Невеста по обману: расколдовать чудовище
- -
- 100%
- +
– Она нас опозорит, – Кларисса отшвыривает салфетку. – Папа, она не в состоянии запомнить простых вещей!
– Будет учить, пока не запомнит, – жестко произносит лорд Альзирр. – А еще, Кларисса, – он смотрит на меня, – ты должна запомнить, что леди не жрет, как селянка, она ест изящно, медленно и мало.
Ага, особенно если вспомнить, что корсет Клариссы на мне сошелся до конца. Клюет как птичка, да.
– У меня очень быстрый метаболизм, – я беру блюдо с каким-то мясом и накладываю себе добавки, – а еще я спортсменка.
– Кто? – лорд Альзирр сводит брови к переносице. – Звучит крайне неприлично. Что это значит?
– Что мне нужно нормально есть, – я добавляю себе еще гарнир, очень похожий на нашу запеченную картошку. – Иначе у меня не будет сил. Да и платье Клариссы сидит на мне очень свободно.
– Ты сказала, что я толстая? – взвивается Кларисса. – Папочка, она назвала меня толстой! Да я… я… я самая изящная в нашем герцогстве. Во всем королевстве даже!
– Ри, успокойся, – мягко произносит лорд Альзирр, а Марта быстро добавляет на ее тарелку разных вкусностей. – Ты самая красивая, этого никто не может оспорить. Иначе бы тебя не выбрал в невесты сам, – он оборвал себя на полуслове. – Сам он.
– Мне хоть фото жениха покажут? – спрашиваю. – Как я его узнаю?
– Что покажут? – переспрашивает лорд Альзирр. – Я магически вложил в твою голову знание языка, то все равно говоришь непонятные слова.
– Фото. Фотография. Фотокарточка. Портрет, – начинаю перечислять синонимы.
– Портрет есть, – кивает лорд. – Принесут. Конечно, принесут.
– Вот уж не думала, что в двадцать семь попаду в такие приключения, – вздыхаю я.
– Двадцать семь – это что? – теперь вопрос задает Кларисса.
– Лет, – отвечаю. – Мне двадцать семь недавно исполнилось. А что?
– Да ты старая! – Кларисса радостно улыбается. – Двадцать семь – это старость. Мне вот всего девятнадцать. Ты должна нам быть благодарна за возможность выйти замуж. В двадцать семь ты себе приличную партию не сделаешь. Ужас, двадцать семь! – она хватается за сердце.
– Учитывая твой возраст и одежду, в которой ты была, спортсменка – это точно что-то неприличное, – уверенно делает вывод лорд Альзирр. – Впрочем, это не имеет значения. Здесь ты родовитая леди. Марта, подавай чай, мы закончили.
– Двадцать семь, – продолжает закатывать глаза Кларисса.
Я копирую ее жесты: прикладываю тыльную сторону ладони ко лбу, поднимаю глаза к потолку, голову чуть поворачиваю вбок и наклоняю назад.
– Хватит меня дразнить! – злится Кларисса.
– Я вживаюсь в роль, – отвечаю с самой любезной улыбкой, на которую способна.
– Папа, прикажи ей перестать меня передразнивать! – капризничает Кларисса. Опять надувает губы.
– Хватит, Ри, – обрубает ее лорд. – Пусть запоминает. Ей нужно говорить как ты, двигаться как ты.
– Я так ужасно не машу руками, – фыркнув, задирает нос Кларисса. – Какое-то глупое жеманство. Это отвратительно, – она, растопырив пальцы на левой руки, прикрывает ими глаза.
Зря я в театральный кружок не ходила, сейчас бы очень помогло.
– У нас нет времени на споры, – жестко обрубает возмущения Клариссы отец. – С меня герцогские обязанности никто не снимал, все требует моего внимания. Так что заткнулись обе и заканчивайте трапезу. Дальше будет изучение родового древа. Через месяц невеста должна быть в замке и точка! Ты, – он смотрит на дочь, – поедешь лично, если не будешь обучать своего двойника как следует. Или мне прикажешь обучать ее рукоделию и разным вашим женским штучкам?!
