Красная строка

Шелками вышито…

(предисловие к книге Нины Кроминой «Красная косынка»)

Всякий раз, когда я читаю и перечитываю рассказы Нины Кроминой, мне вспоминается старая песня из советского многосерийного телефильма «День за днём» (1971 г.): «Так как же это вышло-то, / Что всё шелками вышито / Судьбы моей простое полотно…» Все рассказы писательницы – о простых русских людях. Большинство из них, особенно те, кто живёт в деревне или в маленьких провинциальных городках, даже не живут, а выживают, отчаянно пытаются вытащить из нужды себя и близких. А кто-то, подобно героине рассказа «Пахло смолой и летом», пробует жить, точнее, вертеться по новым правилам, то есть быть «успешной» в отличие от бывшего мужа-«лузера». Только ничего у неё не получится! И стоит ли следовать кем-то навязанным правилам? Этот вопрос неизбежно приходит в голову каждому читателю, любому нормальному человеку, не утратившему совесть, понимающему, что такое честь, достоинство, правда, справедливость. Но не думайте, что Кромина выступает с социальной критикой нашего, действительно жестокого, и ко многим несправедливого времени. Нет, писательница понимает, что и «времена не выбирают», и на любом, самом благоприятном, казалось бы, отрезке времени жить непросто. Каждый человек всегда стоит перед нелёгким выбором: каким быть, как жить, по какой тропинке пойти?

Делает ли выбор маленькая героиня рассказа «Красная косынка»? Думается, да, хоть и кажется поначалу, что жизнь её в хорошей, полной семье (папе посчастливилось вернуться с войны живым!), на уютной подмосковной даче, в благополучные пятидесятые-шестидесятые, с замечательными, почти забытыми, утраченными бытовыми подробностями тех лет (цинковая ванночка, ватные жгутики «гусарики», коробка с надписью «300 лет Воссоединения Украины с Россией») течёт спокойно, плавно, как река. Но нет – от недавней войны никуда не скроешься, и девочка, вместо того, чтобы, наслаждаясь солнцем и летом, бездумно порхать, как бабочка или стрекоза, начинает тревожиться за брата-младенца, с малых лет предчувствует беду, хоть и сказал отец: «Войны больше не будет».

Ещё более тяжкий выбор приходится на долю брошенной родителями Наташи из рассказа «Лермонтова, 17»: «Федоровна поспешила вмешаться в разговор. Строго глядя на Толю, сказала: – Мать она и есть мать. Второй матери не бывает. Ты, Толь, ее мать поищи в городе-то. Наташа тебе фамилию скажет». Этот пронзительный, немного мистический рассказ написан от лица маленькой девочки. Удивительно удаются Кроминой детские образы и вообще мир детства! Вот рассказ «Дырочка в стене». Мы непостижимым образом перемещаемся во времени: через «дырочку в стене» старого дома попадаем в детство героя, вместе с мальчишкой-рассказчиком вновь и вновь переживаем былое… О чём этот рассказ? Да ни о чём! Или просто о времени, о живущих в нём людях, о жизни. О суровом её полотне, простом – и в то же время невероятно сложном, потому что неизмеримо сложна, глубока душа человека. И, на наше счастье, бездонна память.

Второй раздел книги, «С ярмарки», уже не о детстве, а, наоборот, о едущих «с ярмарки», бредущих «под горку» стариках. Хотя, конечно, не только и не столько о них. И здесь особенно ясно понимаешь, что проза Кроминой – совсем не социальная критика. Кого обвинять в беде, случившейся с героем рассказа «Балласт»? В самом деле, людям надо уходить на пенсию, освобождать рабочие места для молодых, а многие профессии и вовсе уходят в небытие. Конечно, можно осудить жену и сына героя: сначала отправили пенсионера на непригодную для жизни дачу, а потом и этот участок пришлось продать. Но как обвинять сына, ребёнка, своего тридцатилетнего несмышлёныша, набравшего кредитов, влезшего в долги? Сам герой с радостью ради него всё отдаст. Жена? Её ждёт страшная участь. Эта обыкновенная женщина, проведшая всю жизнь в очередях, на не интересной ей работе, да на кухне с нелюбимым мужем, жаждет отдыха, мнимого благополучия хоть на старости лет. Она совсем не злодейка, но совершив предательство, при жизни попадает в ад, хоть и раскаивается в содеянном: «Она стояла и стояла, одна среди мусора, а где-то совсем рядом из-под земли поднимался едкий дым, и перепрыгивали с места на место огненные языки». У меня язык не поворачивается её осудить, а у вас?.. Как не решается никого судить Никитична, сиделка в лечебнице для душевнобольных (рассказ «День согласия и примирения»), стараясь понять и оправдать любого. Вы скажете, её безоглядная доброта привела к трагедии? Только к трагедии ли? А вдруг – это промысел Божий, приведший и Никитичну, и такого же, как она, доброго и честного главврача прямиком в рай?

