За бродячим подсолнухом. Сказочная повесть

Осеннее украшение

С чего же началось это удивительное путешествие? Наверное, со скамейки в парке Дружбы. Вернее, с кленовой веточки, которую Кю подобрала там. Правда, потом веточка говорила, что скорее это ОНА подобрала Кю. Мол, девочка ей приглянулась, так почему бы не приземлиться рядом? Вдруг она окажется достаточно сообразительной и поймёт, что встретила необычную ветку. А там, глядишь…

Но веточка разговорилась вовсе не сразу. Да и Кю в этот осенний день сидела на скамейке в задумчивости. Она думала сразу обо всём. О школе, из-за которой не остаётся времени на интересную жизнь, о детском клубе верховой езды, где она два дня назад впервые удостоилась права самостоятельно почистить лошадь, о своём брате, с которым не стоило бы ссориться так часто, как это случалось, и о различных других вещах, которые влетали в голову и вылетали из неё, как им хотелось.

В то мгновение, когда она из задумчивости уже вышла, но со скамейки ещё не вскочила (поверьте, что это было очень короткое мгновение), Кю и увидела возле себя кленовую веточку.

Веточка была необычайно нарядной. Её листья были разных цветов и оттенков. Ни один из них ещё не опал. Они держались так крепко, как будто был разгар лета, а вовсе не осени. Но выглядели совершенно по-осеннему: ярко и разноцветно.

– Какой у вас прекрасный наряд! – воскликнула Кю с достоинством юной принцессы, пользуясь тем, что никого не было рядом. – Не позволите ли вы, дорогая веточка, пригласить вас в гости? Вы можете стать настоящим украшением дома.

(«Тут-то я и поняла, – рассказывала позже веточка, – что встретила достаточно необычную девочку. И решила принять предложение». – «Ответив мне скромным молчанием, да?» – посмеивалась Кю. – «Разумеется! Ведь молчание – знак согласия, не правда ли?» – соглашалась веточка, которая к тому времени стала гораздо общительнее.)

Так или иначе, Кю принесла свою гостью домой. Она поставила её в самую большую вазу, которую смогла отыскать. И на всякий случай налила туда воды.

(«Кстати, очень правильно сделала, – отмечала позже кленовая веточка, когда они вспоминали, с чего началось их необычное путешествие. Во мне уже всё пересохло». )

И веточка принялась украшать собой квартиру.

Знакомство со старым знакомым

Айну кленовая ветка тоже понравилась.

– Да, ничего… – сказал он.

Кю знала, что это самая высокая похвала, какую можно дождаться от старшего брата. Она порозовела от удовольствия и сама снова залюбовалась веткой.

– Ты погляди, какие у неё листья, – задумчиво проговорила она. – Такие узорчатые. Словно на каждом что-то нарисовано… Или нет, написано!.. Точно-точно, там какие-то письмена. Только разобрать трудно. Айн, ты не умеешь читать по-кленовому?

– Да где уж мне, – усмехнулся Айн. – Я за твоими выдумками не успеваю.

– Ну вот, сразу выдумки! А вдруг вправду написано?..

– Эх, Кю, скажу тебе горькую правду жизни. Ничего там не нарисовано, ничего не написано…

Айн явно хотел сказать что-то ещё на эту тему, но вдруг из угла комнаты раздалось деликатное покашливание.

Брат и сестра изумлённо поглядели друг на друга. Кто же это может быть, если родители должны вернуться только вечером? Потом поглядели туда, откуда донеслось покашливание, и увидели…

Оба прекрасно знали, кто этот очень невысокий бородатый человечек в колпаке и в остроносых башмаках, который вышел к ним из угла. Хотя вот так, лично, им ещё не приходилось знакомиться с гномом.

Подарок от украшения

– Гном Ном, – представился человечек, всплеснув руками. Этот жест означал по-видимому: да, я гном, сами видите, и с этим ничего не поделаешь.

Айн и Кю тоже назвали свои имена, хотя им так и не верилось, что они разговаривают с настоящим гномом.