– Н-нет, – дрожащим голосом отвечает Кларисса.
– А ты, – лорд Альзирр буквально прожигает меня взглядом, – очень рискуешь вообще быть стертой с полотна мира. Понятно? Ты мне не дочь, и жалеть тебя я не буду. Поэтому, дорогие мои, все это в ваших интересах. Марта! – рявкает так, что служанка подпрыгивает. – Убирай со стола. Леди желают получать знания.
Марта быстро начинает собирать тарелки. Даже доесть не дала. А лорд Альзирр положил на стол огромный атлас. Украшенный золотом, с красивыми иллюстрациями. Картинки казались буквально живыми.
– Это карта королевства Малингар, – он разворачивает листы в огромную карту. – Это, – тычет пальцем в карту, – герцогство Альзирр, где ты сейчас находишься. Через месяц тебе предстоит отправиться в королевский замок, – ведет пальцем по нарисованной дороге через поля, города и реки, – вот сюда. На Север.
– Почему не в столицу? – у меня появились нехорошие подозрения.
– Потому что в это время года молодой король проводит время в замке Северная роза, – отчеканивает лорд Альзирр.
– Король? – переспрашиваю я в шоке. Мне показалось, что я ослышалась. – Кларисса не хочет выйти замуж за короля? А так можно?
– Нельзя, – задирает нос Кларисса. – Королю нельзя отказать. Если ты, конечно, не принцесса. А я не хочу. Поэтому здесь ты. Через годик будешь свободна, если не родишь наследника.
– Что-о?! – новость за новостью, одна страшнее другой.
– Ничего, – улыбается ехидно Кларисса. – Зелье есть. Не залетишь. Ну или вообще придумай, как мужа до тела не допускать. Голова болит или еще что. Придумай, в конце концов.
Закрываю глаза рукой. Приплыли. Я – невеста короля. Короля!
– Так, погодите, – убираю руку, – а что будет, если обман откроется?
– В твоих интересах, чтобы не открылся, – со скучающим видом отвечает лорд Альзирр. – Итак, замок Северная роза.
Он ударяет по изображению замка пальцем, и картинка становится объемной! Появляется миниатюрный замок со всеми башенкам и окнами, даже черепицу разглядеть можно.
– Королевская резиденция, – продолжает лорд Альзирр, – где проводит свое время королевская семья на зимних каникулах в честь смены года. Сейчас там проживает единственный представитель королевской семьи – Теодор Эдмунд Стенкиль, или Его Величество король Теодор Прекрасный.
Кларисса хихикает, но под суровым взглядом отца старается вновь сделать лицо серьезным.
– По древнему обычаю, если молодая жена не беременеет в течение первого года, то последует развод, – рассказывает дальше лорд Альзирр, – ей выплачивается щедрая компенсация.
– А много уже было жен? – спрашиваю я не из праздного любопытства.
– Альзирры ведут свой род от младшего брата первого из королей, – лорд Альзирр игнорирует мой вопрос, – поэтому мы лишь на ступень ниже королевской семьи. И достаточно знатны, чтобы Клариссе была оказана великая честь.
Ага, настолько великая, что Кларисса рада переложить ее на меня. Есть там какой-то подвох.
– А портрет короля есть? – требовательно спрашиваю. – Может, Красивый – это совсем наоборот?
– Пожалуйста, – лорд Альзирр листает атлас и доходит до портретов королей. Указывает пальцем на последний медальон.
