тридцатилетии даже некоторую прелесть.

– А вот это что-то новенькое! – воодушевленно и, пожалуй, слишком громко восклицает Милана. Мы все дружно тушуемся и смотрим по сторонам.

– Да-да, – продолжаю я, стараясь держать осанку, как дама в шляпке с вуалеткой за столиком у противоположной стены. – Но об этом – позже. Я жажду послушать ваш поздравительный тост.

Мы берем по бокалу с аперитивом – комплиментом от ресторана. Это розовое шампанское.

– Да, Лер, мы тут подготовились. – Алиса улыбается. Переглянувшись, они с Миланой хором, уже не обращая внимания на других посетителей ресторана, декламируют:

– Что пожелать тебе – не знаем, ты только начинаешь жить. От всей души тебе желаем с хорошим мальчиком дружить. – И заливаются смехом. Я тоже улыбаюсь, скрывая грусть. Хорошего мальчика у меня теперь нет.

– А вот это – наш скромный подарок, – Алиса тонкой рукой с красивым маникюром протягивает мне небольшой золотистый пакет. На вес он очень уж легкий. Заинтригованная, я раскрываю его и вижу бумажный листок. Вынимаю. В глаза бросается надпись – «Подарочный сертификат». Под ней витиеватым шрифтом напечатано мое имя и текст. Я читаю его, поднимаю глаза на подруг, потом снова перечитываю и, наконец, вскакиваю в порыве чувств.

– Девчонки! Вы что? Вы с ума посходили? – восклицаю я, а в моих глазах уже блестят слезы. Что может восхитить, и одновременно ранить сильнее, чем мечта, поданная на блюдечке с голубой каемочкой?

Да, мечта. У меня в руках сертификат на запись песни в студии, включая создание аранжировки, сведение и мастеринг.

– Это же стоит баснословно дорого! – причитаю я.

– Лер, Лер, ты что, тушь потечет! – Алиса тут же передает мне салфетку.

– Лера, нам еще фотографироваться! – взывает Милана. – Ну что это будут за фотографии с красными глазами?!

А я все не могу прийти в себя. Ну и подруги! Ну и подарок!

– Девчонки, вы же просто… Просто исполнили мою мечту всей моей жизни! – лепечу я дрожащим голосом. – Где же вы денег насобирали?

– Раз в тридцать лет можно позволить. – покровительственным тоном говорит Милана. Она явно подготовила эту фразу заранее. Алиса согласно кивает.

– Спасибо. – шепчу я, бережно сжимая в руке драгоценную бумагу. – Какой же, выходит, дорогой у меня юбилей! Платье от Chloe, – подруги присвистывают, – ужин в одном из самых дорогих ресторанов Киева. А теперь еще и такой подарок! – я снова смотрю на сертификат, и вдруг с моих губ срывается:

– Хотя о сцене мне, наверное, мечтать уже поздно. Все таки мне уже тридцать лет.

– Давайте не будем о грустном. – тут же прерывает Алиса. – Сегодня все для тебя, и надо верить в то, что все получится.

Я снова всхлипываю, но слезы удается сдержать.

– Я счастлива! Что я еще могу сказать? Спасибо, девчонки! Вы – лучшие! И такие красивые!

Я тянусь к подругам через столик и обнимаю их. На нас тут же бросают высокомерные взгляды дамы в шляпках с вуалетками за соседним столиком, похожие на двух ворон. Чувствую еще чей-то пристальный взгляд. Поднимаю глаза. Рядом стоит официант. Видимо, он уже давно подошел, а мы и не заметили. Улыбаюсь ему с извиняющимся видом. Но парень знаком показывает, что все нормально. На его симпатичном, благородном округлом лице в обрамлении модной нынче короткой бородки появляется доброжелательная улыбка.

– Здравствуйте, – говорит он. – Не хотел вас отвлекать. У вас, насколько мне известно, торжество?

Милана важно подтверждает эту информацию. Официант тут же сдержанно меня поздравляет и раздает нам меню. Подруги не спешат его отпускать, забрасывая вопросами. Молодой человек явно им приглянулся.

– А что такое каперсы? – мило спрашивает Милана.

