Девушка не от мира сего

1

Меня зовут Ника. О том, что миров существует великое множество, я узнала на собственной шкуре: я умудрилась побывать сразу в нескольких. Первые двадцать лет моей жизни были совершенно обычными и ничем не примечательными. Жизнь моя была тихой и размеренной, а потом все неожиданной перевернулось с ног на голову. Я совершенно случайно попала в Алем.

Это случилось против моего желания, я до сих пор не могу понять, что же тогда произошло. Во время перехода из мира в мир я была в полудреме, находясь где-то между сном и явью. Я помню только то, что куда-то ехала, голова была непривычно тяжелой, мысли путались, с каждой минутой я все крепче засыпала… Не знаю, сколько я так проспала, но когда я очнулась от дремы, привычного мира вокруг не было.

Открыв глаза, я уставилась на деревянный потолок. «Что я тут вообще делаю? Почему попала в избушку? Я же вроде куда-то ехала! Не могла же я так крепко уснуть, чтобы не заметить, как меня переносят с места на место…» – думала я, лениво моргая. В голове стоял туман, руки и ноги как будто налились свинцом, хотелось только лежать и отдыхать. Но что-то подсказывало мне – это неправильно. Не могу я валяться на деревянном полу и любоваться балками под крышей! Осознание того, что здесь что-то не так, заставило меня сесть и оглядеться. Тихо ойкнув, когда в голове буквально разорвался снаряд, я приподнялась над полом.

Осмотревшись по сторонам, я поняла, что нахожусь небольшой комнатке, целиком и полностью сделанной из брусьев. Стены, пол, потолок, мебель – все было деревянным. Обстановка комнатушки была незамысловатой: стол с какими-то банками, кровать, стул, внушительных размеров шкаф. В небольшое окошко лился яркий свет, в его лучах плясали пылинки, похожие на легкие, золотистые капли дождя. Я сидела на полу в самом углу комнаты, щурясь и вздрагивая от каждого поворота головы. В висках стучала кровь, а перед глазами была какая-то серая дымка.

Постепенно в комнатку проникал едкий химический запах, от которого головная боль стала еще сильнее. Воздух начал рябить, покрываться дымными завитками, и мне показалось, что просиди я тут еще немного – то совсем задохнусь в этом мареве. Надо было что-то делать, а не лежать, глядя по сторонам пустыми глазами. Я попробовала было встать, но ноги не собирались слушаться: колени подогнулись, снова опуская меня на пол. Приложившись тяжелой головой к стене, я закрыла глаза, стараясь не вдыхать отдающий горелым дым.

Неожиданно в комнате раздались быстрые шаги. Дверь, ведущая в соседние части дома, распахнулась, и через помещение пролетел настоящий вихрь. Издавая кашляющие звуки, он открыл окно и принялся разгонять руками дым. Это был юноша с темными, слегка взъерошенными волосами. Высокий, худой, он был одет в старомодный костюм: белоснежная рубашка с закатанными рукавами, темный жилет и такие же брюки. С первого взгляда это парень показался мне каким-то странным. Несмотря на задымление, он весело смеялся, не переставая при этом покашливать, а его одежда совершенно не вязалась с образом парнишки, которому на вид едва перевалило за двадцать.

Распахнутые ставни пропускали в комнату свежий воздух, но дышать все равно было трудно. «Наверное, у этого парня что-то сгорело. Или нет. Не знаю даже, что и думать, обычный спаленный обед не имеет настолько химического запаха!» – подумала я, наблюдая, как хозяин дома носится из комнаты в комнату. Он был так поглощен своими мыслями, что совершенно не замечал меня.

Полежав еще немного и почувствовав, что дышать стало легче, а шум в голове постепенно начал проходить, я попробовала предпринять еще одну попытку подняться. Держась за стену, я все-таки сумела встать на ноги. В глазах все еще слегка рябило, но головная боль постепенно проходила, оставляя после себя легкую слабость.

Рука ощутила шершавое, чуть теплое дерево. Я все еще не переставала надеяться, что все, происходящее вокруг – горячечный сон, но разве можно в грезе провести рукой по едва оструганному брусу и не обзавестись занозой? Сны на то и рассчитаны, чтобы показать человеку какую-то картинку, но на большее они не способны!