Изображение не очень четкое, понятно только, что король молод и брюнет. Кажется, не урод. Тем более ничего не понимаю! И от этого становится страшно. Кто откажется породниться с королем? Только тот, кто знает, что от этого брака больше потеряет. А что можно потерять? Титул, земли, богатства и… жизнь…
– Посмотрела? – не дождавшись ответа, лорд Альзирр переворачивает страницу. – Вот нашего герцогство. Мы граничим с землями…
Он четко и без единой запинки начинает перечислять соседей, рассказывая о каждой семье. Что выращивают, что продают. Урок географии вперемешку с экономикой все длится и длится. Я совершенно не успеваю ничего запоминать.
Кларисса, рассевшись в кресле с самодовольным видом, получает удовольствие от моей растерянности. А Марта, убрав со стола, вносит корзины с каким-то рукоделием.
– На этом пока закончим, – лорд Альзирр захлопывает атлас. – Завтра ты должна будешь рассказать мне свою родословную без запинки.
– Но там человек сто нужно запомнить! – восклицаю я.
– Сто восемьдесят шесть, – ехидно произносит Кларисса. – И это только прямая линия.
– Я не запомню и за год, – шепчу в ужасе.
– Марта и Ри научат тебя вышивать нашу монограмму, – лорд Альзирр направляется к двери. – И королевскую розу. Это символ правителей Малингара. И твой пропуск во дворец.
– В смысле? – не понимаю я. – Меня пустят во дворец, только если я вышью розу?
– Да нет же, – вздыхает Кларисса. – Ты такая дура. Невесте присылают розу в виде броши. Она волшебная. Вот ее и получишь перед отъездом. А то не пустят, – подленько захихикала она.
– Марта, начинай урок, – приказал лорд Альзирр, и ушел, хлопнув дверью. А я осталась в компании служанки и Клариссы. И обе нехорошо улыбались.
Глава 4
– Садись в кресло, – надменно приказывает Марта. – Буду учить тебя вышивать. Каждая леди обязана уметь вышивать. У настоящей мастерицы стежки мелкие, один к одному. Она может продемонстрировать свои умения, вышивая платки себе и мужу.
– Ну если больше демонстрировать нечего, – пожав плечами, иду к креслу у окна, во втором, поджав ноги, развалилась Кларисса. – Знания там, эрудицию, то можно и платочки.
– Много болтаешь, – язвит Кларисса. Как папенька ушел, так она сразу скинула маску благовоспитанной леди. – Ты – замарашка. Низший слой. Ты должна в ногах у меня валяться за такой шанс.
– Прямо сейчас и упаду, – отвечаю с усмешкой. – Какой шанс? Годик спать с королем? Носить вот эти неудобные платья? Знаешь, мне и у себя было очень неплохо. Ты просто не знаешь, откуда я к вам попала. А я тебе и не расскажу. Мучайся от любопытства. Ведь тебе не узнать, как делать мгновенные портреты, как летать по небу в любую точку мира и прочие занятные вещи, вроде телефонов или компьютеров, – я, довольно улыбнувшись, откинулась на спинку кресла.
Кларисса, поджав губы, пыталась испепелить меня взглядом. Ну и пусть. Я давно научилась не пасовать перевод вот такими. Не собираюсь я от счастья падать этой благодетельнице в ноги.
– Держи, – Марта резко бросает в меня ткань, натянутую на пяльцы. Я легко поймала. – Это иглы, – она открывает футляр. – Ими шьют или вышивают.
– А у нас давно придумали швейные и вышивальные машины, – я кручу в руках пяльцы. – Эти машины могут делать очень быстро очень многое. И не надо часами сидеть, чтобы расшить маленький кусочек.
Про ручную работу, очень дорогую, я рассказывать не стала.
– А какие узоры можно создать, – я закатываю глаза и мечтательно вздыхаю. – Любые. Компьютер любую картинку адаптирует. А в таком, – я потянула за подол платья, – у нас уже не ходят. Это же ужасно неудобно. Да и в моде давно вечерние платья более изящные. И башни из волос не строят. Намного удобнее короткая стрижка.
– Хватит болтать! – Марта так злилась, что, похоже, готова была меня утыкать этими иголками. – Ты слышала приказ лорда?
