- -
- 100%
- +
А организаторша лекции в Новокузнецке Ирина Воропаева оделась в сарафан и встречала нас с хлебом-солью на перроне. Пока она ждала нас, на вокзале Новокузнецка на неё обратили внимание менты, и заподозрили в терроризме – вдруг в хлебе содержится бомба или иное вредное вещество! Кто-то даже откусил у неё хлеб этот (чтоб проверить, точно ли это хлеб). Так что она нас встретила со слегка надкусанным хлебом, и всё в городе прошло замечательно – и лекция, и экскурсия по городу.
С Лизой Кузьминой мы посетили ещё несколько городов в районе Новосибирска. Когда меня нет в Сибири, она устраивает лекции других мудрецов, а анонсы публикует в группе: . https://vk.com/nsklekcii
Вот ещё забавный случай, но из более старых лет (2003). Поехали мы где жил Илья Алигожин, мой товарищ и попутчик по поездке в Африку 2003-го года. Это было ещё в те времена, когда для рекламы лекции развешивались объявления на подъездах и на столбах. Илья заранее договорился со своим ярцевским ДК, объявления расклеил, а тут и мы все пришли. Не только я, но и целый коллектив АВП пришёл, потому что тут был у нас самоходный поход по Смоленской области. На лекцию в Ярцево пришли также родители Алигожина, относящиеся к нам и к нашим походам и путешествиям, мягко говоря, настороженно. Они решили разобраться, что это за вредный Кротов и каково его учение. в Ярцево, Смоленской области,
Всего собралось человек пятьдесят, включая соседей и родственников Алигожина, и какая-то бабка на костылях. Она оказалась очень восторженной. И, во время лекций, после нравящихся ей моментов, вскакивала на костылях и кричала из зала: «Это гениально!» Или: «Это великолепно!»
Когда же подошла лекция к концу, и многим из нас, участников похода, нужно было куда-то пристроиться на ночлег в Ярцево, нас легко разобрали, в том числе соседи Алигожина по подъезду. Что же касается меня, мне нужно было вечером уезжать в Москву на поезде. Так получилось, что у меня был билет в плацкартный вагон, и так случайно вышло, что мама Ильи тоже должна была ехать на этом же поезде в Москву, этой же ночью, только в общем вагоне. Поэтому мы с ней встретились на вокзале Ярцево, она была очень насупленная, как будто обиженная чем-то.
Я поинтересовался, в чём дело, не обидел ли я её чем-то на лекции или вообще, может именно я её чем-то расстроил.
Оказалось – более того, более чем расстроил, я оказался самым ненавидимым ею на свете человеком!
Родственники Ильи сочли, что я – талантливый мистификатор и гипнотизёр (раз сумел загипнотизировать и Илью, и других жителей Ярцево, и даже соседей по подъезду, и бабку на костылях). Ненависть старших Алигожиных ко мне длилась ещё несколько лет, потом, как мне кажется, уменьшилась, и мама Ильи потом заходила ко мне в Москве за книжками (вместе с своим другом, дядькой по имени Мэлс, что означает «Маркс Энгельс Ленин Сталин»). Я думал подписать ей книгу словами «От самого ненавидимого вами на свете человека», но всё же не стал этого делать.
Что касается гипнотизёрства, хотя я и не обладаю такими способностями, но некоторые смешные случаи могут привести слушателей к такому выводу. Вот один из этих случаев.
Однажды я ехал в дальние южные страны через (9 декабря 2010 года). Организатор, по имени Андрей, опытный сборщик народа – он создал целый подвал, где регулярно устраивал фильмопоказ в вечернее или ночное время. На этот раз, в декабре, я прибыл напрямую из России, с небольшим рюкзачком литературы, всего понемножку. А вот явка людей превысила мои ожидания. В большом подвальном зале собралось около 150 человек. Вентиляция в подземелье не работает, и в погребе сыро, холодно и не очень комфортно. Окон нет вовсе. 150 человек явили собой замечательное собрание подпольщиков среди сырости стен. Харьков 3
Люди задавали самые разные вопросы, включая нетиповые. Так, один спросил:
– А какой процент людей считают вас халявщиком и попрошайкой?
Я ответил, что исследования такого рода пока не проводил, но прямо сейчас проведу его. Итак, сказал я, поднимите руки те, кто считает меня халявщиком и (или) попрошайкой!
