- -
- 100%
- +
Граф же, встав напротив нас, задаёт вопрос.
– Вы просите моей помощи в идущей войне, как я понимаю?
Формулировка ненадолго ставит меня в ступор. Остальных, судя по их молчанию, тоже. Когда становится понятно, что все присутствующие, включая Джойла, поворачиваются ко мне, решаю ответить.
– Мы просто сопровождали Джойла, который хотел выяснить историю своей семьи. Но, как я теперь вижу, тут всё далеко не так просто.
Смотрящий на меня мужчина, внезапно разражается хохотом.
– Не так просто! Да ты шутник, парень! И похоже совсем не понимаешь, что происходит.
Отсмеявшись, успокаивается и куда более спокойно, продолжает.
– Если смотреть с моей точки зрения, то единственный законный наследник престола – Джойл. Если быть более точным – Джойлерс Схэсс, сын Рэна Схэсса, последнего правителя империи из нашей династии.
Ошарашенно кошусь на здоровяка, который сам выглядит до крайности изумлённым. А «граф» говорит дальше.
– Мой сын имеет права на престол, ничуть не меньше, чем любой из Эйгоров и уж тем более ублюдков Сарров, что свергли нас, вырезав почти всех моих родственников.
Сидящий слева от меня Эйкар, задумчиво отмечает.
– Династия Схэссов… Это же было почти тысячу лет назад.
Наполовину состоящий из пыли, мужчина, согласно кивает.
– Так и есть. Около тысячи лет. Большую часть из которых я вполне неплохо прожил под видом графа Рэгсона. Когда в твоём распоряжении есть неограниченное время и магия, недоступная остальным, получить титул не так сложно, как кажется. Я наблюдал, как один за другим сменялись императоры и раздумывал, не стоит ли сделать рывок наверх, вернув себе трон. Даже стал готовиться к этому. Но потом началась война между тремя Эйгорами и мне пришлось выбирать – или раскрыть себя, став мишенью для всех троих, или провернуть трюк и затаиться здесь.
Сделав короткую паузу, продолжает.
– И я бы выбрал первое, не будь Сторн таким могущественным магом. Возможно, я бы смог одолеть его, но и у него был шанс на победу. А рисковать после столь длительного ожидания, я не хотел. Поэтому в конце концов, в дело пошёл вариант под номером два.
Держащий на коленях винтовку Джойл, хмуро уточняет.
– То есть ты бывший император, живший тысячу лет назад? А я и мои сёстры – твои дети?
Рэн Схэсс внезапно оскаливает зубы, раздражённо фыркнув.
– Как ты видишь, я всё ещё жив. И до сих пор остаюсь императором Норкрума. У которого больше прав на престол, чем у кого-то ещё.
Интересное заявление. Он же не собирается присоединиться к кровавой бойне, которой сейчас охвачен почти весь континент? Рядом слышится голос Эйкара.
– Так что именно вы сделали?
Мужчина помахивает восковой рукой, которая выглядит весьма иссушённой и похожей на мумифицированную.
– Не думай, что я намекну тебе на то, как именно работает моя магия.
Бывший призрак поднимает руку в примирительном жесте.
– О таком я и не думал. Просто интересно, как можно провернуть такое под носом у трёх сражающихся друг с другом армий, не вызвав при этом никаких подозрений.
На лице экс-императора появляется ухмылка.
– Это было не так сложно – эти парни были слишком поглощены уничтожением друг друга. А магической энергии выплеснулось столько, что она заглушила все их радары – они были слепы и глухи.
Замечаю, как на лице Эйкара появляется вопросительное выражение.
– Радары?
Рэн слегка морщится и чёрные частицы мельтешат в воздухе около черепа.
– Следящие артефакты. Они не могли давать чёткой картинки, когда вокруг творился настоящий хаос – десятки применяемых заклинаний высшего порядка, магические конструкты, массово применяемые комбинации рангом пониже – всё это, не позволяло им нормально работать.
Едва удерживаюсь, чтобы не выматериться вслух. Если сначала я подумал, что слово «радары» выдал мой собственный мозг, заменив им какой-то здешний аналог, то теперь ясно, что оно, напротив незнакомо местным. Тогда выходит, что стоящий перед нами человек – не из этого мира. Вполне может быть, что он тоже прибыл из моей вселенной. Хотя, как знать – если маги могут пробиться к двум мирам, кто сказал, что невозможно проделать дыру в стене, защищающую третий. Или четвёртый. Сам представитель древней династии, уточнив момент с артефактами, продолжает излагать дальше.
