Эйгор. В интригах

Интерлюдия 1

– Новые известия из Схердаса, Ваше Императорское Высочество. По сообщениям наших агентов, Оттефер уже прибыл в столицу и ждёт встречи с Морной. Причины, побудившие его отправиться в путь, пока неизвестны. Гергоц Тохра отправил из своих владений пять дирижаблей, имеющихся в его распоряжении и зафрахтовал ещё девять летательных аппаратов. Предположительно – для переброски в столицу своей гвардии и магов.

Невысокий человек с тёмными кудрявыми волосами, ровным голосом излагает всё это рослому мужчине в белом кителе, меряющему шагами большой кабинет. Когда докладчик замолкает, тот останавливается.

– Это всё, Овиас? Вся информация, которую смогли получить люди, на которых мы тратим столько денег? Да, газетчики в столице и то знают больше!

– Приношу свои извинения, Ваше Императорское Высочество, но мы начали выстраивать агентурную сеть в спешном порядке, буквально сутки назад. Пока, она ещё не работает так, как хотелось бы.

– Я и так это знаю! И хватит меня титуловать! Раньше за тобой такого не замечалось.

Кудрявый человек, рассказавший об обстановке в столице, слегка наклоняет голову.

– Как скажете, господин Эйгор.

Продолживший нервно шагать по помещению, двоюродный брат предыдущего регента, бросает взгляд в его сторону.

– Как настроение жителей столицы? Что с нашей информационной кампанией?

– Схердас пока относительно спокоен – горожане ждут, во что выльется неожиданное решение дочери Ланца. К тому же, мало кто хочет, чтобы их родной город превратился в поле боя. Но в целом, преобладает пренебрежительное отношение к Морне. Хотя, некоторым пришёлся по душе её второй эдикт о расширении прав вольных городов – они надеются, что и Схердас получит свой пакет привилегий. Что касается нашей подрывной деятельности – процесс идёт. Но сами понимаете, в крупные издания, распространяющиеся в Схердасе не пробиться. Пока мы работаем с бульварной прессой и газетами, что выпускаются в вольных городах. Хочу заметить – этим занимаются не только наши люди. Сегодня по столице были расклеены листовки с изображением Морны и демона, представленных в… весьма красочном виде и я бы сказал, чуть отступающих от реальности. Основной посыл сопроводительного текста – «Нельзя допустить, чтобы Норкрумом правила демонская шлюха». Полагаю, это кто-то из хёрдисов, при поддержке одной из городских фракций.

Рих Эйгор довольно ухмыляется, остановившись около массивного письменного стола.

– Она и не будет править. Девчонка совсем спятила, если решила, что действительно может взять власть в свои руки. Ещё немного и она окончательно потеряет контроль над ситуацией.

Тот, кого он назвал Овиасом, осторожным голосом уточняет.

– Может быть стоит ускорить процесс? Если вы выступите сейчас, то наверняка…

Рихт рявкает, перебивая подчинённого.

– Мы это уже обсуждали! Выступить с кем? Моих людей наберётся на пару батальонов – с ними мы не дойдём даже до ближайшего города.

– Но у нас есть два хёрдиса, обещавшие предоставить свои войска. И вы можете обратиться к армии – пока только три корпуса засвидетельствовали свою лояльность Морне, остальные колеблются. Смею заметить, что даже из числа герцогов присягу дал лишь Тохра, у которого не было выбора – он вместе с сыном уже находился в столице. Все остальные хранят молчание.

– Предлагаешь мне выступить на столицу, во главе армии из солдат двух аристократов, которые преданы им больше, чем мне? А военные… Они может и не слишком понимают действия Морны, репутация которой изрядно подмочена, но она дочь их любимого Ланца. Как думаешь, какой будет их реакция, когда против неё открыто выступит дядя, ещё и служивший на флоте? Поступив так, я сам отдам ей контроль, как минимум над половиной войск империи. Добавь к этому наличие противников у хёрдисов, которые хотят меня поддержать и получится картина мощной поддержки Морны, в которой для меня только одно место – на плахе, для казни мятежников!