Сделав несколько неуверенных шагов, я подбрела к столу и схватилась за его поверхность, боясь потерять шаткое равновесие. Парнишка снова вошел в комнату, следом за ним с громким карканьем следовал огромный, бордово-красный ворон. Птица спикировала на плечо юноше и тот, поглаживая ее, пробормотал:

– Да не ворчи ты так, все нормально! Я же не утроил пожара, как в прошлый раз было, а дым успеет выветриться до возвращения господина Доусона. Ну что ты поднимаешь панику раньше времени? Никаких наказаний нам не будет, никто и не догадается, чем мы с тобой тут занимаемся. Что это вообще было? Я забыл записать, что использовал… Ладно, все равно не сработало! Но взрыв был знатный, этого отрицать нельзя! Так, как было неделю назад, не бабахнуло, на этот раз и огня не было почти… Эх, надо было записать, что с чем нельзя смешивать! – ворон захлопал крыльями, едва не задевая ими парня. Молодой человек недовольно нахмурился и воскликнул: – Ну что ты раскричался?! Я верю, что таким образом можно открыть пути между мирами, и я докажу, что это правда! И не говори мне, что я похож на сумасшедшего идиота, прыгающего вокруг котелка с реактивами и распевающего странные песни. В старинных книгах говорится, что таким образом можно открывать ходы из мира в мир, вот я и применяю знания дедов на практике. А химикаты помогают мне в этом! Так, ну-ка не оскорблять меня! От тебя я еще такого не слышал! Все деревенские и так ржут надо мной, называют помешанным сумасшедшим, а теперь еще и ты к ним присоединиться решил?! Не позволю! Будешь поддерживать меня во всех начинаниях, как и положено нормальному спутнику.

Паренек подошел к окну и высунулся на улицу, будто ожидая кого-то там увидеть. Меня он заметил, когда развернулся, желая покинуть комнату. Глаза юноши начали быстро увеличиваться в размерах. Судя по его выражению лица, парень напугался до полусмерти. Широкая улыбка исчезла, владелец дома побледнел, как полотно. Шарахнувшись к противоположной стене, он заорал во весь голос:

– Нет, пожалуйста, не убивай меня, я ничего не сделал! Я не хочу на тот свет, мне и тут хорошо! Я не хотел призывать тебя, это случайно получилось! Умоляю, только не трогай Хермиса, я не хочу становиться окончательно сумасшедшим! Я буду защищать его до последнего вздоха, но не дам тебе отнять у меня спутника! Боги былые и грядущие, что же делать, когда к тебе призрак является?! Что там в книге было?! А, я не помню ничегошеньки, я не читал тот раздел! Ладно… Исчезни! Отпусти нас, не причиняй нам вреда, отправляйся в свой подземельный мир, и не лезь в дела живущих! Возвращайся к себе, иначе я применю меры! Ты знаешь кто я? Я великий изгонятель духов, от моих рук уже погиб ни один твой собрат! Уходи по-хорошему, и я не причиню тебе вреда!

Парень орал во всю силу легких, от его голоса у меня снова начала болеть голова. Не отпуская столешницы, я ошарашенно глядела на юношу. Он прижался к противоположной стене, медленно продвигаясь к соседней комнате. Затем, бросив затравленный взгляд на открытое окно, он попятился к нему, не спуская с меня полного ужаса взгляда. Едва я сделала несколько шажков в его сторону, как паренек заголосил пуще прежнего:

– Не смей! Стой где стоишь! Не подходи ко мне! Веди себя прилично, не трогай ни меня, ни моего спутника, и мы решим эту проблему мирным путем. Сейчас… Если ты пообещаешь, что не будешь нападать на меня, я сбегаю за книгой, по которой призвал тебя в наш мир, и помогу вернуться обратно в твою преисподнюю. Боги былые и грядущие, у меня получилось призвать духа из другого мира! Подумать только! Теперь никто не скажет, что я псих! Так… Дух, или кто ты там такая.... Ты говорить умеешь? Можешь идти на контакт со мной?

– Могу… – проговорила я, с трудом ворочая пересохшим языком. Голова была тяжелой, я не понимала ничего из происходящего, а бесконечная болтовня юноши мешала мне собрать разрозненные мысли. Немного подумав и заставив себя вспомнить, как надо произносить слова, я промычала: – Ты кто вообще? И где я нахожусь? Или, точнее, что я тут делаю?

Страх паренька стал проходить, на его место пришло любопытство, перемешанное с желанием узнать что-то новенькое. Он все еще опасался подходить ко мне, но уже не шарахался в сторону от малейшего моего движения.