– Раньше всё это место было прикрыто моими защитными заклинаниями. На случай, если кто-то заинтересуется, чем таким занимается граф-отшельник, со скромным штатом прислуги, чей замок стоит в болотах. Битва на Коньей пустоши поставила под угрозу всю маскировку – защитные заклинания были нарушены из-за масштабов выплёскивающейся силы и после её окончания, меня бы точно обнаружили победители. Поэтому, пришлось пустить в ход то, что было заготовлено совсем для другого. В итоге Хельгинские болота оказались под надёжным магическим щитом, а маги здесь крайне ограничены в своих возможностях. Единственным минусом стала моя внешность, оставляющая желать лучшего.
Задумчиво слушающий его Джойл, чуть смутившись, уточняет.
– Но как ты… Дети? Не понимаю, как в таком виде можно…сделать детей.
Рассмеявшийся Рэн качает головой, глядя на сына.
– Ты смотри, поездка во внешний мир не прошла даром – уже говоришь о сексе, не краснея, как юная дева и не пытаясь рухнуть в обморок. Если серьёзно – каждые десять-пятнадцать лет я могу принимать нормальный облик, в котором остаюсь на пару дней. И ты сам понимаешь, чем мы занимаемся с твоей матерью.
Парень морщится, а вот Айрин, сидящая справа от меня, задаёт вопрос.
– Мать Джойла – кто она? Императрица?
На лице мужчины снова появляется ухмылка.
– Конечно, нет. Я так и не женился – Схэссам ни к чему связывать себя узами брака, когда вокруг полно женщин, готовых отдаться по первому зову. Дайра – лишь верная служанка, что скрашивала мои вечера, когда я уставал от постоянной новизны ощущений. Она немного владела магией, а после изменения парадигмы магического фона получила достаточно сил, чтобы контролировать ситуацию. Всё это время она провела со мной, служа и терпеливо ожидая. Надо признать – в конце концов я даже начал задумываться, что ей бы подошла корона правительницы Норкрума, прикрывающей мою спину.
Виконтесса, хмыкнув, снова интересуется.
– А он сам? Его сёстры? Почему их оружие светится, а сами они способны на такие вещи, которые никак кроме магии не объяснить.
Тысячелетний старик пристально смотрит на девушку.
– Неужели так сложно догадаться? Магический фон искажён и вывернут, обычные законы магической науки здесь не действуют. Это не говоря уже о том, что каждый из них является Схэссом, а среди нас крайне редко встречались люди, не умеющие управляться с магией. Каждый ребёнок получался уникальным. Это можно счесть поводом для гордости, но в моей ситуации, скорее стало расстройством – ни одну из дочерей нельзя было отправить за пределы болот, не вызвав подозрений. Джойл был первым моим сыном. И единственным, в ком было сложно заподозрить уникума. Поэтому он и стал нашей надеждой.
Смотрящий на своего отца Джойл, непонимающе хмыкает.
– Надеждой? Что я должен был сделать?
Тот разочарованно вздыхает.
– Когда-нибудь ты помог бы мне выбраться отсюда. И мы вместе прошлись до ворот Схердаса, чтобы вернуть своё.
Занятная постановка вопроса. То есть все его разглагольствования по поводу прав Джойла на престол, всё-таки были профанацией. На самом деле, этот старик хочет оказаться на вершине пирамиды сам. И снова править Норкрумом. Что автоматически делает его такой же угрозой, как и всех иных претендентов на трон. До самого Рэна это тоже доходит и он с усмешкой добавляет.
– Не волнуйтесь, сейчас я не могу выбраться за пределы Хельгина. А раз у меня нет возможности побороться за трон, то и отсутствуют причины желать гибели кого-то из кандидатов на место правителя империи. Более того – я пожалуй скажу, что согласен помочь вам. Думаю, процесс формирования вашей армии пойдёт куда быстрее, если вы узнаете, какие варианты заклинаний станут работать, а которых лучше избегать.