– Вот вы говорите, что на листьях ничего не нарисовано, ничего не написано, – и в этом правда жизни. Но дело в том, – сказал Ном, снова смущённо покашляв (видно было, что ему неловко объяснять очевидные вещи), что на листьях иногда БЫВАЕТ нарисовано. А иногда БЫВАЕТ и написано. Сейчас вы в этом убедитесь. Да, Клёночка?

Гном повернулся к кленовой ветке и кивнул ей. Та зашелестела листьями, будто в комнате подул ветер, и вдруг на самом верхнем кончике ветки стала набухать большая почка, которая на глазах у ребят раскрылась. Из неё появился зелёный листочек. Сначала это был съёженный комочек, который потом стал расправляться и расширяться… И вот он уже большой-большой, из светло-зелёного стал тёмно-зелёным, потом на глазах пожелтел – и слетел прямо в руки Кю.

При этом раздался шелестящий голосок самой кленовой ветки:

– Позвольте представить вам гнома Нома.

Айн непонимающе пожал плечами: ведь гном только что представился сам. Но Кю вгляделась в кленовый лист и прямо подпрыгнула от восторга:

– Написано! Написано! Про гнома Нома!.. Слушай, Айн!

И начала читать сказку про Лесное Искусство.

Лесное Искусство

Жил-был в лесу гном. Звали его Ном. Он очень любил рисовать.

Бумаги у него не было ни листочка. Зато других листочков – лесных – было множество. Дубовые, кленовые, липовые и берёзовые, всех не перечесть. Даже земляничные листья и листы папоротника.

Вот гном Ном и рисовал на лесных листочках, листьях и листах. Осторожно снимет лист с дерева, нарисует картинку – и тут же искусно вешает лист обратно. Чтобы дальше рос. Как он это делал? А вот умел. Гномы много чего умеют. Это было его Лесное Искусство.

Когда в лес приходили люди, гном Ном скрывался. Он не прятался, потому что прячутся те, кто боится или играет в прятки. А он торжественно скрывался. Зачем? Да просто не хотел, чтобы кто-нибудь смеялся над его малым ростом. Скроется в траве, в дупле или в листве, никому его не увидеть, а он всех видит и слышит.

Самым важным событием для рисовального гнома Нома было, если его рисунок замечали. Увидят на дереве лист необычный, удивятся:

– Вот это лист! Глядите, какая красотища! Словно специально кто-то его разрисовал!..

Гному Ному было очень приятно, хотя и обидно немножко. Заметили его рисунок, восхитились. Это приятно. А кто нарисовал – не догадываются. Это обидно.

В то же время не хотел гном Ном людям представляться: вот я, мол, автор. Очень уж он маленького роста был.

Но однажды увидел гном Ном на опушке девочку. Она собирала букет кленовых листьев. Да не просто собирала, а выискивала только листья с рисунками гнома Нома. К тому же девочка оказалась ровно такого же роста, как и сам гном Ном.

Вот он и решил: была не была! Покажусь-ка я этой замечательной девочке. Неизвестно, как он понял, что она замечательная. Но не ошибся.

– Привет! – сказал гном Ном.

– Привет! – сказала девочка. – Меня зовут Ксюша.

– А меня зовут Ном, – сказал гном.

– Это ты так чудесно листья разрисовал? – спросила девочка.

Гном Ном чуть не сел на землю от удивления. Но не сел. Гномы сами по себе удивительные существа, поэтому они стараются не удивляться.

– Конечно я, – ответил гном Ном. – Даже странно, что ты спрашиваешь. Неужели это и так не понятно?

– Понятно, – сказала девочка Ксюша.

Разговор совсем, было, остановился, но Ксюша добавила:

– Здорово у тебя получается!..

Тут гном Ном сразу забыл про свою важность. Ведь с человеком, который понимает, – всё по-другому.

Долго он рассказывал девочке Ксюше о своей лесной жизни и о своём Лесном Искусстве. А потом подарил ей лучшие свои листы. Не поленился слазить за ними на самые верхушки трёх больших клёнов.

И сказал:

– Приходи ещё.