– Я Олли… Ну, это мое имя. Оливер Гекс, а сокращенно Олли… Меня так все в деревне называют… А ты кто? Ну, я к тому, кто ты по рангу? Дух, призрак, оборотень, вампир… Кто там еще есть, я уже и не помню… Вот к кому ты относишься?

– Никакой я не дух и не призрак! – воскликнула я. – Я самый обыкновенный человек. С какого перепугу ты вообще принимаешь меня за какое-то другое существо?

– Я тебя вызвал из потустороннего мира. – проговорил Оливер с долей гордости в голосе.

– Откуда?!

– Из другого мира. Знаешь ли, мы не одни во вселенной. Рядом с нами есть очень много иных миров, следовательно, у нас есть соседи. Я как услышал легенды про это, так сразу решил найти лазейку в другие измерения, и вот, после года неудач, у меня получилось! У тебя есть имя?

– Ника… – я с трудом вспомнила собственное имя. Оливер удовлетворился таким коротким ответом. Склонив голову на бок, он задумался.

– Ника? Я такого имени у духов ни в одной книге не встречал. Слышал о покровительнице малоимущих Гвюдрун, о Сёльвейг, защитнице корабельщиков, о правителе ветров Гюннлёйгюре, но о никакой Нике я еще никогда в жизни не слыхал. Ты точно уверена в своем имени?

– А ты точно уверен, что ты Оливер Гекс?

– Ну, в этом у меня точно нет сомнений. А вот ты – очень подозрительная личность… Хотя слово сущность тут будет уместнее. У меня есть свой призрак! Нет… Скорее, у меня есть моя персональная смерть. Ты же именно смерть? Боги былые и грядущие! Я подцепил не последнего духа в преисподней!

Болтливый паренек вызывал улыбку. Он все еще боялся, но жажда жизни определенно взяла верх над гласом разума. Рассуждая, куда бы ему пойти, молодой человек мялся на месте, бросая на меня заинтересованные взгляды. Несмотря на слабость, я усмехнулась и сказала:

– Почему сразу смерть? Мог бы и что-то получше придумать! Неужели я похожа на костлявую старуху, одетую в черный балахон и несущую косу наперевес?

– Нет, ты похожа на ученицу смерти. Девчонка, одетая во все черное, с черной кожей… Ну а косу ученикам не доверяют. Так что ты можешь мне рассказать? Каково оно, попасть в наш мир? Ты тут была? Да точно была, ты, наверное, дух девушки! Бедняга! Судя по виду, ты умерла на пожаре… Ты помнишь это? Ладно, не буду бередить тебе душу и что там у тебя вместо нее. Просто расскажи мне, как это – жить в подземном мире?

– Да что ты заладил – умерла, смерть, подземный мир! – сказала я чуть обиженным голосом. – Хватит обзываться, я не призрак, не дух и не смерть, я самый обыкновенный человек.

– Да? Самые обыкновенные люди не такие черные, как ты! Ты как будто только из пожарища вылезла! Скажи, ты серьезно умерла в огне?

– Я живее всех живых! Прекрати придумывать варианты моей смерти!

– Ты похожа на ходячий уголек.

Только сейчас я посмотрела на свои руки, которые почему-то были вымазаны в саже. От нее кожа действительно казалась черной, ничего удивительно, что суеверный мальчишка принял меня за воплощение смерти. Наверное, я выглядела так, будто только что вылезла из дымохода! Открыв от изумления рот, я рассматривала свои руки, совершенно забыв, что не одна в комнате. Я отпустила глаза и увидела, что одежда тоже вся перемазана чем-то черным. Парень хитро прищурился, внимательно наблюдал за моими движениями. Он не верил мне, но постепенно начал осознавать, что, скорее всего, я говорю правду. Все еще цепляясь за свою безумную теорию, он проговорил:

– И все равно я не верю, что ты не призрак. Они могут перемещаться сквозь стены, появляться неоткуда и выкидывать подобные штучки. Как ты оказалась в задней комнате? Я был тут час назад, делал последние приготовления для ритуала вызова духов, и я определенно был один. А сейчас в моей комнате сидит девчонка, как будто явившаяся из преисподней! Ты точно призрак, так что хватит отнекиваться. Лучше расскажи мне, как живется в параллельных измерениях.

– Где?

– Ну, там, откуда ты явилась. Туда же все умершие попадают?

– Я тебе еще раз повторяю, я живая! – раздраженно воскликнула я. – Я не понимаю ничего из того, что происходит, но я определенно жива! У меня есть дыхание, сердцебиение, пульс – все как у нормального, здорового человека. Хочешь – проверь сам, убедись, что я никакая не смерть!

