V616 Единорог
- -
- 100%
- +
После того, как вы услышали, как говорят профессионалы, прекрасный запах позднего урожая бородатых годов, и сделали вид, что это самый прекрасный аромат в вашей жизни, вы осторожно подносите бокал к губам. В голове у вас при этом вертится: «Ну и что, что запах плох! Главное, что я делаю всё по инструкции, по правилам!» И вот, алая жидкость потекла по прозрачным стенкам бокала прямо в вашу ротовую полость. Так как наш мозг даёт понять, что солёно, а что горько спустя только доли секунд, то всё это время мы предвкушаем, как получим эстетический оргазм. И как только сигнал от рецепторов языка доходит по паутине нервной системы до нашего мозга, а тот в свою очередь на основании сложившихся ожиданий или же прошлых вкусовых экспериментов, определяет, что это вино – самое отвратительное, что вы пробовали в своей жизни, ваше лицо мгновенно выдаёт ваши ощущения.
«Как же так? Почему так произошло? Я же всё по инструкции делал!» – кричите вы в сторону сомелье. Но тот нисколько не удивлён. В добавок он говорит вам о том, что вы просто не распробовали. Нужно немного больше подержать вино во рту. «Хорошо» – говорите вы. И повторяете процедуру от и до. Но, давайте будем честны, моча осла останется мочой осла в какой бы сосуд ее не наливали. Вы начинаете испытывать ещё большее отвращение к этому вину. Тогда сомелье предлагает вам другое.
И вот вы повторяете процедуру, но уже с меньшей охотой. В эти моменты поражаешься нашему мозгу! Какое гениальное изобретение природы! Стоит нам единожды попробовать что-то, как он мгновенно запоминает нашу реакцию и в следующий раз говорит: «Может не надо? Ну тебе же не понравилось в прошлый раз! Ты думаешь в этот раз будет лучше? Окей, я предупреждал.»
И вот к тебе в рот течёт уже золотистая жидкость. Доли секунды ты ждёшь с закрытыми глазами надвигающего блаженства. Но, его не происходит. Более того, ты выплёвываешь это пойло, как пульверизатор, окатывая брызгами всё вокруг и даже бедолагу сомелье. Тут уже на его лице вы читаете недоумение. Как же так? Такого просто не может быть! Несусветное происшествие!
Что же происходит дальше? Сомелье, оскорблённый вашим «невежеством», принимает это как личный вызов! «Все находят вино себе по душе. Вы не можете быть исключением!» – говорит он вам. И дегустация продолжается! Сомелье с яростью протягивает вам бокал за бокалом, а вы уже без особого энтузиазма продолжаете пробовать. Но вам ничего не нравится. Да, какое-то из вин вам показалось менее противным. Но всё равно, не то.
После целого дня, проведённого в вином магазине, вы так ничего и не выбираете. Сомелье делает заключение, что вы просто не понимаете культуры этого напитка, и вообще, вы невежественный баран! Понурив голову, вы выходите из магазина еле передвигая ногами. Почему? Почему у меня не получилось? У всех выходит, а у меня нет. Наверное, я действительно баран.
Вы не замечаете, как заруливаете в другой магазинчик, поменьше. Подходите к стеллажу с пивом и без раздумья выбираете. Вы знаете, это лучшее по определённым показателям, известным только вам одному. И вот, стоя с этой банкой пива в руках, вы понимаете, что вино, это просто не ваше. Плевать, что другим оно нравится. Плевать, что кто-то чувствует нотки ореха, а вы нет. Это просто не ваше.
Вот и получается, что в 17 лет нам показывают одного успешного человека, другого. «Смотрите, ребята, он всё сделал по инструкции, поэтому у него получилось.» Мы начинаем убеждать себя, что нужно двигаться по намеченному пути. Что другие, более мудрые или опытные, знают лучше, что нам нужно. Только, почему-то в тот момент мы не задумываемся, что этот человек, он другой. Поэтому, через годы до нас доходит, что пиво лучше, чем вино.
Глава 6
Последний школьный год прошёл очень быстро, буквально промчался мимо меня. Мы много учились и, из-за этого, иногда походили на зомби. Тод постоянно говорил о компании, концепциях его изделий, дизайне. Складывалось ощущение, что все его мысли витали только вокруг велосипедов. Но это было не так. Кристи – вот кто мог его отвлечь больше, чем на минуту от идеи фикс.
Кристи была почти двойником Тода. Тоже худощавая, тоже в очках, только волосы были глубокого фиолетового цвета. По правде сказать, один цвет волос дольше, чем на месяц у неё не задерживался. Наверное, поэтому Тод был с ней. Она была его копией, но в женском обличии.