Все стали оглядываться. Один человек в углу поднял было руку, но когда все стали оглядываться, скрыл её. Я умозаключил из этого, что таковых людей, вероятно, порядка 1%. Или они тщательно скрывают своё мнение, подделываясь под мнение большинства.
Один человек спросил, нет ли трудностей в том, что из холодных стран едешь в тёплые страны с тёплой одеждой, ведь это увеличивает вес рюкзака. Я ответил, что при возможности стараюсь облегчиться от ненужных уже вещей, и прямо сейчас сделаю это.
Вот, показал я, ненужный мне свитер, который мне в южных странах не пригодится – и снял его с себя! Сейчас я его продам любому желающему путём аукциона. Начальная цена – всего 1 гривна. Люди (некоторые) возжелали обладать артефактом, и цена его за одну минуту возросла. Две гривны! Пять! Десять! Пятнадцать! Шестнадцать! Двадцать! Двадцать пять! Тридцать! Прибавляя по одной или по пять гривен, покупатели достигли 40 гривен (более $5 по тогдашнему курсу), и свитер был передан счастливому покупателю под большие аплодисменты остальных слушателей.
А я избавился от лишнего веса. От веса свитера.
Через час-полтора воздух в подвале почти закончился, как на подводной лодке, а форточек нет. Настал черёд научных книг. Все они были приобретены подчистую до последней. Даже все большие сувенирные купюры производства Игоря Тютюкина (10, 500, 1000 и миллион рублей) были проданы с моим автографом. Удалось продать и несколько обычных российских десятирублёвок с моим автографом (примерно по $1). Разошлись с лекции, а десяток человек с организатором ещё остались пить чай. Потом проводили меня на маршрутку.
Таким образом, человек, который задал вопрос про халявщика и попрошайку, мог убедиться в том, что я действительно гипнотизёр. Не отследил, стал ли и он жертвой гипноза и приобрёл ли тоже какой-нибудь артефакт?
Не всех удаётся сразу загипнотизировать, на расстоянии. Летом 2018 года я хотел провести встречу , и позвонил в библиотеку туда – своего знакомого организатора в Уссурийске у меня не было. Библиотека города Уссурийск не только не захотела провести мою лекцию, но и страшно испугалась! Опасаясь, что я испорчу и вовлеку во зло других жителей Приморья, библиотека Уссурийска позвонила коллегам в Находку, уверяя тех, что движется к нам и к ним потенциально опасный мусульманин Кротов и встречу меня с населением проводить не следует ни в коем случае! в Уссурийске (Приморский край)
А вот в Находке, как назло, уже заранее встреча была назначена (25 июля 2018), я позвонил им ранее, и директор библиотеки дала «добро». Те уже и не знали, что делать, вроде лекцию уже назначили, а я оказался такой опасный! Но решили дополнительно никак не рекламировать, и объявление бумажное тоже не повесили в библиотеке.
В итоге, собралось на встречу со мной человек тридцать, несколько старых туристов было, ровесников Конюхова, и прочие. Я очень увлекательно всё рассказал, все были в восторге, включая библиотекарей, они обещали перепозвонить коллегам в Уссурийск и поругать их.
Библиотека приобрела целую стопу книг. Двое посетителей лекции, Лилия и моряк Александр, решили наутро ехать с нами автостопом в Большой Камень – так они познали секреты автостопа. Я поехал с Александром, а с Лилией поехал Андрей Чекрыгин, который тоже был на находкинской лекции.
На вписку в Находке нас увлёк необычный мужик Вадим, ценитель собак. У него было в данный момент 5 огромных овчарок. Уже много лет он занимается кинологией, десять лет проработал на зоне – с собакой должен был выслеживать убегающих преступников, но при нём никто не убежал. Живёт он на садово-дачном участке вдали от центра города. Наутро он нас вывез на трассу.
А что с Уссурийском? Не стал я вновь звонить в библиотеку и что-то им доказывать, что я не террорист. Лекция в Уссурийске прошла успешно, но в другом месте – в краеведческом музее.
А вот история с продолжением, которая случилась . в городе Иркутске
Когда мы там жили, в 2006 году, в центре, на ул. Ленина, 54, обнаружилось необычное заведение: «Дом дружбы с народами зарубежных стран».