Со стороны Эйкара слышится утвердительное угуканье. Я же, пытаюсь понять, по какой причине Рэн мог принять такое решение. Как ни крути, для него оно не слишком логично. Ждать тысячу лет, последние сто пятьдесят проведя в крайне странном виде с отдушиной в виде редкого секса, случавшегося раз в десятилетие, а потом решить помочь незнакомому человеку в борьбе за трон? Это, как минимум, странно. И где все остальные его дети? Восемьсот пятьдесят лет – долгий срок, его потомки должны были расплодиться по всей империи. Да и сам он, не мог оставаться постоянно под одной и той же личиной – хотя бы раз в столетие надо было менять имя и внешний вид. Что затруднительно обосновать, если у «тебя старого» отсутствовали наследники, как таковые.
Неподалёку звучит голос Канса, видимо пришедшего к схожим выводам.
– Зачем вам оказывать нам поддержку? Сами же сказали, что хотите вернуть себе власть.
Рэн Схэсс замирает на месте, насмешливо смотря на Тонфоя.
– Безусловно, хочу. И собираюсь это сделать. Но вас надо убрать за пределы болот, чтобы никто из преследователей сюда не сунулся. По крайней мере, крупным отрядом. Чем скорее это произойдёт, тем лучше. И как бы это помягче сказать… На вашу победу в этой войне я бы не поставил даже пуговицы от старого камзола.
Укладываю всё услышанное в голове, когда снова звучит его голос.
– А сейчас, давайте я сразу покажу вам, какие варианты магии призыва будут здесь работать, как надо.
Глава IV
Пока Рэн и Эйкар общаются, определяясь, какие варианты магии призыва работают, а что лучше не использовать, я пытаюсь понять, как лучше поступить. С одной стороны, передо мной человек, который с высокой долей вероятности прибыл из другого мира, точно так же, как и я. С другой – он пробыл здесь, как минимум, тысячу лет. И сознание у него явно изменилось, причём весьма сильно и не в лучшую сторону. Сомневаюсь, что открытый разговор станет хорошей идеей. К тому же, единственное, о чём я могу побеседовать только с ним, либо Кольдом – способ возвращения домой. Хотя, а нужно ли мне вообще туда возвращаться, даже если будет такая возможность? Кто там меня ждёт? Пара старых товарищей, которые уже наверняка и думать про меня забыли. А здесь – Айрин, Канс, Джойл. Эйкар, в конце концов. Плюс молодое тело и перспектива довольно долгой жизни. Если получится уцелеть во всём этом хаосе.
Подошедшая ко мне Айрин, бросив косой взгляд в сторону Схэсса, тихо интересуется.
– Как думаешь, у него есть ещё дети, кроме тех, что живут здесь? За столько времени, он мог наклепать себе потомков на пару батальонов.
Стоящая в нескольких метрах от нас Круацина, до этого изучавшая развалины, поворачивает голову в нашу сторону, а я формулирую ответ для виконтессы.
– Должны быть. Одно только странно – если его талант передаётся по наследству, почему нет ни одного мага, что был бы на него похож?
Девушка, прикусив губу впадает в раздумье, а к нам приближается Эйкар, который неожиданно быстро закончил консультацию с экс-императором. Спустя минуту мы уже покидаем развалины замка, провожаемые взглядом Рэна, что стоит на самом краю сухой земли, смотря, как мы уходим по тропинке.
Когда минуем несколько поворотов дорожки в болотной топи, рядом снижается Сэйс – боязливо оглядываясь назад, заговорщически шепчет.
– Вы почувствовали? Он как будто не человек – я такого не видел ни разу.
Идущая следом за мной Айрин, фыркает.
– Мы видели то же самое, что и ты – на обычного человека, он действительно мало похож. Но это последствия мощной магии.
Крылатый карлик раздражённо машет головой, что со стороны смотрится довольно забавно.
– Да нет же! От него энергией так и прёт! Странной и жутковатой. Как будто он…
Движущийся впереди нашей небольшой колонны Эйкар, отстаёт от Джойла и шикает на призванного, приложив палец к губам. Тот сначала непонимающе смотрит на мага, потом с ужасом оглядывается вокруг и взмывает вверх. Удивлённо смотрю на бывшего призрака, намереваясь задать вопрос, но тот всеми силами старается показать мне, чтобы я молчал, так что воздерживаюсь. Джойл, который идёт первым, заметив заминку, останавливается, недоумённо нас разглядывая и мы ускоряемся, догоняя здоровяка.
До самого дома идём в тишине – не уверен, чего именно опасается Эйкар и что хотел сказать Сэйс, но старый маг достаточно умён, чтобы распознать опасность. И разбирается в происходящем куда лучше любого из нас.
Когда уже выходим к относительно сухой земле, Джойл дожидается остальных и нарушает молчание.