Дома девочка Ксюша аккуратно высушила разрисованные листья и поставила их в вазу.

Когда к ним домой приходили гости, они говорили:

– Ах, какие красивые листья! Как будто кто-то специально разрисовал.

И девочка Ксюша начинала рассказывать про гнома-рисовальщика и про его Лесное Искусство.

Взрослые кивали и восхищались, а потом, прощаясь в прихожей с мамой и папой, шептали им на ухо:

– Как замечательно ваша дочка придумывает сказки.

В это время гном Ном в своём лесу вздрагивал и морщился. Он не хотел быть придуманным. Но вспомнив замечательную девочку Ксюшу, он успокаивался и мечтал о том, как они снова встретятся и от души поговорят друг с другом про Лесное Искусство.

Ровесники гнома

Не очень понятно было, как вся эта сказка разместилась на кленовом листе, путь даже и довольно широком. Но это было так. Даже не понадобилось переворачивать его на другую сторону.

Так это всё выдумка – или на самом деле?.. Дети поглядели на гнома. Он был явно не придуманным. Кто бы мог придумать такую бороду, состоящую из чёрных, рыжих, белых и зелёных волосков, такой бордовый румянец на щеках, такие брови, похожие на два лохматых полумесяца!..

Заметив, что Айн и Кю обменялись вопросительными взглядами, Ном понимающе вздохнул:

– Но ведь я ВПРАВДУ с вами разговариваю. Я не привидение.

Он похлопал по плечу Айна и пожал руку Кю. Рука у него была тёплая и какая-то очень дружелюбная, так что Айн и Кю заулыбались и в один голос уверенно произнесли:

– Нет, не привидение.

– Я первая сказала! – топнула ногой Кю.

Ном засмеялся.

– У меня есть брат-близнец, его зовут Мом, и мы с ним тоже часто говорим одно и то же. А потом в один голос кричим: «Это я первый сказал!» Да-да. И так уже сто с лишним лет.

– Сто? – переспросил Айн. – Но вы же такой молодой!

– Конечно, молодой, – кивнул Ном. – Сто лет для нас – это… Ну, как десять человеческих лет (он поглядел на Кю) … Или как двенадцать (он перевёл взгляд на Айна) … Так что мы вполне можем быть на «ты». Согласны?

– Согласны, – разом ответили ребята.

После чего Айн благородно добавил:

– Ты, Кю, первая сказала.

Просьба попутешествовать

– Да, сказочное время тоже течёт и течёт, – вздохнул гном. – Сколько лет уже прошло, как я с этой девочкой познакомился… Зато теперь, благодаря сказке, и вы уже немного со мной знакомы. В этом смысле сказки полезная вещь. Сам-то я больше люблю картины, но когда Клёночку стал учить Лесному Искусству, она вот сказки научилась выращивать. Впрочем, я не против. Это тоже Лесное Искусство, тоже замечательное дело. Она ещё и про себя сказку для вас вырастит. Так что с ней не заскучаете. Я об этом и пришёл с вами поговорить.

– Давай, говори! – разрешил Айн, лихо решив тут же испытать обращение на «ты» к такому взрослому ровеснику.

Гном махнул рукой, как бы подтверждая: конечно, мы на «ты», всё нормально. И продолжал:

– Уж очень она молоденькая, Клёночка, а в такое путешествие собралась! Вот ведь дался ей этот бродячий подсолнух.

– Так интересно же, Ном! – оживлённо зашелестела веточка.

– Интересно, интересно, не буду спорить. Хотя сам бы я ни за какие коврижки из своего леса не вышел бы. Просто хотел последить, как у тебя путешествие пойдёт. А когда увидел, что тебя в дом несут, решил пойти объяснить всё поподробнее. И вот теперь гляжу: нашенские ребята. Не каждому ведь дано гномов видеть, с веточками разговаривать и в Лесное Искусство верить. Так что, дорогие мои ровесники, хочу предложить вам попутешествовать вместе с Клёночкой.

– Куда это попутешествовать? – озадаченно спросил Айн.

Кю на этот раз промолчала, потому что была озадачена ещё больше.