Я подумал: хорошая тема! Как раз мне нужно найти помещение, где выступить перед народом. Они, конечно, будут рады: ведь вряд ли у них кто-нибудь имеет живой опыт дружбы с народами зарубежных стран.
Пришёл туда. Меня приняла зам. директора. Я принёс и показал книжки и фотографии, объяснил: вот как раз можно провести мероприятие, как раз по вашей тематике, у вас же «Дом дружбы с народами зарубежных стран»! Расскажу про страны, как дружить с народами и т.п., причём для вас – никаких расходов.
Но Дом дружбы оказался подставным! Зам. директора занудно объяснила мне, что название это старое, осталось с советских времён, а вообще это муниципальное заведение, устраивает лишь мероприятия под эгидой администрации города, и дружат они не с народами, а с чиновниками своей же Иркутской области, соседней Усть-Орды и других мест. Залы их большей частью простаивают, и лишь изредка там проводят свои встречи бюрократы из областной администрации.
Я всё же предложил начальнице подумать, оставил на посмотр несколько книг и вернулся через пару дней. Но ответ был такой же. Книжки ей понравились, но развивать свою же деятельность, указанную на вывеске, чиновники не захотели. И ни с какими народами они не дружат, кроме китайцев, чья распродажа ненужных вещей проходила в это время в фойе. Вот тебе и дом дружбы народов!..
Спустя четырнадцать лет эта история получила такое продолжение. Некий Антон Воронин написал у себя следующее:
Дальше следовала цитата из книги, приведённая выше.
И он прислал мне фотографии моих книг, которые я вручил тогда и сохранились у него спустя столько лет.
В марте 2021 года А. Воронин пришёл на мою лекцию в Иркутске, в Молчановской библиотеке, и приобрёл книгу «Дом Для Всех», в которой описывалось, в том числе, и моё посещение «Дома дружбы чиновников». Нужно сказать, что ни одной моей лекции в этом доме чиновников так и не произошло, а теперь на этом месте, судя по Интернету, «Ресурсный центр по поддержке некоммерческих организаций». Что, может зайти, может они и Академию вольных путешествий захотят поддержать? Нет уж, не буду.
«Антон Кротов известен мне с 2006 года. Но руку я ему пожал впервые летом прошлого года в Улан-Удэ. Антон Кротов открыл мир реальных путешествий для многих людей и для еще большего числа, включающего и меня, открыл мир книжных путешествий и мудрости их пригодной частично и в месте постоянного проживания. В 2006-ом мама вернулась с работы и выдала мне книжицу „Практика вольных путешествий“. И еще одну, насколько помню. Сказала, что был путешественник, хотел провести мероприятие, но у нас все расписано и нельзя. Мама тогда не знала кто это был. „Мама, ты знаешь, КТО это был?“ – чуть позже скажу я, тут же забравшись в Интернет. И проглочу все книги Антона, что найду в Инете в ближайшие несколько месяцев. А мама сама войдет в книгу. Вот она».
«Антон, доброе время! – написал он. – Я сын той самой замдиректора в Доме дружбы народов в г. Иркутск. Ваши книги тогда попали ко мне. И с тех пор я прочитал, а многие и перечитал все книги по автостопу, что нашел в сети. Прежде всего Ваши и Владимира Динца. Многого мир от моего интереса к книгам не приобрел, но все же многим я рассказал о вашей особой жизни. Благодарю Вас за Ваши истории!
А вот и книжки, подаренные занудной тётке из «Дома Дружбы с чиновниками» в г. Иркутск. Были тут же проглочены мною, как «тётка» принесла их домой!»
…Среди всех городов, помимо Москвы, самая многолюдная встреча была в феврале 2004 года . Стараниями Андрея Сапунова на мою автостопную лекцию в этом городе собралось 350 человек! в Киеве
В 270-местном зале Школы джазового и эстрадного искусств было не протолкнуться, люди сидели на всех стульях и стояли вдоль стен. В гардероб была очередь через всё фойе на улицу – длинный хвост, как в Мавзолей; по окончанию лекции толпы людей бросились сметать книги – а книги помогал продавать мой юный товарищ Антон Верникин, и его едва не сплющили страждущие толпы, даже стол опрокинули толпою, а какие-то люди побежали на сцену за автографами ко мне и проломили в ней отверстие.