И вот прямо противоположный финал в ситуации, казалось бы, почти идентичной той, что описана в рассказе «Балласт». Старики-пенсионеры, как прекрасные и сильные белые птицы, воспаряют в небеса. Становятся ангелами? Да, несмотря на то, что старик роптал на тяжелую жизнь, на непутевых сыновей. Но он все-таки не сдался, не предал ни верную свою подругу, ни идеалы молодости. Именно так: идеалы молодости. Это не пустой звук, не штамп, не клише, а, думается мне, как раз те самые шёлковые нити, которыми вышита грубая ткань нашего бытия.

Парадоксально, но в какой-то свой, особый рай, наверное, попадет и совсем неверующая горожанка Инесса Марковна, потому что и она, как умеет, отстаивает свои идеалы, противостоит «сумасшедшему с бритвою в руке», тому, кто виноват в поджоге театра, кто зачем-то «хочет стереть и её, и этот театр, и его зрителей, и её журналы, и книги, и библиотеки».

Читатель вправе возмутиться: ладно, москвичка Инесса Марковна, ладно, петербуржцы и одесситы, но какие там шелка в тяжёлой и грубой деревенской жизни Никитичны, героев «Жили-были» или Галины из рассказа «Часовня»?! Что там такого красиво-шёлкового в «том подневольном, что соединило их в далёком прошлом, или… тягучем, что изнуряло их в настоящем» («Жили-были»)?! Думаю, это душевная красота героев Нины Кроминой. И, между прочим, не только русских. Ведь шёлковая, тонкая, но очень крепкая, надёжная ниточка протянулась неведомым образом из сердца пожилого немца к сердцу такой на первый взгляд несимпатичной русской переводчицы. И вдруг оказалось, что два разных человека в самом главном, человеческом, похожи, как брат с сестрой. Или как дочь и отец. Такое же душевное родство возникает между двумя пожилыми женщинами, русской и чешкой, из рассказа «Фарфоровые куклы»: «они стояли, обнявшись, как две сестры или как бабушка и её состарившаяся внучка».

Заключительный раздел книги («Одинокая звезда») – о женских судьбах, об одиночестве и любви. Впрочем, о любви – вся книга. И о каждой героине, особенно о деревенской дурочке Гале («Часовня»), хочется сказать словами песни: «А подойди-ка с ласкою, / Да загляни-ка в глазки ей, / Откроешь клад, какого не видал». Кажется, что этой волшебной шёлковой ниткой пришивает мужу пуговицу наконец-то очнувшаяся от многолетней душевной болезни Таня (рассказ «Одинокая звезда»). Добром отвечает злобным ханжам Анастасия («Анастасия»), не выбирая, не рассуждая, просто потому, что не может иначе. А Марина Ивановна из рассказа «Черёмуховая кепка»? Переборов в себе «прелесть» – пронесённую через всю жизнь земную любовь к ставшему монахом однокласснику, она торопится, спешит рассказать «о том, что и у неё есть еще надежда на спасение», своей подруге Оле, которая, по существу, испортила ей жизнь…

Поистине, драгоценным шёлком по грубому, домотканому полотну вышиты судьбы героев прозы Нины Кроминой. И когда я читаю и перечитываю её рассказы о неудачливых, обездоленных, но таких красивых душой русских людях, мне невольно вспоминается ещё одна песня из телефильма «День за днём»: «Ты прости, если лучше сказать не умею… Припадаю, Россия, к твоей красоте…»

Строки, рождённые сердцем

(предисловие к книге Ольги Борисовой «Встречи»)

Сборник рассказов «Встречи», изданный в Самаре в 2018 г. – первый прозаический опыт известной самарской поэтессы Ольги Борисовой. Эта книга, на мой взгляд, явление примечательное, неординарное, хотя поэты обращаются к прозе не так уж редко. Однако в данном случае удивительно то, что перед нами не сборник эссе, лирических зарисовок, миниатюр или так называемых «стихотворений в прозе», всего того, что мы обычно ждём и получаем от поэтов, разумеется, имеющих право и на такое самовыражение. Перед нами – классические рассказы, где личность автора ненавязчива, почти незаметна, и читатель сразу же погружается в переживания героев, как правило, наших современников, но иногда (и что особенно интересно) – в жизнь и мир русских людей ушедших поколений. Тем не менее, для того, чтобы понять феномен Борисовой-прозаика, необходимо, как мне кажется, немного поговорить о её поэзии.