Что же до Френка, то он погрузился в химию. Наш учитель, мистер Билл, был крайне удивлён его неподдельным рвением. Да и нужно сказать, получалось у него неплохо. На футбольном поле он всё чаще стал сидеть в запасных. А через какое-то время и вовсе ушёл из школьной команды. Но тренироваться не бросил. Как он говорил: «Это помогает мне отвлечься, и я не так нервничаю из-за предстоящего конкурса». Да, Френк вместе с родителями подал заявку на шоу молодых поваров на каком-то новомодном канале. Сказал, что готовит что-то поистине грандиозное.
Что же до меня и Сидни, то мы тоже засели за учёбу. Она по уши погрузилась в право. Особенно ей нравилось изучать гражданско-правовые взаимоотношения в недвижимости. А я ушёл в физику. Честно сказать, давалась она мне супер сложно. Но я знал, что мне это необходимо, поэтому, приходилось зубрить механику.
Мы стали много времени проводить вместе. Сначала в школе и на стадионе. Потом, чтобы родители Сидни за неё не беспокоились, я пришёл к ним для знакомства. Родители Сидни жили в доме, похожем на наш. Как оказалось, всё семейство было небольшого роста и смотрели на меня, как на великана. Родители Сидни оказались замечательными людьми. Я сразу почувствовал знакомое тёплое чувство всеобъемлющей любви и заботы. Когда ты живёшь в таком окружении, то тебя не покидает уверенность в том, что с тобой не может случится что-то плохое. Это чувство пьянит и притупляет твою бдительность.
После знакомства с родителями Сидни, настал черёд моих. Мои родители были так счастливы этому знакомству, как будто я домой не девушку привёл, а мешок с чистым золотом притащил. Помню мама тогда надела своё лучшее платье и была просто само очарование.
Ужин длился для меня вечность даже несмотря на то, что еда была необычайно вкусной. Родители наперебой рассказывали смешные истории про моё детство. Ну как смешные, я тогда чуть от стыда не сгорел! Покрылся весь красными пятнами и пялился в тарелку. Но когда поднял глаза на Сидни, то весь стыд и застенчивость прошла. Она так лучезарно улыбалась и смотрела на меня с какой-то…любовью? Может ли человек в столь юном возрасте испытывать чувство любви? Я думаю, что да.
Когда мы поужинали, мама повела Сидни в гостиную, чтобы показать детские фото. А папа притащил из гаража мои первые «поделки». Мы так смеялись над папой, а он с такой гордостью презентовал забитый мной первый гвоздь! Даже сейчас, вспоминая этот вечер, на лице появляется тень улыбки от тех невероятно тёплых чувств.
После двух знаменательных знакомств, я и Сидни были практически как сиамские близнецы. Конечно, ни одной учёбой были крепки наши отношения. Мы очень любили находить новые местечки. Наши велосипеды исколесили всю округу. Иногда мы мечтали, что отправимся в путешествие в доме на колёсах по всей Америке. Заведём собаку и будем жить отшельниками.
Ещё нам нравилось разглядывать звёздное небо. Мы даже выучили некоторые созвездия. Иногда мы размышляли о том, что таится в этой бескрайней тьме. Есть ли копии нашей планеты? Или может копия целой нашей солнечной системы? Действительно ли люди в космосе стареют медленнее, чем на земле? Мы никогда не приходили к какому-то выводу. Нам просто нравилось размышлять на тему чего-то такого недосягаемого.
Но больше всего вышеперечисленного мы любили смотреть фильмы и сериалы. Родители даже подарили мне на день рождения небольшой проектор. С тех пор мы очень часто устраивали киновечера. С родителями или друзьями. Иногда вдвоём. Нам нравилась эта сказочная атмосфера, которую творила магия кино.
Так прошёл весь последний год. И как-то раз в класс забежал Брендан, наш староста.
– РЕБЯТА! Выпускной вечер через месяц!
Это сообщение подействовало на всех как электрический разряд. Все резко вскочили с мест с дико округлёнными глазами. Тут же начался гомон. Все оглядывались и возмущались.
– Ребята, тихо. ДА ТИХО! Кому говорю! Да, администрация школы поздно нас предупредила, но я думаю, что причина весомая. Сейчас я раздам вам листовки, на которых написано всё, что вам нужно знать. Дресс-код, правила поведения, время и место проведения мероприятия.
– А родители будут?
–Да, Марта, несколько родителей из комитета будут на вечере…
По толпе прокатилось неодобрительное «уууу».
– Да, это необходимость. Так что, советую уже сейчас задуматься о своём наряде.
Тут началась настоящая суета. Даже парни неустанно думали, что же надеть. Но если у парней была проблема подобрать носки, то у девчонок…Платье, макияж, туфли, сумочка, причёска. От всего этого у меня кружилась голова. Но Сидни с такой лёгкостью решила все эти вопросы, что я неподдельно удивился. Через неделю, после объявления, я спросил у неё, как идут дела.