Верникина, как весьма грузоподъёмного парня, я взял с собой в Киев по такому случаю. Литературы ушло очень много, но в суете и толпе часть выручки была куда-то утрачена. Какая именно часть, установить невозможно, потому что я обычно заранее не считаю количество книг и общую их стоимость; проводить перед каждой лекцией подсчёты и после каждой лекции считать вновь – это специальный бухгалтер нужен, или же будет не путешествие и не лекционный тур, а одно считание. Особенно сложно оно тем, что книг много разных наименований.
Когда имеется один тип книги, подсчёт провести проще. На этой встрече, под общий настрой, Андрей Сапунов продал 44 экземпляра своей книги-путеводителя «Украина для вольного путешественника», а сайт его автостопного клуба достиг рекордной посещаемости в дни встречи.
Нужно сказать, что это было ещё до появления Контакта и Телеграмма, и почти вся реклама была бумажной. Для создания такого эффекта на улицах и в ВУЗах города Киева было развешено 600 объявлений формата А4, и ещё 900 мелких афишек мы с Андреем наклеили прямо в метро. В Украине всегда было больше свободы и вседозволенности: клей что хочешь, торгуй чем хочешь и где хочешь… Я специально приехал за пару дней до мероприятия, чтобы успеть поучаствовать в расклейке.
А вот реклама на радио не повышает явку практически никак. Несколько раз на местных радиоканалах повторяли информацию о том, что будет моя лекция, но радио слушает столь небольшая и специфическая категория людей, что потом с него приходящих – ноль (я просил поднять руки, кто пришёл по объявлениям с радио, с газеты). Объявления в рекламных и новостных газетах данного региона, которые иногда организаторы подсовывают по знакомству – они повышают явку на пару-тройку человек.
Бывает, что активная реклама в СМИ привлекает только тех, кого она не должна привлечь. Например, однажды моё выступление в тамбовской мечети так активно рекламировалось где попало, что даже местная полиция предложила выставить оцепление с собаками, чтобы в толпу кто-нибудь мину не пронёс! По счастью, от этой услуги удалось отбояриться, ну и вообще, несмотря на активную рекламную кампанию, прирост посетителей (сверх обычных посетителей мечети в пятницу) был несущественный.
В Киеве ещё один раз было собрано, опять же, более трёхсот человек, а в Ижевске рекорд – более 250.
В Новосибирске, бывало, больше 180 человек собиралось. Город это весьма живой. Активность там проявляет Лиза Кузьмина, она создала множество моих лекций на разных площадках (в самом городе и в Академгородке) в протяжении многих лет. Кстати, она устраивает не только мои выступления, но и прочие лекции о путешествиях других хороших рассказчиков, у неё есть группа Вконтакте – – с новосибирскими анонсами. https://vk.com/nsklekcii
В Казани максимальная достигнутая численность слушателей – 250 человек.
На фото: многолюдная встреча в Казани, я с микрофоном (редкий случай; в 99% случаев я выступаю без микрофона)
Ещё больше людей собирается и слушает мою лекцию (а также и других докладчиков) на Лесном Трезвом Сходе АВП. Бывают и случаи выступления перед большим количеством людей, но это скорее случайность, потому что эти люди собрались тогда уже не ради моей лекции, а по какой-то другой причине. Выступление перед тысячью таджиков на стадионе (2006 год – вечер дружбы Иркутской области и Республики Таджикистан); выступления на разных фестивалях в регионах бывают иногда и перед большими массами. Но для моих лекций о путешествиях в городах России, населением до миллиона человек – 100—150 человек обычно максимум. Больше свободных людей, интересующихся темой, трудно найти и собрать в одном городе одновременно.
На фото: перед началом лекции в Ижевске
Москва: рекорды посещаемости
Что же касается больших московских лекций, максимальная (пока) посещаемость составила 800 человек (8 апреля 2004 года в кинотеатре «Улан-Батор»). Тысячеместный зал был почти полон. Для достижения такого результата, за неделю перед мероприятием активисты АВП развесили и раздали 23500 объявлений, листовок и приглашений.