Мне посчастливилось познакомиться с Ольгой Борисовой в 2014 г. на литературном фестивале «Славянские традиции», где она сразу же обратила на себя всеобщее внимание как яркий, своеобразный поэт и талантливый переводчик поэзии, получивший на этом фестивале заслуженные награды. Впрочем, оказалось, что Ольга Борисова – победитель и призёр такого количества международных литературных фестивалей, что одно перечисление их заняло бы слишком много места, достаточно упомянуть лишь поэтические конкурсы и фестивали во Франции, Болгарии, Сербии, Белоруссии. Это неудивительно, потому что поэзия волжанки Борисовой (Ольга родилась и выросла в Ахтубинске Астраханской области и много лет прожила в Самаре) поистине «всемирно отзывчива». Вот, например, строки, обращённые к Белоруссии: «Улетаю… Прощай, Беларусь! / «Зачыняюцца дзверы» и взлет. / Но в душе моей тихая грусть / К твоим весям обратно зовет…» Считаю, что одно из лучших и точных стихотворных образов моего родного Крыма принадлежит перу Ольги Борисовой: «Домик саманный покрыт черепицей, / Флюгер скрипит на ветру. / Рвется он в небо бескрылою птицей, / Спать не дает поутру… / Крым. Деревушка, забытая богом – / Тихий степной уголок./ Смотрят оконца печально и строго / На перекрестье дорог…»

Впрочем, цитирование моих любимых стихотворных строк только из двух последних изданных в Самаре поэтических сборников Ольги Борисовой («Времена и время»: Сборник поэзии и переводов, Самара: «Инсома-пресс», 2015. – 125 с. и «Шагаю в день»: Сборник поэзии и переводов, Самара: «Инсома-пресс», 2016. – 132 с.) заняло бы не одну страницу. Добавлю лишь, что Ольга Борисова – автор шести книг (пять сборников поэзии и переводов и одна книга сказок). Как верно написал земляк Ольги, самарский поэт Владимир Плотников, «творчество О. М. Борисовой, подобно искрометному метеору, в рекордные сроки – за считанные годы – покорило читателей не только самарского региона, не только столицы, но снискало признание и за рубежом. Секрет успеха – в самобытном природном даре, которому посчастливилось раскрыться в нужное время в желанном месте – Самаре». Соглашусь с Плотниковым также в том, что «секрет успеха» и в гражданской позиции Борисовой, патриота России и защитника славянского братства, которую она отстаивает не только в своём творчестве и в качестве главного редактора альманаха «Параллели», но и на деле, например, «организуя помощь терпящим лишения русским литераторам в Донецкой республике или делая репортажи о поездке по местам русской боевой славы в Болгарии».

И вот – проза, сборник коротких рассказов. Они совершенно разные по содержанию, темам, стилю, настроению. Например, рассказ «Поединок» – остросюжетная, захватывающая новелла о поединке отца, защитившего сынишку от дикого кабана, и о его не менее мужественной супруге-хирурге. Или «Сон майора Синицына» – лирический рассказ, с элементами православной мистики. Столь же обширна, разнообразна и география описываемых событий. Место действия первого рассказа – Прага, а далее читатель вместе с героями попадёт и на берега Волги, причём не только в крупные промышленные центры, но и в маленькие, провинциальные города, и в казацкую станицу, и в военные городки, и в глухие забытые деревушки. Перед читателем – широкая панорама жизни русских людей с их нехитрыми простыми радостями и – увы! – часто очень серьёзными бедами и проблемами.

