Рассвет закату вопреки
- -
- 100%
- +
Последний вопрос прозвучал очень тревожно и громко.
— Боюсь показаться избыточно оптимистичным, но всё увиденное...
— В двух словах, и я убегаю, — бросив быстрый взгляд на жену, Аверин напряжённо выстукивал что-то на видере.
— Её симбиота действительно пострадала. Судя по масштабам физических повреждений, просто обязана была погибнуть. Но... Знаешь, Мак, с некоторых пор я горячо полюбил это короткое слово, — не умел Гесс в двух словах говорить о живых организмах. Но, поймав взгляд Аверина, он осекся, разочарованно выдохнул и коротко пояснил: — Она полностью перестроилась, укрепив принимающий её организм, и надёжно защитила себя от возможности внешних воздействий. Эффективно и необратимо.
— Это точно? — Рик недоверчиво взглянул на «жучков», медленно ползающих по одежде жены, и нахмурился.
— Абсолютно, — радостно улыбнулся биолог. — Нэрис стала намного сильнее. Того, кто решит вдруг ещё раз проделать всё это, ждёт весьма неприятный сюрприз.
— Всё потом, — Аверин решительно поднялся и направился к выходу. У самой двери он через плечо оглянулся и задумчиво произнёс: — И ни одна шервова камера не кукарекнула, ни один датчик. Если мы там действительно обнаружим разумное существо... Я уже чувствую себя голым.
И вышел.
Ядроид уже отчитался о результатах осмотра территории сквера. Там действительно был обнаружен условно живой человек. Капитан ещё шёл к медицинскому блоку, а его уже эвакуировали, и Макар стал свидетелем оказания помощи их незваному гостю. Незваному, нежданному и своим внезапным появлением совершенно не радующему.
Зря его Нэрис нашла. Ещё пару часов полежал бы — и никакие военные технологии не спасли бы ничтожество и предателя. Может, сделать вид, что нашли уже труп? Аверин поморщился, отогнав малодушные мысли. Малышка почувствует. Нет, она, наверное, даже простит и поймёт, но... будет снова считать себя виноватой. С возрастом это проходит. Или с опытом личных потерь?
— Нам ждать вторжения местных сил безопасности? — старый адмирал умел возникать за спиной бесшумно, каждый раз заставляя Макара почувствовать себя полным профаном.
— Этот... скажем так: организм юридически уже мёртв, — ответил Аверин, рассматривая длинное, изнурённое тело, погружённое в оволятор.
Полное, чудовищное истощение, грязная кожа, покрытая страшными ссадинами, шрамами и ожогами. За что держалась там жизнь?
— Не думаешь, что нам его подкинули умирать? — Берн скептически выгнул бровь, рассматривая их нежданное приобретение.
— Я в этом уверен, — Макар задумчиво потёр спинку носа ладонью. — Это бывший член нашего экипажа. И расстались мы с ним... — он снова бросил взгляд на несчастного и нахмурился. — Без сожаления.
— А его ведь пытали, — задумчиво пробормотал адмирал. — Тебе это не кажется странным?
Макар только пожал плечами.
— Я его предупреждал, — прозвучало уныло.
— Зачем человека пытать? — Берн не унимался. — Чтобы получить нужную информацию, есть масса проверенных способов. Чтобы убить максимально мучительно — и того больше. Степень его уникальности?
Аверин перевёл взгляд на старика и посмотрел вопросительно.
— Ясно, — вздохнул адмирал. — Судя по всему, практически стопроцентный. Макар, не хотелось бы тебя обижать, но вы все здесь живёте... как бы это выразиться...
— Слишком спокойно? Слава Создателю, мы не Деус. Удалённый сектор Вселенной, малонаселённые галактики. Ты же об этом?
— Я о том, что уникальные биообъекты без улучшений и дополнительных изменений во многих галактиках нынче — товар. Дефицитный и остро востребованный. До вас эта пакость ещё просто не докатилась. Зачем же его обесценивать?
Кажется, став инспектором, Аверин погорячился. Остро вдруг захотелось работать где-нибудь на земной ферме и выращивать генетически уникальные яблоки.
— Значит, с ним это проделали те, кто бесконечно далёк от всех тобой перечисленных «благ» большой цивилизации, верно? — Макар тяжко вздохнул и прикрыл глаза.
— И судя по списку внутренних повреждений, — очень недавно.