– Ну так учите! – улыбаюсь я Марте. – А то ты пока только кричишь. Так мы никуда не продвинемся.
– Наглая маленькая дрянь, – шипит Марта. – Король вырвет твой язык за болтовню и дерзость.
– Это мы еще посмотрим, – я дерзко задираю нос. – Может, я рожу ему наследника и стану вашей королевой. Как вам такой поворот?
– Ты?! Королевой?! Аха-ха-ха! – залилась смехом Кларисса. Она даже начала болтать ногами. – Какая из тебя королева? Ты никто. Ни манер, ни воспитания, ни лоска. Не станешь ты королевой. Папочка об этом позаботится, – она ехидно улыбается. – Вылетишь из дворца через год. Наглая выскочка.
– А ты туда вообще не попадешь, – с самым невинным видом замечаю я.
– Попаду, если захочу! – взбеленилась Кларисса. – Это мне прислали брошь! Это меня Чудовище выбрал невестой! – закричала она. – Ой! – в ужасе округляет глаза и закрывает рот ладонями.
Проговорилась, понятно. Это подтвердила и Марта, у которой на лице появился не меньший ужас.
– Чудовище? – переспрашиваю я, прищурившись. – Почему чудовище?
Я вглядывалась в лицо Клариссы, отмечая, как у нее в глазах появляется паника. Сболтнула лишнего, теперь не знает, как выкрутиться.
– Почему чудовище? – повторяю я с нажимом.
– Не твое дело, – первой в себя пришла Марта. – А вы, леди Кларисса, следите за языком! – прикрикнула на болтушку.
Итак, короля еще называют Чудовищем. А такие прозвища на пустом месте не появляются. И хорошо, если это из-за внешности. Может, он на Габсбургов похож. Тогда еще ладно. Ну а если за характер?
Тут же вспомнились разные правители, отличающиеся странными пристрастиями. О-очень хочется верить, что Клариссу приводит в ужас огромный нос или скошенный подбородок. Портрет у меня теперь вызывал большие сомнения. Художник мог польстить королю.
«Пусть это будут кривые зубы!» – взмолилась я.
– Вышивка очень важна для леди, – медленно, чеканя каждое слово, начинает Марта. – Она вырабатывает аккуратность, сосредоточенность и усидчивость. Леди Клариссы, – она обводит нас взглядом, – обе. Взяли вышивку и сели ровно!
– Мне зачем? – возмущается Кларисса. – Я прекрасно вышиваю.
– Чтобы не было времени болтать глупости, – рыкает на нее Марта. – Взяли иглы и нити. Золотую и изумрудную. В монограммах имеют право использовать золотые нити только семьи, состоящие в родстве с королевской. Для остальных – серебряные. Монограмма состоит из двух букв – К и А. Вот ее изображение, – сунув мне под нос лист бумаги с изображением монограммы, Марта отходит на шаг. – Я заказала две сотни батистовых платков и полсотни шелковых. Как раз за месяц успеете их украсить вышивкой.
Ее улыбка была очень коварна. Марта явно гордилась собой. А вот Кларисса приуныла. Уверена, служанка донесет хозяину, что его дочка сболтнула лишнего. Жаль, что быстро опомнилась. Из Марты слова лишнего не вытянуть. Из лорда тем более. Остается провоцировать Клариссу и дальше в надежде, что она выдаст еще что-нибудь.
А пока – вышивание. Я только пуговицы пришивала, ну и мелкие дырки зашивала. Поэтому внимательно слушаю объяснения Марты. Она ужасно ругается, когда я делаю первые стежки. Хочет надавать мне по рукам, но сдерживается. Знает, что я в обиду себя не дам.
Я все пальцы себе иглой исколола, и даже обрадовалась, когда вернулся лорд Альзирр.
– У нее деревянные пальцы, – тут же оболгала меня Марта. – Она не способна к тонкому вышиванию.