– Это маринованные цветочные бутоны, либо сладкие плоды, по вкусу похожие на арбуз, если говорить кратко. – учтиво объясняет парень бархатистым голосом. Вижу, подруги мои просто тают.

Наконец, заказ сделан. Три порции подкопченной утки с микссалатом и клубникой и три десерта. Я выбрала лавандовую паннакоту. Никогда такого изыска не пробовала. Милана предпочла пирожное с кофейным кремом, Алиса заказала мятное мороженое.

А вот с выбором напитков у нас происходит заминка. Не можем же мы признаться такому симпатичному официанту, что совершенно не разбираемся в винах по сто баксов за бутылку.

Делаю вид, что изучаю винную карту. Хотя смотрю, в основном, на цены. Они просто заоблачные.

– Может быть, устроим небольшую дегустацию? В честь праздника, – вдруг предлагает официант. – Вы сможете выбрать вино на свой вкус.

Мы с подругами переглядываемся.

– Это бесплатно, – уточняет официант, словно прочитав наши мысли.

– Тогда мы согласны, – улыбаюсь я.

Через минуту к нашему столику подкатывают изящную кованную тележку с бутылками и бокалами. Пока официант наливает небольшие порции вина в бокалы, подошедший с ним сомелье рассказывает о букете, выдержке и даже об истории создания каждого напитка. Мы с девчонками заворожено слушаем. Потом приступаем к дегустации. Вкус каждого из пяти представленных вин просто идеален. То сладкий, то терпкий, то нежный с легкой кислинкой. Чувствуя себя настоящими аристократками, разглядываем рубиновую жидкость на свет, вдыхаем аромат, прислушиваемся ко вкусу.

– Девушки из высшего общества, – с упоением вздыхаю я про себя. – Почаще бы так!

Вокруг нашего столика воцаряется атмосфера настоящего праздника. Сомелье, кажется, очень старается поразить Милану, даром, что ему явно за сорок, а на голове проплешины. Алиса строит глазки официанту, который мило ей улыбается. Я перекатываю во рту вино, и понимаю, что все, что я пила раньше, не идет с ним ни в какое сравнение.

В конце концов мы готовы сделать выбор.

– Шабли 83-го. – уверенно говорю я. Сомелье восхищается моим выбором и удаляется, напоследок что-то шепнув Милане. Официант увозит тележку, перед этим загадочно взглянув на Алису, чем приводит ее в полный восторг.

– И на сколько мы гуляем? – спрашивает Милана тихо, как только оба мужчины удаляются.

– Шестьсот гривен за три бокала. Мелочи. – усмехаюсь я. И в самом деле, всего лишь моя зарплата за три дня. – Главное, оно того действительно стоит.

Ужин проходит превосходно. Салат с уткой – блюдо для настоящих гурманов. Сочетание мяса с клубникой восхитительно. Вино – просто непревзойденное. Красивая сервировка, роскошная еда и дорогое вино – все безупречно. Еще и обслуживание отличное. Отмечаю про себя, что нужно будет дать официанту щедрые чаевые.

– Кажется, я успела напиться, пока мы дегустировали, – смеется Алиса.

Милане тоже весело.

– Девочки, а вам не кажется, что пора, наконец, выпить за именинницу! – восклицает она.

И правда, увлекшись вкусной уткой, мы позабыли обо всем.

Подруги поднимают бокалы с искрящимся в них вином. Я следую их примеру.

– Лера. – начинает Милана торжественно. – Не буду желать тебе выйти замуж, это все равно рано или поздно случится. Лучше пожелаю достичь своей мечты, самой заветной! Надеюсь, наш подарочек тебе в этом хоть немного поможет. И еще, – добавляет она с особым теплом, – пусть дружба наша длится много-много лет!

– Спасибо! – говорю я, а сама думаю о ее словах о замужестве. Рано или поздно это случится. А вдруг нет?

– Лерчик, а я от себя пожелаю финансовых успехов и крепкого здоровья. Именно это – главное в жизни. – добавляет Алиса.

– Финансы? Или здоровье? – уточняю я с улыбкой.

– И то, и другое, – со смехом отвечает Алиса.