— Если выживет — спросим его самого, — Макар развернулся, делая шаг к выходу. — Заодно и расскажешь про способ... получения информации.
Капитан чуть не столкнулся со Стэмом, спешившим навстречу.
— Там у нас визитёр. Нэрис связалась со мной и просила принять его.
Макар удивился, бросив взгляд на адмирала. Тот переводил оволятор в режим интенсивной терапии, полностью скрыв тело в капсуле.
Красноречиво. Почему, интересно, Гесс с ним не связался по биосвязи? Ладно Нэрис, она постоянно о ней забывает, но Гесс?
— Берн, возможно, ты мне будешь нужен, — Макар ещё раз оглянулся на старого адмирала, в очередной раз удивляясь тому, как он ловко управился с оборудованием лазарета. Тот молча кивнул, легко поднялся и последовал за капитаном.
— Стэм, мы в кают-компанию. Активировать там систему наблюдения и никого не впускать. Вообще никого, даже Нэрис.
Последнюю фразу он выделил специально. С неё станется снова спасать очередного несчастного.
Стэм лишних вопросов не задавал и исчез.
В кают-компании Посольства Аверина с адмиралом поджидал неожиданный персонаж...
— И что это такое? — Аверин спросил, медленно садясь за широкий обеденный стол, словно опасаясь спугнуть осторожного глитча.
Шервова память, как зовут-то его? Набор чирикающих звуков, и как это Нэрис запомнила.
Он не так уж и юн, этот... сын личинки. Личин? Макар сдержал смех с огромным трудом и в доверительном жесте приподнял обе руки, слегка подаваясь назад.
Смотри, я тебе доверяю и безопасен.
— Наше проклятье, — глитч стоял посреди круглой комнаты, съёжившись и озираясь по сторонам.
С момента их последней встречи у реперной башни что-то в нём резко изменилось. Помялся, затравленно оглянулся на выход из кают-компании и вынул широкий нож из кожаных ножен, расшитых мелкими панцирями неизвестных существ. Не стальной. Безупречно заточенный, чёрный, полупрозрачный. Обсидиан? Оружие, завораживающее великолепием своей примитивности.
Капитан тут же напрягся и, не скрывая угрозы, потянулся к ремню.
Глитч жест оценил и положил нож на стол рядом с Авериным. Потом крепкими тёмными пальцами потянул за крохотную нитяную петлю, и ножны раскрылись, как древняя книга. На корешке ярко блеснула хищным аспидным бликом игла.
— Без метафор, пожалуйста, — Макар присмотрелся к предмету. — И по существу.
Глитч дрогнул, судорожно сглотнул и попятился к выходу.
— Если ты всё нам об этом расскажешь, — бесшумно появившийся, словно тень, адмирал обошёл глитча сзади и мягко присел в кресло рядом с Авериным, — будет намного быстрее.
— Принцесса спасла меня, — прошептал тихо Чисхисусу и, судя по испуганному виду, был готов провалиться сквозь землю. — Потом умер мой сын, она ему не помогла, и наша жена... жить больше не захотела. У меня никого не осталось.
— И ты захотел отомстить слабой Нэрис? — Макар проговорил это мягко и даже с сочувствием в голосе, хотя очень хотелось прибить коротышку. — Понимаю. План дурацкий, конечно, но логика есть. Что дальше?
— Я... много думал, — виновато признался глитч. Таким тоном, как будто свершил преступление против всего человечества. — Принцесса не виновата. Я сам... В общем, она отдала мне иглу на хранение. А я её спрятал. Вот.
— Нэрис знает, откуда она? — аккуратно спросил адмирал.
Глитч нервно моргнул. В знак согласия, не иначе.
— Проклятье... — задумчиво пробормотал капитан. — Это не просто игла? С её помощью вас контролируют?
— И убивают! — коротышка рвано выдохнул. — Я не могу теперь выйти из леса. Меня сразу поймают.
— И додумался только сейчас? — не удержался Аверин. — Это же очевидно.
— Пчхипчхи сказала, что ничего не случится, — глитч кисло поморщился. — Мне просто поставят новую иглу.
Адмирал громко выругался на неизвестном Аверину языке.
— Как ребёнок, — согласился с ним Мак. — И что нам с тобой делать теперь?
— Я могу вам служить, — хныкнул глитч голосом, полным отчаяния.