Кучерявый мужчина несколько секунд молча стоит, переминаясь с ноги на ногу.

– Прошу меня извинить, но вы должны понимать, что каждый день бездействия уменьшает шансы на вашу поддержку армией. А некоторые из хёрдисов уже поговоривают о созыве Большого дворянского собрания и смене династии. Либо выборе регента из их числа, без учёта фамилии Эйгоров.

– Пока это только разговоры. Я бы посмотрел, как они будут пытаться провернуть такое во время подобного хаоса. Как только Морна слетит с трона в бордель, где этой дряни самое место, я отправляюсь в столицу. Пока же мы будем ждать!

Выдержав недолгую паузу, продолжает.

– Как наши дела с флотом? Адмиралы уже дали ответ?

– Да, но пока о безусловной готовности вас поддержать заявил только Крэнк, командующий Западным флотом. Южный и Восточный выразили своё почтение, но дали понять, что всё ещё обдумывают наше предложение.

– Гхагховы выкормыши! Ты же озвучил им полное предложение?

– Безусловно, Ваше Императорское Высочество – всё, вплоть до возможных титулов хёрдисов. Как я понимаю, командующие опасаются, что вы не сможете выполнить свои обещания. А ещё крайне не хотят ввязываться в боевые действия на суше.

Самый старший из оставшихся Эйгоров издаёт тихое рычание.

– От них этого никто и не требует! Только занять ряд городов вдоль побережья и присягнуть мне, как только Морна падёт. Жалкие трусы! Ты пробовал связаться с командирами морской пехоты и капитанами напрямую?

– Безусловно. Но никто из них не хочет гарантировать поддержки, без соответствующей позиции своего адмирала. Поэтому, я бы пока считал, что с нами только Западный флот.

– Да. Самый слабый и бесполезный в империи. Знаешь что? Отправь посыльных ко всем герцогам. Пообещай наследственное дворянство их детям, если они согласятся присягнуть мне.

Глава личной канцелярии Рихта Эйгора на мгновение замирает, с удивлением смотря на своего шефа.

– Но вы же сами сказали, что не станете выступать, пока…

– Я прекрасно знаю, что только что говорил, Овиас! Но если на моей стороне будет хотя бы четверо герцогов – адмиралы тоже склонятся. Уверен, к концу наших переговоров, Морна уже будет на грани краха, либо вовсе окажется низложенной. А с поддержкой герцогов и флота, у нас получится куда быстрее заставить подчиняться военных.

– Понимаю, но… как вы собираетесь выполнять обещание? Хёрдисы никогда не присвоят наследственный титул кому-то из детей герцогов – это немыслимо.

– С этим будем разбираться, когда я буду в тронном зале! В самом крайнем случае, никто не помешает прижать к ногтю пачку графов и заставить их выдать детей за отпрысков герцогов. Несколько свадеб и обещание исполнено.

На лице Овиаса отображается колебание, но он всё-таки решается уточнить.

– Вы думаете, это будет нормально воспринято аристократией? Даже единичный брак рассматривается ими, как угроза, а вы предлагаете…

– У тебя на всё найдутся возражения! Знаешь, что сейчас самое главное? Заручиться их поддержкой. Даже, если я не выполню обещанного, присяга не даст никому из них выступить против правителя Норкрума. И даже не начинай рассказывать мне о передаче престола. Ланц отправил моего сына на верную смерть – отдавать трон мне пока некому. Что ты так на меня уставился? Иди, работай! Доложи, как только отправишь людей к герцогам.

Когда начальник канцелярии, кивнув, покидает комнату, Рихт со вздохом опускается в громадное кресло за столом. Около минуты задумчиво крутит в руках перо, а потом поднимается и подойдя к большой карте империи, висящей на стене, принимается втыкать небольшие ярко-синие флажки вдоль западного побережья континента.

Глава IV

Начало обыска ненадолго откладывается из-за изучения артефакта, которым Сэмма пыталась определить нашу ценность. Тонфой, крутя его в руках, предполагает, что это может быть предмет изготовленный колдунами, но его версию сразу опровергает Эйкар, появившийся из стены. Покосившись на меня, подлетает к артефакту и сразу выдаёт свою оценку.