– Так научи! – рявкает лорд. – Марта, ты зачем к ней приставлена? Или хочешь в деревню на черную работу?
Марте удалось удержать лицо, но она так побледнела, что стало понятно – в деревню она не хочет.
– Нормальные у меня пальцы, – я помахала пяльцами. – Я эту вашу вышивку в первый раз в жизни вижу. Или Кларисса уже родилась умелой мастерицей?
– С вышивкой потом продолжите, – закрыл лорд Альзирр тему. – Играть на музыкальных инструментах и петь, я так понимаю, даже учить тебя не стоит начинать?
– Правильно понимаете, – я широко улыбаюсь. – Я пела только в караоке. Меня просили больше этого не делать.
– Даже знать не хочу, что это за неприличное слово, – лорд Альзирр проходит к столу.
А вот у Клариссы сверкнули глаза, она явно не против узнать, что это такое. И я решила удовлетворить ее любопытство.
– Очень даже приличное, – с улыбкой произношу. – Там собираются компании, чтобы петь песни. В микрофон и под музыку. А текст песни идет на экране. Это очень весело и очень прилично. Но вам не понять.
Я, как приличная и послушная девушка, сложила ладони на коленях, и сделала вид, что готова слушать. Кларисса бесилась, Марта была возмущена, а лорд злился. Сжав губы в узкую линию, он нервно листал страницы атласа.
– Подойди сюда, – приказывает раздраженно. – Продолжим изучать родословную.
Родословная была длинной и скучной. Разобраться в ее хитросплетениях я даже не пыталась. Зато узнала, где мать Клариссы. Леди Альзирр изволила удалиться от дел в свое наследственное поместье ввиду слабого здоровья и невозможно вредного для нее проживания в этом дворце. Мне кажется, она просто удрала от мужа и доченьки. Я бы тоже удрала от таких, если честно.
Маргрет Альзирр, урожденная леди Нилуфар, если портрет не врет, была миловидной шатенкой. С дочерью они были очень похожи, за исключением цвета волос и роста. Пока разглядывала миниатюрный портрет женщины, он стал размытым. Я не сразу поняла, что это на моих глазах выступили слезы. Моя мама там, в моем мире, с ума сходит! Они с папой наверняка уже всех на уши поставили и подали заявление на розыск меня.
А я тут! И даже никак не могу весточку передать, что я жива и у меня все относительно хорошо. А вернусь через год – как родителям в глаза посмотрю? Мне ни за что не поверят, когда расскажу, где пропадала.
«Если, а не когда», – сразу поправляет меня внутренний голос. Не факт, что я смогу выбраться отсюда. Но очень постараюсь.
Так, надо решать проблемы по мере их поступления. А то у меня кукушечка раньше улетит. И тогда уже точно ничего изменить не получится.
После изучения родословной, от которой у меня голова распухла, последовал ужин. На котором мне постоянно мешали есть, делая замечания.
– А что, одной вилкой все есть нельзя? – спрашиваю, не выдержав наставлений. – Как это мешает есть? Ладно еще маленькая и тонкая для десертов, но для всего остального вполне подойдет одна вот эта, – машу большой трехзубой вилкой.
– Ты еще предложи все есть ложкой, как деревенские, – презрительно скривилась Кларисса. – Есть еще далеко на Юге племена дикарей. Они вообще едят руками. Фи-и-и. Эти вот твои замашки сразу всем покажут, что ты из низшего слоя. Истинная леди никогда не перепутает бокал для воды с бокалом для вина.
Интересно, а что будет, если я сейчас выплесну эту вот самую воду на Клариссу? Наверное, от визга у всех уши заложит.
– Да-да, я помню, что леди больше делать не фиг, как заниматься вот этим всем, – с невинным видом произношу. – У вас же кино нет, Интернета нет, учиться и развиваться тоже желания нет. Про работу я уж молчу.
Даже посуда звякнула возмущенно. Это Марта едва не разбила тарелки. Лорд Альзирр закашлялся, подавившись, а Кларисса чуть со стула не подскочила.