— Кем? — Окинув коротышку скептическим взглядом, Аверин громко фыркнул. — Личинкой? У нас целая рота ядроидов, парень. И такие, как ты... — он замолчал, подбирая слова, и снова поморщился. — Мускулистые недоучки в экипаже мне не нужны.
— Я... — глитч тяжко вздохнул, явно мысленно проклиная себя за идею явиться к имперцам, — талантливый и умелый любовник.
От смеха Макар чуть не выпал из кресла.
— Ещё знаю имперский, много читаю и работал в лаборатории химиком, — пробормотал быстро глитч.
Мужчины переглянулись. Химика в экипаже действительно не было. А если это — очередная ловушка Зигейны? Как-то не смахивал он на химика.
— Вот что, парнишка... — задумчиво произнёс капитан. — Иголку оставь. Мы с ней ещё поработаем. Если найдём нечто ценное... обязательно отблагодарим. А что касается твоего предложения...
— Ты готов на промывку мозгов? — спросил вдруг адмирал.
Макар удивился, но виду не подал. Прав на подобную операцию у него точно не было. Что касается адмирала...
— Да, — секунду подумав, глитч твердо ответил. — Так даже лучше.
— Это может быть больно, — прищурился Берн. — Программу космической подготовки и первые три ступени нужного тебе образования мы запишем ускоренно. Дальше придётся тебе самому. Если выдержишь. Можешь стать просто овощем.
Что он несёт? Подобные операции проводились уже лет триста, не меньше. И без всяких тяжёлых последствий. Ну... так говорили им в Академии.
Макар покосился на адмирала, но тот выдержал взгляд совершенно спокойно.
— Я согласен, — не колеблясь, ответил глитч.
— Хорошо, оставайся, — тяжко вздохнул Макар, шкурой чувствуя неприятности. Зачем коротышка понадобился адмиралу? — но сегодня же вечером Гесс прогонит тебя через детектор. Иди, найдёшь его во дворе.
Малорослик широко распахнул глаза и оторопело перевёл взгляд с капитана на адмирала.
Не верил?
— Топай, умелый любовник, пока я не передумал, — буркнул Аверин, вставая из кресла. — В последнее время жалость нам только вредила...
¹ Реципиент [От лат. recipiens, recipientis — принимающий] — человек, которому переливают кровь от донора либо пересаживают какую-то ткань или орган.
✦✧✦
Глава 5. Случайности и совпадения
«Крокодил». Борт фрегата 03-27, класса VGI (Victoria Gladio Ictu). Периферия двойной звёздной системы Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula).
— Почему ты её отпустил? — Голос капитана был полон ярости, и его собеседник не смог сдержать дрожи. — Не смей отключаться! Только попробуй снова струсить и попытаться сбежать — я найду тебя где угодно!
Пожилой грузный мужчина на галоэкране потянулся к контактной панели, но после громкого вопля Макара поспешно отдернул руку.
— Они шантажировали.
— Как предсказуемо, — Макар оскалился, и на его лице появилось хищное выражение. — Даже если поверить тебе на слово. Но позволь напомнить: я в тот момент находился на Лигле и даже разговаривал с тобой. Что же могло помешать тебе всё рассказать?
— Я... — глава прайда¹ Рейн нервно оглянулся назад, словно ища поддержки у невидимого союзника, который стоял за его спиной.
— У инспектора нет собственных детей? — На экране возникла представительная женская фигура.
Макар даже не сразу узнал вторую супругу своего несчастного тестя. На Лигле ему было не до неё. Теперь же он внимательно рассматривал эту довольно привлекательную женщину, стараясь придать своему взгляду выражение надменной ярости.
Его недолгий, но насыщенный событиями опыт работы инспектором доказал эффективность этой маски. Особенно в самых отдалённых уголках вселенной. Местные жители всегда испытывали страх перед свирепыми имперцами.
— Пока нет, — ответил он с заметной паузой, выделив первое слово.
Она спокойно выдержала его взгляд, лишь сдержанно улыбнувшись.
— Вероятно, он не в состоянии постичь чувства отца, который защищает жизни своих детей, — решительно заключила коренная лиглянка.
Горделивая осанка массивной фигуры, чьи достоинства подчёркивались роскошной одеждой, дополнялась сложной высокой причёской, которая, словно корона, венчала её голову.