– Куда?.. – Ном неопределённо всплеснул руками. – Заранее неизвестно. Так, от сказки к сказке… Да. Пока не нападёте на след бродячего подсолнуха. Впрочем, как вы можете догадаться, в первой сказке вы уже оказались.

Он скромно поклонился и расшаркался.

Вопросы и пожелания

– Как это – в сказке, если мы у себя дома? – спросила Кю, пытаясь выбраться из своей озадаченности. И стала расхаживать по комнате, присматриваясь к каждому предмету.

– Ещё у себя дома, но уже в сказке, – твёрдо ответил гном. – Так, между прочим, бывает всякий раз, когда читаешь интересную книгу. Да. Просто сейчас сказка как бы сама собой читается.

– А мы можем выйти из неё обратно, в обычную жизнь? – поинтересовался Айн.

– Конечно. Закрыть глаза, зажать уши и десять раз повторить себе: «В чудеса не верю, ни о чём таком знать не хочу, буду жить обычной жизнью». Только перед этим скажите мне «Прощай!», потому что больше не увидимся.

– И со мной не забудьте попрощаться, – грустно прошелестела Клёночка.

– Но ведь путешествие – это надолго, – размышляла вслух Кю. – А как же школа? А родители?

– Сказочное время – дело особое, – успокоил её Ном. – Во всяком случае, ОБЫЧНОЕ время от него никак не зависит. Вернётесь туда, откуда отправились. Да. Секунда в секунду. Кю вскочит со скамейки в парке; Айн захлопнет книгу, которую читал сегодня и как раз в тот момент дочитал.

– Точно, – сказал Айн. – Сегодня как раз закончил «Волшебный возок».

– Вот! Разве ты не хотел бы оказаться на месте Вагика, в волшебном путешествии?

– Хотел бы, конечно. Только…

– Что «только»? – Ном поглядел на инвалидную коляску, в которой сидел Айн. – Можешь, если хочешь, в автомобиле ехать. С ручным управлением.

– Здорово! В каком? – оживился Айн.

– В каком захочешь. Какой нафантазируешь, в таком и езжай.

– А я хотела бы на лошади… – мечтательно пропела Кю.

– Ну и отлично. Езжай на лошади.

– Значит, не будем прощаться? – повеселела Клёночка. – Тогда вот вам сказка про меня.

На ней стала набухать и раскрываться новая почка, и скоро Айн держал в руках новый листок со сказкой. Он и принялся читать её вслух.

Кленовая веточка1

Выросла как-то на большом красивом клёне особая веточка. С виду она была такой же, как и другие. Отличалась только своими мечтами.

Другие ветки мечтали стать крепкими, могучими, пышными. Чтобы листья уродились один другого краше, чтобы семена были покрупнее.

А эта веточка мечтала улететь куда-нибудь вдаль, везде побывать, всё повидать… Ах, тот, кто сам о таком мечтал, знает, о чём речь.

Однажды подул сильный-сильный ветер. Клён велел всем своим веткам прижать листики, чтобы их не оборвало. А наша особая веточка, наоборот, листья расправила, ветру подставила – ветер её и обломал.

Обломал ветер кленовую веточку – и взлетела она в самое небо. Рада-радёшенька, что её мечта сбылась. Летит, листьями машет.

Смотрит – рядом летит птица незнакомой породы.

– Здорово летаешь! – говорит веточка. – Я вот тоже тут решила полетать, мир посмотреть.

– Ох, веточка, – говорит птица неизвестной породы. – Боюсь, не слишком долго тебе летать придётся.

– Подумаешь, – фыркнула веточка. – Сколько захочу, столько и буду летать. У меня листья, небось, не хуже твоих крыльев. Причём у тебя только два крыла, а у меня листьев много.

Только сказала так, а ветер стих. Как ни трепыхала веточка листьями, но всё-таки упала вниз, на кучу сена.

Извернулась перед самым падением – и воткнулась черенком в сено: словно маленький клён растёт.

Смотрит – рядом с кучей сена дубок зеленеет.

