Папа, не бей! Как физические наказания заставили меня полюбить боль

Давай я немного добавлю контекста про лёгкое насилие, тут у меня будет две зарисовки. Начнём с первой. Напомню, интернета тогда не было. Мне было лет десять, и мы часто ездили к друзьям родителей за город. Это были их лучшие друзья, и на тот момент они общались уже лет семь. В той семье было двое детей: сын старше меня на шесть лет и дочь ещё старше. Иногда мы семьями уезжали к чьим-то сёстрам, и количество детей возрастало в разы. Мальчиков в возрасте приблизительно 15-ти лет становилось трое, и всё, что их интересовало, было для меня за гранью понимания.

Один раз все взрослые куда-то уехали, и мы остались только «детьми». Мне не нравилось, что пацаны хотят посмотреть, что у меня под штанами и под футболкой, но кричать в большом деревенском доме было бесполезно. Я отбивалась. Убегала в другую комнату, но бежать по факту было некуда. Удалось ли им что-то рассмотреть или нет, моя психика, к счастью, не помнит. Единственное решение, которое я тогда нашла, это убежать из дома. На улице была зима, я едва успела влезть в ботинки и не успела надеть куртку. Сначала в огород. Свернувшись калачиком вокруг ствола единственной ёлки, я была быстро обнаружена. Потом через забор и просто по улице. Я бежала по незнакомой мне деревне, и мне было всё равно куда. Меня догоняли и бросали в меня снежки. Я ревела от беспомощности и непонимания, как весь этот кошмар можно закончить. Тут из-за крутого поворота в горку показалась машина родителей, ещё одна с их друзьями, и в общем-то вот оно, спасение. Но чуть раньше, чем я успела сказать, что мальчишки меня обижают, я получила замечание на повышенных тонах за то, что выперлась на улицу без куртки. Зима на дворе, чем я думала?!

«Мам, пап, я не виновата, они меня обижали!»

«Как? Снежком в тебя попали? Так ты наверняка первая полезла, мы-то тебя знаем!»

И я просто стала реветь ещё сильнее и надрывнее.

Комментарий психолога. В этой ситуации автор в очередной раз убедилась в том, что защиты в лице родителей ей не найти. И ещё сильнее реветь она стала именно от бессилия.

Мой первый поцелуй случился с этим же самым сыном друзей родителей. И второй, и третий, и не знаю сколько их было. Но сценарий всегда был один, мы типа боролись. Все же дети между собой дерутся, да? Поэтому на нашу возню в соседней комнате никто не обращал внимания. Мальчик он был крупненький, большого труда завалить меня на пол и зафиксировать, чтобы я практически не дёргалась, ему труда не составляло. И хоть я всегда сопротивлялась, наша разница в весе и в возрасте играла на руку, но не мне. Он пугал, что если я буду кричать, он скажет родителям, мол я сама полезла «драться». А на моё «Я расскажу, что ты меня целуешь в губы» был железный аргумент: «Тебе не поверят». И я знала, что мне НЕ ПОВЕРЯТ, ни один раз уже не верили, так что не стоило и пытаться. Первый раз он целовал меня через пакет, чтобы не попали слюни. Ведь я кусалась и плевалась, будучи крепко зафиксированной и не в силах сделать что-либо ещё. Потом без пакета. Это было не один раз, а практически всегда, когда мы приезжали к ним в гости. Наверное, всё закончилось в тот момент, когда ОН нашёл себе ровесницу и потерял всякий интерес ко мне. А я к тому моменту уже начала испытывать какие-то «чувства» и наоборот ждала каждой поездки в гости. Перед тем как всё закончилось, в последние разы я сопротивлялась его поцелуям больше для виду, так как уже хорошо поняла правила этой «игры».

Комментарий психолога. Давайте пока просто зафиксируем, что первые поцелуи автора были с применением насилия и против её воли.