На её лице играла привычная полуулыбка, а длинные тонкие светлые косы спускались на грудь. Чуть раскосые глаза, круглое лицо, похожее на ночное светило, и эти светлые волосы, которых она не стеснялась, многое могли рассказать жителю Лиглы.
Молодому лидеру мира ещё предстоит столкнуться с этим новым вызовом: энергичные и состоятельные «белоглазые» люди всё увереннее заявляют о себе.
Аверин этого не заметил, но проницательный взгляд инспектора сразу уловил дорогие украшения на мачехе Нэрис и её сияющий вид — результат тщательного и дорогостоящего ухода за внешностью зрелой женщины. Совсем недавно ничего подобного не было. Как интересно...
— Конечно... — с сарказмом сказал капитан. — Мне никогда не понять, почему вы, «любящие и заботливые родители», жертвуете старшим ребёнком ради жизни и благополучия младших. Сколько раз вы продавали её? Дважды, трижды? Или, может быть, каждый год выставляли на ярмарках вашу дорогую девочку? Какая же удача она для вас, правда?
— Алана, уйди, — в голосе главы прайда Рейн вдруг прозвучал твёрдый холод.
Женщина уже хотела что-то ответить, даже сделала движение рукой и прикусила губу, но, взглянув на мужа, почему-то передумала и отступила. Отец Нэрис молчал несколько долгих секунд, словно ожидая, пока она выйдет.
В кают-компании крейсера, помимо Аверина, находились Гесс и Бер — легендарный космический адмирал, ставший новым штурманом. Все трое внимательно изучали и обсуждали отчёт Диля, переданный капитану. Внезапно поступил вызов на сеанс связи с Лиглой. Макар уже почти час пытался установить контакт с отцом Нэрис. Его друзья, понимая ситуацию, предпочли не вмешиваться и сохраняли молчание, не выдавая своего присутствия.
Разговор с родственниками был утомительным и даже изнурительным. Они не смогли продвинуться в нужном Аверину направлении ни на шаг.
— Я не имею представления о том, что связывало тебя с её матерью, — наконец нарушил молчание Мак. — И знать не хочу. Но хочу, чтобы ты понял: та Агата умерла. И, судя по моим данным, совершенно напрасно. Твоя бывшая жена доверилась обещаниям родственников с Зигейны. Да, это только мои предположения, но...
— Судя по тому, как на меня орал младший Винк, Нэрис сейчас на Зигейне? — перебил его Рейн.
— Да. И... — начал было Макар.
— Это безнадёжно, — голос Рейна внезапно ослаб, и последние слова он почти прошептал. — Возвращайся туда, откуда прилетел, и забудь эту историю, — с трудом произнёс отец Нэрис. — Просто забудь. Очень скоро ты получишь сообщение о разводе и станешь свободен.
— Снова выбросить её, как старый хлам? — Макар вскочил, и голос его снова загремел. В этот момент на его плечо опустилась сильная рука друга. Очень вовремя. Умел Гесс отрезвлять.
— Я пытался защитить Гату все эти годы, — Рейн внезапно показался намного старше, его губы задрожали, а седая щетина на подбородке стала заметнее. Он отвёл взгляд, словно пытаясь спрятаться от своих мыслей. — Я любил её... Но это бесполезно, капитан. С Зигейной связаны влиятельные люди на Деусе. Они занимаются биотехнологиями, омоложением и обещают, что люди больше не будут стареть и получат бессмертие. Тебя просто сотрут.
— Как Агата попала на Лиглу? — Макар взял себя в руки и подавил навязчивое желание разорвать сеанс связи.
— Как и ты, «совершенно случайно». Ты всё ещё не веришь в случайности, капитан?
Вопрос был действительно своевременным и давно терзал сознание капитана, как червь, подтачивающий его уверенность.
Случайна ли была их встреча с тем крошечным шариком, взрыв на котором чуть не стоил им с Гессом жизни?
И Горыныч. Этот загадочный персонаж так непринуждённо влился в их команду. Кем были те двое, чьи останки почти не тронуло разложение? Перед глазами Аверина до сих пор ярко всплывало трогательное сплетение их мёртвых тел.
Капитан с трудом выдавил из себя:
— Нет, не верю... Но и у меня нет причин тебе верить. Ты так легко предаёшь и всегда находишь оправдание своим поступкам.
— Для них я был всего лишь репродуктором, носителем генов, идеально подходящим для их целей. Ты, капитан, тоже в их глазах не более чем инструмент.