– Орн, ты это, знай – не хочу я на престол. Да и времени прошло уже столько – никто и не помнит про таких императоров, как Схэссы.
Чуть помолчав, добавляет.
– Не ожидал я, что всё так повернётся. Вот честно, Орн, даже не думал о таком.
Махнув рукой, с расстроенным видом идёт дальше, направляясь к дому. Похоже, он всерьёз решил, что я стану нервничать из-за его нового статуса. В итоге, на то, чтобы успокоить нервы парня уходит не меньше десяти минут. А потом Эйкар предлагает немедленно приступить к призыву. Судя по его поведению, бывший призрак желает, как можно быстрее закончить процесс формирования отряда и убраться за пределы болот.
В доме пока никого нет, так что мы наспех перекусываем хлебом с копчёной лягушатиной, после чего приступаем к делу. Шхел притаскивает нам сразу троих рицеров, а Джойл с Круациной обеспечивают полусотней громадных лягушек. В процессе, Эйкар обучает нас стационарным заклинаниям призыва – каждый, по очереди проводит ритуал, после чего заключает контракт с призванным. Для надёжности, в каждом из них проговариваем, что помимо основного «хозяина», новые бойцы станут выполнять приказы и остальной четвёрки. А перед тем, как начать, Эйкар использует жизненную силу одного из рицеров, чтобы наполнить браслет, переданный ему Тесконом.
Когда опускаются сумерки и темнота вокруг начинает сгущаться, рядом с нами толпится сорок два призванных разнокалиберного вида. Используемые заклинания позволяют обозначить формат тела, которое получит приходящая сущность, но полностью проконтролировать этот момент невозможно – среди новых бойцов виднеются крылья, звериные уши и даже имеется несколько хвостов. Ещё одна проблема – одежды, которую может предложить Джойл, на всех не хватает, в доме довольно скудный гардероб. Ввиду этого, гениталии призванных прикрыты только полосами ткани, нарезанными из простыней. В целях экономии, на каждого из свежих бойцов приходится всего по одному лоскуту, что изрядно раздражает Айрин, постоянно косящуюся в сторону практически обнажённых призванных женского пола.
Джойл, сумрачно и методично изучающий заклинания Эйкара, к моему удивлению, абсолютно не смущён – гибель Сонэры и всё произошедшее за последнее время, его сильно изменили. Когда заканчивается очередной ритуал, проводимый совместно Айрин, Джойлом и Эйкаром, в стороне слышится голос Джерны.
– Вы решили устроить тут гнездо разврата? Что за игры?
Повернув голову, вижу широкоплечую девушку, по бокам от которой стоят медведи.
– Это основа того самого отряда, о котором мы говорили.
Та пренебрежительно усмехается.
– Действительно? И на что эта голозадая банда способна?
От толпы отделяется пара призванных – абсолютно идентичные девушки, появившиеся вместе и выбравшие полностью одинаковый облик. Останавливаются в нескольких метрах от меня и одна из них задаёт вопрос.
– Можно преподать ей урок, хозяин? Это не составит особенного труда.
Слышу, как за моей спиной фыркает Джерна и отрицательно качаю головой.
– Нет. Вернитесь в строй.
Эта парочка подписала контракт со мной, так что шансов ослушаться приказа у них нет. Та, что говорила со мной, вздёргивает подбородок, окидывая Джерну презрительным взглядом и обе разворачиваются, возвращаясь к остальным. Невольно задерживаю взгляд на ягодицах, которые сложно назвать прикрытыми и сразу же слышу голос виконтессы.
– Что? Будят в тебе фантазии? Узнаю, что ты решил с ними позабавиться – численность будущей армии немного сократится.
Переведя взгляд, вижу лицо Айрин, которая прищурившись, разглядывает меня. А близняшки с тёмно-красными волосами, судя по их взглядам, слегка удивлены яростной тирадой. Канс, отвлёкшись от беседы с Сэйсом, который кружится рядом, добавляет масла в огонь.
– Она пытается показать, что Орнос принадлежит только ей и в случае чего, она вас прикончит. Но я бы, на вашем месте, сильно не опасался – в конце концов, откуда она сможет…
Парень прерывается, получив затрещину от виконтессы, а лица всех, без исключения призванных, становятся совсем непонимающими. Такими темпами, мы их окончательно запутаем, что сейчас совсем не на руку. Сделав несколько шагов вперёд, останавливаюсь перед условным строем.