– Обычный определитель потенциала мага – показывает силу струны и может фиксировать те, что находятся ещё в зародыше. Обычно такие состоят из нескольких компонентов и применяются в пунктах для проверки жителей на предмет владения струной. Этот – полевой армейский вариант. Такие обычно применяют для проверки раненных пленных, чтобы отыскать среди них вражеских магов.

Пересказываю его слова и Канс, цокнув языком, озвучивает вопрос.

– А на нас то она его зачем использовала?

Перевожу взгляд на призрака и тот пожимает бесплотными плечами.

– Если отталкиваться от её слов, хотела понять вашу ценность для жертвоприношения. Я бы лучше задался вопросом – кому она хотела вас продать?

Момент действительно интересный, но прежде чем его обсуждать, лучше обыскать здание. Проверяем дверь, убеждаясь, что вход заперт и первым делом отправляемся в подвал, уже обнаруженный Эйкаром. Вход прикрыт одной из панелей, которыми обиты стены, а для пущей надёжности ещё и закрыт снаружи плотной шторой зелёного цвета. Судя по дизайну гостиницы, у её владелицы явно была нездоровая любовь ко всему зелёному.

Спускаясь вниз, обнаруживаю большой металлический стол, приспособленный для разделки тел и несколько деревянных настилов со свисающими ремнями, стоящих по краям комнаты. Тут же имеется и бутылка с прозрачным раствором – скорее всего, тот самый парализующий яд, что был у нас в чае. Иных жертв тётушки Сэммы или их останков, мы не находим. Поэтому, забрав бутылку с собой, поднимаемся наверх, где Канс принимается потрошить кассу крохотного отеля. Не удовлетворившись найденным, направляется в покои владелицы, расположенные на первом этаже, а мы с Айрин исследуем кухню. Здесь, среди всех приправ и продуктов, находится ещё одна крохотная склянка с жидкостью, которая пахнет точно так же, как и найденная в подвале. Судя по всему, нам в чай подлили буквально по капле этой дряни. Подумав, наполняю ядом плоскую фляжку, что попалась нам здесь же и цепляю её на пояс. Как знать, в какой из моментов нам может понадобиться кого-то вырубить, добавив немного парализующего вещества в напиток или еду.

Вернувшись в холл, сталкиваемся с Кансом, который протягивает мне широкий бумажник из грубо выделанной кожи.

– Твоя доля, Орн. Честная добыча – забирай.

Усмехнувшись, протягиваю руку, принимая увесистый кошелёк. Сын хёрдиса уже пытался всучить мне деньги «на расходы», но я упорно отказывался. Во-первых, они не так сильно мне были нужны, во-вторых, не хотел чувствовать себя обязанным.

– Там полсотни ларов ассигнациями и ещё тридцать золотом. Думаю, где-то здесь припрятано намного больше, но наверняка их зарыли куда-то в подпол или вмуровали в стену. С этих керасовых ублюдков станется.

Мэно, изучающая взглядом стену, поворачивает ко мне голову.

– Эйкар может проверить здесь все стены? Чтобы точно быть уверенными в безопасности здания и отсутствии потайных помещений?

Кружащий под потолком призрак, возмущённо смотрит на девушку.

– Скажи своей любовнице, что я может и стар, но не выжил из ума – всё, что можно, уже проверено. Никаких тайных комнат или пыточных.

Бросив взгляд на Тонфоя, добавляет.

– Клада я тоже не нашёл. И сразу скажу – рыскать по всем стенам изнутри, в его поисках, не стану.

Вздохнув, передаю его слова, после чего киваю в сторону кухни.

– Предлагаю подкрепиться. Должны ведь они были есть что-то нормальное.

Спустя несколько секунд, повторно обшариваем кухню, на этот раз в поисках продуктов. Находится приличный кусок копчёного мяса, но после произошедшего, мы не совсем уверены в том, кому оно могло раньше принадлежать. Поэтому разделяем между собой обнаруженный здесь же сыр и варим на газовой плите сорк.