Если этими откровениями Рейн вдруг рассчитывал произвести на Аверина нужное впечатление, то он прогадал.
Нэрис он доверял безоговорочно, а всё остальное для него не имело особого значения.
В работе инспектора нет места романтике, зато предостаточно возможностей убедиться в уязвимости человеческого разума.
— Самцы высших животных проявляют заботу о потомстве, защищают и оберегают своих детёнышей. А также их мать! — неожиданно произнёс Гесс. — Ваша старшая дочь очень похожа на вас внешне, но она гораздо сильнее.
Рейн с усталым видом обратился к обоим собеседникам:
— Ты ещё вспомнишь мои слова, но боюсь, будет поздно. Эти люди безжалостны. Они одержимы своей целью и не ценят чужие жизни. Даже собственные дети для них лишь средство достижения цели.
Макар пристально смотрел на этого человека, который выглядел постаревшим и смертельно уставшим. Его судьба вызывала лишь сочувствие.
— Есть ли что-то ещё, что ты хотел бы добавить? — вежливо спросил Аверин.
Отец Нэрис на мгновение замер, а затем стремительно наклонился к экрану и торопливо ответил, будто опасаясь, что его зять внезапно отключится.
— Этот... как его... Гэл, кажется? Я могу ошибаться. В первый раз он связался со мной вскоре после рождения Нэрис. Сказал, что он брат Агаты, и сообщил мне, что она наследница королевы. Разумеется, я не поверил ему и ничего не сказал ей...
Рейн крепко сжал пальцы и нахмурился, пристально изучая их. Казалось, он надеялся найти там ответы на мучившие его вопросы. Молчание затягивалось.
— У нас мало времени, — напомнил о себе капитан, заставив собеседника вздрогнуть.
— Да... это ненадолго. С тех пор люди с Зигейны неоднократно пытались давить на меня разными способами. Мне пришлось оставить политику и практически спрятать семью в нашем замке. А затем произошёл этот взрыв...
— Ты хотел сказать: землетрясение? — капитан перебил его, напрягаясь.
— Я сказал то, что хотел. И я убеждён, что следы той трагедии тоже ведут к Зигейне. По крайней мере, когда этот субъект появился на Лигле в качестве дипломата, он вдруг оказался весьма... осведомлённым.
— Ты вдруг решил, что Агата предала тебя? — Макар всегда отличался острым умом и способностью быстро анализировать информацию. — Что она захотела вернуться, оставив тебя и детей, восстановить свой статус наследницы и сделать тебя виноватым?
— Не сразу... — неохотно ответил лиглянин. — Но потом у него появились... некоторые доказательства.
— Весьма занимательно и многое проясняет, — произнёс Гесс, и его голос внезапно стал ледяным. — Но каким образом эта история может помочь нам спасти твою дочь?
— Зигейнский извращенец не способен иметь детей. Однажды я случайно подслушал его беседу, хотя и понял не всё, но запомнил несколько ключевых моментов. Он говорил о том, что ему надоело жить, что он чувствует себя опустошённым и вынужден искать новый смысл своего существования. Кроме того, он упоминал о серьёзных проблемах, связанных с каким-то важным имперским законом. Думаю, это важно. Его уязвимость.
Рейн замолчал, ожидая ответа, словно приговора.
— Я подумаю над этим. И жду от тебя подробный отчёт о взрыве на шахтах. Ты сам, конечно, проводил там расследование? — наконец ответил капитан. — Если ты хочешь помочь своей старшей дочери и, возможно, сыну. И не струсишь опять.
Рейн скривился. Ему крайне не хотелось связываться с этим Авериным. Однако новый правитель Лиглы точно не позволит ему снова укрыться в глубинах замка. Диль, неожиданно вышедший с ним на контакт, был полон решимости.
У его злополучного зятя, очевидно, имелись свои сильные карты в этой серьёзной игре.
— Я отправлю всё, что у меня есть, — проворчал Либерум Рейн, выдержав паузу. — И если... — он замолчал, будто раздумывая, стоит ли говорить, а потом резко выдохнул. — Если у тебя что-то получится, передай Нэрис: я очень любил её мать и всех наших детей. Но... так уж вышло. Это цепь роковых случайностей.
В конце фразы лиглянец нажал на панель управления связью и мгновенно отключился. Он сбежал.
Дал же Солнышку родственничков Создатель...