– Привет, дубок, – говорит веточка, – Растёшь? Я вот летала-летала, а теперь решила тоже тут порасти, к вашим местам присмотреться. Потом снова летать отправлюсь.

– Эх, веточка, – говорит дубок. – Вряд ли так у тебя получится. Растущие существа – это одно, летающие – совсем другое. У одних мастерство жизни в корнях, у других в крыльях. Есть ещё, правда, нерастущие и нелетающие, но о них и говорить нечего.

– Подумаешь, – фыркнула веточка. – Я вот и летающая и растущая, а обхожусь без крыльев и без корней. Просто тебе ещё такие не попадались.

– Ну а если у тебя ни крыльев, ни корней, в чём же твоё мастерство жизни? – допытывался дубок.

– Терпеть не могу заумных разговоров! – объявила веточка в ответ.

И дубок замолчал.

На следующий день веточка обнаружила, что у неё вянут листья. Но никак она не хотела, чтобы это заметил дубок. А то он непременно сказал бы, что ей не хватает мастерства жизни.

Тут снова задул сильный ветер. Дёрнулась веточка, выскочила из сена – и снова пустилась в полёт. Но листья у неё уже были вялые, и ветер поотрывал их один за другим.

Упала веточка на землю, на пыльную дорогу. Лежит и думает: «Наверное, зря я от своего клёна улетела. У него корни были, а в них – мастерство жизни».

К счастью, проходили по дороге папа с дочкой. Дочка подняла веточку и говорит:

– Давай возьмём её домой и в воду поставим.

– Такую сухую и грязную? – удивился папа. – Давай лучше свежую сломаем.

– Что ты, папа! Свежие ветки ведь и так растут. А эту мы спасти можем.

– Раз так, давай, – согласился папа.

Взяли они веточку, поставили в воду. Старалась веточка, старалась проявить мастерство жизни – и надо же, удалось ей корешки выпустить.

Обрадовалась девочка, позвала папу, и они посадили веточку в землю около дома. Прошло время, и вырос из веточки чудесный клён.

Когда начинался большой ветер, клён всегда велел своим веткам прижимать листики, чтобы ни одну из них не обломало.

Но была на этом клёне одна особая веточка. С виду такая же, как другие. Отличалась она от них только своими мечтами. Мечтала улететь куда-нибудь вдаль, везде побывать, всё повидать.

Знал, знал клён про её мечты. Поэтому и не удивился, только вздохнул, когда однажды, во время сильного ветра, особая веточка подставила ветру свои листья, отломилась – и взлетела в самое небо.

О чём не знал Клён

– Вообще-то здесь обо мне только в самом конце, – пояснила Клёночка. – Но зато о моём Клёне очень подробно рассказано. Про меня-то ещё и рассказывать нечего.

– Как это нечего? – откликнулся гном Ном. – А самое главное? О бродячем подсолнухе!

– Да, о бродячем подсолнухе в сказке почему-то ничего нет. Может, потому что мой Клён на него и внимания никакого не обратил.

– А разве сказку Клён сочинял? – заинтересовался Айн.

– Не знаю, – честно призналась веточка.

– Я знаю! – объявила Кю. – Сказку сочинил какой-нибудь сказочник, это понятно. Но не может ведь хороший сказочник просто из головы сказки вытягивать. Ведь это было бы скучно: вытянутые из головы сказки читать. Значит, он от Клёна его историю услышал – и записал. На что Клён внимания не обратил, того сказочник в сказку и не вставил. Придётся тебе, Клё, самой досказывать. Или ещё листик вырастишь?

– Нет, я могу выращивать только те сказки, которые сами ко мне приходят. Это меня Ном научил.

– Только не совсем тому научил, о чём думал, – гном всплеснул руками так, словно до сих пор удивлялся неожиданному результату. – Да!.. Хотел научить выращивать листки с картинками, а у неё сказки получаются.

Веточка вздохнула:

– Прости, Ном. Сама не знаю, почему так выходит. Но ведь это всё-таки тоже Лесное Искусство?

Гном важно кивнул: ну ещё бы! конечно!