– Наверняка, вы многое слышали о нашем мире. И кое-что видели. Думаю, каждому из вас интересно, почему так долго не появлялись новые порталы и зачем мы привели вас сюда.
По небольшой толпе прокатывается тихий гул голосов, а я продолжаю.
– Магия, которая используется для вашего призыва, долгое время была под запретом. Мы – одни из немногих, кто может её использовать. Именно поэтому вы здесь.
Вперёд выдвигается рослый мужчина, с бронзовой кожей и парой мощных белых крыльев за спиной.
– Что мы должны делать? Сражаться? Для чего вы нас призвали?
Контракты, заключаемые с ними были относительно стандартными и объяснялись каждому из призванных в процессе их появления. Хотя, как и предупреждал Эйкар, несколько раз имели место проблемы – появляющиеся сущности теряли над собой контроль и утихомирить их выходило только при помощи браслета. Но, на полную детализацию, времени у нас не было – озвучивались лишь базовые данные. Так что все сорок пять, стоящих передо мной, призванных, не в курсе, для чего мы их здесь собрали.
– Ты прав – вам придётся участвовать в войне. Я – Кирнес Эйгор, наследник престола Норкрума, намеренный занять своё место в столице.
Призванный, чуть задумавшись, кивает и обводит взглядом своих сородичей.
– Нас так мало. Не уверен, но на мой взгляд, этого не хватит для захвата трона.
Летающий наверху Сэйс неодобрительно цокает языком, а я формулирую ответ.
– Это наша конечная цель. Пока же, необходимо занять территорию рядом с болотами, заложив базу для дальнейшего наступления. И привлечь на свою сторону людей. Все детали я изложу позже. Пока же, ваша задача – ждать и в любой момент быть готовыми к схватке.
Тот мрачно кивает и отступает назад, присоединяясь к остальным. Больше вопросов нет, так что занимаемся делами практического свойства – размещением наших новых бойцов и обеспечением их питания. Скоро, рядом с домом семьи Джойла горит с десяток костров, на которых жарятся громадные лягушачьи ноги. Вот проблема с одеждой сохраняется – мы пускаем на лоскуты ещё пару простыней, которые приносит Джерна, но этого хватает только на то, чтобы женская часть отряда смогла прикрыть свою грудь.
В процессе, замечаю, что Джойл беседует с обеими сёстрами, возле стены дома. Судя по их лицам – разговор не из самых приятных. Сначала возникает мысль подойти к ним, но потом решаю, что лучше не мешать – пусть обсудят семейные дела сами.
Когда уставшие и изрядно грязные, вваливаемся в дом, внутри обнаруживается ещё и Дайра. Не знаю, успела она побеседовать с Джойлом или нет, но парень с угрюмым видом усаживается за стол, не спеша заводить с ней разговор. А сама женщина выглядит немного опечаленной.
На столах появляются блюда с жареным мясом и желудок сразу же принимается урчать, напоминая, что помимо завтрака, не получил за день никакой пищи. Следующие десять минут в комнате слышен только звук работающих челюстей, перерабатывающих нехитрую снедь. Первым разговор заводит Канс – сделав большой глоток чая из деревянной кружки, обращается к Эйкару.
– Если за вечер мы привели сюда почти полсотни призванных, значит завтра можно добавить ещё, как минимум, сотню? А дней через десять, у нас будет уже тысяча – можно спокойно одолеть армейскую бригаду.
Старый маг, оторвавшись от процесса поглощения пищи, качает головой.
– Всё не так просто – объём заключаемых контрактов зависит от мощи струн и их количества. За сегодня, мы практически исчерпали свой предел – думаю, выйдет связать ещё нескольких призванных со мной, и по паре с каждым из вас, но не более того.
Отвлекается на то, чтобы тоже отхлебнуть травяного настоя и продолжает.
– Для увеличения количества призванных на контракте, нужны артефакты. На их изготовление уйдёт не меньше двух суток и потребуется немало жертв. Мы не можем столько ждать. К тому же, эта магия здесь не работает.
Уже открываю рот, чтобы спросить, почему нельзя подождать, но ловлю на себе выразительный взгляд мага и озвучиваю совсем другой вопрос.
– То есть ты предлагаешь выступить уже завтра?
Тот медленно кивает.