– Так, стой где стоишь! Не подходи ко мне! Этого еще не хватало! Я не позволю никому обвести меня вокруг пальца, я и сам на такое способен! – стоило мне сделать шаг к парню, как тот отскочил на другой конец комнаты. Теперь нас разделял стол, и такая зашита вполне устраивала Оливера. Переведя дыхание, он снова принялся тараторить: – Вот ты говоришь, что человек. Где же тогда твой спутник? Я не вижу его! Покажи мне свою сущность, и тогда я поверю, что да, ты простая девчонка, вломившаяся в мой дом. Ну же, юная смерть, вперед, предъяви доказательство, что ты живая! Познакомь меня со своим спутником!

– С кем?

– Ага! Вот видишь?! А говоришь, что человек! Ха, так просто меня не обмануть, я чую ложь за километр! У тебя нет спутника, значит, ты как минимум мертвая.

– Что такое этот твой спутник?

– Ну ты даешь! Как же давно ты умерла, что успела все забыть? Ну, как бы тебе сказать… Спутник – это воплощение души человека в животной форме. Вот, например, Хермис – это мой спутник, моя душа, продолжение меня самого. У тебя же ничего такого нет, следовательно, у тебя нет души. Или скорее наоборот – ты душа, давно лишившаяся тела.

– Есть у меня душа! – поглядывая на молодого человека, я начала ощущать, как во мне постепенно просыпаются раздражение и легкий намек на страх. Поджав губы, я проговорила: – Что за ерунду ты вообще несешь?! Как душа человека может иметь форму животного? Она же внутри него находится, этот его внутренний мир. И вообще, нет ни малейших доказательств, что у людей есть такая субстанция, как душа! Ее нельзя потрогать, нельзя увидеть, нельзя изучить – значит, вполне может быть, что ее не существует. Не знаю уж, есть ли она на самом деле, но я могу с уверенность сказать, что ты пудришь мне мозги! Но фантазия у тебя отменная, этого нельзя не отметить.

– Спутники существуют и активно изучаются. Слушай… Ты что, правда не призрак и не ученица смерти?

– Еще раз говорю – нет!

– Тогда что ты делаешь в моем доме?

– Понятия не имею, я тут случайно оказалась. Так что это за место такое?

– Ты что, не знаешь, где находишься? – настороженно поинтересовался юноша.

– Час назад я куда-то ехала, потом задремала, а проснулась в том углу. Мне первое время очень плохо было, голова безумно болела, в комнате какой- то дым был, от которого мне еще хуже становилось, но потом, когда ты окно открыл, стало куда легче. Так где я нахожусь?

– В Бонеме.

– Где? – услышав странный набор звуков, я нахмурилась, прислушиваясь к себе. Может, я ехала в город с таким названием? Немного подумав, я поняла, что такого быть не может – названное парнем слово с чем у меня не ассоциировалось. Пожав плечами, я сказала: – Никогда о таком не слышала! Ты, часом, не выдумал его только что?

– Конечно нет! Хотя нет ничего удивительного, что ты впервые слышишь такое название. Бонем маленькая деревенька, тут всего человек двести живет. Там, откуда я родом, людей куда больше! Тут я просто пережидаю зиму, через пару недель хочу двинуть дальше, в Краллик. Я как чувствую, мое место в столице!

– Куда ты двинуть хочешь? – новое название показалось мне таким же набором случайных букв. – Скажи честно, ты только что придумал это слово?

– В Краллик. Ты что, и о нем впервые слышишь? С какой луны ты вообще свалилась? Как можно не слышать про Краллик! Это же столица нашей страны, каждый хоть немного образованный человек слышал о нем.

– Ну а я не слышала, и мне все больше кажется, что ты несешь какую-то чушь! Краллик, Бонем… Ты взял эти названия из головы! Ничего удивительного, если ты упорно называешь меня приведением! У вас, молодой человек, уж очень бурная фантазия, вот вам и мерещится всякое!

– Очень надеюсь, что странная девчонка, появившаяся неоткуда в моей комнате, мне тоже мерещится! – протянул Оливер, настороженно поглядывая на меня. – Кто ты вообще такая? Ты не приведение, ты явно не жительница Алема…

– Чего жительница?

– Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Как можно не знать, что такое Алем? Где ты, по-твоему, находишься?