– Всё отлично. Я уже купила, всё, что мне нужно. Осталось дождаться вечера. А ты?
– Я? Я, я…если честно даже не купил костюм! Как ты так быстро всё нашла?
– Я решила не заморачиваться. Главное, чтобы ты и наши друзья были рядом.
Простота Сидни всегда выбивала меня из колеи, но вместе с тем помогала избавится от невидимого груза. После этого разговора я буквально наследующий день приобрёл простой чёрный классический костюм.
– Сынок, ты уже такой взрослый!
– Мам, ну не плачь. Это всего школьный вечер. Я же не женюсь!
Последние недели пронеслись словно ураган или торнадо. Я даже не успел опомниться, как сидел в гостиной родителей Сидни. Её мама постоянно промокала глаза небольшим белым платком. Отец говорил мне, как быстро пролетело время и что мы совсем стали взрослые и самостоятельные. Я ждал в нервном возбуждении от предстоящего события. Честно говоря, мне ещё было жутко интересно посмотреть на Сидни в вечернем платье, потому что подобного я на ней никогда не видел. Моя правая нога отбивала чечётку, а глаза постоянно поглядывали на часы.
– Пит, я готова.
В комнату зашла незнакомая мне до этого момента молодая девушка. Назвать её девчонкой не поворачивался язык. Передо мной стояла кто угодно, но не Сидни. На голове красовались золотистые локоны, собранные в невероятную причёску. Они свивали пружинками к её лицу, которое я тоже не узнавал. Её глаза так искрились светом, что лёгкий макияж практически не был заметен. Мочку ушей оттягивали небольшие золотые серьги. Из-за поднятых волос шея её стала длинной и тонкой, как у павлина. Ослепительную белизну кожи подчёркивало шёлковое изумрудное платье до колен. Тонкие бретели и крой вытащили наружу всю её женственность. Уже нельзя было сказать, что у Сидни мальчишеское телосложение.
– Доченька, ты такая красивая!
– Спасибо мам. Нууу, Пит? Мы едем?
– А, да, да, конечно! Я просто, просто…не ожидал, что…
– Что могу быть похожа на девочку?
– Да, то есть нет! То есть…я хотел сказать, что ты невероятно красива. И что тебе очень идёт этот цвет и причёска.
– Спасибо. А теперь, едем?
– Да, конечно!
Родители Сидни обнимали её на пороге дома и давали наставления. Я же сидел в отцовской машине, которую он мне одолжил на вечер, и не отрывал глаз от неё.
Дверь захлопнулась. Ключ повернулся в замке зажигания, давая жизнь мотору нашей современной кареты, и мы неспешно покатили по вечерним улицам.
Подъехав на стоянку возле школы, мы увидели ребят. Тод и Кристи как всегда отличились. Он был в чёрном пиджаке, белой рубашке и классических шортах. Платье Кристи походило на что-то инопланетное, как по форме, так и по цвету. А на ногах у неё красовались грубые чёрные ботинки с тракторной подошвой.
– Вы решили довести нашего директора до инфаркта?
– А что не так? Костюм, платье – дресс-код соблюдён. А всё остальное – аксессуары.
Раздался гудок подъезжающей машины. Это были Френк и Кейт.
Тод оглядел нашу компанию и сказал:
– Ну что, все в сборе? Пора двигать!
– Ребята, это будет лучший вечер в нашей жизни!
Когда мы вошли в спортзал, то народу было уже достаточно много. Всё было традиционно: украшения, напитки, закуски, музыка, фотограф. Всё это повторялось из года в год. Но нам тогда казалось это настолько необычным. Мы танцевали, смеялись по-детски искренне, хлопали. Всё это было, как розовый сон. Не хотелось просыпаться. Но рано или поздно всё заканчивается и наш выпускной вечер не был исключением.
Попрощавшись с ребятами на парковке, я повез Сидни домой. Была глубокая ночь. Фары отцовского Шевроле растворяли темноту. Я ехал настолько медленно, насколько мог себе это позволить. Так мне не хотелось расставаться с Сидни.
Когда я остановился возле её дома, она сказала:
– Такое странное чувство. Так не хочется, чтобы этот вечер заканчивался. Но ты знаешь, что впереди тебя ждёт что-то невероятное! И так хочется уже окунуться в это будущее! Ты меня понимаешь?
– Да! Я тоже самое чувствую! Ты всегда выражала мои мысли лучше, чем я сам.
Внезапно наступило неловкое молчание. В такие моменты хочется провалиться сквозь землю или стать невидимым, чтобы никто не видел, как кровь приливает к твоему лицу, и ты становишься похож на спелый томат.