Конечно, организовать такую большую встречу ради одного меня было бы нерационально. Поэтому на встречу были приглашены разные другие интересные путешественники – Валерий Шанин, Григорий Кубатьян, Владимир Лысенко, самоходная бабушка Тамара Александровна Копейко и некоторые другие. Встреча длилась четыре часа с большим получасовым перерывом в середине, чтобы люди успели друг с другом пообщаться, ну и приобрести книги, разумеется.
В ту эпоху залы, которые я находил для лекций в Москве, были, как правило, платные. Платил за аренду в Москве я; деньги компенсировались продажей книг. В граде Киеве я тоже компенсировал Андрею Сапунову небольшие местные расходы на гардеробщицу, скромное пожертвование для хозяев зала и на печать афишек (всё это было дешевле, чем в столице РФ).
Платными порой тогда были и залы в некоторых других крупных городах, но там аренда была символической. Если организатор мне был известен как толковый человек, я мог компенсировать его расходы на зал и на печать объявлений. Иногда они сами брали на себя такие расходы.
А в Москве плата в те годы была немаленькой – около 200 долларов стоило мне помещение этого кинотеатра «Улан-Батор» на один вечер. Это, считайте, средняя месячная зарплата в России в ту эпоху. Ещё немало денег тратилось на объявления. Конечно, приходилось их максимально дешевить. Печатали объявления сразу громадным тиражом на бесплатной обороточной бумаге, которую я заранее собирал со всех своих друзей, работающих в офисах. Во многих офисах остаётся немало бумаги, отпечатанной с одной стороны, её потом выбрасывают; но в начале 2000-х я просил всех приходящих ко мне, кто связан с офисной работой, приносить ненужную бумагу-«оборотки». В итоге печать одного листа А4 обходилась в один цент (тысяча листов = десять долларов).
Не все объявления были форматом А4, было много и А5 и более мелких, даже А6, форматом с «Практику вольных путешествий», которые мы расклеивали в метро. Были и более крупные, А3, для видных мест. Но в любом случае, стоимость объявлений тоже выходила изрядной. А ведь ещё было нужно наварить несколько вёдер крахмального клея, которым я и мои друзья – волонтёры приклеивали объявы к заборам и подъездам города. Ещё немало денег уходило на еду волонтёрам, ведь крахмальный клейстер, хотя и похож по виду и по составу на кисель, но питаться им как-то не приходилось, потому что он был всё же не сладкий. Так что расходы на рекламу были сопоставимы с арендой.
Пару раз меня забирали в милицию за расклейку афишек в московском метро, но потом быстро отпускали. Однажды Катерину Боярову задержали за расклейку моих объявлений в Томске! Оказалось, что это единственный случай, когда Катерина сама попала в милицию. Но оштрафовать её не удалось: полисмены увидели, что прописана она не в Томске, и не стали штраф выписывать. За годы мне и моим друзьям за расклейку ни разу не влупили ни одного штрафа, хотя и готов был (а друзьям компенсировал бы такие расходы, если бы появились они).
Въедливым читателям, наверное, интересно знать, сколько книг продавалось за одну лекцию. По счастью, некоторые данные об этом у меня сохранились. Так, на самой большой встрече в кинотеатре «Улан-Батор» 8.04.2004, было продано 252 книги «Практика вольных путешествий» (по свободной цене, т.е. за любое пожертвование), 41 книга «134 вопроса и ответа», 9 штук первого моего африканского мини-путеводителя «Автостоп в Африке», 23 книги с расписаниями «Всек электрички России», 21 книга «Уроки автостопа» под редакцией Валерия Шанина (также выступавшего на лекции), 29 бестселлеров «Вольная энциклопедия»… Всего 701 изделие, то есть в среднем почти каждый посетитель уходил с печатной продукцией (252 «ПВП» и 449 других изданий). А вот, например, на небольшой лекции в Музее Маяковского 3.12.2012 ушло 85 книг, что тоже почти соответствует вместимости зала.