Усевшись за единственный, стоящий в углу холла стол переглядываемся и Канс с меланхоличным видом всаживает зубы в сделанный бутерброд.

– Если снова рухну на пол – хотя бы отнесите в кровать.

Джойл, уже собиравшийся приступить к трапезе, останавливается и с лёгким подозрением смотрит на свой ломоть хлеба с пластом сыра сверху.

– Думаешь они и эту еду отравили?

Канс, едва заметно усмехается, с набитым ртом, а я успокаиваю парня.

– Скорее всего нет. Но на всякий случай подождём минут пять и посмотрим, не свалится ли наш рисковый друг со стула.

Правда, тут я слегка лукавлю – после парализации голова чуть звенит и настолько дико хочется сорка, что я делаю первый глоток, не дождавшись, пока Канс прикончит свой бутерброд. Следом подключается и Айрин. Последним к еде приступает Джойл, отслеживающий время по часам и внимательно поглядывающий на Тонфоя.

Когда, закончив, откидываемся на спинки стульев, снаружи слышится скрип колёс. Замерев с кружкой напитка в руке, улавливаю звук шагов – кто-то поднимается по ступенькам к двери гостиницы. А спустя мгновение раздаётся лёгкий стук.

Обменявшись взглядами, поднимаемся, стараясь не шуметь. Эйкар на секунду вылетает наружу, сразу же вернувшись назад.

– У двери тот самый кэбмен, что вас сюда привёз. Ждёт, рицеров прохвост.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Канса и понизив голос до тихого шёпота, говорю.

– Кучер того кэба, что доставил нас сюда.

Лицо Тонфоя расплывается в улыбке, а Джойл мрачно хмыкает, доставая из кобуры «Стинни». Через пару секунд сын хёрдиса уже распахивает дверь, а здоровяк затаскивает внутрь возницу нашего экипажа. Тот пытается было потянуться к оружию на поясе, но ствол револьвера уткнувшийся в подбородок и ледяные сферы повисшие в воздухе, быстро охлаждают его пыл. Канс закрывает дверь и мы укладываем этого типа на пол, разоружая его. Закончив, киваю Джойлу и тот снова поднимает кэбмена на ноги, уперев спиной в гостиничную стойку.

Глядя на его испуганное лицо, задаю первый вопрос.

– На кого они работали? Сэмма и ее жирный племяш?

Мужчина какое-то время молча водит глазами по сторонам. Наконец начинает выдавливать из себя слова.

– Вы из канцелярии? Или полиция?

Вижу, как морщится Тонфой, спустя мгновение придвинувшийся к вознице.

– Мы очень злые студенты Хёница, которых чуть не убила эта тварь. В соответствии с договором между университетом и империей, каждый из нас имеет право пресекать преступления в случае их обнаружения. Особенно, если это касается магии. Как по твоему, отправка на жертвенный стол людей, запрещённая законом – относится к таковым? Мы можем сделать с тобой такое о чём ты даже не задумывался, керасово отродье. Лучше тебе прекратить задавать вопросы и начать отвечать.

К концу яростного монолога, нашего пленника начинает чуть потрясывать и он становится куда более словоохотливым.

– Я же не знал, что вы из Хёница. Никогда бы не повёз сюда магов – тётушка Сэмма за таких обещала платить больше, но потом ведь в городе появятся университетские ищейки, которые станут рыть носом землю. Мне такое совсем не нужно.

Перемещаю одну из ледяных сфер вплотную к его лицу и тот замолкает, таращась на зависший в воздухе кусок льда.

– Вопрос был не об этом. На кого работала эта парочка?

Переведя взгляд на меня, шумно сглатывает слюну.

– Тётушка никогда не говорила – не могла она. То ли клятва, то ли что-то такое. Но я порой выполнял для неё мелкие поручения и когда передавал письмо одному типу около вокзала, тот спросил, не из «Орнирдума» ли я. Знать не знаю, что это такое, но это всё, что мне известно.