– Работать?! – взвизгнула она. – Работает только низшее сословие. Хвала богам, я родилась не для этого.
– А для чего? – спрашиваю с усмешкой.. Ну нравится мне, фигурально выражаясь, тыкать Клариссу палочкой.
– Чтобы украшать собой высшее общество, – надменно отвечает Кларисса. – Работа, фи!
– Так а что тогда замуж за короля не идешь? – продолжаю ее подначивать. – Украсила бы собой трон, дворец и все королевство! А теперь я там буду восседать. Мы с тобой похожи, но бриллиантом в королевском дворце все же буду я.
Кларисса, едва не задохнувшись от возмущения, открыла рот, но не успела произнести ни звука. Вмешался папенька.
– Хватит! – он так грохнул кулаком по столу, что зазвенела посуда. – Ри, просто заткнись! Не видишь, она тебя провоцирует?
Эх, с лордом Альзирром мне не тягаться. Он наверняка давно плавает в интригах, как рыба в воде. И видит меня насквозь. Умный и хитрый. А вот его дочурка, помешанная на собственной офигительности, могла бы мне сейчас что-нибудь полезное выдать. Не повезло…
– А ты, – он переводит пылающий гневом взгляд на меня, – плетей захотела?
Кларисса торжествующе задрала нос и посмотрела на меня полным превосходства взглядом. И тут у меня зародилась фантастическая мысль: стать королевой на самом деле и немного провести реформы. Так, самую малость. Чисто в воспитательных целях.
Вопрос лорда я проигнорировала, уткнувшись взглядом в тарелку. Надо сдерживаться, когда рядом Марта и папенька. Придется вести себя очень прилично, чтобы расслабились и подвоха не ожидали.
– Так как, вы говорите, правильно должна леди есть вот это мясо? – мягко спрашиваю и нежно улыбаюсь.
– Плети всегда отлично работают, мой лорд, – довольно произносит Марта. – Очень действенный способ воспитания.
Да-да, и эти слова я тоже запомню. Я вообще девушка не злопамятная, просто память хорошая.
Глава 5
Ужин, больше похожий на дрессировку, закончился. За окном стемнело, и Марта зажгла магические лампы. Это какой-то гибрид привычной лампочки и свечки. Точнее, наверное, будет их сравнить с керосиновыми лампами. Я такие у бабушки видела. Только там верх стеклянного колпачка открыт, а здесь закрыт и внутри светит огонек. Светят приятным светом – как солнышко днем. И большая люстра, и маленькие настольные лампы. А вот настенных бра я в этой комнате не увидела. Если не придумали, надо будет идею запатентовать. Я же девушка современная, книги о попаданках читала. Сказки, фантазии авторов о том, как девушки из нашего мира добиваются всего в новом. Проходят испытания, находят свою любовь и живут долго и счастливо.
Но как-то сама становиться такой вот девушкой не планировала. Ну это как бы в принципе невозможно. И я в этом была уверена твердо до сегодняшнего утра. А еще они часто думают, что это глюки из-за какой-нибудь травмы.
Вот можно мне все это сделать сном? Ну типа что-то случилось, и я лежу в больнице, а потом проснусь и снова дома. Я даже согласна еще поработать на нашего немного невменяемого начальника. Это попадание противоречит логике, физике, да вообще всему противоречит!
Мамочки, верните меня обратно!
– Далее, Кларисса, – лорд Альзирр поднимается, поправляет… а что? Фрак, сюртук? Длинный жилет без рукавов? Да я же сразу выдам себя! – Кларисса! – рявкает, когда я не реагирую. – Так вот, Кларисса, тебе нужно выучить хотя бы пять танцев.
– А я в совершенстве танцую сорок семь, – не упускает возможности похвалиться настоящая Кларисса. – Среди них и танцы соседних королевств. Мои учителя в один голос утверждают, что изящнее меня нет никого в Малингаре.