В Музее Маяковского (он тогда находился у метро «Лубянка») я выступал в 2002—2004 годах целых пять раз; за уютный зал я платил небольшую сумму, благодаря тому, что среди сотрудников у меня были связи: меня очень любил пожилой экскурсовод по имени Адольф Аксёнкин, а другой полезный человек, Саша Жильцов, держал в фойе книжную лавку, где продавались, в том числе, и мои изделия. Нужно сказать о Саше ещё следующее: его книжная лавка называется «Русская деревня»; мы сотрудничаем с ним, с горем пополам, вот уже двадцать лет; лавка до сих пор существует, хотя и перемещается с одного места в другое в Москве; он понемногу продаёт мои книги и другую редкую путешественническую и краеведческую литературу; но выцарапать из него деньги за проданные изделия – особый «квест», всегда весьма трудно реализуемый.
Перед лекцией в Музее Маяковского я тоже нередко расклеивал небольшие объявления в метро, хотя в меньшем количестве, не как на кинотеатры. Повесить на скотч небольшие напоминалки про лекцию – было несложно, заранее подготовив их. Вешал я над дверями. В восьмивагонном поезде 64 двери, на поезд уходит 64 небольших рекламки, и за восемь остановок можно легко проклеить один состав, а потом выйти и подождать один поезд – сесть и начать клеить в следующем. Одна поездка в центр и обратно – глядишь, несколько сотен рекламок уже прицеплено, значит на встрече гарантированно будут не только старые друзья, но и появятся новые. По Интернету приходило людей меньше – не у всех был Интернет, далеко не все заходили в группу «АВП» в Гостевую книгу, где тоже висел анонс, а Контакта тогда не было. Мы пробовали и просто раздавать бумажки выходящим из метро, приятным на вид гражданам, но КПД такой деятельности оказался небольшим, и я после нескольких экспериментов отказался от такого малоэффективного труда.
в ту, доинтернетную эпоху. Интернет уже был, но не такой массовый, и большинство людей приходило именно по бумажным объявлениям. Удивительное дело, но даже такие большие расходы на объявления и на аренду зала, при бесплатном посещении, отбивались последующей продажей литературы на лекции. Страна была более читающей, чем сегодня, а публика с удовольствием сходилась, чтобы послушать что-нибудь новое живьём, а не в Интернете. Так что немало было хлопот
На свои лекции я иногда приглашаю второго содокладчика, который (или которая) вставит, ближе к концу, своё небольшое словечко. Через это, посетители лекции поймут, что путешествовать может не только Антон Кротов, но и другие люди. Хорошо, если второй человек чем-то отличается. Он может оказаться женщиной (в ролях такой второй докладчицы бывали Татьяна Яшникова, Татьяна Мазепина, Екатерина Боярова, Лиза Кузьмина, Анастасия Железнова или прочие), может оказаться моим попутчиком по какому-то путешествию (Илья Алигожин, Дима Кондратьев, Сергей Браславский (Книжник), Алексей Кулешов, Демид Манышев).
Вторым содокладчиком мог оказаться местный мудрец, известный опытный путешественник (Антон Дряничкин, Валерий Шанин, Григорий Кубатьян, Игорь Лысенков) или, нередко, просто сам местный организатор лекции.
Бывало и несколько содокладчиков. А на большую лекцию в кинотеатр «Улан-Батор» напросился выступить какой-то артист, который проводил представление – играл на бокалах. Брал чемодан бокалов и издавал из них дивные звуки. Он очень просился выступить, надеясь, что среди посетителей будет его мимолётная возлюбленная. Я не знаю результата, удалось ли ему таким образом привлечь женщину мечты или нет, но путешественники и интересующиеся были сильно удивлены таким необычным музыкальным завершением встречи. Обычно всё-таки без музыки!
Чтобы привлечь людей к самим практическим путешествиям, на встречах я вывешивал большой ватман или чаще даже несколько ватманских листов, на которых размещались анонсы новых ближайших самоходных походов или массовых поездочек. Указывалось место сбора и маршрут похода. Нередко после лекции в походиках участвовало немало новых людей, порой и пара десятков, некоторые из которых потом вливались в тусовку путешественников. Также приглашали мы на фестивали, Эльбы или другие мероприятия, где был палаточный лагерь автостопщиков; на следующие лекции или ко мне домой.
А вот пример очередного анонса (апрель 2007 года). Я взял сохранившийся файл у себя на компьютере. Даты и места не были проставлены – этим должна была заняться, как раз, Татьяна Мазепина из Брянска, моя энергичная попутчица в некоторых поездках тех далёких времён, она же и договаривалась о месте проведения встречи.