– Ну, наверное, мне пора. Уже поздно.
– Сидни! Подожди! Я бы хотел признаться тебе.
– Что такое Пит?
– Мне кажется, я больше не влюблён в тебя. Ну то есть, я влюблён, но нет. О чёрт! Я хочу сказать, что люблю…тебя…вот.
– Пит, тебе не обязательно было это говорить. Я испытываю к тебе тоже самое.
– Можно?
Сидни кивнула своей золотой головкой. Я протянул руку к её лицу и приблизился к губам. Этот первый поцелуй был как фейерверк! Ощущение было, как будто у меня в голове разорвался снаряд. Вся кожа покрылась предательскими мурашками.
– Доброй ночи, Пит.
Часть 2
Глава 7
Когда плывёшь в полной темноте и одиночестве время воспринимается по-другому. За своими воспоминаниями я провёл 10 часов. Просто сидя в кресле и смотря в пасть монстра, который совсем скоро не оставит от меня даже пыли.
– Эй, железная леди!
– Осужденный №7, вы хотите задать вопрос?
– Да. Расскажи мне об этом…как его…Единороге!
– Вы хотите узнать об объекте своего исследования?
– Да.
– V616 Единорога или A0620-00 – это двойная звезда в созвездии Единорога на расстоянии 3000 световых лет от Солнца. Первый компонент – звезда главной последовательности. Второй компонент – невидимый объект малых размеров. Первая вспышка объекта была зафиксирована в 1917 году. Вторая – в 1975 году.
– Что такое звезда главной последовательности?
– Главная последовательность – это одна из стадий эволюции звёзд. Данную эволюцию можно отследить по диаграмме Герцшпрунга – Рассела. В данную стадию звезда переходит после стадии протозвезды. В этом случае единственным источником энергии объекта становится термоядерная реакция, которая возникает при синтезе гелия и водорода. Данные реакции происходят в ядре звезды. Главная последовательность является нулевым рубежом. По мере исчерпания водорода звезда переходит в следующие стадии эволюции, которые в теории земных учёных длятся намного быстрее. Таким образом, наличие звезды главной последовательности является главным критерием в поиске пригодных для жизни планет.
– Получается, я ищу новое Солнце?
– Нет. Эта экспедиция направлена на вычисление возможности или невозможности прохода биологического организма сквозь чёрную дыру.
– Да, хорошо придумали.
– Я ответила на ваши вопросы?
– Да, спасибо.
В начале я даже не знал, на что иду. Мне предоставили выбор: искупить грехи перед обществом или смертельная инъекция. Я подумал, что сделаю что-то полезное, заслужу прощения. А получается, что я всё равно выбрал смерть, только очень мучительную и медленную.
Выходит, что у преступника нет права на исправление? Всех ровняют между собой. Убийца, маньяк, насильник, педофил, вор, мошенник – всё это один большой ком проблем для общества. Понятно, что растлитель малолетних отличается от уличного карманника. Но общество выносит приговор по одному критерию – нарушение законодательства.
При этом, мы привыкли считать, что преступник – это обязательно человек из неблагополучной семьи или вовсе без неё. Общество придумало следующее правило: если человек не жил в нормальном здоровом социуме, то он представляет собой опасность. Знаете, это можно сравнить с вирусом, который попадает в организм. Мы вдыхаем его, и он начинает нас убивать. Только эта сторона нам известна.
На основе этого можно сделать очень простой и понятный всем вывод: вирус равно зло. Чем проще формулировка, тем нам понятнее. Это идёт из детства. Мы легче воспринимаем односложные предложения, примеры в одно действие. И всё это восприятие плавно переходит во взрослый мир. Именно такие люди, которые думают проще, составляют общество законодателей и его блюстителей.
И вдруг, появляется один человек, который говорит: «А что если вирус – не убийца? Что если это возможность вылечить рак?» Те самые законодатели, которые следят за соблюдением чистоты тела общества, забыли, что всякий организм склонен к самоуничтожению. Доказательства тому множество генетических заболеваний.
– Нам не нужны ваши домыслы! У нас тут вон, 10 заповедей и 7 смертных грехов. Всё просто и понятно.
Получается, что у вируса нет шанса. Также нет этого шанса и у преступника. Всех ставят в одну линейку и объявляют громко в рупор: «Вы все одинаковые. Вы все нарушили наши правила. Вы недостойны жить среди нас». При этом, никто не сомневается, что это может быть ошибкой, ведь все признаки налицо: насилие в детстве, неполная семья или вовсе её отсутствие, уличный образ жизни и так далее. А когда происходит исключение, как, например, у меня, то это самое общество разводит руками и говорит: «Статистика наука неточная». Ты для них как помеха на одном большом графике, ты просто исключаешься.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.