– Так и едь сама к королю, – ехидно ей советую. – Там как заблестишь! Все звезды обзавидуются.
– Ри, займись чем-нибудь полезным! – опять прикрикивает на дочь лорд Альзирр. – Заведи музыкальную шкатулку. Учить придется тебе и мне. Нам лишние свидетели ни к чему.
– Да отправить ее в закрытой карете до самого дворца, – бросает через плечо Кларисса, идя к серванту. – Папочка, у меня вообще есть идея получше. В нашей карете могу ехать я. А эта следом в карете со слугами. А возле замка поменяемся.
– А потом обратно везти тебя через все королевство? – лорд Альзирр выгибает бровь. – Слишком рискованно. Ты останешься дома. Или лучше съездишь погостить к матери.
Это прозвучало как угроза. Кларисса недовольно зыркнула и отвернулась к серванту. Открыв дверцы, достала небольшую шкатулку, украшенную цветными камнями. Наверное, это драгоценные камни. Я буду очень удивлена, если она купила что-то с поддельными камнями.
Кларисса с важным видом поставила шкатулку на стол. Медленно открыла крышку. В центре шкатулки, на круге, изображающем пол, стаяла пара. Фигурки были так красивы, что я подошла поближе и наклонилась. Девушка, одетая в бирюзовое бальное платье, с красивой прической, украшенной драгоценностями, положила ладонь правой руки на плечо парня. Левой она держала пышный подол. Рука парня, одетого в черный костюм с золотой вышивкой, лежала на ее талии, другую он убрал себе за спину. Пара готова была закружиться по мраморному полу с золотыми прожилками.
– Самый простой танец – приветственный, – начал лорд Альзирр. – Пары просто кружатся по кругу. Там всего три движения, запомнить несложно. Главное, постарайся не запутаться в подоле. Ри, покажи ей шаги. Я женских не знаю.
– Под этими длинными юбками все равно ноги не видно, – я чуть приподнимаю подол. – Зачем учить?
Спросила я из чистой вредности. Сама знаю, что если в ногах запутаюсь – упаду и свалю партнера. А перед этим ноги обязательно оттопчу. Но не упускать же шанс поиграть на нервах лорда? Он так глаза закатывает, как бы там и не остались.
– Чтобы не сидеть у стены на балах, – ехидно поясняет Кларисса. – В этом танце все просто, даже ты запомнишь. Да этот танец запомнит даже овца!
Вот овцу я тебе тоже припомню. Завуалировано оскорбила и вот как смотрит, очень довольная своей выходкой. Ну и ехала бы сама к этому королю – была бы сладкая парочка из двух чудовищ.
– Смотри, – Кларисса встает рядом со мной, чуть приподнимает подол. – Шаг вперед, поворот, шаг в сторону поворот.
– О, вальс! – радостно восклицаю. – Мы такой на выпускной в школе учили. Пацаны, правда, были не в восторге. А на выпуске в универе парни танцевали уже гораздо охотнее.
– Каком универе? – уцепился лорд Альзирр.
– Это так сокращенно университет называется, бывают у нас еще институты, колледжи, академии. Колледж вроде среднеспециальное образование считается. А универ высшее. Ну и школа. Там учатся все, – охотно объясняю я.
– У твоих родителей достаточно денег, чтобы оплатить твое образование? – кажется, лорда Альзирра я смогла поразить.
– У меня хватило мозгов поступить туда на бесплатное обучение, – гордо произношу, опустив слово «бюджет». – За меня платило государство. Это как королевство, но только с выбранным президентом, а не королем.
Не скорою, приятно было наблюдать, какой шок отразился на лицах всех присутствующих. Не знаю, что их так ошарашило. То, что я могла хоть где-то учится, или другое государственное устройство. Кларисса густо покраснела и смотрела на меня зло. Ой, а неужто мы, такая совершенная, ни в каком университет не учились? Об это я и решила спросить.