– В доме помешанного на потустороннем мире любителя взрывов!

– Который живет в деревне под названием Бонем, которая, в свою очередь, находится в Алеме. Боги былые и грядущие, неужели ты не прикидываешься? Алем – это наша страна, и в данный конкретный момент ты находишься в неделе пути от Краллика, ее столицы.

Неожиданно для парня и для себя самой, я громко, заливисто рассмеялась. Это сон! Ну конечно, что еще это может быть? Разве могут в нормальной жизни встречаться парни с таким странным имеем и в такой странной одежде, которые обитают в деревянных домиках и уверены, что их душа имеет форму огромного ворона? Естественно нет, такое возможно только в мире фантазий! Значит, все в порядке. Я очень устала, задремала в дороге, вот мне и мерещится всякое. Сны бывают разные. Некоторые страшные, напряженные, вгоняющие человека в холодный пот. А вот мне сейчас повезло попасть в грезу, рассказывающую о чем-то захватывающем.

На глазах выступили слезы, а я все смеялась и смеялась. Оливер изумленно смотрел на меня, а ворон на его плече хлопал крыльями, наполняя комнату своим протяжным клекотом. Я представила, что видит этот парнишки: странную, перемазанную сажей девицу, которая стоит посреди комнаты и хохочет, не в силах остановить свое веселье. От выражения лица юноши мне еще сильнее захотелось смеяться. Собравшись с силами, я выпалила:

– Алем, какое смешное название! Я никогда не слышала о существовании страны с таким названием! Я знаю географию, и могу точно сказать – нет и не может быть страны с таким названием. Нет ни Алема, ни Краллика, это все придуманные названия. Ну ты и шутник! И с такой серьезностью говоришь, что я почти тебе поверила. А еще ты, видимо большой любитель всяких взрывов! Этот дым же ты сотворил?

– Я призывал духов! – воскликнул юноша. Голос его был совершенно серьезным, как будто он говорил о незыблемых вещах. – Они могут появиться, если прочитать специальный заговор и подкрепить его особо приготовленным веществом из химикатов. Слова я знаю, в старинной книге нашел, а вот с рецептурой варева пришлось потрудиться, я не понимаю, какие реагенты мне надо брать и в каком количестве. И кстати, взрыв сегодня получился слабеньким, в прошлый раз у меня так бабахнуло, что чуть стекла на повылетали.

– Да ты самый настоящий псих! Как же я рада, что это только сон.

– Хотел бы я, чтобы ты была сном… Ты что, серьезно никогда не слышала про Алем? Это же ненормально! Да, есть множество других стран, но Алем же огромен! Как ты можешь ни с того ни с сего оказаться в моей комнате, и при этом не знать названия нашей страны?

– Да не знаю я!

– Ладно, давай разбираться. Ты не приведение, не дух, но и не жительница Алема, раз у тебя даже спутника нет. Откуда ты тогда? Где ты родилась?

– На Земле… – брякнула я первое, что пришло на ум. Однако Оливера мой ответ явно не устроил.

– Что, прямо на голой земле?! Ужас какой! Но я не то спрашивал. В каком городе ты появилась на свет? У тебя же есть родина?

Я задумалась. А серьезно, где мой дом? Откуда я родом? К своему ужасу я поняла, что совсем не помню о том, что было вчера. Воспоминания были, но их как будто закрыли от меня самой. Перестав улыбаться, я нахмурилась. Отбросив от себя накативший было страх и решив, что во сне возможно и не такое, я пробормотала:

– По-моему, это название моей родины. Точнее сказать не могу… У меня в голове какой-то туман, я не помню о самых простых вещах. Честно, еще сегодня утром я могла бы рассказать тебе все о своем доме, а сейчас я совсем забыла, как он называется. Помню, что я родилась на планете Земля, а конкретнее ничего не помню…

– Что такое планета? Я много читаю, но такого слова никогда не слышал! – глаза парнишки заблестели интересом. Опершись на стол, он подался было в мою сторону, но быстро спохватился, и вернулся на прежнее место.

Его слова изумили меня.

– Да быть такого не может! Планет много, это общеизвестный факт. Есть Земля, есть Луна, есть Марс, Нептун, Сатурн и Солнце…

– О, я знаю, что такое луна и солнце! – искренне обрадовался Олли. Он широко улыбнулся, а в глазах его зажглись огоньки. – Днем светит солнце, а ночью луна, они сменяют друг друга. Но вот остальные слова я никогда не слышал!