– Сначала заняться химерами – с ними проще, а в качестве поддержки для призванных они будут весьма неплохи. За время, что мы будем с ними работать, кто-то разобьёт имеющихся бойцов на группы и подумает над тем, чем их вооружить. Голые руки – это хорошо, но было бы неплохо получить хотя бы нескольких вооружённых солдат. А вечером отправимся в путь. Вопрос только в том, куда именно мы направимся.
Если я понимаю всё правильно, он всеми силами старается свести сроки пребывания на болотах к минимуму. При этом ясно дав понять, что любой разговор о причине его поведения опасен. Единственное объяснение, которое приходит в голову – Рэн способен слышать нас на всей территории Хельгинских болот. Хотя, если вспомнить наш разговор в развалинах замка, это и так становится довольно очевидным. Часть информации он никак не мог узнать, не подслушав наши разговоры.
Пока в моей голове проносятся эти мысли, Айрин, откинувшись на спинку стула, начинает говорить.
– Я побеседовала с Дайрой и выяснила кое-что о территории вокруг. Ближайший город, который можно назвать относительно крупным – Корвэль. Там есть железнодорожная станция, телеграф и своя газета, которую сюда раз месяц доставляют. Численность населения доподлинно неизвестна, но по идее, не больше десяти тысяч человек. Думаю, гарнизон не должен быть большим – может быть полубатальон или две-три роты. Мы должны справиться.
С довольным видом замолкнув, отпивает чай из кружки, а я прокручиваю в голове услышанное. Небольшой городок на окраине империи, с крохотным гарнизоном – выглядит, как лёгкая мишень. За другим столом, Тонфой цокает языком.
– Меня сложно назвать экспертом в военной стратегии и тактике, но если это ближайший город, может не стоит соваться туда первыми? Давайте ударим по более крупному населённому пункту, не раскрывая своих карт заранее и не дав противнику шанса подготовиться. Так мы не утратим эффект внезапности.
Виконтесса бросает злобный взгляд в сторону сына хёрдиса.
– Если не считать похожих по размеру населённых пунктов, действительно крупный город, в котором, по моей оценке, от семидесяти до ста тысяч человек населения, втрое дальше Корвеля. Это Лэсхот, центр провинции. Пока мы будем туда маршировать, нас точно обнаружат и смогут встретить на подходе. И даже если мы возьмём его штурмом, окажемся в окружении вражеских сил. Не знаю, кому подчиняются гарнизонные войска, но они вряд-ли будут рады видеть отряд призванных и химер, что взял под контроль крупнейший город провинции.
Парень уже собирается ответить, но его неожиданно опережает Эйкар.
– Знаете, у меня больше военного опыта, чем у вас всех вместе взятых. И моё мнение – нам стоит атаковать центр провинции. Как его там – Лэсхот. Возьмём его, а потом уже разберёмся со всем остальным.
На лице Мэно появляется откровенное недоумение, да и я не совсем понимаю мотивы старого мага. Бросок на столицу провинции, действительно не самая хорошая затея, под каким углом на неё не посмотри. Будь у нас полностью экипированный и спаянный в боях отряд, тогда возможно да – это имело бы смысл. Но только не при текущем раскладе. Обмениваюсь с ним взглядам и улавливаю в глаза Эйкара серьёзное напряжение. Айрин уже смотрит на меня, ожидая решения, так что приходится начать говорить.
– Мы пойдём на Лэсхот. Эйкар прав и у него действительно больше всего опыта в подобных вопросах.
Девушка с недовольным лицом отворачивается.
– Ну да, маги ведь только и занимаются планированием и разработкой стратегии. Ими все штабы забиты.
Недовольство девушки вполне понятно, но как разрядить ситуацию, я не знаю. Остаётся только ждать, пока мы выберемся отсюда и можно будет спокойно поговорить.
Закончив с едой, вместе с Эйкаром проверяем состояние призванных, на всякий случай выставляя часовых – охранять импровизированный лагерь отправляется Шхел и ещё пара бойцов. Вернувшись в дом, обнаруживаю, что все остальные уже разбрелись по комнатам. Зайдя в свою, вижу уже раздевшуюся Айрин, успевшую забраться под одеяло и вовсю изображающую крепкий сон. Хмыкнув, сбрасываю с себя одежду и тоже ныряю в постель. На момент возникает мысль поговорить с ней, попробовав объяснить ситуацию. Но сразу же от неё отказываюсь – если Эйкар считает, что Рэн может наблюдать за нами на всей территории болот и не хочет давать ему точного указания на нашу будущую цель, пусть так и будет.