– Так что спасибо тебе большое. Я так рада выращивать сказки. Но специально сочинять не умею, я же не сказочница. Зато могу просто досказать, как со мной дело было.

Айн подкатил на коляске поближе к столу. Кю забралась с ногами в кресло. И Клёночка начала рассказывать своим шелестящим голоском то ли окончание выращенной сказки, то ли её продолжение, то ли начало совсем новой истории.

Подсолнух-путешественник

– Дело в том, что незадолго до моёго расставания с Клёном неподалёку от нас остановился необычный путешественник. Вернее, необычный подсолнух. Подсолнух-путешественник. Тогда я ещё не умела выращивать сказки, так что историю его жизни узнать не получилось. Зато он сам много чего рассказывал – и о том, почему отправился путешествовать, и о том, что успел повидать…

Тут Айна осенило:

– Так ты ведь можешь СЕЙЧАС вырастить сказку о нём, и мы всё подробно узнаем!

– Нет, так не получится. Мне нужно, чтобы кто-нибудь из сказки рядом был.

– Обожди, Айн, не перебивай, – вмешалась Кю. – Пусть Клё сама рассказывает. Так почему вдруг подсолнух стал бродячим?

– У него был такой особый сон. Про какие-то вещи. Он как-то особенно это слово произносил: ВЕЩИ!.. Ему приснился ангел и велел что-то такое важное искать. Он и сам-то не очень понял, что же искать надо, и мне так странно объяснял, что я и не поняла.

Вдруг Айн начал тихонько смеяться.

Кю возмутилась:

– Ты опять мешаешь?

– Ой, Клё, прости, пожалуйста, – Айн пытался унять смех, но у него не очень получалось. – Я, кажется, знаю, про какие ВЕЩИ подсолнух говорил.

– Про какие? – нетерпеливо воскликнули все остальные.

– Ни про какие. Он просто сказал, что сон у него был ВЕЩИЙ. То есть о том, что должно случиться.

– А, ну теперь я понимаю… – прошелестела Клёночка.

– Но ты всё равно досказывай, – попросила Кю. – Ужасно интересно.

– Да я уже почти закончила. Подсолнух так увлекательно о своих приключениях говорил. У меня повторить не получится. Помню только, что он в разных странах побывал: и сокровищницу индийского раджи видел, его даже заперли в ней, он еле выбрался, и у какого-то учёного в гостях был, и с каким-то злым чертополохом познакомился, который чуть его не погубил… И так это всё от нашей стоячей жизни отличалось, что я себе просто места не находила, когда он ушёл. Вот. Отломалась и улетела. Решила, что догоню подсолнуха и попрошусь к нему в спутники. Но ветер меня так закрутил, что я и подсолнуха нигде не увидела, хотя сверху смотрела, и даже направление – куда он ушёл – потеряла. Хорошо, что в лес упала, где Ном живёт. Он Лесному Искусству меня научил. Но я всё равно ужасно хочу подсолнуха найти и с ним путешествовать. Только самой искать трудно. У меня даже корешки ещё не отросли. А у подсолнуха корни уже натренированы на хождение, не угонишься. И с ветром не всегда договоришься. До парка меня донёс – и нет его. Ведь Ном мне сказал…

– Ном сказал: надо найти тебе спутников, – подхватил гном. – И кажется, они нашлись. А?..

– Нашлись! – сказали Айн и Кю.

Человеческое Искусство Жизни

Никто не запомнил, как они все оказались внизу, у подъезда. Для Айна это всегда было непростым делом – из-за лесенки от лифта к выходу. Почему-то строители не подумали, что кому-то, может быть, придётся передвигаться по ней в коляске. Но сейчас всё произошло незаметно, само собой. Всё-таки сказочная жизнь отличается от обычной.

Отличался от обычного и окружающий вид. На месте вечно разрытых траншей с протекающими трубами раскинулись великолепные цветники. Соседние дома стояли теперь где-то поодаль, а магазинчиков со снующими из двери в дверь покупателями не было вообще. Видно, в сказочном мире существуют другие способы обеспечения товарами.