¹ Прайд — социальная структура на планете Лигла, аналогичная клану или большой семье, обладающая политическим влиянием.
✦✧✦
© Нани Кроноцкая 2024
Глава 6. Подпольный заговор
Планета Зигейна (b Малиста), двойная звёздная система Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula). Резиденция королевы Агаты.
Нэрис Аверина ☛
Куста всегда утверждала, что вода способна смыть все печали и забрать все недуги. И вот, словно по волшебству, её слова всплыли в памяти с неожиданной силой, и я застыла под тёплыми струями душа.
«Личинка», стоявшая рядом и внимательно следившая за каждым моим движением, вздрогнула, бросив на меня выразительный взгляд.
Я и не собиралась сбегать. Прямо сейчас это было бы глупо. Куда я такая денусь? Безоружная, слабая, голая и голодная.
Очнувшись от внезапного оцепенения, я с грустью вышла из-под ласковых струй. Эта влажная нежность пробуждала воспоминания, вызывая целую бурю эмоций. Но память предательски молчала, словно часть меня перешла на сторону врагов, которых оказалось немало.
Разберёмся. Как любил говорить кто-то мне очень близкий и хорошо знакомый.
— Просыпайся, — буркнула карлица, коснувшись невидимой мне панели.
И в ту же секунду подул тёплый ветер. Я закрыла глаза, снова вспомнив. Изумрудная зелень бескрайнего горизонта, чёрный мягкий и зыбкий песок под ногами, свежий ветер, щекочущий ёршик коротких волос. Я бегу, задыхаясь от бурлящего, радостного восторга, ноги трогают тёплые волны, догоняющие меня на бегу. Где это было, когда и со мной ли?
— Одевайся! — меня снова выдернул в реальность назойливый, стрекочущий голос.
Я открыла глаза и с любопытством посмотрела на одежду, которую мне протянула карлица. Это был тонкий, полупрозрачный чёрный комбинезон. Он выглядел необычно: длинные просторные штанины, оканчивающиеся эластичными широкими манжетами на лодыжках, и такие же рукава. При этом плечи оставались открытыми, а декольте было весьма откровенным. Комбинезон был бесшовным и должен был плотно облегать тело, но полупрозрачная ткань... Белья, ну конечно же, не оказалось. Логично.
— Я этого не надену! — оттолкнув руки девушки, твёрдо заявила я.
— Холодно голой ходить! — резонно возразила она.
— Эта одежда предназначена только для того, чтобы привлекать внимание чужих мужчин, но в ней нет тепла! — внезапно вырвалось у меня, и я сама не поняла, откуда взялась эта мысль.
Она снова нахмурилась. Тёмная бровь вопросительно изогнулась, и её взгляд остановился на мне.
— У тебя не такая! — я выразительно ткнула пальцем в её плотный комбинезон, даже на вид очень удобный.
— Я — уродец, неправильный человек! — она произнесла это с уверенностью и даже с ноткой гордости. Увидев на моём лице явное недоумение, громко добавила: — Личинка нормального человека, убожество!
Шервовы жабры, что же здесь творится? Память моя может и не самая лучшая, но всё человеческое сознание восстало против услышанного. Малышка была настоящей красавицей: огромные тёмные глаза на выразительном смуглом лице, крошечные ручки, силу которых я уже испытала, крепкое и стройное телосложение, мускулистые линии которого не могла скрыть даже плотная ткань комбинезона. Её волосы были поводом для искренней зависти многих женщин. Она не была уродливой или неполноценной.
Спор на столь деликатную тему мог затянуться на часы, но к нужному мне результату он бы всё равно не привёл.
Что же мне делать?
Не стоит разгуливать по Зигейне без одежды. Внезапно услышав громкий грохот за спиной, я вздрогнула и испуганно обернулась.
В углу пустой комнаты, где посредине возвышался массивный постамент с капсулой, предназначенной для меня, внезапно обрушился каменный пол. Из появившегося квадратного провала поднялось облако пыли, сопровождаемое грубым кашлем. Судя по звуку, это был мужчина.
Этого мне только не хватало... Вырвав полупрозрачное одеяние из рук «личинки», я попыталась хотя бы прикрыться. Одеваться бессмысленно, да и не успею.
К моему удивлению, девушка оставалась совершенно спокойной. Казалось, в приличных зигейнских домах именно такой порядок приёма гостей считается обычным.