На страницах «Встреч» читатель встречается с людьми разных возрастов, занятий, вкусов, привычек, но всех героев объединяет, пожалуй, одно: они добры, отзывчивы, честны перед Богом, людьми и собой, с терпением и достоинством несут свой Крест. Такова героиня рассказа «Чёрные птицы», наверное, самого короткого в сборнике и самого поэтичного, удивительно ёмкого, пронзительного. Неслучайно именно с этим рассказом Борисова стала победителем конкурса малой прозы «Мой дом», а сам рассказ «Чёрные птицы» прозвучал на белорусском радио «Гомель-Плюс». Такова бабушка студентки Светланы из рассказа «Светлана и Николай», такова и сама Светлана, мужественно борющаяся со своей страшной бедой, – она, мы верим, обязательно справится с болезнью и будет счастлива. Это совсем молоденькая журналистка Яна (рассказ «Репортаж»), которая, несомненно, напишет «лучший репортаж в своей жизни» благодаря судьбоносной встрече: все пассажиры купе идущего на Кавказ поезда оказались участниками разыгравшихся там трагедий. Благополучная девушка ощущает кровную связь с только что встреченными людьми, свою причастность к их судьбам и строго осуждает себя, в общем-то, ни в чём не повинную: «Яна молчала, хотя и понимала, что настала её очередь рассказать о себе. "Что я им скажу? – крутилось в голове, – что живу в параллельном мире, сытая и довольная жизнью?"». Именно такая сопричастность человеческому горю, чувство личной ответственности за всех и перед всеми, всегда были отличительными чертами русской литературы.

А вот совсем другой, юмористический рассказ – «Подводная лодка». Читатель попадёт на «настоящую мужскую рыбалку» с молодыми и весёлыми офицерами ВВС и, кажется, воочию увидит прелесть летней ночи, ощутит запах и вкус ухи… а главное, поймёт, что с такими парнями как «майор Валера, старший лейтенант Бурыгин, капитаны Серегин и Вольнов, балагур и весельчак прапорщик Лёва» нам никакие враги не страшны.

Более всего, мне кажется, Ольге Борисовой удаются портреты простых людей из глубинки – мудрых старушек с их изумительной, образной речью. И не только старушек. В рассказе «Имя», например, автору удалось погрузить читателя в совсем иной, давно ушедший мир дореволюционной волжской деревни. Здесь, как и во многих других рассказах сборника, горе и смерть ходят рука об руку с надеждой: потерявший сына человек обретает её, став крёстным ребёнку, рождённому в семье совершенно незнакомых и, казалось бы, бесконечно далёких, совсем другого круга людей. И мы вместе с героями понимаем: людей нельзя делить на близких и дальних, все люди – братья. Кстати, рассказ «Имя», который я считаю, возможно, самым удачным в сборнике – дипломант Международного литературного конкурса «Большой финал» (2017–2018), как и рассказ «Без роду и племени», убеждающий читателя в том, что мир не без добрых, честных людей и своё счастье, свою любовь можно найти, как ни парадоксально, даже в камере предварительного заключения.

Литературное сообщество уже успело высоко оценить упомянутые рассказы («Поединок», «Сон майора Синицына», «Чёрные птицы»), они опубликованы в таких журналах как «Смена», «Приокские зори», «Крым», «Склянка часу» (Украина), в московском альманахе «Точки». Начинающий прозаик Ольга Борисова подружилась и с телевидением. Отрывки из некоторых рассказов, представленных в сборнике «Встречи», прозвучали в исполнении автора на каналах «Культура», «Рен-ТВ», «Новости-24 Самара», «Спас». Таким образом, образы и сюжеты, почерпнутые из народной жизни (наиболее яркий пример – документальная история, положенная в основу рассказа «Светлана и Николай») и мастерски обработанные талантливой писательницей, превратились в художественные произведения и уже в новом качестве вернулись к своим истокам, к своим героям и, я уверена, ещё долго будут помогать людям.

Не могу ещё раз не процитировать Владимира Плотникова, отозвавшегося о творчестве Борисовой как о «неожиданно ярком расцвете в форме многожанрового ренессанса», который происходит, «когда художник, достигнув гражданской и человеческой зрелости, вдруг осознает свое писательское предназначение и начинает горстями щедро дарить накопленный потенциал и при этом, как по волшебству (а скорее интуитивно), на ходу, осваивая не только сложные литературные приемы, но и черпая бесконечные метафоры, сюжеты, темы».

Да, соглашусь, метафоры, сюжеты, темы, подсказанные самой жизнью, поистине бесконечны, суть же рассказов Ольги Борисовой одна – любовь. Действительно, эта прекрасная проза написана сердцем – добрым, умным, любящим материнским сердцем.