– Ну а для меня они привычны с детства.

– Что же ты такое?

– Я человек. Скорее всего спящий и видящий сон про очень странного мальчишку.

– Если это так, то мы с тобой видим один и тот же сон. Но то, что ты существо из плоти и крови, я верю. Ты не ученица смерти, пусть и очень смахиваешь на нее. Я просто уверен, что даже после смерти ни один житель Алема не может забыть про свою родину, а ты говоришь, что никогда не слышала о нашей стране. Значит, ты точно не обитательница подземного мира, нет, ты определенно что-то плотное. Я даже готов допустить, что ты человек, пусть и не имеешь спутника.

– Ну слава всем богам! Наконец-то ты признал, что я не приведение!

– И знаешь что? Ни один призрак, ни один дух не может так намусорить! Ты только посмотри, сколько с тебя скажи насыпалось! Боги былые и грядущие, господин Доусон три шкуры с меня спустит за такое поведение! Я мало того, что снова устроил взрыв, намусорил на кухне, так еще и комнату свою перепачкал чем-то!

– Я не хотела… Я не знала, что я вся в саже… Я не имею ни малейшего понятия, откуда она вообще! – промямлила я, опустив глаза и увидев на столешнице отпечатки своих ладоней.

– Боги былые и грядущие! – неожиданно заорал парень, хлопнув себя по лбу. От его крика я подпрыгнула на месте. Глядя на меня с нескрываемым восторгом, он продолжил голосить: – Я понял! Я открыл путь в параллельный мир! Точно! Я пытался достучаться до призраков, а получилось немного не то! Ты не знаешь что такое Алем? Ничего удивительного! У тебя дома никто не знает о нем! Поэтому и я не имею ни малейшего понятия о каких-то там планетах, или какое слово ты назвала… Не имеет значения! Важно то, что у меня получилось открыть портал в другое измерение! А еще мне на голову свалилась какая-то девчонка. Что мне с тобой делать?

– Для начала дай мне воды. – сказала я, бросая недовольные взгляды на перепачканные в саже руки. Мысль о том, что я вся перемазана в этой серной пыли, не давала мне покоя. – Если даже это сон, я не хочу смахивать на ученицу смерти! У тебя есть вода, мыло и какая-нибудь щетка?

– Найдем… Только как я тебя одну оставлю? Обещаешь, что не исчезнешь, когда я вернусь?

– Если только сон не кончится. Да и к тому же, я не знаю, куда мне идти!

– Ладно, я верю, что ты не приведение, и что не растворишься в воздухе, ну а из окна ты вылезти не сможешь. Да и воровать у меня нечего, у меня за плечами вообще ничего нет! Погоди минутку, я сейчас все принесу.

Развернувшись, Оливер выскочил из комнаты, его ворон едва успел вылететь следом за хозяином. Дверь захлопнулась, и я услышала, как щелкнула задвижка – значит, парень мне не доверял. Ничего удивительного! Он выглядел очень дружелюбным, страх перед странной, появившейся неоткуда девчонкой у него очень быстро прошел, но верить на слово мне он, конечно, не собирался. Все-таки не каждый день в пустых комнатах появляются неопрятные девицы! Я все еще держалась за столешницу, хотя головная боль уже прошла. Где-то внизу загудели трубы – наверное, хозяин дома набирал для меня воду.

Очень быстро мне наскучило стоять, и я решила осмотреться. Интересно, куда же меня занесло? Я подошла к открытому окну и высунулась наружу. Оказалось, что я действительно находилась в деревне. Вокруг были домики в один-два этажа, я насчитала около тридцати построек. За человеческим жильем тянулась природа – поля, на которых виднелись черные точки человечков, серебристая гладь реки, а на горизонте чернел лес. Звуки тоже были соответствующие. Перекрикивающиеся люди, ржание лошадей, где-то не далеко хрюкали свиньи. Одним словом, самая настоящая сельская местность. Прямо перед домом был небольшой огород и несколько плодовых деревьев.

Подумав о хозяине дома, я нахмурилась. Какой странный сон! Мне, конечно, ни раз снились удивительные вещи, но они еще никогда не были настолько реалистичными. Интересно, а это точно греза? Поглядывая на раскинувшуюся внизу деревню, я ущипнула себя за запястье и тихо взвыла. Как больно! Вот знала я, что таким образом нельзя проверять, снится ли тебе что-то или нет! Вокруг ничего не поменялось, только теперь мое запястье укоризненно напоминало о себе.