В голову приходит идея и я с улыбкой на лице, смещаю шар из льда к его паху.

– А вот моё заклинание говорит о том, что ты лжёшь. У нас не так много времени, поэтому изощряться не будем – я просто превращу этот кусок льда в несколько осколков и всажу их тебе в причинное место. После чего мы заберёмся тебе в голову и закончив, уйдём, оставив тебя валяться на полу, пуская слюну.

На секунду он опускает свои расширившиеся глаза вниз, рассматривая лёд, потом снова поднимает их на меня.

– Ладно-ладно, я всё понял. Я видел ещё кое-что, но за такое меня и убить могут.

Замечаю, как на лице Канса появляется выражение, намекающее на то, что кэбмен и так мертвец, но к счастью аристократ сдерживается. А мужик, удерживаемый Джойлом рассказывает дальше.

– Один раз я застал людей, которые забирали у тётушки Сэммы товар. Ну вы поняли – людей. Когда они перетаскивали всё в паромобиль, у одного мелькнули часы с гербом.

На момент замолкает, явно колеблясь.

– Это был герб хёрдиса Оттефера. То был его человек.

На мгновение замираю, удивлённый неожиданным финалом истории. На лицах остальных тоже видно искреннее недоумение. Первым от ступора отходит Тонфой.

– А старик молодец – лихо развернулся. Не врали всё-таки про человеческие жертвоприношения в его замке.

Информация действительно интересная, но есть ещё один момент, который я хочу прояснить.

– Сэмма что-то говорила про полсотни лет, но сама выглядела от силы на сорок. Как-то омолаживала себя?

Мужик чуть удивлённо смотрит на меня.

– А вы не поняли? Вы же из Хёница, там должны…

Его перебивает звонкий и яростный голос Айрин.

– Мы их ещё не вскрывали, чтобы разобраться. Тебе уже сказали – отвечай на вопросы, а не задавай свои!

Покосившись на виконтессу, он несколько раз подряд кивает.

– Так они этими были – потомками орлоков.

Мэно делает шаг назад, смотря в сторону кухни, как и Тонфой. Даже Джойл отвлекается, поворачиваясь туда же. Этим и пытается воспользоваться кэбмен, неожиданно ловко, попробовавший завладеть «Стинни» здоровяка. Надо сказать, у него это почти получается – отвлёкшийся парень едва не выпускает оружие из под контроля. Отвожу чуть назад сферу льда, чтобы разогнать её и ударить в голову пленника, но кулак левой руки Джойла уже врезается в его висок, после чего он окончательно возвращает себе револьвер и немедленно пускает пулю в лицо кучера.

Секунду стою с заложенными от грохота выстрела ушами и наблюдаю, как тело возницы сползает на пол, пачкая стойку кровью. Здоровяк делает шаг назад, встав рядом со мной и комментирует произошедшее.

– Гхаргово крыло. Я случайно – слишком уж он неожиданно начал выкручиваться.

Канс, с усмешкой наблюдающий за телом, покачивает головой.

– Ты главное на занятиях так не пугайся. Преподаватель – он ведь с кристаллом будет. И потом может жестоко отомстить.

Эйкар, зависший над телом, молча качает головой, на этот раз удерживаясь от подначек по поводу никчёмности молодёжи. А мы оттаскиваем труп кучера за стойку и осторожно выбравшись на улицу, перегоняем его кэб в ближайший проулок, где по словам Тонфоя, его гарантированно украдут за ближайшие полчаса, вместе с лошадьми. К моему удивлению, на выстрел никто не реагирует – только в одном из расположенных вдалеке домов, покачивается занавеска – кто-то выглядывал наружу.

По-хорошему, стоит сменить местоположение, но ни у кого из нас нет представления, где может быть ближайшая гостиница. К тому же, прямо сейчас нас могут разыскивать офицеры канцелярии, а гости, заявившиеся в ночи, наверняка обратят на себя внимания персонала. Поэтому, приготовив ещё по порции сорка, располагаемся всё за тем же столом в холле, прислушиваясь к звукам на улице.