Слава богу, дальше насильственных поцелуев и облапывания тех мест, где у девочки должна быть грудь, не дошло. А может, уже и была эта самая грудь, но точно не в том виде, чтобы прям гордо называться грудью. Повлияло ли на меня это как-то? Наверное, да, а может, и нет, мне сложно сказать. Я никогда об этом не рассказывала маме, мне было стыдно и страшно. Страшно, что отругает, накажет, скажет, что я сама виновата, расскажет папе. В общем, в моей голове было тысячу вариантов, почему я должна молчать. Хотя, наверное, всё-таки повлияло.

Комментарий психолога. Одна только фраза «Слава богу, дальше насильственных поцелуев… не дошло» ярко иллюстрирует, как автор научилась обесценивать свои личные границы и тело. То, что она сопротивлялась, свидетельствует о наличии на тот момент понимания, как с ней можно, а как нельзя. Ровно до того момента, пока ей не напомнили, что защиты от родителей ей не видать («Тебе не поверят!»).

Был ещё один раз, когда я вернулась к этой теме, но уже абсолютно добровольно. Прошло какое-то время, может год или больше, как ОН перестал обращать на меня прежнее внимание. Мне было 12 лет, ему 18 лет. Мы снова приехали в гости, но в тот раз родители куда-то уехали, а «детей» оставили на ночёвку всех вместе, под присмотром старшей сестры, которой на тот момент был 21 год. Объект моего пристального внимания был на деревенской дискотеке и вернулся часам к двум ночи. Я не спала всё это время, делая вид, что совсем не хочу спать, и просто смотрела телевизор. Его старшая сестра была для меня не указ, поэтому загнать меня в постель она не могла. Тем более был у нас с ней случай, когда я случайно одним ударом под колено сломала ей ногу.

Мне тогда лет семь было. Её тоже оставляли за старшую, и она забирала у нас диванные подушки, чтобы мы ими не дрались. Я свою отдавать не хотела и по обыкновению отмахивалась руками и ногами. То, что я сломала ей ногу, мы узнали среди ночи, когда уже вернулись домой, а её родители заехали к нам после больницы. Меня, к слову, тогда не ругали, да я и не планировала никому ломать ногу, так получилось, мы просто поехали в больницу, чтобы я извинилась. Наверное, имея такой опыт, эта «девочка» даже спустя много лет решила со мной не связываться. Ну смотрю я телевизор, и хрен со мной.

Когда с дискотеки вернулся ОН голодный и уставший, я вызвалась пожарить ему яичницу с сосисками. Удивительно, конечно, что в 12 лет у меня уже было понимание, что мужика надо сначала накормить, а только потом спать укладывать. Да-да, расчёт у меня был именно такой. Ведь родителей в ту ночь с нами не было, и повлиять на ситуацию никто не мог.

Вопреки моим ожиданиям его сестра настояла, чтобы я ложилась спать с ней. Будучи очень недовольной этим решением, я крутилась, пихалась и делала всё, чтобы мне было сказано: «Да спи ты где хочешь». Никто же не предполагал, что именно зрело в моей голове. И вот я в коротеньком бордовом пеньюаре иду в соседнюю комнату спать с объектом своей симпатии. В мои 12-ть и грудь, и попа уже были на месте. А учитывая, что раньше ОН сам проявлял ко мне интерес, я была уверенна, что получу свою порцию крепких объятий и страстных поцелуев. Что там бывает дальше, я ещё была не в курсе, но в процессе наших обнимашек низ живота тяжелел и наполнялся странным, незнакомым чувством. И хоть мозгом я не понимала, на что я провоцирую лежащего со мной в кровати парня, тело подчинялось инстинктам. Ноги раздвигались сами собой, и всё, чего я хотела, чтобы он потрогал меня там. Но какие-то мозги у партнёра по койке всё-таки были, и он снова и снова смыкал мои ноги обратно. На какой-то по счёту раз ему надоело, и он отвернулся спать. А я, пообижавшись, ушла обратно в комнату к его сестре. Как же всё-таки хорошо, что ему хватило тогда ума остановиться…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.