Я ее благодарю, и мы собираемся чокаться, но тут я отвожу свой бокал в сторону.

– Погодите, девочки, а как же любовь? Одно дело – замужество, с этим в стране напряженка. Но любви то хоть мне пожелайте!

– Любви к кому-то или от кого-то? – уточняет Милана.

На миг я задумываюсь.

– Пусть все любят меня, а там разберемся.

Милана заново поднимает вверх бокал и торжественно произносит:

– Пусть все тебя любят! А ты люби только того, кто этого достоин.

– Прекрасный тост! – улыбаюсь я. Наши бокалы звонко чокаются.

Дальше Милана решает устроить фотосессию. Сетует, что забыла сфотографировать утку. Алиса ее успокаивает – она сразу же запечатлела салат на свой айфон. Милана задета в лучших чувствах – ведь это она наш главный фотограф – и, кажется, готова заново заказать утку, только чтобы сделать ценные кадры. Но вместо этого со всем пылом приступает к съемкам всего, что находится в зоне досягаемости. Кружит с фотоаппаратом, только и слышно – щелк-щелк.

– Кажется, наша фотосессия уже сделала нас звездами. На нас все смотрят. – говорю я тихо, прикрываясь бокалом с вином.

– Ну и пусть. Вечер только начинается. – заявляет Милана с многообещающей улыбкой.

– Девчонки, правда же, классно? – говорит Алиса и изящно берет в руку бокал. – Мы втроем, в роскошных платьях, сидим в роскошном ресторане. Вот бы всегда так.

– Даже не знаю. – говорю я, еще раз глянув по сторонам. – Раз в год – это захватывающе. Но каждый день? – я почти перехожу на шепот. – Посмотрите, какие вытянутые у всех лица. У всех вокруг. Что-то я не вижу удовольствия ни на одном.

Мой взгляд задерживается на паре, сидящей за соседним столиком. Крупный престарелый мужчина и молодая изящная женщина. Выглядят, как отец и дочь. Перед ними на серебряном подносе устрицы. Я видела в меню, сколько они стоят. Даже моей недельной зарплаты не хватит на приличную порцию. Мужчина чем-то недоволен, бросает взгляды по сторонам, на спутницу не обращает внимания. Женщина смотрит в окно. Устрицы стоят нетронутыми.

– Вон, – едва заметно киваю в их сторону, – даже устрицы им не в радость.

– Богатые тоже плачут. – протягивает Алиса.

– Все плачут. – пожимаю я плечами. – Но нам, простым смертным, кажется, легче получить удовольствие, чем этим избалованным богачам… – Я смотрю на свой десерт. – Смотрите, лавандовая паннакота! – беру небольшую серебряную ложечку и погружаю ее в десерт. Потом пробую на вкус и закатываю глаза от удовольствия. – Божественно. И заметьте – всего ложка, и я счастлива!

Подруги смеются. Пробуют и свои десерты.

– Ооо, ммм, идеальный вкус! – стонет Милана.

– Девочки, я уже согласна потратить еще одну зарплату, чтобы тут еще и позавтракать. – восклицаю я.

– Лера, а какую ты прелесть нашла в тридцатилетии? Ты обещала рассказать. – напоминает Алиса, смакуя мятное мороженое, украшенное цветами фиалок.

– Ах, да, есть у меня кое-какие соображения. Сейчас расскажу. – я прихорашиваюсь, поправляю платье, готовясь выступить с речью. – Итак – всем нам уже по тридцать лет. Что в этом хорошего? – Я загадочно смотрю на подруг, выдерживаю паузу.

– Ничего, – протягивает с грустной усмешкой Алиса.

– Во всем можно найти плюсы. – возражаю я. – Да, мы все к тридцати годам хотели иметь семью, детей, квартиру-машину-дачу и хорошую работу. Но не сложилось.

Подруги кивают, вздыхают с горечью.

Я продолжаю:

– У нас нет ни квартир, ни машин, ни приличных мужей. Нет даже женихов. Все вокруг твердят, что пора рожать, иначе будет поздно. Такое чувство, будто тридцатилетие – это приговор или конец света.